Я не ревнива. Но это не от природы. От ревности меня избавил случай, который произошел когда мне было 16 лет.
Я была влюблена, как это бывает в шестнадцать: до желания резать себе ножом вены - от невозможности более держать в себе это клокочущее чувство.
Предмет моей любви - длинный тоненький паренек с белыми волосами до плеч, Данила, был хиппи. Дитя цветов, все такое, гитара за плечами- нааскать денег и стопом по трассе М2 в Симферополь. К жизни относился просто.
И однажды взгляд его чистых голубых глаз остановился на мне и он сказал "Поехали в лес, маленький герлик, будем там с тобою жить".
Разумеется, мы поехали - презрев семью, дачу и даже не позвонив, в результате чего меня объявили во всесоюзный розыск... ну да это к делу не относится.
Мы жили тусовкой из семи-восьми человек в лесу - в нескольких палатках. И одна была отведена нам с Данилой. Это было даже не счастье. Это было прямо не знаю что такое. Ева в первобытном раю и та вряд ли столь упивалась своим Адамом.
А на четвертый день к нам приехала Саша. Двадцатилетняя красавица с которой у Данилы, оказывается был " сириоз лав". И Данила в восторге обнимал Сашу, целовал Сашу и пел для Саши все те же прекрасные песни, которые до этого пел мне. "Раздавленную кошку на дороге" , например. День прошел как в тумане. А вечером я пошла на свое место и легла спать. И спустя десять минут туда же пришли Данила с Сашей и, так сказать, сполна насладились обществом друг друга. Происходило это практически на мне, так как палатка была маленькой и тесной - я честно притворялась, что сплю. Заодно пыталась откусить себе язык - читала где-то, что это прекрасны споб самоубийства. Откусить не откусила, но больно поцарапала и он распух.
В это время Саша и Данила пустились в откровенные беседы. И Данила признался, что успел нарушить обеты верности.
-С кем? - спросила Саша.
По движению его руки я поняла, что он указывает на меня.
И дальше началось. Саша душераздирющим шепотом объясняла Даниле, какая он свинья. При этом больше всего ее беспокоило то, что я - "ребенок, который теперь наверняка получил психологическую травму", и что "это жестоко и подло", и нужно было предупреждать, и "бедная девочка" и "нужно думать головой, а не одним местом и у малышки теперь вся судьба может пойти наперекосяк" . А я лежала и анализировала свои чувства. До тех пор, пока не поняла, что дико злюсь на Сашу так как после такой нотации Данила, разумеется, никогда больше никогда ко мне не подойдет. И что я этого не перенесу. Потому что против Саши я ничего не имею, она хорошая, и есди бы я сейчас могла повернуться, и лечь под другую руку Данилы и просто уснуть у него на груди, я была бы счастлива.
На следующий день я вернлась домой и еще долго писала лживые объяснительные записки в детской комнате милиции. В одной из версий меня даже похищали марсиане, если мне память не изменяет.
И с тех пор моя ревность знает свое место. Я предпочитаю ничего не знать - и никогда не стремлюсь узнать то, что от меня скрывают. Но даже если случайно что-то такое выплывает на свет божий - я не могу сказать, что мне от этого плохо или больно. Плохо было тогда, в палатке. А сейчас мне почти что все равно.
Но вот что я действительно не терплю, это когда мне изменяет человек, который от меня требует верности, следит за мной и проверяет украдкой мой телефон.
Потомоу что это нечестно, в конце концов, и я так не играю
