Смотрю (зачем только?) обзоры новых автомобилей. И всякий раз одно и то же: "Машина вышла..." Нет, ну с дизайном, отделкой или комплектацией понятно. Но почему не делать такие, чтоб всё "выходило" на пять с плюсом? Чтоб и динамика разгона, и курсовая устойчивость, и тормоза, и печка - всё было предсказуемо хорошим. А не "что выйдет". Вы ж не первую машину создаёте. А то, блин, какая-то автомобильная лотерея.
        И экспертам хлебушек. "Датсун? Нет, ну вы меня извините... Сарай этот ваш Датсун. В Хонде 97-года дивный движок. А рестайлинговая версия подкачала подвеской. И разумеется, Форд есть Форд. Хотя... Двухлетняя Мазда тройка или новая Астра? Знаете... Тут ключевое слово "новая". Но вам решать".

    В воскресенье санитарка надраила моё окошко и прилепила на него свежую солнцеотражающую плёнку. Не то чтоб она мне там нужна. А в пасмурные дни теперь приходится включать освещение. Но в принципе, летом в это окно часов до одиннадцати заглядывает солнце. Просить - не просил. Но если так уж хочется позаботиться - клейте.
      В воскресенье наклеила. В понедельник похвалил. Во вторник уже кто-то с руками не совладал. Есть люди с мощным многозадачным мозгом, который постоянно ищет задания всему организму. Стоишь, куришь? А другая рука свободна? Ну так и не сачкуй, рисуй Олегу цветочек.
      Не, серьёзно. Замечали, что есть люди с постоянной потребностью... даже не рисовать, а скорее, обводить, штриховать, закрашивать? В институте со мной учился Игорь. Вроде бы и лекцию аккуратно записывает. И каждую свободную минуту что-то чёркает. То параллелепипед создаст и плоскости штрихует на разный манер, то обводит узор на дермантине тетрадной обложки. То заглавную букву расписывает.
      Кстати, такие люди, хоть звёзд с неба и не хватают, зато очень основательны, последовательны и надёжны. И в подтверждение моих наблюдений хотелось бы послушать нашего психолога Иринку-К. Включите, пожалуйста, ей микрофон.

     К цветочнице подошла бабулька.
- И почём же сирень?
- Сорок рублей.
- Одна веточка? Или букет?
- Одна веточка.
      Для меня как-то странно звучит. Ведь в Ростове этой сирени... Чуть ни перед каждым подъездом. А уж в частном-то секторе, что во дворах, что перед ними. Навалом сирени. Нет, ну вряд ли кто-то обрадуется, если вы наломаете с куста, который он считает своим. Вот на нашей клумбочке цветёт. И мы её обязательно срежем и раздадим соседям. Ну и себе поставим. И с дачи охапки привезём. Вот мне и странно, что кому-то приходит на ум сиренью торговать. Это ж как в интернете платить за песенку, которой хоть заслушайся бесплатно.
       А насчёт цветов... Вот раскрутили ж бизнес... Кому-то денежка, а остальным колготиться. Тащи этот букет, бережно тащи, вручай... Другому букет пристраивать, воду менять, потом в мусорку...
    Куда лучше цветы живые. Ну когда они растут. А дарить нужно полезное: сгущёнку, флешку, отвёртку, футлярчик для очков... Внимание хорошо дарится, помощь... Полочку повесил, предложил подвезти, позвонил с базы: "Тёть Нин, вам яйца брать?" Оно и пригодится, и на мусорку потом не тащить.
        А у нас ландыши под окном.            

     Подошла Ленка. Ножик в сестринской тупой, пирог не режет. Ну я взял трёхгранный напильник - больше ничего подходящего - правлю и умничаю. Дескать, нержавейка заточку не держит. Попробую - тупой. Ещё поточу, пробую - фигня. Все на меня смотрят, поддакивают: ну да, нержавейка вязкая, точится плохо.
    Ленка не дождалась. Берёт из сушки керамическую чайную кружку, переворачивает донышком вверх и по кольцу, где нет глазури, "вжик, вжик, вжик". Небрежно, не соблюдая никаких углов. Прям не точила, а скребла. Попробовал - острый. Взял свой напильник и побрёл восвояси.

      Вот такой он. Даже не буквой "г", а как бы из двух "брусочков", касающихся лишь одним уголком. На фотку влезли только второй и третий подъезды. Четвёртый за углом. Слева от третьего подъезда, на третьем этаже окно кухни. Кухня коммунальная. Некогда на две семьи и Белочку, одинокую по жизни Изабеллу Георгиевну Плотникову - Эрицпох. Левее узенькое окно ванной. А перед ним почти уже облетевший ясень, залезая на который я оказывался вровень с выглядывающей из ванной бабушкой Шурой. Странно, но она никогда не поднимала паники и не торопила меня слезть. Не боялась что ли?

      Левее ещё да окна. Это бабушкиных с дедушкой соседей по коммуналке Герасимовых. Такие же два на втором этаже - это окна Поповых. Помню и их папу Толика, и маму со зловещим именем Ада, и двух их дочерей. Наташка была  на два года меня старше. А её младшая сестра - ровесница моей. Осталась только Танька. Остальные давно умерли.
       В такие же два окна на первом этаже выглядывала тётя Тамара Тюлькова. Женщина тонкой, я бы даже сказал нервной, душевной организации. Впрочем, к старости он стала к нам - пацанам даже благоволить. Вместе с ней в квартире проживала семья Магрицких. Вася и Нина были гораздо старше меня. У них были свои друзья-ровесники. А вот с братанами Житными, Олегом и Вадимом мы в войнушку играли. Это от Вадимовой гранаты из обрезка трубы у меня навсегда под носом маленький шрам.
    На втором этаже вместе с Поповыми жили Рыбниковы. И отдельную комнатку занимала их бабушка с фамилией Калмыкова. Люда мелкая была. А вот с её братом Сашкой мы и по заборам-гаражам, и штаб строили, и в шахматы сражались и курили.
       Кстати, про "курили". На самом левом краю фотки, на крыше над вторым подъездом, кирпичные трубы вентиляции ограждают тихий закуток. Мы как-то ненадолго освоили это местечко. Карты, сигареты, стыренные с чердака детсадовской кухни... Это пацаны постарше из соседнего двора обнесли продуктовый. Болгарские сигареты показались им ерундовскими и они разбросали их по чердаку. А мы не побрезговали. "Родопи", "Ту 134", "Интер" (его уважал Сашкин папа). Забрались через незамкнутый люк чердака нашего третьего подъезда на крышу. Обосновались в том самом закутке. Дулись в карты и курили. (Я не взатяжку.) Клёвое было место. Но мы по глупости его потеряли. Оборзели, стали не таясь, спускаться по пожарной лестнице, заглядывать в окна. На нас наорали. А на чердачные люки повесили замки.

    Почему мы такие, а они не такие. А какие они? Интересно про разные поколения. И про нынешнее тоже. В гостях у ведущих шоу "Дышите глубже" на Маяке Виктории Колосовой и Петра Фадеева руководитель проекта Rugeneration Евгений Никонов. 25.04.2016

     Старческой неуверенной походкой окрестный бомж обходит двор по периметру. Седые патлы сухих волос, многодневная щетина, словно копировал образ пожилого актёра Ленькова. Замызганные джинсы, олимпийка. Через плечо некогда добротная, а теперь с разошедшимися молниями, от чего ещё более здоровенная спортивная сумка Kettler. Никого не затрагивает, но наготове откликнуться на малейшее к нему внимание. Здоровается с дворничихой. Та сухо отвечает, уворачиваясь от попытки балагурить. Улыбается и цокает нашей новой (потом расскажу) шавочке. Я тоже не расположен к общению. Ну и ладно, бомж бредёт дальше.
        Что у него в голове? Ведь у бомжей свой мир, свои мысли. Чему радуется? От чего свободен? Каких проблем лишён? А чего боится всерьёз? И боится ли чего-то вообще? Осталось ли в нём хоть немножко восторга? Или всё стёрто равнодушием? А как он смотрит на нас? Завидует или даже жалеет?
         Одно знаю точно. Он никуда не спешит. В нашем мире дорогого стоит.
          

     Нет, он умный. Умный. Но всегда так активно выпячивает свою эрудицию... Короче, я его не люблю. И всякий раз прислушиваюсь - ну да, да, вот такое я говно - стараясь к дядьке дободаться. Тем более, что теперь на Маяке есть Вайбер и Вотсап прямого эфира. А это уже - не просто хмыкнуть себе под нос.
    Вот только пока остановишься, пока напишешь сообщение, как то песню поставят, то новости часа. Но сегодня он ответил.

         
                 Тут его косяк.


 

                   А здесь его ответ.

       Лариса Павловна Ермакова. На фотках есть её муж, дядя Павлик. И старший сын Вовка. А младший Андрюшка фоткаться не любил. Вот из-за них-то Лариса Павловна и ушла из школы. Вовка напоролся на забор, попал в больницу. Короче, за пацанами нужно было приглядывать. А не ездить через полгорода, с Гвардейской площади на Сельмаш. Но наш "В" она не бросила. Довела до конца третьего.
      Формально ж вроде всё, начальная школа закончилась. За нас взялись разные учителя. Но всё равно хотелось видеть Ларису Павловну рядом. Расставались - плакали. Ну она ж с нами по-человечески, терпеливо, заботливо. Уму разуму учила, с моим гонором боролась. Короче, родной человек. Как совсем уж соскучились, узнали адрес и стали ездить в гости.
       Увидели, что учитель - это обычный человек. В обычной квартире. С двумя мелкими пацанами, улыбчивым мужем и автомобилем "Москвич". Что она, как и наши мамы, варит борщи, разжаривает макароны с колбасой. И кормит гостей. А рассказывая о поездке к друзьям в Болгарию, может как с равными поделиться крамолой. Дескать, мы в Советском Союзе Брежнева называем Лёнькой. А Живков для болгар - Тошка.

      Если кому-то было интересно, то вот ещё три истории.  
Мы люди гордые 
Я вас помню 
Прэлесть!