В то время, когда в литературной моде был «высокий» стиль, а знаменитые писатели (Редьярд Киплинг, Артур Конан Дойл, Генри Райдер Хаггард) предлагали публике нереальных героев и немыслимые ситуации, сатирик Джером Клапка Джером рассказывал о совершенно обыкновенных людях в поисках приключений. И делал это весьма успешно.

Повесть «Трое в лодке, не считая собаки» до сих пор считается едва ли не самым смешным произведением в английской литературе. Написана она по мотивам реально произошедших событий, а участвуют в ней персонажи, списанные с друзей автора. Еще при жизни Джерома было продано более 200 000 экземпляров книги в Великобритании и около полумиллиона в Америке.

Одна из главных черт «Троих в лодке, не считая собаки» — вечная молодость. Шутки, которым Джером К. Джером щедро снабдил свое произведение, до сих пор актуальны.

1. Я не могу сидеть сложа руки и праздно глядеть, как кто-то трудится в поте лица. У меня сразу же появляется потребность встать и начать распоряжаться, и я прохаживаюсь, засунув руки в карманы, и руковожу. Я деятелен по натуре.

2. По-видимому, в жизни всегда так бывает. У одного человека есть то, что ему не нужно, а другие обладают тем, что он хотел бы иметь.

3. Сам я не понимаю по-немецки. Я изучал этот язык в школе, но забыл всё до последнего слова через два года после окончания и с тех пор чувствую себя значительно лучше.

4. Нужно думать не о том, что нам пригодится, а только о том, без чего мы не сможем обойтись.

5. Все на свете имеет свою оборотную сторону, как сказал один человек, когда у него умерла теща и пришлось раскошелиться на похороны.

6. В этом — весь Гаррис: он охотно берет самое тяжелое бремя и безропотно взваливает его на чужие плечи.

7. Как хорошо себя чувствуешь, когда желудок полон. Какое при этом ощущаешь довольство самим собой и всем на свете! Чистая совесть — по крайней мере так рассказывали мне те, кому случалось испытать, что это такое, — дает ощущение удовлетворенности и счастья. Но полный желудок позволяет достичь той же цели с большей легкостью и меньшими издержками.

8. Мне всегда кажется, что я работаю больше, чем следует. Это не значит, что я отлыниваю от работы, боже упаси! Работа мне нравится. Она меня зачаровывает. Я способен сидеть и смотреть на нее часами. Я люблю копить ее у себя: мысль о том, что с ней придется когда-нибудь разделаться, надрывает мне душу.

9. За опыт, как говорится, сколько ни заплати — не переплатишь.

10. Как-то раз я зашел в библиотеку Британского музея, чтобы навести справку о средстве против пустячной болезни, которую я где-то подцепил, — кажется, сенной лихорадки. Я взял справочник и нашел там все, что мне было нужно, а потом от нечего делать начал перелистывать книгу, просматривая то, что там сказано о разных других болезнях. Я уже позабыл, в какой недуг я погрузился раньше всего, — знаю только, что это был какой-то ужасный бич рода человеческого, — и не успел я добраться до середины перечня «ранних симптомов», как стало очевидно, что у меня именно эта болезнь.

11. Не знаю почему, но вид человека, который спит, когда я уже встал, приводит меня в неистовство. Меня возмущает, что драгоценные часы нашей жизни, эти чудесные мгновения, которые никогда уже не вернутся, бесцельно тратятся на скотский сон.

12. Чего не видит око, того не чувствует и желудок.

13. Просто удивительно, как рано встаешь, когда ночуешь на открытом воздухе! Если спишь не на перине, а на дне лодки, завернувшись в плед и сунув под голову саквояж вместо подушки, то как-то нет охоты выкраивать еще хоть пять минуток.

14. Всюду я замечаю то же самое; в каждом языке есть два произношения: одно «правильное», для иностранцев, а другое свое, настоящее.

15. Вообще, как я заметил, почти все вещи в этом мире выглядят на картинах куда лучше, чем в действительности.

16. В данном случае у меня были все признаки болезни печени, включая главный симптом: «апатия и непреодолимое отвращение ко всякого рода труду». Как меня мучил этот недуг – невозможно описать. Я страдал им с колыбели. С тех пор как я пошёл в школу, болезнь не отпускала меня почти ни на один день. Мои близкие не знали тогда, что это от печени. Теперь медицина сделала большие успехи, но тогда всё это сваливали на лень.

17. Но женщины почему-то любят гладить нож, который нанес им рану.

18. – Если я поймаю сорок штук, – говорил он, – я буду рассказывать что поймал пятьдесят, и так далее. Но больше я прибавлять не буду, потому что врать – грех.

19. Я добросовестно перебрал все буквы алфавита, и единственная болезнь, которой я у себя не обнаружил, была родильная горячка.

20. Нехорошо все время плыть по течению. Гораздо больше удовольствия, напрягая спину, бороться с ним, идти вперед наперекор ему, – по крайней мере мне так кажется, когда Гаррис с Джорджем гребут, а я правлю рулем.

21. Но кому нужны предсказания погоды? То, что она портится, уже само по себе достаточно скверно; зачем же еще отравлять себе жизнь, узнавая об этом заранее?

22. На наш вопрос, пробовал ли он когда-нибудь стирать в реке фланелевые костюмы, Джордж ответил: – Нельзя сказать, чтобы я стирал их сам, но я знаю людей, которые стирали. Это не так уже трудно.

23. После основательного, хорошо переваренного приема пищи чувствуешь себя таким великодушным, снисходительным, благородным и добрым человеком!