Из книги монаха Симеона Афонского «Восхождение к Небу»

Православное старчество


Звери собрались в лесу послушать проповедь. Первым начал говорить заяц, но звери только смеялись, ведь он был такой трусишка! Затем начала говорить лиса, но звери недоверчиво улыбались, зная – какая лиса плутовка! После нее выступил с проповедью волк, но все лесные жители были недовольны его словами, – очень уж волк был злой! А от медведя с его проповедью звери так ничего толком и не услышали, кроме ворчанья и сопенья. Вдруг в чаще послышался треск, и на поляну выбежал запыхавшийся олень. – «Дорогие мои! – Крикнул он изумленным от неожиданности лесным жителям. – В лесу начался пожар! Спасайте свою жизнь!» Звери кинулись бежать. – «Вот самая лучшая проповедь!» – Говорили, разбегаясь, звери.

Буквальное неосознанное следование заповедям не приводит человека к очищению сердца и Спасению.

Замечать недостатки других людей, значит – умножать собственные.

Люди по рождению все безымянны, а потому все они вместе представляют одно безымянное единство.

Когда человек замыкается в своих мыслях и представлениях, Вечная Жизнь удаляется от него.

Человек, не умеющий плавать, в панике барахтался в реке. Он поднял тучу брызг и по реке побежали волны, которые человек в страхе принял за опасное течение. Он начал бороться с речными волнами. Наконец, утопающий догадался, как нужно держаться на воде, и понемногу доплыл до берега. Выбравшись на берег, он оглянулся и увидел, что на реке полная тишина, а он все время в воде боролся с волнами и брызгами, которые сам же создавал!

Этот мир таков, что в нем никогда ничего не приобретешь и никогда ничего не потеряешь.

Грязь тоже любит блестеть. И гордость любит казаться смиренной.


Раки попали в кастрюлю с кипящей водой и стали спрашивать друг друга, откуда произошел этот странный мир и почему он так устроен? Одни говорили одно, другие – другое. Тот, кто упал в кипящую воду первым, считал себя самым умным. Он начал речь, но покраснел и замолчал. В это время сверху в кипяток упало еще несколько раков. – «О чем спор?» – спросили они. – «Мы спорим о том, откуда произошел этот странный мир!» – ответили им обитатели кастрюли. – «А кто из вас самый ученый?» – спросили гости. – «Самый красный!» – Закричали все раки и тоже покраснели.

Если ты что-то знаешь, это и есть незнание. А если ты можешь ничего не знать, – это и есть знание.

Бог спасает человека, а не религию. А люди спасают религию, но не человека.

Мир может быть мал, как маковое зернышко, но все же он останется бесконечен во всех своих проявлениях.

Спасаться по книгам – тоже самое, что лечиться градусником.

Никогда не учись у тех, кто ищет Христа вовне и произносит красивые речи о спасении.

Говорить правду об Истине, значит говорить о ней слова. Но сама Правда выше слов.

Трудными обстоятельствами и скорбями Бог пытается вернуть нас к самим себе.


Тот, кто в религии привержен к внешним формам, потом становится ее противником.

Видеть недостатки других, значит приобретать их.

Не борись с дурными мыслями, просто – не имей их.

Не выходи из сердца не попадешь в плен мыслей.

Малая вера – многословна, большая вера – любит молчать, но не всякое молчание имеет веру.

Если пройдешь бесстрашно сквозь мысли, найдешь – Бессмертие.

Вечность может сделать нас только Вечностью, на меньшее Она не способна.

Правду невозможно обнаружить с помощью лжи. Откажись ото лжи, и то, что останется, – Правда.

Отбрось жалкую погремушку – ум, и обретешь разум.


Никогда не делай себя вещью и рабом вещей – станешь Человеком.

Чистоты сердца достигают с помощью Бога, а не с помощью своей чистоты.

Стремиться обладать вещами, значит – презирать свою собственную жизнь.

С Безмолвием говорят на языке безмолвия, но голос Безмолвия подобен раскатам грома.

Этот мир в одно мгновение рождается и в одно мгновение исчезает.

Предельная смелость – постижение Бога.

Страдания – это всегда удар по самолюбию.

Жизнь всегда смиряет гордых и возвышает смиренных.

Никто и никогда не может быть источником наших страданий, кроме нас самих.

Беспрерывно держись одного Бога. И Бог Сам будет поддерживать тебя.

К тому, кто все отдает, все приходит.

Только настоящее сердце может познавать Настоящего Бога.

Сама Истина ищет сердце, которому Она может доверить себя.

Больше всего бойся суеверия и суемудрия.

Нигде и никогда не может быть иного источника счастья, как в тебе самом.

Печаль и радость – это обочины счастья.

Счастье – это то, к чему нечего добавить.

Живи так, чтобы твой ум не мешал тебе жить.

До тех пор, пока мы что-то знаем, мы никогда не приблизимся к истинному Знанию.

Испытывать неприязнь к другим людям – то же самое, что испытывать неприязнь к своей тени.

Успей отречься от мира, прежде чем мир отречется от тебя.

Там где «я» – там неправда, а там, где «не – я» – там правда.

Упрекать людей за их недостатки – все равно, что упрекать зеркало.

Только настоящее счастье не имеет ни конца, ни предела.

Как только мы цепляемся за этот мир как за опору, он становится бездной.

Часто обстоятельства бывают для нас – как смирительная рубашка для безумного.

Хотя небо и высоко, но до него в любое мгновение можно достать рукой.


Один человек спросил другого: «Отчего, когда я с людьми, – я очень злой, а когда я один – я очень добрый?» – «Наверное, оттого, что, когда ты с людьми, – они не знают, что ты очень добрый, а когда ты один – ты не знаешь, что ты очень злой!» – Ответил собеседник.

Выйти из мира, это значит, – выйти из мира мыслей.

Мысли, если их не слушать, – подобны комарам, а если их слушать, – подобны слонам.

Бог никогда не уходит от человека, только человек уходит от Бога.

Легче помочь другому, чем самому себе.

Сначала мы идем по пути, а потом – сами становимся этим Путем.

Один человек спас других людей от беды, жертвуя собственной жизнью. Он остался жив, Бог даровал его душе благодать и он стал старцем. Но у него остались некоторые нехорошие привычки – старец допускал в разговоре грубые выражения. Ученики стали подражать привычкам старца, считая их проявлением его святости. Но кроме привычки к употреблению грубых выражений ученики ничего не приобрели от своего подражания.

Оставь логику для мира сего, а сердце посвяти постижению Вечности.


Каждое слово борется с другим словом, и только Истина – самоочевидна.

Все видения – до Входа внутрь. Когда войдешь, – уже нет видений.

Не сгнои себя среди книг и не состарься в их изучении.

То, что не пребывает с нами всегда – не истинно.

Истина всегда не двойственна – поэтому она вечно жива.

Мирское знание – это суетное любопытство, облеченное в систему.

Не понять Святое без святости, не обрести Божественное без Бога.

Бесстрастие – это не бесчувствие, а духовное преображение.

Спасение достигается только тогда, когда к нему стремятся постоянно, а не от случая к случаю.


Два друга беседовали о смирении и каждый хотел показать себя более смиренным. – «Все-таки, я самый большой грешник на свете!» – Сказал первый. – «Ну, уж и ты! С чего бы это? Нет, самый великий грешник – это я!» – Ответил другой. Они заспорили, разгневались друг на друга и даже подрались. Мимо дерущихся друзей проходил их знакомый. Спорщики остановили его и попросили рассудить – кто из них самый смиренный? Знакомый внимательно оглядел их и сказал: « Думаю, что самый смиренный из вас тот, у кого под глазом фонарь больше!»

Неизбежный итог пустой жизни – усталость от нее.

Не затеряйся в мире книг, как в безводной пустыне.

Пусть все книги пишут о пользе воды. Но ты сможешь утолить свою жажду только из родника, а не из книг.

Добрые дела, которые мы делаем с неохотой, омерзительны пред Богом и пред людьми.

Весь окружающий мир указывает тебе на то, что внутри тебя, а ты бесполезно ищешь это в мире.

Чтобы помочь другому человеку, не обязательно быть сильным и богатым, – достаточно быть добрым.

Тот, кто обманывает других, в первую очередь обманывает самого себя.

Доброе дело – не то, которое радостно делать, а то, которое необходимо делать.

Жизнь тупиков не имеет, – человек сам заходит в тупики.

Однажды киностудии для съемок фильма потребовался типичный московский дворник. Отобранному для фильма дворнику, было обещано приличное вознаграждение. На предварительный просмотр-конкурс явилось множество одетых в чистую форму подтянутых дворников. Но сколько не отбирала комиссия дворников, – все они были какие-то нетипичные. Устав от просмотра, комиссия объявила перерыв, и ее члены вышли в замусоренный двор киностудии. Неожиданно, среди хлама, они увидели некую спящую небритую личность с метлой. Спящего человека растолкали и спросили, не он ли дворник этой замусоренной киностудии. – «Понятия не имею, о чем вы говорите!» – Хриплым голосом ответила странная личность. – «Вот, это и есть типичный московский дворник!» – Обрадовалась комиссия.

Потеряй себя и еще потеряй – и удивлению твоему не будет конца.

Грезы о своем спасении – это далеко не само спасение.

Всегда иди вперед, не останавливайся. Просто, иди вперед и все…

Есть два вида молчания:
Можно говорить всю жизнь и не сказать ничего дурного.
Можно молчать всю жизнь и не сказать ничего хорошего.


Когда мы бьемся головой о стену, мы укрепляем эту стену своей головой.

Людей, красиво рассуждающих о бедности, часто можно встретить рядом с богачами.

Для человека жизнь – самое важное, поэтому в жизни ничего нет неважного. Может ли отражение в зеркале стать живым человеком? Может, если тот, кто смотрит в зеркало, вспомнит, что именно он – живой человек, а не его отражение.

Опытный охотник всегда переходил вброд глубокую горную реку только в одном известном ему месте. Для того, чтобы не ошибиться и не попасть в стремнину, он сделал зарубки на деревьях по берегам реки. Друзья, собравшись на охоту, попросили рассказать им об этом броде. Охотник подробно объяснил им, где переходить реку и какие предметы они найдут по берегам. Охотники отправились в путь, но когда нашли зарубки, уже стемнело. К их большой неудаче, в верховьях реки прошел сильный ливень, и вода поднялась. Войдя в реку, охотники были сбиты быстрым течением, едва не утонули, потеряли ружья и еле выбрались обратно на берег. Они сильно разгневались на своего друга, видя в его совете некий злой умысел. Им было невдомек, что получить хороший совет и хорошо исполнить его – не одно и то же.

Пока не подаришь последний рубль нищему, никогда не получишь в дар миллион.

Когда слушают умом – ум борется с умом. А когда слушают сердцем – сердце сливается с сердцем.

Ум – это смерть, сердце – это жизнь.

Царский сын младенцем потерялся в лесу, когда на царство напали воинственные кочевники. Мальчика подобрал лесоруб. Жена лесоруба часто бранила своего мужа, обзывая его бранными словами. Заодно доставалось и мальчику. Ребенок привык слышать бранные слова и отзывался на них. Царь этой страны спасся от смерти и начал разыскивать потерянного сына. Служители, посланные царем на поиски сына, пришли как-то и в дом лесоруба. Увидев мальчика, спросили, как его зовут? Он ответил: «Тупица!». – «Странное имя!– Удивились стражники. – А еще как тебя зовут?» – «Болван и Невежда!» Воины рассмеялись: «Нет, таких имен не может быть!» В это время из лесу вернулся лесоруб. Царские посланники узнали от него историю мальчика и поняли, что он и есть потерявшийся царский сын. Служители поклонились мальчику и сказали: «Вы – царский сын, Ваше Величество! А те имена забудьте! Вы к ним не имеете никакого отношения!»

Если этот мир ложен, то все направления в нем ложны.

Бог скрывает себя за покровом обыденности.


То, что не главное, – живет и укрепляется, а то, что главное – не замечается и его словно бы не видно.

Зачастую, стремясь доказать, что у нас нет гордости, мы тем самым доказываем, что она у нас есть.

«Очень ранимый» – в духовной жизни означает: «очень тщеславный».

Чему бы мы не научились, все это, в конце концов, совершенно бесполезно.

Кто больше приобретает: тот, кто гонится за выгодой – или тот, кто от нее отрекается?

Чем больше стараешься приблизиться к жизни, тем дальше она отступает.

Чем быстрее убегаешь от смерти, тем скорее она догоняет.

Чем настойчивее борешься за здоровье, тем скорее его потеряешь.

Чем сильнее отталкиваешься от суеты – тем крепче к ней привязываешься.

Там, где прекращаются мысли, начинается Неизреченное.

Когда мы поймем, что ТАМ лучше, чем ЗДЕСЬ, мы поймем, что ТАМ – это и есть ЗДЕСЬ.


Есть на свете одна огромная Река. Она не имеет начала, не имеет конца. И названия у Нее нет. Левый берег у этой Реки – Смерть, правый берег – Жизнь. А Сама Река – ни жизнь, ни смерть, но ведает жизнью и смертью. Из Нее рождаются в жизнь и из Нее переходят в смерть. А тот, кто плывет по этой Реке, забывает о жизни и забывает о смерти.

Оторви сердце от мира, и миру не за что будет держаться.

Если иногда кажется, что ничего не получается, не переживай – получается! Только не там, где ты ждешь.

Чем ближе к людям – тем дальше от Бога. Чем ближе к Богу – тем ближе к людям.

Мысли – это не жизнь. Жизнь – это чистое сердце.

Не стыдись признаваться, что ничего не знаешь, тем более, что это так и есть.

Только глупость полагается на саму себя.

Бог – это мир бессмертия, в котором нет ничего, кроме Вечной Жизни.

Мир наступает на душу не вещами, а страстями.

Самые сложные вещи понять проще, чем самые простые которые понять несравненно сложнее.

Нам неприятно не то, что люди поступают нехорошо, а то, что мы о них нехорошо думаем.

Важно не то, – что ты думаешь о Боге, а то, – пребываешь ли ты в Нем своим сердцем.

То, что принадлежит нам, от нас не уйдет, даже если мы будем убегать от него. А то, что нам не принадлежит, мы никогда не догоним, даже если будем за ним гнаться.

Солнце не может светить только в одно окно, но люди хотят, чтобы Бог был только у них, и ни у кого другого…

Если люди шире узкого Евангельского пути, то силой их в него не затянешь.

Жить с Богом – это значит жить сердцем, а жить с миром – значит жить головой.

Увидел разбойник: человек идет по дороге, а ботинки на нем хорошие… Вышел навстречу, говорит человеку: «Друг, дай ботинки примерить!» Тот оробел, отвечает: «Ладно, примерь!» Примерил разбойник ботинки, походил в них перед друзьями – разбойниками. Те головами кивают: мол, хорошие ботинки, чего зря говорить! Подходит разбойник к человеку и говорит: «Друг, ты – добрый человек?» Тот отвечает: «Добрый». – «Тогда отдай мне ботинки по-доброму!» Тот и отдал ботинки, а что делать? Ведь по-доброму отдал! А могло быть и похуже...

Если есть что хранить – значит, есть что и потерять. Если нечего хранить – то нечего и терять.
Если имеешь то, что может хранить само себя, то нечего страшиться, что можешь это потерять.


На дне спокойного чистого пруда лежал клад. Когда вода была спокойна, этот клад был ясно виден на дне. Много людей бродило по берегам этого пруда, пытаясь разглядеть его получше. И одни люди старались отгрести в сторону воду: кто руками, кто веслом, кто доской. Но вода не уходила, а прибывала снова и снова. Другие люди, видя, что из-за волнения воды на поверхности пруда клад теряется из виду, пытались успокоить поверхность пруда, отгоняя волны руками и разными предметами. Так одни люди мешали другим, и конца их работе не было видно…

Бог ничем не ограничивает человека, человек ограничивает сам себя.

Человек стремится закрепиться прочнее в этом мире, из которого Бог старается освободить человека.

Два монаха сели пить чай. Один монах спрашивает другого: «Какой чай будем пить?» Тот отвечает: «Какой благословишь! А какой чай ты бы хотел пить?» – «Как ты благословишь!» – Отвечает первый. – «Ладно, тогда черный чай будем пить!» – Говорит второй монах. – «Нет, лучше зеленый!» – Возразил первый. – «Нет, черный!» – «Нет, зеленый!» Сильно они поссорились из-за чая.

Жило одно царство. И жить было в нем не очень хорошо, даже, можно сказать, – плохо. Услышали жители этого царства, что дела в нем можно поправить, если жизнь свою улучшить. Начали улучшать. Улучшали – улучшали, устали улучшать. А лучше не стало. Стали виноватых искать. Начали с царя – казнили его. Казнить-то казнили, а жить стало еще хуже. Решили – подданные виноваты. Начали подданных казнить. Много народу казнили, а жить стало попросту страшно. – «Нет, не то! Видать, соседнее царство виновато!» Воевали – воевали, устали воевать. Захотели поглядеть – что же вышло? Поглядели – и руками развели: было плохо, а стало – хуже некуда!

Один парень был дурак дураком. Что делать? Так и жил. Но он очень хотел казаться умным и очень обижался, когда его обзывали дураком. Тогда его еще больше дразнили: «Дурак! Дурак!» Устал парень от такой жизни. Как-то однажды подумал: «Ну что ж делать? Дурак – и дурак! Ладно, буду дураком жить!» И когда говорили ему: «Эй, дурак!», он отвечал: «Ну да, дурак! А что тут такого?» Люди очень удивились и стали говорить между собой: «А наш дурак-то – совсем не дурак! Соображает!» – «Да он, оказывается, умный парень!» – Согласились все. С тех пор этого дурака никогда уже не дразнили дураком, хотя он сам никогда не старался казаться умным…

Есть люди, которые ставят себя на место других людей, предварительно убив их своей гордостью.

Для мелкой души и Евангелие мелко и Небеса.


Когда-то в некотором государстве самые умные не считали себя самыми умными. И люди жили спокойно. А тех, кто не считал себя самыми умными, люди называли мудрыми и жили счастливо. Но те времена прошли. Глупые взяли вверх, назвали себя самыми умными и начали исправлять жизнь по своим глупым понятиям. Они сами называли себя учеными и убедили людей считать их самыми мудрыми. С тех пор все в государстве пошло вкривь и вкось. А как было раньше – люди позабыли.

В одной стране приняли новую Конституцию, в которую ввели необычный закон. Он гласил следующее: «Постановляем, что все, что раньше было «НЕТ» – теперь считать за «ДА», а то, что прежде было «ДА» – заменить на «НЕТ». Был учрежден праздник Новой Конституции. По городам прошли демонстрации с приветствиями и лозунгами, одобряющими Новую Конституцию. На плакатах было написано: «Новой Конституции – говорим наше единогласное – «НЕТ»!

В давние времена одному человеку, заключенному в тюрьму и приговоренному к смертному приговору по ложному обвинению, друзья передали небольшую икону, на которой был изображен ап. Петр с ключами. Верующий узник обрадовался и начал молиться перед этой иконой, не понимая – почему передали именно ее? Ведь друзья пообещали выручить его и спасти от смерти как можно скорее. Приглядываясь внимательно к иконе, он заметил, что в изображении ключей есть неприметная щель. Он долго размышлял, пытаясь понять – что это значит, пока не догадался: в иконе скрыт маленький тайник! Он сумел открыть тайничок, в котором оказался план побега. Так он благополучно избежал смерти, унеся с собой и икону, с изображением ап. Петра с ключами.

Если общаешься с Богом, людей не теряешь. А если общаешься с людьми, – теряешь Бога.

Книги – это хлеб нарисованный. А жизнь – это хлеб настоящий.

К возвышенной Красоте привыкнуть невозможно, а зло пристает к душе само собой.

Молитва сама стремится к человеку, который всем сердцем стремится к ней.

Люди больше всего бояться свободы и поэтому всегда выбирают рабство.

Жестокое сердце – мертвое сердце. И только смиренное сердце – Живое сердце.

Бояться быть добрым – последний предел трусости.


Некий человек увидел над красивой горой великолепный закат. Желая поделиться этой красотой с другом, он побежал к нему в комнату, приглашая вместе полюбоваться закатом. – «А я в прошлом году видел закат еще лучше. Не хочется теперь смотреть!» – Ответил друг. – «Так то было в прошлом году! А этот закат – в этом году и сейчас! Неужели тебе не хочется еще раз увидеть этот прекрасный закат?» Препираясь, друг неохотно вышел за своим товарищем их комнаты. Но цвета заката поблекли, и уже не было так красиво, как несколько минут назад. – «Ну, что я говорил! – Сказал недовольным голосом друг своему товарищу. – Видишь, ничего интересного! Только зря позвал!»

Мысли – это осадок сознания, которое совсем не нуждается в этом осадке.
Все, что совершается с помощью осадка сознания – порочно.

То, что совершается сознанием без осадка, – совершенно.

Есть Книга, в которой нет букв и слов. Но, читая ее, все в жизни становится понятным.

Несколько друзей путешествовали в удивительно красивых горах. Когда друзья вернулись домой, двое из них с восторгом рассказывали об увиденном. Тогда знакомые спросили у третьего молчащего путешественника: «А вам что понравилось в этих удивительных горах?» – «Пельмени там, действительно, были удивительны!» – С приятным удовольствием в голосе ответил третий путешественник.

Когда люди хотят счастья только для себя, – они лишаются и того, что имеют.

Во Христе смерти нет, но понять это мешает человеку страх смерти.

Говорят двое приятелей. Один предлагает другому: «А не съездить ли нам на речку?» – «Невозможно, там дорогу перекопали!» – «Может, поедем в город?» – «Не получится, там переезд не работает, а в объезд – далеко!» – «Тогда давай сходим в магазин!» – «Да он закрыт сегодня!» – «Что же делать? Тогда дома посидим?» – «А дома – ремонт, посидеть негде!»


Человека убивают не обстоятельства, – его убивают мысли.

Дети любят пускать мыльные пузыри. Но если внимательно присмотреться к жизни, то можно заметить, что взрослые тоже любят мыльные пузыри своих дел и увлечений. В конце концов, оказывается, что вся жизнь – как один большой мыльный пузырь.

Человек, которые не хочет делать добро другим, не находит его сам.

Пришел человек в магазин, хотел утюг купить. А ему говорят: «Утюгов нет, а есть новинка – небольшой космический корабль!» – «Да зачем мне космический корабль? – Удивился покупатель. – Мне утюг для дома нужен». – «Да вы поймите, вы же сможете летать к другим планетам, и совсем не дорого – по цене утюга!» – «Зачем мне полеты? Мне хватит и утюга!» – Недовольно ответил покупатель.

Жил один предприниматель и был он скуповат. Случилось так, что пальцы на его правой руке сложились в кукиш и не разжимались. Со временем этот предприниматель стал ходить в Церковь, ставил свечи, научился молиться и бить поклоны… Только когда его просили помочь кому-нибудь, он показывал всем, как и прежде, – кукиш. Не разжимается рука, привыкла уже!

Когда человек забывает Бога, в нем появляются мысли о переустройстве всего мира.

Когда человек теряет единение с Богом, в нем появляются мысли о стремлении к чистоте сердца.
Когда утрачивается стремление к чистоте сердца, появляются мысли о помощи людям и совершении добрых дел.
Когда исчезают понятия о помощи людям и совершении добрых дел, появляются мысли о дисциплине, порядке и о принуждении к ним всех людей.
Стремление к принуждению и насилию приводит к окончательной смуте и гибели всего существующего.

ВСЕ никогда не может измениться и перестать быть, потому что ВСЕ никогда не меняется и не перестает.

Когда легко и радостно жить? Когда в сердце ничего нет, кроме Бога.
Когда жить тяжело и мучительно? Когда у тебя все есть, а Бога – нет.

В лесу был источник с очень сладкой, чистой и вкусной водой. Все жители окрестных деревень ходили к этому источнику, приносили воду из него домой и хранили, потому что вода из этого источника не портилась. Однажды в одной из этих деревень строительная артель пробила скважину для воды и за плату стала проводить воду по домам жителей. Но эта вода была жесткой и годилась лишь на полив. Тогда строители распространили слух, что вода в роднике отравлена, – пить ее нельзя, а вода из скважины – чистая. Очень много людей поверили в это, и они перестали ходить к источнику. И только те смельчаки, которые отваживались пить из лесного источника, знали, что это клевета. А вода в источнике была и осталась чистой, вкусной и мягкой…

Если мы сами не поселим себя в Ад, – никто не сможет сделать это с нами насильно.

Счастье – это когда мы идем за Богом. А несчастье – это когда Бог идет за нами.

Благодать живет в живом преображенном ею человеке, а не в сухом дереве.

Человек, умертвивший себя ради Бога, живет новой жизнью, не имеющей конца.

С радостью принимай каждую боль и страдание – это все проявление Вечной Жизни, которую они не могут уничтожить.

Солнце взошло над морем… Даже человеческий череп, лежащий на берегу, кажется, улыбнулся жизни.

У Бога более всего возможно самое невозможное.


Один человек взялся изучать добродетели. Открыл книгу о добродетелях и поразился добродетели милостыни! Выбежал на улицу раздавать милостыню, а впопыхах книгу с собой захватил: «Дай, думает, гляну – что там, в следующей главе?» Посмотрел, а там глава о добродетели уединения. Захлопнул книгу. Кинулся со всех ног домой и заперся! Не успел увидеть, что следующая глава о добродетели юродства… И хорошо!

Если ты задумаешься хотя бы на мгновение, когда у тебя просят милостыню, – ты никогда не подашь ее.

Один писатель пришел в гости и увидел, что в кабинете хозяина очень хорошая библиотека. Он стал внимательно разглядывать книги. Владелец библиотеки подошел к нему и начал показывать книжные полки: «Это – весь Достоевский!» – «Достоевский? Нет, это не то!» – Ответил писатель. – «А вот – весь Гоголь!» – Указал на сочинения Гоголя владелец библиотеки. – «Ах, Гоголь! Это тоже не то!» – Сказал писатель и неожиданно спросил: «А нет ли у вас моих книг? Мне бы хотелось их почитать!»

Один видный маститый архиерей был на встрече со своими чадами и единомышленниками. Он много говорил о духовной жизни и отвечал очень рассудительно на все вопросы собравшихся. Наконец, от присутствующих, один из участников встречи задал архиерею вопрос: «Ваше Преосвященство, вы прожили интересную духовную жизнь на благо людей и ради спасения своей души. Вы стали духовной опорой вашим многочисленным чадам и сподвижникам. Скажите, что бы вы хотели еще совершить в жизни? Какой бы еще шаг вы бы предприняли после всего, достигнутого вами в этой жизни?» Архиерей задумался и ответил: «Я бы очень хотел хотя бы раз в жизни успеть совершить свой главный поступок – отречься, наконец, от мира!»

Если ты думаешь, что ты достиг святости, – значит, ты не достиг ее.

Только тот живет, кто все время начинает жить заново.

Человек принял обет не пить вина целый год. Не пил месяц – другой. Друзья позвали его на празднование чьих-то именин и предлагали ему выпить. Этот человек изо всех сил отказывался от угощения, указывая но то, что он принял обет не пить вина. – «Выпей только сто грамм!» – Уговаривали его одни друзья. – «Ну, хотя бы – пятьдесят грамм!» – Просили другие. Принявший обет, раздраженный назойливыми просьбами своих приятелей, воскликнул: «Знаете что! Подождите, вот закончится год, – тогда уже напьюсь!»

Некий человек, испытывая недостаток воды, стал просить Бога – даровать ему воду. Долго он докучал Богу своей просьбой. Наконец, он услышал голос Божий, сказавший ему: «Я могу дать тебе воду, много воды. Но во что ты примешь Мою воду и в чем сохранишь ее? В начале выкопай колодец. И я наполню его чистой, прохладной водой! Вода – Моя, а колодец – твой».

Человек копал колодец. Прокопал десять метров, – нет воды. Бросил копать. Ушел. Начал рыть в другом месте. Копал, копал, – снова везде сухо. Бросил это место и совсем ушел. А к его первому колодцу подошел другой человек. Видит – колодец глубокий, а воды нет. Спустился в него. Прокопал три метра, и пошла вода. Очень был рад.

Бог нас всегда окружает теми людьми, с которыми нам необходимо исцелиться от своих недостатков.

Все ошибки и недостатки всегда принадлежат нам. А все успехи и достоинства всегда принадлежат другим.

Писатели встретились у знакомого писателя в его доме. Они расположились на веранде, неподалеку от которой старик-садовник стриг садовыми ножницами кусты. Собравшиеся начали беседовать о писательском ремесле и пришли к выводу, что сейчас только одни они и есть – настоящие писатели. Но жена хозяина утверждала, что сейчас пишут практически все. Тогда писатели решили спросить садовника, не писатель ли он? Садовник отложил ножницы и сказал: «Конечно, и я – писатель!» – «А что же вы пишите?» – «Воспоминания». – «Можете прочитать?» – «Могу». – С достоинством ответил старик, достал из кармана записную книжку и прочитал: «Воспоминания: вчера купил пять килограмм картошки, два килограмма лука, один килограмм моркови и пять головок чесноку». – «И что же в этом хорошего?» – Спросили писатели. – «А то, что это все – правда!» – Усмехнувшись ответил садовник.

Чем больше человек лечится, тем больше болеет.

Великий игрок никогда не играет на деньги.

Тот, кто старше самой вечности – не стар. Тот, кто сотворил мир, скрыл Себя от мира.

Самый страшный фанатизм – фанатизм борьбы за правду.
Фанатизм борьбы за правду – это другая сторона лжи.

Когда воля человеческая становится важнее Воли Божией, – появляется воля вражеская.

Зайцу говорила зайчиха: «Какой ты у меня сильный, смелый и храбрый!» Но заяц был скромен и отвечал, оглядываясь по сторонам: «Все в сравнении, моя дорогая. Все в сравнении…»

Главарь шайки рассказывает своим друзьям – разбойникам: «Встретил я недавно одного хорошего парня: сильный, смелый и душа нараспашку!» – «А как он в деле? » – Спрашивают разбойники. – «Видел его и в деле, – отличный парень! – Важно говорит главарь. – Ему убить человека – раз плюнуть! Хороший парень, вот, что я скажу!» – «Тогда подойдет нам» – Согласились разбойники.

Из пустой и чистой комнаты исходит ослепительный свет. А из комнаты, заваленной хламом, исходит зловоние.

Светильник всем светит, потому что в нем сгорает масло. Хочешь сберечь масло? Не зажигай светильник. Но тогда масло испортится и его выльют.

Когда люди думают, что они уже захватили в свою власть всю землю, неожиданно обнаруживается, что они ничем не владеют.

Тайна подлинно существует, и хорошо то, что Она невидима и не имеет облика. Тем лучше на Ее фоне видны поступки и действия людей.

Невыразимое постичь можно, но увидеть нельзя.


Если садовник полюбит только одни вид роз, всем другим розам придет конец…

Путь размышления и многознания – путь, низвергающий душу в бездну мучительных ошибок и заблуждений.

Путь стяжания благодати – прямой и безошибочный путь к Богу.

Постигать других и не постигать себя, значит: потерять и других, и себя.

Даже если все люди начнут искоренять зло друг в друге, оно не исчезнет, а умножится.

Когда люди начнут жить по воле Божией, не имеет значение существует или не существует многознание.
Если люди не живут по воле Божией, они начинают жить по ложным теориям, которые их убивают.

К доктору приходит на прием больной. – «На что жалуетесь?» – «Сильно руки дрожат, доктор, не знаю, что делать!» – «Вытяните, пожалуйста, руки перед собой!» – Говорит доктор. Больной вытягивает руки. – «Не так! – Подсказывает доктор. – Расслабьтесь, сделайте, как я, держите руки вот так!» – «Доктор, простите, но у вас руки дрожат сильнее, чем у меня!» – «Не обращайте внимания, ведь я же доктор!»

Летом один человек никак не мог выгнать из комнаты множество мух, налетевших в нее из-за жары. Он гонялся за ними с полотенцем, открыв двери, вспотел и утомился, но мух налетело в комнату еще больше. К нему заглянул сосед и, увидев неудачу знакомого, посоветовал ему: «Друг, ты закрой потемнее шторами окна в комнате и мухи сами вылетят из темной комнаты на улицу, понимаешь?»

В чем осудишь другого, в то же впадешь и сам, только еще больше, чем тот, кого ты осудил.

Один человек попал в сказку и начал в ней жить. А жить он продолжал по старому, думая, что он все еще живет в той, прежней обычной жизни. Только чем больше он приглядывался к жизни, тем больше видел в ней сказочного. Это его пугало. А спросить людей он стеснялся. Наконец, не выдержал и спросил другого человека из сказки: «Скажите, а это правда, что мы все живем в сказке?» Тот рассмеялся и сказал: «Мы все живем в сказке и давно об этом знаем, а ты только сейчас догадался!» – «А чего же вы молчали?» Удивился человек, попавший в сказку. – «А ты бы поверил, если бы мы рассказали тебе об этом?» – Услышал он ответ.

Обыденная жизнь со всеми ее мелочами – самое загадочное явление во всей вселенной.

Человек мечтал попасть в Москву и проездом очутился в Москве. Он стал ходить по улицам Москвы и спрашивать у прохожих, где находится Москва? Прохожие отвечали ему: «Это и есть Москва!» Но он не верил им и просил показать ем саму Москву, а не ее здания и улицы, – конкретную Москву. Но москвичи улыбались и пожимали плечами. Они не могли понять друг друга – и тот, кто искал Москву, и жители этой самой Москвы.

Теряя Христа, мы теряем все. Приобретая Христа, мы приобретаем то, что нельзя ни вообразить, ни представить. – Мы приобретаем Того, из Кого – это все и становится всем.

Во всем, что происходит в мире дурного, секрет прост: виноват в этом только я, потому что сердце мое не познало Бога.

Поиск условий для духовной Тишины – есть потеря самой Тишины, которая дается верному сердцу.

Как бы много вещей нас не окружало, мы абсолютно ничем не обладаем.

Когда мы теряем наше призвание вечной Жизни в Боге, для нас богами становятся вещи, люди и мы сами.

Постичь Тайну Бытия – значит, последовать Ей.

Воскресение – это Тайна самого Божественного бытия.


Привязанность – это всегда потеря Живого Бога.

Познать что-то, значит последовать этому, то есть, научиться жить в соответствии со своим познанием. А научиться жить можно тогда, когда мы каждую секунду начинаем жить заново, несмотря на отчаяние и разочарование.

Когда люди становятся плотью, приходит смерть.

Первая мысль, первое представление, первое мечтание – это отпадение от Бога и Жизни.

Мысли умерщвляют душу, когда она заколебалась и уступила им.

Каждую нашу молитву предваряет вначале призыв Божий к этой молитве.

Для истинного монаха ночь становится подобна ясному дню, а день становится подобным ночи. Разумеющий да разумеет…

Мысли могут противостоять человеку, но Богу противостоять не могут.

Каждая мысль временна, а Тот, Кто видит мысли, – вечен.

Чтобы прийти в себя, нужно уйти от себя.

– Из записок сумасшедшего: Все вокруг говорят, что я – сумасшедший! Враки! Если я и сумасшедший, то – в пределах нормы…

Мало прийти в свою келью, в ней нужно еще уметь прийти в самого себя.

Если взять двух человек: один немножко плохой, а другой – немножко хороший, который из них лучше? Получается, что немножко плохой…

Показное смирение не внушает доверия и есть скрытая гордость.

Одна капля смирения лучше моря добрых дел без смирения.


Человек весь мир всегда носит с собой, хотя мир в этом не нуждается.

Искренние заблуждения лучше лицемерной веры.

Человек – это солнечный лучик, отпавший от Солнца и утонувший в грязи.

Завтра – это вчера, которое пришло тебя проведать сегодня.

Если ты нашел того, кто приведет тебя к Богу, значит, ты заново нашел отца и мать.

«Я! Я!» – Кричит заводная игрушка, но кто будет кричать «Я!», «Я!», когда кончится завод?

Нагруженный книгами верблюд, неужели ты думаешь, что теперь-то ты пролезешь в игольное ушко?

Трудно найти Святого, еще труднее найти ученика.

Ты прочитал много книг, словно наелся шелухи. А кому же досталось зерно?

Невозможно перепрыгнуть пропасть на девяносто процентов. Ее можно перепрыгнуть только целиком.

Что такое жизнь мира сего? Медленно прогрессирующее сумасшествие.

Мальчик задумчиво ест кашу, потом останавливается и серьезно морщит лоб. – «Почему ты не ешь кашу?» – Спросила мама. – «Я представил себе, что мне шестьдесят лет!» – «Дорогой мой! – Рассмеялась мама. – Ешь и не думай о разных глупостях…!»
Старик за столом опустил голову и задумался над тарелкой с кашей. – «Что с тобой?» – Разволновалась его супруга. – «Вспомнил, что когда-то мне было шесть лет, и я ел такую же кашу…» – «Ешь и не думай о разных глупостях…!» – Устало улыбнулась старушка.

Муравьи встретились на полянке со знакомыми муравьями. Начали делиться новостями: «Нашему муравьиному королю министры поднесли новую золотую корону!» – «А нашему муравьиному главному министру вручили новые награды!» – «А вы слышали новость? Нашему муравьиному генералу вручили новый орден за неслыханные победы над соседним муравейником!» – «Кстати, на этих муравьиных войнах наши муравьиные богачи еще больше разбогатели!» – «Да, великие события произошли в нашем великом и славном царстве!» – заключили муравьи.
В этот момент они увидели бегущего короля со свитой убегающих министров, которые кричали во весь голос: «На помощь, подданные! Слон завалил навозом все наше великое муравьиное царство!»

Один человек не хотел родиться и родился. Не особенно хотел жить, но жил, как все остальные. Не хотел умирать – и умер. Но так за всю жизнь и не понял: «Зачем он родился? Зачем жил? Зачем умер?»

Настоящее – это вечность, в которой нет ни прошлого, ни будущего.

Ищи то, что никогда тебя не оставит, а то, что тебя оставляет – не то.


В цирке жил лев. Однажды лежал он в клетке и задумался: «Как это выходит, что я живу в клетке и подчиняюсь дрессировщику? Он делает со мной, что хочет ! Заставляет меня, царя зверей, прыгать с тумбы на тумбу, через горящие обручи и бегать, словно я осел, по арене! Свободен ли я или – не свободен? Лев я или не лев, в конце концов?» В это время к клетке подошел дрессировщик, открыл дверь клетки и щелкнул хлыстом! Лев вскочил и послушно побежал на арену, сопровождаемый дрессировщиком.

Двое приятелей поехали на прогулку в быстром автомобиле по горной дороге. Приятель все время просил своего друга притормаживать на крутых поворотах, но тот не прислушивался к его словам. Водитель, не справившись с большой скоростью, не вписался в поворот, и автомобиль вылетел с дороги в пропасть. Пока машина летела, друг успел спросить у водителя: «Что же ты не тормозил?» – «А я как раз и торможу изо всех сил, но ничего не получается!» К счастью, автомашина, падая, зацепилась за большое дерево и повисла на нем. – «Все-таки я затормозил!» – Радостно воскликнул водитель.

Спеши обличить себя прежде, чем тебя не обличили другие.

Обличи самого себя, и тебе не нужно будет обличать других.

Если ты думаешь, что вокруг тебя живые люди – не верь своим глазам: живых очень мало, остальные просто мертвые.

Не привыкай жить и не живи, чтобы привыкнуть.

Человек, закованный в кандалы, попросил бегуна, чтобы тот научил его быстро бегать, утверждая, что он постарается понять смысл быстрого бега. – «Ты вначале освободись от кандалов. – Посоветовал ему бегун. – и только тогда ты сможешь начать тренировки. Если ты даже и поймешь смысл быстрого бега, то в кандалах все равно быстро не побежишь, и все твое знание окажется для тебя бесполезным»

Обидели человека, расстроился он, говорит сам себе: «Завтра все обидчику скажу! Прямо в лицо открыто скажу: так, мол, и так! А что? Нужно говорить правду смело и открыто! Да именно так и скажу…» Потом подумал и добавил: «Только тихонечко скажу, чтобы он не услышал…»

Одному человеку, попавшему в тюрьму по ложному обвинению и закованному в кандалы, друзья скрытно передали напильник. Они обещали узнику помочь при удачном побеге из темницы. От него требовалось только одно: быстро и незаметно перепилить кандалы. Заключенный передал друзьям свою просьбу: «Когда я закончу пилить известите меня, что я свободен от кандалов!» Ему пришел ответ: «Ты сам увидишь это, когда кандалы спадут с ног! Ты только не мешкай!»

Ушел охотник осенью в горы, и случилось так, что пришлось ему зимовать в охотничьей избушке: завалило все пути снегом, пришла ранняя зима. Посмотрел он – кое-какие крупы в избушке есть, грибы. – «Проживу как-нибудь» – подумал охотник.
Наступил вечер, стемнело. Глянул он на часы: пять минут девятого. Зажег он огарок, сидит. Долго сидел. Снова глянул на часы: десять минут девятого. – «Надо же! – Удивился охотник. – Как время тянется! А мне еще всю зиму здесь одному сидеть. Буду терпеть…»
Сидел, сидел, думает: «Наверное, уже полночь, спать лечь, что ли? Ну-ка, сколько теперь времени?» Смотрит, а на часах – пятнадцать минут девятого. – «Вот это да! – Поразился охотник. – Что же это время так стало медленно тянуться?» Так и заснул в недоумении…
С тех пор прошло пятнадцать лет, и мы услышали от него эту историю.

Духовная жизнь – это битва с умом за внимание.


Человек тупеет от тупиков жизни, в которые он загоняет сам себя.

Жил да был один шарманщик. Вышел он на улицу, закрутил шарманку и запел песенку: «Жил-был монашек бедный, он был худой и бледный, и часто простужался и болел…» – «Эта песенка нам не нравится, она очень грустная, давай другую, шарманщик!» – Закричал собравшийся народ. Шарманщик быстро престроил шарманку и заиграл новый мотив: «Жил-был монах ужасный, он толстый был и красный, и сладко пил и ел…» – «Вот, это другое дело, это веселая песенка – то, что надо!» – Обрадовался народ.

Бог от каждой души ждет монашества, но не формального, а самой его сути. В чем эта суть? Конечно, в самом главном – в смирении. Тогда всякая душа будет с Богом.

Истинная радость, незаметно для людей, приходит к ним от Бога, а люди ждут ее от мира, который только обещает Радость, а дать Ее не может.

Найдешь Источник Радости – и полюбишь ближних такими, как они есть.

Поиск Истоков Радости возможен в любых условиях и приносит настоящее Счастье. И в этом нет страха одиночества. Молитва и иночество – это, просто, вспомогательные средства.

Бог один, но Он не одинок.

Жил человек: не то, чтобы здоровый, но и не совсем больной. Услышал он о лекарстве от многих болезней. – «Дай, – думает, – попью для профилактики». Начал пить и заработал все эти болезни. – «Ничего, – утешил он сам себя, – по крайней мере, теперь я точно знаю, какими болезнями болен. А то был так – ни то, ни се…»

Есть удивительный камень, имя ему Самоцвет. Его не видно ни спереди – ни сзади, ни справа – ни слева, ни вверху – ни внизу. Он существует издревле, и его сияние пронизывает всю вселенную. Сам он не имеет никакого цвета, но все цвета рождаются из него, потому он и зовется Самоцвет.

Ветер… Есть ветер, приносящий свежесть в жаркий день. Есть морской ветер, поднимающий волны, срывающий с их гребней пену и несущий водяную пыль. Есть ветер, ломающий деревья. Но есть удивительный ветер, подобный дыханию самих Небес: тихий, чистый и ласковый, неуловимым прикосновением умиротворяющий сердце человека.

Все в мире стареет и разрушается… Об этом говорят камни, выпавшие из пирамид, остатки древних колонн, разрушенные древние мосты и акведуки, дряхлеют здания, дряхлеют деревья, сами люди стареют и умирают… И только Одно Нестареющее, Неисчезающее, источающее юность и свежесть поражает своей неизменной новизной! Почему Оно не стареет, не разрушается, не исчезает? Только Оно одно знает это…


Казнили когда-то на городской площади преступника. На это зрелище собралось много народа. На казни присутствовал король с королевой и дочерью-принцессой. Осужденному дали последнее слово. Он попросил у короля снисхождения и помилования. Король задумался. В это время к королю подошел министр и шепнул королю на ухо, что топор у палача очень тупой: «Что делать, Ваше Величество? Помиловать или казнить?» – И тихо добавил: «…Казнить… тупым топором? Народ может быть недоволен…» Эти слова услышали Королева с дочерью: «Ах, какая жалось! Нужно проявить великодушие к несчастному преступнику! Ваше Величество! Велите поскорее и поострее наточить топор! Это будет приятно осужденному! А помиловать – не нужно, ведь народ с нетерпением ждет казни!»

Жил человек. Он постоянно мечтал о том, чтобы говорить только правду. И что удивительно: ему никто никогда не верил, а некоторые даже прозвали его Трепачом! А другие люди не мечтали никогда о том, чтобы говорить правду. Они просто всегда говорили ее и совсем не считали это за что-то особенное, потому что им всегда все верили… Странные вещи бывают на этом свете!

В клетке сидела птичка. Как-то раз люди забыли закрыть дверцу, и птичка улетела из клетки. Долетела она до леса, подлетела к воробьям. Воробьи спрашивают у птички: «Ты воробей?» – «Воробей!» – Отвечает птичка. – «Какой же ты воробей? Ты не похожа на нас. Лети лучше куда-нибудь в лес!» Полетела птичка дальше. Увидела ворон и подсела к ним. А вороны спрашивают у нее: «Ты ворона?» – «Ворона!» – Снова ответила птичка. А вороны расшумелись, раскричались: «Не ворона ты! Не ворона! Убирайся от нас, а то заклюем!» Испугалась птичка и улетела от них поскорее. Слышит – соловьи поют. – «Эти-то примут меня!» – подумала птичка. Соловьи спрашивают птичку: «Ты соловей?» – «Соловей, соловей! – Отвечает птичка. – Конечно, соловей, только вы не гоните меня!» – «Ну какой же ты соловей? – Засмеялись соловьи. – Ты совсем не похож на нас. Ищи себе другие стаи!» Полетела птичка искать птиц, похожих на нее, и так грустно ей стало, что она в лесу одна одинешенька! Увидели эту птичку люди и стали показывать на нее пальцами: «Глядите, глядите! В нашем лесу попугайчик летает! Наверное, улетел из клетки и теперь радуется, что он на свободе!»

Снег… Когда он падает, кажется, что все вокруг затихает, и по всей земле становится тихо-тихо, как будто она живет ожиданием чего-то необыкновенно прекрасного… И душа замирает, словно прикасается к Чуду, прикасается к тихой и чистой Радости, которая, подобно падающему снегу, сходит с молчаливых небес на притихшую землю… на притихшую землю нашего сердца. Что так сильно привлекает сердце, когда оно видит падающий снег? Тонкая и не сравнимая ни с чем, невероятно возвышенная его чистота… чистота обыкновенного Божественного чуда.

Цветы… С детства мои глаза постоянно встречались с цветами. Но глаза не видели цветов, а сердце молчало. Оно было мертво и не могло видеть. Как сейчас помню первую встречу с простым скромным цветком, луговым пионом! Это было похоже на удивительное знакомство, знакомство с необыкновенно красивым существом, которое умело говорить. Оно говорило свежим тонким ароматом, своей нежной скромной окраской и смиренным обликом. И мои глаза встретились с глазами этого существа, похожими на нежные лепестки. А сердце услышало его речь: это существо говорило о Любви, о Любви ко всему живому, которое жило более прекрасной жизнью, чем до этого жило мое сердце… Вернее сказать, оно только теперь начало оживать, благодаря встрече с удивительно прекрасным Божиим созданием – простым луговым цветком, пионом уклоняющимся… Спасибо тебе, пион!


Звезды… Тусклые бледные точки в далеком и мутном небе, озаренном отблеском городских фонарей и реклам. Огни города в юности казались мне более яркими, близкими и манящими, а тусклые огни в далеком черном небе – невыразимо чужими холодными и далекими… И вот, однажды ночью, в горах, когда я лежал на спине под огромным и пугающе близким небом, душа открылась этому бесконечному и неотразимо – прекрасному загадочному простору… Ночное небо словно преобразилось: оно стало беспредельным космосом, без конца и без края, в котором вспыхивали и мерцали, сияя чудесным блеском, мириады живых сердец, которые трепетали, бились, подобно человеческому сердцу… И мое сердце забилось от радости, что оно познало и полюбило красоту этих космических сердец, – таких родных и близких, словно я нашел настоящих живых интересных людей, а их жизнь невероятным образом была сопричастна моей жизни… и мы подружились.
Когда я встретил старых знакомых – холодные, бездушные, мертвые огни города и реклам, – от стыда я опустил голову… Как я мог так заблуждаться?

Птицы… О них трудно рассказывать, ведь они сами рассказывают нам о себе. Нужно только слушать и смотреть… Только так их можно узнать, а узнав, – нельзя не полюбить…
Когда-то жил я в избушке в горном лесу. Был декабрь. Над окошком моего маленького домика висела кормушка, из которой кормилась стайка синичек. Сначала они пугались даже подлетать к ней, но потом, привыкнув, все вместе кормились из нее утром и вечером. Начались затяжные холодные дожди. Вверху, на горах, шел снег, а здесь, пониже, непрерывно шли холодные моросящие дожди. Синички перестали кормиться. Третий день они прятались в ветвях пихт неподалеку, и было видно, как они промокли и как им холодно. Они жались на ветвях друг к другу, а на их озябшие лапки больно было смотреть…
К вечеру третьего дня сильно похолодало и внизу, в долине, дождь перешел в снег. Он повалил так густо, что в несколько часов все покрыл толстой пушистой пеленой. К ночи проглянули звезды и ударил мороз. Мне пришлось беспрерывно топить маленькую железную печь, чтобы согреться от сырости и холода. О том, что приходится терпеть бедным синичкам, страшно было даже подумать…
Ночью было очень холодно и морозно. Я уже не чаял увидеть несчастных синичек. И когда начало светать, первое, что я услышал, – была бесхитростная песенка родных моих синичек. В их голосах не было никакой грусти и печали! Наоборот, они приветствовали новый день своими тихими голосками, в которых было столько бесконечного терпения, столько надежды, радости и любви, что на мои глаза невольно навернулись непрошеные слезы… Что значит мое терпение, моя стойкость и надежда на Бога, по сравнению с этими святыми созданиями? А ведь это – только несколько дней из их суровых зимних месяцев, из всей их нелегкой жизни!
Милые, кроткие, мудрые мои синички, если бы вы знали, как я вам благодарен за все… за все, чему вы научили меня…

Как-то, перед людьми выступал видный богослов. Он много рассказывал им о Боге, но большей частью возвышенной и наукообразной речью. Закончив говорить, богослов обратился к слушателям: «Конечно, очень трудно излагать и понимать такие возвышенные богословские понятия. Но я попытался изложить их для вас в наиболее доступной и понятной форме. Понятно ли вам то, что я вам рассказывал?» Среди слушателей возникло неловкое молчание, никто не решился подать голос, боясь вопросов богослова. Неожиданно маленький ребенок, оказавшийся среди взрослых, тоненьким голоском сказал: «Да, да все понятно!» Все собравшиеся не удержались от смеха, а богослов покраснел…

Хочешь узнать приметы дурака? Он других всегда называет дураками.


Водопады… Капля за каплей, словно на ощупь, ищут они себе дорогу среди скал и мхов, начиная свой путь оттуда, где весной искрится снег под ярким солнцем на высоких вершинах. Эти капли такие робкие и слабые, им так трудно найти друг друга среди камней! И если прислушаться, то будет еле слышна их тихая песенка меж валунов: словно маленькие колокольчики вызванивают нехитрую мелодию о зарождении жизни…
Может быть, потому что водопады не отвергают ни одной маленькой и слабой капли, там, где утес громоздится на утес, где в небо уходят высокие пихты, они потрясают громом и мощью своей торжествующей силы окрестные остроги и леса?

Как высоко курицу не подкинь, – она все равно на землю сядет.
Как скупого не упрашивай отречься от скупости, он еще скупее станет.

По улице шла девочка и вела под руку очень пьяную маму. Женщина шаталась, выкрикивала кому-то оскорбления, волосы ее растрепались, и платье было грязное. Прохожие с нескрываемым отвращением отшатывались в сторону, а кто-то из них с негодованием сказал: «Ужас! Какая пьяница!» А девочка остановилась, повернулась заплаканным лицом к прохожим и, дрожа всем телом, закричала: «Это не пьяница! Это не пьяница! Это моя мамочка!»

Жизнь похожа на чашу весов: если в одном месте хвалят, то в другом считают последним негодяем.

Начальная молитва – это молитвенные слова, и такая молитва совершается с усилием. Совершенная молитва – то, что скрывается за молитвенными словами и приходит само, без усилий.

Когда мы молимся о всех людях: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя!», мы соединяемся со всеми людьми. А когда говорим: «…помилуй их» – разделяемся с ними.

Чтобы уметь молиться о других, нужно уметь полностью забывать о себе.

На Божественную Вершину ведут два пути: путь жестокий и трудный – это путь борьбы с самим собой. Путь легкий и радостный – это путь Любви и забвения самого себя. Первый путь открыт для всех, второй путь – открывает душе Сам Господь.

Отвержение самого себя – есть Тайна тайн, сокровенная Тайна, которую открывает душе Бог.


Хочешь понять тайну отвержения самого себя? Предай себя полностью Христу.

Хочешь услышать Христа? Ищи молчание, ибо Он – там.

Хочешь жить с Богом? Не стремись ни к чему, живи без всего. Единственное, что нужно, – это правильно понять, что это такое.

Хочешь научиться смирению? Научись хранить мир души, когда тобою пренебрегают.