Таки заскочил в сестринскую "вОвремя". Стеснялись мужественно: без визга и не прикрываясь. По насмешливым интонациям было понятно, что "мне срочно, по работе" не совсем катит. Но, как версия... В общем не прогнали. Как же прекрасна молодость в одних трусиках!

     Тёплая ростовская почти осень. Желторотый я с первого курса и женщина вдвое меня старше романтически прогуливаемся по пустынному в это время району. Мну в пальцах незажжённую сигарету. Наконец вдалеке появляется интеллигентного вида мужчина в летах. "У вас не найдётся прикурить?" Мужчина в ответ как-то неодобрительно, мол, не курит и другим не советует. А моя спутница, улыбнувшись ему своей загадочной, а сейчас ещё и смущённой улыбкой, эдак негромко: "Здравствуй, папа".

        Сфоткал соседний двор - ну вот не прям соседний, а через один - традиционно по весне разъезженный вдрызг. Ну нет у них другого места, чтоб парковаться. Колеи исчезнут, дай бог, к середине лета. Трава так и не появится. Асфальт... ну может быть, может быть. Сфоткал и думал: под каким соусом вам показывать?
       Подходящим соусом капнули на избирательном участке. Прежде чем сделать свой гражданский выбор, на разогреве нам был предложен ещё один бюллетень. Где можно было отметить до трёх мест приоритетного городского благоустройства. Ну там парки всякие, скверы... Список мест из пятнадцати по всему Ростову.  

      Не только рефлекторно - ну да, кое-какая информация до сих пор интересна - поглядываю на наклонившихся сотрудниц. Когда в пояс до <s>самой земли</s> самого линолеума и штанишки в обтяжку. Но, как оказалось, "ласкать простым и нежным взором" могут не только друзья, но и подруги.
      Уж сколько раз мне было сказано с некоторой тревогой: "Что-то ты похудел". Хотя те же самые женщины до этого были недовольны моим пузом. Теперь снова  не так.
- Не надо, больше не худей.
- ???
- У тебя попа была.

    Где-то в середине семидесятых дедушке Лёне сделали операцию. В "шестёрке", на Сарьяна. И бабушка Шура, желая поблагодарить профессора, но опасаясь обидеть деньгами, купила ему отрез синей шерсти на костюм. И все были довольны.