Уже не первый раз, выясняя отношения по дороге на дачу, почему-то начинаю соблюдать скоростной режим. Хрен его знает почему. Может, протест? Но сегодня она была права. И про «ничего дома не делаешь», и про «завёл себе служанку»… А что тогда? Чтобы успокоиться? Так сегодня я и не… короче, не знаю.
     Еду и размышляю: 90 км/час – самый экономичный режим для нашего движка. Да и поберечь его уже надо. Почти 220.000 без капиталки. Спасибо ХАДО. Хотя, возможно денег, что трачу на ХАДО, как раз на капремонт бы и хватило. Но с другой стороны, все ж знают: десять раз по тыще – это не то, что десять тыщ одним махом.
      Так, здесь нужно 60. Интересно, а намного ли раньше мы приезжаем, давя, как обычно, 110? Наверняка, всего-то минут пять разницы. Замечал же на трассе: обгонишь кого-нибудь и прёшь, прёшь… А только остановишься брызнуть – вот он пролетает.
      О чём, бишь, я?.. Соблюдение скоростного режима... А! Так вот сразу бросается в глаза: все едут быстрее меня. ВСЕ!

И груши люблю, и как они цветут. Всякий раз так дебёло. Словно обещают: «Ну уж в этом-то году точно натрескаешься».

        
         Из советского детства вспоминается три фишки «от всех болезней всех полезней».
       Наверняка, в каждой семье была самодельно размноженная брошюрка «Хатха-йога». И у нас была. Листал, интересно. Но уже тогда скептично относился к самоучителям. Забросил.
       Из того же скепсиса так и не попробовал мумиё. На чём его настаивать? Как принимать? Нет, «Костя сказал» меня не устраивает. Покажите инструкцию Минздрава. И вообще, чем мог болеть тот орёл, чьё почерневшее за двести лет дерьмо соскоблили с горы наши «планетовские» альпинисты? Кажется, папа тоже привозил. Но мумиё ли это было? И вообще, что это такое – мумиё?
       А вот в женьшень верил. Ну что он жизнь до ста лет продлевает. Уже мальчишкой хотелось прожить до ста лет. (Сейчас уже и от ста двадцати не откажусь.) В «Клубе кинопутешествий» Шнейдеров рассказывал. И документальный фильм про женьшень смотрел. Мечтал: «Жалко, что он далеко в тайге растёт. И такой редкий. Вот найти бы семена, посадить грядку. Один корень - себе. Один - маме, один - папе. Бабушке с дедушкой…»
         Когда тёща поправила меня, мол, «вон тот» куст с розовыми цветами – не пион, а женьшень, я не поверил. Он же редкий, он же в тайге… Но пошарил в интернете, всё сходится. У тёщи на даче растёт женьшень. Ну не дикий, одомашненный или садовый. Но всё-таки. И у её подружки растёт. И ещё кого-то тёща наделила.

	Весной цветы.
	Потом вот такие вот эти
	Ну а летом из "вот этих" получаются... ну что ли высохшие коробочки. А по краям "ягодки". Ну семена, наверное.

      Наверняка, ситуация с сомалийскими пиратами не так проста, какой кажется. И любой осведомлённый пристыдит: «Издалека вы все такие грамотные». Но поскольку нам ничего не объясняют, а СМИ устали загибать пальцы: «Очередное нападение… В общей сложности в плену находится…», мы продолжаем кипятиться: «Да замочить их всех… в гальюне!» И даже подозревать: «А не выгоден ли этот беспредел кому-то ещё?»
       Нет, ну в самом-то деле. Район патрулируют боевые корабли. (Кстати, вот и выгода. Есть повод для присутствия там военных.) Однако нападения лишь множатся. Мой приятель, служивший во флоте, недоумевает: «У нас на корабле была эскадрилья вертолётов. Не то, что пиратов потопить – всё Сомали в плен могли взять!»
        Я, хоть и не служил, но тоже с «пятью копейками». И как до сих пор никто не додумался?! Да послать туда «Морских дьяволов». Ну этих… Батю, Багиру, Бизона… (Ой, а чё это они все на «б»?) Пусть подныривают и незаметно пробки из пиратских лодок выдёргивают. И чтоб на месте спецоперации непременно плавал погрызанный Бизоном ананас. Ну типа чёрной метки. Клёво я придумал? В новостях покажут: пираты бульбы пускают и крупно ананас. А диктор на сомалийском: «Так будет с каждым…»
        А если серьёзно, надо менять тактику. Ну коль от линкоров с большими противолодочными кораблями прока мало. Играть от обороны. Ездят же в поездах наряды милиции. Ну так и на суда посадить человек по пять служивых. Бинокль им дать хороший. Пару крупнокалиберных пулемётов. Патронов от пуза. На крайний случай упаковку-другую ручных гранатомётов. Зарплату положить депутатскую. Пусть себе сидят, пиратов поджидают.
        И чтоб всё по-взрослому, без демократии. Не нужно этих «Стой, кто идёт! Стой, стрелять буду!» Сразу длинную очередь. Мы же вас предупреждали. Нет? Не предупреждали? А самим догадаться?..
       Правительство Сомали от пиратов открестилось. На а если Гринпис или правозащитники начнут бочку катить, дескать, загрязняете, убиваете… Тулить им версию неосторожного обращения с оружием. Типа точил злодей мачете, рука соскочила, ширь ниже ватерлинии… Пусть попробуют проверить.
        Да на борьбе с пиратством ещё и заработать можно. Продавать экстрим-туры ку-клукс-клановцам. Глядишь, уже не пираты, а танкеры с контейнеровозами за ними гоняться станут. И в сомалийских бюро по трудоустройству исчезнут вакансии по специальности «рыбак».

 Не в конце квартала? :-)

      А ещё от ТЕХ дедушки с бабушкой нас выгодно отличает роща, начинающаяся буквально за следующим домом. Так что с наступлением тепла развлекать Соню стало проще простого.
- Цыплёнчик, в рощу идём?
- Да!
- Сардельки на костре жарить будем?
- Да! Надо воду взять, чтоб пить. И печенье. И салфетки. А стульчики возьмём?
     Быстренько собираемся и вперёд. Остановились возле полянки фиалок, понюхали. Наклонил ветку цветущей абрикосы, потрогали. Услышали радостно «пинькающую» весне пичугу, разглядели. А сорока почему-то промолчала. Постояли на краю болотца. Так и дошли.
      Я предлагал укрыться от ветра в зарослях. Но девчонок потянуло к «озеру» - огромной луже, что за зиму натекла из дырявого водовода. Выглядит, как настоящее. Того и гляди, рыбаки появятся.
      Ну вот. Расположились на бережке. Приволок пару сухих веток, запалил костерок. Тут же занялась прошлогодняя трава. Пользуясь случаем, расширил Сонин кругозор: «Вот так и начинаются лесные пожары. Когда-то я со своим папой и ещё одной девочкой…»
      А ветер пламя раздувает, раздувает… Бросился затаптывать, чувствую: опоздал. И как назло под рукой ни огнетушителя, ни ведра с песком. Даже ветки нормальной нет. Подобрал кусок рваного рубероида. Толку мало. Но всё ж больше, чем от стаканчиков с водой, которые жена таскает из «озера».
       Вообще-то ничего страшного. Высокая трава выгорает и пожар гаснет. Каждую весну роща в чёрных пятнах. То пацаны хулиганят, то вот такие же любители жареных сарделек. Собачник один, помнится, спичкой чиркнул, типа «смерть клещам!». Потом за неделю-другую всё затягивается молодой травкой - следа не найдёшь. Так что тушил я без фанатизма. Всё равно ж не справиться. С сухой-то травой, да плюс ветер… Но не стоять же и смотреть.
       А вот в детских глазах, видимо, разгоралась планета Земля. Соня плакала: «Хочу домой». Стали успокаивать. Я выскакивал из дыма (чтоб кроссовки остыли): «Цыплёнчик, сейчас всё само потухнет» и бежал обратно. Жена демонстративно бросила стаканчик и вернулась к сарделькам: «Сонь, не плачь. Олег просто так тушит, для удовольствия». Но Соня не верила. Слава богу, ветер притих. Огонь, дойдя до деревьев, остановился и сделал вид, что я его победил.
        Вернулись к сарделькам. После пережитого любая моя шутка принималась в хохот. Прям, звёздные пять минут весёлого огнеборца. Доев, решили, что на сегодня приключений хватит. «Дуя на воду», разметал остатки костерка и пошли домой.
- На ручки.
- Ручной ты мой человечек. Солнце, а когда тебе 18 стукнет, тоже седлать меня будешь?
        Соня начинает, я подхватываю:
  «Жила была бабка, жила возле речки.
  Захотелось бабке искупаться в речке.
  Взяла бабка мыло, мыло и мочало.
  Эта песня хороша, начинай сначала!»
       Это у меня недавно всплыло из детского. Соне  понравилось. Теперь «бабка» - наш хит.
- А вот ещё, Сонь, хорошая песенка:
     Оpанжевое небо, оpанжевое моpе!
     Оpанжевая зелень, оpанжевый веpблюд!
     Оpанжевые мамы оpанжевым pебятам
     Оpанжевые песни оpанжево поют!
- А откуда ты её знаешь?
- Ну в детстве по радио часто слышал, по телику. Раньше много хороших песен звучало. Да все были хорошими! Вот ещё:
     «На речке, на речке, на том бережочке
     Мыла Марусенька белые ноги».
 Прикольная? Или вот ещё:
      «Издалека долго течет река Волга
       Течет река Волга конца и края нет.
       Среди хлебов спелых, среди снегов белых
       Течет моя Волга. А мне семнадцать лет».
   Класс? А вот:
      «Неприметной тропой пробираюсь к ручью,
       Где трава высока там где заросли гуще.
       Как олени с колен пью святую твою
       Родниковую правду, Беловежская пуща».
    Все песни были хорошими. А если кто-то включал нам плохую песню, то запросто мог партбилет на стол положить. Да.
      Ооорранжевое небо! Оранжевое море!
       Тут вмешивается жена. Она у меня вся такая приличная. Пойду в трусах открыть Бегемоту подъездную дверь – ай-яй-яй! В жару голяком выгляну в кухонное окно – АЙ-ЯЙ-ЯЙ! Хотя у нас на половину окна «зимний холодильник» приварен. И что-то увидеть (кстати, у меня там и смотреть-то не на что) теоретически можно лишь из пролетающего на северо-восток (или, соответственно, на юго-запад) самолёта. В общественном транспорте шутить не велит. Даже с ней. И ещё много чего стесняется. Вот и сейчас начала:
- Ребята, мы уже входим во дворы. Заканчивайте. Вон дядька аж обернулся.
- И чё? Мы ж не «Таганку» горланим. А дядька вспомнит эту песню, придёт домой и внучке споёт.
         Перед подъездом у Сони открывается второе дыхание: «Давай ещё погуляем». Навьючиваем все шмотки на бабушку и отправляем её домой. А сами шаримся по детскому городку. С горки - на качели, с качелей - на машину, которая дёргается на двух пружинах, потом на качалку или в гимнастический уголок. А там кольца, лестницы, турник, канат… Для пущего разнообразия Соня меняет вводные: «Я поеду с горки, а ты должен отпрыгнуть. А теперь не отпрыгивай, а лови меня. Раскачивай быстрее. Медленней. Опять быстро. Чтоб я стукалась. Отнеси меня на качели. И поклонись…» Немного фигею от такой фантазии. Но бью поясной поклон, веселя других родителей.
         В конце концов, Соне становится скучно, и мы уходим посмотреть на «вон те дома». Девочка в нашу породу. Я тоже любил гулять. Вот так идти себе с папой куда-нибудь. Просто лишь бы идти. Сын у нас тоже получился туристический. И по сей день, если не очень далеко, предпочтёт пешком.
         Скоро стемнеет. Звонит телефон: «Вы где?» Возвращаемся по краю рощи. Вдруг Соня ни с того ни с сего: «Ты у меня певец». О как! Вроде бы не пели… Не успеваю загордиться, как следует пояснение: «Целый день пиво пьёшь». С чего вдруг? Одна бутылочка – это «целый день»?
         А ребёнкин аппетит так и не нагулялся. Какая там лапшичка?! Даже любимый сырок и колбаску - буквально по одному кусочку. Кушает детёныш плохо.
        Тем временем набирается ванна. Ещё одна из наших фишек – ванна с пеной. «Олег, ты мне пену взбьёшь?» Заметил, что не тороплюсь исправлять ошибки. Всякие там «покласть» и «хочите». Вообще-то, Соня реагирует нормально. Скажешь - тут же исправится. Но умничать почему-то не хочется. Просто отвечаю правильно, но не заостряю. «Конечно, взобью».
         Взбивать пену нужно, зажимая пальцем кран. Тогда струя воды бьёт резче. И пена получается высший класс. В ней можно прятаться, заныривать, съезжая по краю ванны, строить замок, надевать париком или свитером… Всё это нужно фиксировать. «Олег, сфотографируй. Покажи. А теперь вот так. Покажи. А теперь ещё вот так. Покажи». Вода плюхает через край, пена сползает на пол. Хорошо, что мы на первом.
         Подсохнув на диване в коконе из полотенец, принцесса повелевает: «Надень мне пижаму. Теперь неси на кровать. Посидишь со мной?» Надеваю, несу, сижу. Поочерёдно зеваем. «Видишь, какая заразительная штука – зевота. Ты зевнула и мне тут же захотелось». В подтверждение моих слов в зале зевает жена.
        Шаловливая ручка-паучок ползёт по моему лицу. Чуть не выдавливает глаз, потом перекрывает кислород. Пальчик скользит по губам. Дурачась, жужжу. Паучок спасается бегством.
- Ты кто?
- Я Жужа.
- Какая ещё Жужа?
- Которая всё время жужжит.
- А ещё.
- А ещё у меня есть молоток.
- Какой молоток?
- Волшебный.
- Какой волшебный?
- С двумя ручками.
- У меня тоже есть молоток.
- Настоящий?
- Да.
- Чёрный?
- Да. Я его сама купила. У меня было много денежек… Всё, молчи. Я буду спать.
         Паучок прячется в моей лапе. Через минуту пальчики вздрагивают. Девочка спит. А я лезу в интернет за «Оранжевой песней».
        Вооот… "Оранжевая песня" исполняет Ирма Сохадзе. Помните «Мзиури»? Музыку написал К. Певзнер. А слова – кто бы мог подумать – Аркадий Арканов с Григорием Гориным! В 1964 году. Мне тогда было всего годик.

                                                                                                                                        Слушать вместо эпиграфа.
     
      На глаза попался заголовок «КП» «Мент» Селин развёлся с женой ради 25-летней любовницы».
      Ну пусть не Селин - такими мезальянсами уже никого не удивишь - я вообще. Точнее, я для себя. Блин, это ж какой высокой должна быть самооценка. Считать, что в свои пятьдесят ты предлагаешь что-то равноценное её молодости.
    Но разве что-то может сравниться с молодостью?!
    Деньги и положение? Нет, ну для неё, разумеется, это может быть аргументом. Но каково будет тебе жить с такой мыслишкой?
    Твоя мудрость? Интересное общение? Ой-ой-ой… Чужой мудростью мы украшаем цитатники. А касаемо общения… Вы ж не в аське. А ну как вместе к зеркалу подойдёте. Или кто-то от чистого сердца проворкует: «Как же выросла ваша доченька. Ну совсем взрослая».
      Или жуёте вы арбуз не бережку. А она вдруг прищурит карий глаз: «Слабо, Вольдемар, сажёнками Дон перемерять? Давай, наперегонки!» И бултых. Сиганёшь, конечно. А дыхалка-то уже не та. Хорошо, если рыбаки подберут.
       Так что моя жена насчёт молоденькой может не волноваться. Я ж даже плавать не умею.
 

   Вот, племянник "вырастил" к своему дню рождения.
 
 
   Мужчины, тоже учимся. Из бумаги, но как знать, вдруг выручит? Говорят, что женщины любят цветы.

1. Начало такое же, как и у чёртика. Возьмём квадратный лист...
3. Сгибаем уголки таким образом.	4. Переворачиваем обратной стороной и аналогично сгибаем оставшиеся два.
5. Разворачиваем на 180 градусов.	6. Один из уголков раздвигаем и вставляем в "щёлку" второй уголок.
7. Получится вот так.	8. Повторяем это и со второй парой уголков. Отгрызаем кончик.
9. Вкладываем будущий тюльпан в кулак. Чтобы, когда будем надувать, уголки не рассоединились. И дуем в отверстие.	10. Остаётся красиво расправить краешки лепестков и сделать стебель.

    Садик неделю не будет работать. Забираем Соню к себе. Бабушку ж уже с месяц, как по «собственному» желанию…
     Только отъехали, как ребёнок проявляет ответственность: «Мама сказала, чтоб мы не забыли повторить стихотворение. Я в садике на празднике читать буду. Слушайте. Колокол дремащий... Блин! Колокол дремашний…  Да тьфу! Колокол дремавший, колокол дремавший, дремавший, колокол дремавший… Сначала». И начинает тараторить. Много буков «проглотила», зато в словах не ошиблась.
      Мы с женой: «Молодец! Браво!» Но ребёнок в курсе: «Когда говорят «браво», тогда хлопают». Хлопаем. Потом я так осторожно: «А может, попробуешь чуть медленней? Тогда все слова будут звучать разборчивей. Артисты перед выступлением даже специальную гимнастику рта делают. Я видел по телику, как Задорнов готовился. Всякие звуки повторял, губами шевелил в разные стороны, морды строил. Разминал мышцы лица. Это для того, чтобы говорить отчётливо, чтоб все в зале его поняли. А ты торопишься. Вот и получается не колокол, а коокол. Вот, послушай как надо».
       Но Соня перебивает: «Я сама». С учётом того, что «р» нам пока не даётся, на этот раз получается вполне прилично.
       Продолжаю вредничать:
- И вот ещё что. Читать стихотворение – это, как играть спектакль. Ты представляешь то, о чём написано. И рассказываешь слушателям так, чтоб и они увидели всё твоими глазами. Слова, на твой взгляд более важные, ты выделяешь интонацией, жестом, выражением лица. Где-то стихаешь, где-то наоборот. Изменяешь голос, когда говоришь за разных людей. Я сложно?
      Жена упрощает: «Это называется: читать с выражением».
- Ага. С выражением. Вот вспомни, Сонь, как разговаривает Хрюша из «Спокойной ночи». Он и гундит, обидевшись, и вопит, когда радуется. А если что-то замышляет, то и голосок у него становится каким-то шкодным. Конечно, это не стихи. Но суть одна. Рассказывая, ты должна это самое представлять и обыгрывать. Тогда тебя будет интересно слушать. А сейчас ты прочла стихотворение ровным голосом, как читают новости. Доллар прибавил семь копеек. Пермский Амкар в упорной борьбе одолел армейцев. Представить «колокол дремавший» трудновато будет (привет воспиталке, выбравшей Есенина). Но кое-что выразить можно и здесь.
       А давай, я тебе своё любимое. С выражением.

Кто на лавочке сидел,
Кто на улицу глядел,
Толя пел, Борис молчал,
Николай ногой качал.

Дело было вечером,
Делать было нечего.

Галка села на заборе,
Кот забрался на чердак.
Тут сказал ребятам Боря
Просто так:
- А у меня в кармане гвоздь! А у вас?
- А у нас сегодня гость! А у вас?
- А у нас сегодня кошка
  Родила вчера котят.
  Котята выросли немножко,
  А есть из блюдца не хотят!

   Оживление на заднем сидении.

- А наш папа – бегемот,
  Его мама так зовёт.
- Ууу, бегемотом удивил,
  А наш папа – крокодил!

- А у нас сосед соседа
  Бил вчера велосипедом!
- Велосипедом – ерунда.
  Вот МОТОЦИКЛОМ – ЭТО ДА!

- А соседка тётя Нюра – дура.
  У неё извилин мало,
  Это мама так сказала.

    Заднее сидение в восторге:
- Вот какие стихи дедушка знает!
- Ещё!

     Кто-нибудь помнит ещё? Помогайте.

Это ты, часом, не пин-код с карточки, чтоб не забыть, записала? :-) 

     Уже с месяц нашенский «Юмор Fm» упорно зазывает в корчму «Гетман». Да простят хохлы мою мову, выглядит это так. Женский голос кличет: «Мыкола, пиди до мене». «Мыколу» хватает кондратий: «Шо, опять ебтись?!» Да-да, практически в полный голос. «Б» если и глушат, то скорее для проформы. Дамочка ехидно успокаивает: «Та ни. Поедем у «Гетьман». Борща поемо».
     Живи я сам по себе, ухом бы не повёл. Да заебтитесь вы в доску! (Хотя, Кольку жалко.) Может быть, ещё и автора похвалил бы. Дескать, лихо: борщ, как символ приевшегося супружеского долга, наоборот сделал избавлением. Остроумно. Но это, повторюсь, будь я сам по себе. А когда за кого-то отвечаешь…
     Я против такого пополнения словарного запаса внучки. Разумеется, от матерщины не оградишь. Но если всякие «ебтись» ребёнок будет черпать из СМИ, то вряд ли поверит моей версии. Где мат-перемат есть язык подворотен или неконтролируемого, как после молотком по пальцу, крайнего раздражения взрослого человека. (О, завернул!)
     Вчера Соню заинтересовало «корчма». С удовольствием блеснул знанием синонимов: шинок, кабак, трактир, харчевня… Но очень не хотелось бы изворачиваться, объясняя, что именно так осточертело дяде.
                                                                           Написано типа по заказу корчмы «Гетман» ул. Обороны 44 тел. 299-94-20

     Наглядно доказал Соне существование атмосферного давления. «В школе вам обязательно этот опыт покажут. Наполняешь стакан водой. Накрываешь листком бумаги, чуть плотнее газеты. Придерживаешь листок ладонью. И переворачиваешь стакан кверху дном. Вода… не выливается».
     К сути атмосферного давления пятилетний человек остался равнодушен. А вот собственноручно повторить этот эффектный «фокус»… «Когда мне в школе показывать будут, скажу, что уже знаю».