На 40 лет Победы останавливаться поленился. Подумал: ну неужели до базы на Орской мне не встретится банкомат Сбербанка? На Российской уже не выдержал, припарковался и пошёл во дворы. На выходе из продуктового мужик развёл руками. Из машины высунулась женщина: "Что вы! Поблизости банкоматов нет. Это вам нужно к Уюту". Во, блин, планета Шелезяка! Банкоматов нет, "Магнитов" нет... Ну ладно, придётся завернуть на Сельмаш. Там тоже дела найдутся.
    Возвращаюсь к машине. На одном домишке, помимо густо натыканных спутниковых антенн, ещё и панели солнечных батарей. Скажем так, не частое для Ростова зрелище. И вот, вместо вопросов "какую нагрузку тянут?", "как быстро отобьются затраты?", "какое оборудование необходимо, помимо панелей?", первым делом в мозгу возникло: "а как человеку удаётся их сберечь?". Всего второй этаж. А шмальнуть из рогатки, чтоб аж брызнуло, - это, как я понимаю, куда интереснее, чем просто разбить допитую бутылку или шарахнуть мне по зеркалу. Разве нет?
      Хотя, какие рогатки?! Кто их последний раз видел? Теперь сами себе оружие не делают. Либо стреляют из воздушки, либо просто поднимают кирпич.

        Небось, уже и забыли, что он у нас посажен?
       Ну что, хвастать, собственно, нечем. До самокруток, надеюсь, дойдёт. Но только так, попробовать. Сначала какая-то длинная прохладная весна. Как только вырубили отопление, так и рассада на подоконнике замерла. Потом бы уже в грунт, да ночные заморозки. Теперь вот печёт. Жена с внучкой уезжали, я возился с тёщей. Дождей толком не было. Кустов (или как их там, корней?) мало. И вспоминая табачные поля под Белореченском, где табак стоял ростом с кукурузу, понимаю: первый никотин комом. Правда, ещё только половина лета. Но покамест у нас вот так.

      Раньше здесь были колхозные поля. Потом кто-то разрешил отдать земли под дачные участки. Замеряли, били колышки, натягивали верёвочки, громоздили навесики и будочки на первое время... Жизнь била ключом. В садовый автобус 109-го маршрута было не втиснутся.
      Многие быстро отсеялись. Не потянули. От Ростова почти 40 км. А много ли ты на автобусе привезёшь-увезёшь? Маета одна. Но как бы там ни было, появились заборы с калитками, выросли домишки (богатые в такой дали пока не строятся), зашумели сливы и яблони. Народ знал друг друга. Не только соседей. но и с других улиц. Точнее, у нас не улицы, а пронумерованные линии и проезды.
       Наискосок от нас дача Елена Семёновны с мужем. Пожилая пара. А в земле уже давно только пожилые и ковыряются. Дети с внуками появляются только урожай забрать. Елена Семёновна с мужем всё лето жили в палатке. Гремели чайничком на костре. Вели с тёщей через забор агрономические беседы и делились рассадой. Потом они состарились ещё больше и стали появляться у себя лишь по нескольку раз за лето. Внук их привозил. А внуки ж, даже при всём своём желании, часто привозить не могут. Да и старики стараются не быть молодым обузой. Так что созвонятся с тёщей. Там глянет на их черешню и скомандует: пора, можно собирать.
     Уже пятый год о них ничего не слышно. И внук не приезжает. Не подхватывает молодёжь дела стариков. Всё прахом идёт. Вот и Ольгина дочь Ира, как схоронила мать, так времени не находит.  Участок покамест помнит Ольгины руки. Но надолго ли? Всё бурьяном порастёт, всё поржавеет. "Ольга" - это я панибратствую. Она бабушкой была. Но мы между собой так её называли. Ольга да Ольга.
          Напротив нас народ не совсем старый был. Брат с сестрой и женой. Но из них кого-то здоровье подводило. Могли и по два лета кряду не появляться. Из всего хозяйства лишь столб с изоляторами, так и не подключённый к проводам. Да недоделанная шестиугольная беседка из хлама. Видать, откуда-то были у них стеклопакеты от пластиковых окон. Сколотили каркас из брусьев, поставили нижний пояс из стеклопакетов, и всё. Три брошенных дачи в ряд.
       Я отодвигаю угол болтающейся секции забора. Аккуратно обхожу разросшиеся кусты колючей ежевики. И запихиваюсь сладкими сливами прямо с ветки. Раньше осторожничал, тёща не хотела, чтоб увидела Ольга. Теперь Ольги нет. А ещё третий год обдираю с улицы, до чего дотянусь, черешню Елены Семёновны. Всё равно пропадёт. Раньше у меня были конкуренты, теперь их нет.
         Ем чужое и не стыжусь. Деревья должны знать, что рожают не просто так. Что они хоть кому-то нужны. Иначе конец. Такие дачи напоминают мне брошенные блоги.
     

    Архитектор, тасовавший на макете района параллелепипеды пятиэтажек, выстроил пять штук паровозиком. А что, подумал он, прикольненько. Длинновато, конечно. Но сделать пару сквозных подъездов и попрёт. И один штришок: попеременно сдвинем корпуса на оси ординат. Ну на манер коленвала. Вооот. Так будет не только прикольненько, но ещё и стильненько. Типа подзабытый конструктивизм. "Пиз..., пардон муа, готово!", - хлопнул в ладоши архитектор: "Зашивайте заканчивайте без меня". И помощники зааплодировали шефу.
      Одному из помощников достался тротуар. "Оппа", - наткнулся он на проблемку. Перед домами, представлявшими "коренные шейки коленвала", мЕста для тротуара было навалом. Там ещё и клумбы поместились. А вот перед "шатунными шейками"... Да ещё и эти опоры подъездных козырьков... Нет, можно было бы отодвинуть дорогу. Но тогда, соответственно, придётся увеличить клумбы. И асфальта пойдёт...
       Расширять помощнику ничего не дали. Хотя, признаться, было куда. Изначально, Александровку застраивали просторно. Так, что потом между домами втулили ещё одни. Тем самым перепутав всю нумерацию. Помощник и спроектировал тротуар по минимуму. Лишь бы детская коляска прошла. А раньше, я вам скажу, коляски были не такие широкие.
        Про машины до поры до времени и не вспоминали. Оба парковочных кармана (это на пять-то домов), рассчитанных на четыре машины каждый, ночью пустели. Но, в конце концов, жители первых этажей начали вколачивать в тротуар под окнами трубы и устраивать клумбы из покрышек. Им не нравилось, когда по утрам машины тарахтели и пускали в форточки газы.
        А пешеходам, волей-неволей, пришлось шагать по проезжей части. Ну, во-первых, так быстрее. Не нужно скакать с тротуара - на тротуар, где машины всё-таки примостились. И безопаснее. А то, как выразился направлявшийся к нам в гости Шурик (царство ему небесное), по тёмному на тех вбитых трубах можно и мошонку оторвать.
     Ну а где с тротуарами всё в порядке, там тоже все ходят по проезжей части. Рефлекс уже такой.
   Ну и эпилогом стих.
           Архитектору.
Сквозь года посылаю "спасибо",
Обходя "коленвала" громаду.
Оно как бы продумано криво.
Но ведь нам где-то жить таки надо.

        Ехал и слушал на "Маяке" разных соображающих в этом товарищей. Передача, судя по всему, была откликом на ютьюбовское видео очередных садистов, мучивших животных для лайков. Это уже нам психолог пояснил. Дескать, они не ради сладкой полноты власти над существом. Типа садизм, но ради популярности. Внимания им не хватает.
        И дальше всё в том же ключе. То есть в детской жестокости виноваты только родители. Они декларируют свою любовь, но лишь на словах. А на самом деле одно "отвали, не мешай, мне некогда".
      Я вот рассказывал, как к Малке тянется детвора. Погладить, прижать, поднять, подержать поводок... Я уже к такому привык. И если к нам устремился малыш, то поджидаю и первым успокаиваю маму. Мол, не кусается, пусть погладит, если захотел.
       Но иногда мамы оттягивают малыша, объясняя: "Он может ударить. Или в глаз ткнуть". И действительно, малыш ещё толком и на ногах-то не стоит. Но приближается с указательным пальцем на изготовку. Будь он повыше ростом, так и до меня бы с удовольствием дотянулся.
        Ему что, уже родительской любви не хватает? Мама вроде бы нормальная.