(продолжение)

 

Завершение Талмуда

Величайшей фигурой, удостоившейся объединить всех мудрецов поколения и собрать воедино традицию изучения Устной Торы Исраэль и в Вавилонии, был рав Аши. Он снискал уважение и признание еврейского народа, и даже Рейш Галута- официальный руководитель евреев Вавилонии - преклонялся перед ним.

В молодости рав Аши учился во многих ешивах Вавилонии, что ему возможность собрать огромное количество материала. Он возобновил деятельность сурской ешивы в городе Мата Махсэя. Пять-шесть лет руководил рав Аши этой ешивой. Рядом с ним все это время находился его друг - Равина Первый.

Рав Аши дважды прошел со своими учениками весь Талмуд. Как правило, каждые полгода изучался новый трактат, однако иногда за срок успевали проходить даже два или три небольших трактата. Главной задачей рава Аши и Равины была систематизация Талмуда, собрали огромный материал и распределили его по трактатам, приводит алахические рассуждения в той же форме, в которой водила дискуссия между амораями

Изучая сегодня Талмуд, мы видим как бы протоколы заседаний ешивы, где обсуждались определенные аспекты hалахи.

Талмуд - это книга, связывающая нас с поколениями танаеви амораев, книга, объединяющая евреев всех стран рассеяния.

Изучаю­щий Тору, приехав на новое место, в новую страну, находит там такие же тома Талмуда, как и на своей родине, и обнаруживает своих едино­мышленников, погруженных в изучение Талмуда.

Рав Аши умер в 4187 (427) году.Его ученики не прекращали рабо­ту, продолжая дополнять Талмуд. Сын рава Аши принадлежал к по­следнему поколению амораев, продолжавших работать над Талмудом, а Равина Второй был последним амораем, который завершил редак­цию Талмуда. Он умер в 4260 (500) году.

Савораи

Так называли удрецов, живших в Вавилонии после завершения Талмуда, называли савораями

Они привели Талмуд к его окончательному виду и объяснили некоторые трудные места; в Талмуде есть также добавления, сделанные савораями

Труд Равины и рава Аши подводит черту под огромным и очень важным периодом истории развития и передачи Устной Торы, который назван эпохой амораев.

Начинается новый период. В чем его особенности?

До его начала главная, основная часть Устной Торы передавалась ученикам, как и полагалось, устно, — так продолжалось достаточно долго, даже после записи Мишны. Что касается практического применения закона, до сих пор hалахическиерешения каждого мудреца-аморы опирались на его собственную традицию, полученную от учителей.

Отныне, после того как традиции всех ученых были собраны вместе, сверены и очищены от ошибок (в результате чего получился единый свод, названный Талмудом), hалахическикиерешения стали приниматься только на основании того, что сказано в нем.

Везде, где Талмуд предпочитает одно мнение другому, его решение остается уже неизменным. Все последующие поколения принимают это мнение, не оспаривая. Отныне никто не пересматривает решений Талмуда; вся работа последующих поколений в hалахе сводится к тому, чтобы глубже и правильнее понять приведенное на его страницах. Только на основании такого правильного прочтения текста можно приступить к решению конкретных жизненных вопросов.

Внимание, здесь таится один подводный камень. Согласно одному из главных принципов Торы, решения прежних поколений не всегда обязывают последующие. Действительно, стоит открыть сборник законов, собранных Рамбамом (см. Илхот Мамрим 2), как сразу убеждаемся, что решение раввинского суда (бейт-дин), касающееся толкования закона Торы (мидеорайта), может быть изменено любым бейт-дином в последующих поколениях. Решение, которое касается постановления мудрецов (мидерабанан), может быть изменено, но уже только бейт-дином, превосходящим предыдущий по числу членов и по их мудрости. Исключение оставлено только для гзерот (так называемых «оград вокруг закона Торы», возведенных мудрецами). И то только для тех, которые широко распространены в народе, — их никто и никогда не может отменить! (См. главу 'Устная Тора в эпоху Второго храма.)

Итак, мы видим, что по крайней мере во всем, что касается законов Торы, последующие поколения не обязаны автоматически принимать решения предыдущих, но могут их пересматривать. Почему же никто в дальнейшем не оспаривал Талмуд?.

Ответ мы находим в «Кесеф мишне» раби Йосефа Каро, одном из комментариев к своду Рамбама: таково было добровольное решение всех мудрецов Израиля, принявших на себя и на свое потомство отношение к Талмуду как к неоспоримому авторитету по всем вопросам.

Почему два Талмуда?

. Тому есть две причины.

Первая причина: составители Вавилонского Талмуда были хорошо знакомы с Иерусалимским. Считается, что, если они расходятся с ним во мнениях, значит на то у них были веские причины и аргументы.

О вторая причина:  каждое положение, прежде чем войти в Вавилонский Талмуд, должно было пройти через «сито» многочисленных проверок и дебатов, которые велись между ВСЕМИ мудрецами поколения рава Аши. Любое утверждение попадало на страницы Талмуда, если с ним соглашались опять-таки ВСЕ мудрецы поколения. Иерусалимский Талмуд такой «обработки» не прошел — беспорядки в Эрец Исраэль и гонения помешали мудрецам проделать необходимую работу над его текстом. Во многом он остался незавершенным. Поэтому в спорных вопросах приоритет остался за Вавилонским Талмудом.

Есть еще одно различие между этими двумя Талмудами.

Собственно, оно и разъяснит нам особенность следующего важного периода в цепочке поколений, периода, в который мы с тобой, читатель, сейчас вступаем и который называется эпохой сабураев.

Текст Иерусалимского Талмуда похож на краткий протокол, в нем, действительно, как бы запротоколированы те дискуссии, что велись в метивтах Тверии и Кейсарии. Форма почти стенографическая. Отсутствуют введения в тему, связки между разными отрывками, ссылки. Споря между собой, мудрецы во всем этом «вспомогательном аппарате» не нуждались. Поэтому изучать Иерусалимский Талмуд крайне сложно. Кто из нас, не являясь специалистом, может разобраться в стенограмме ученого заседания, скажем, по нейробиологии? Кто поймет, о чем ведется ученый спор? Похожие трудности встают перед тем, кто приступает к изучению Иерусалимского Талмуда.

Его не коснулась рука редактора. Неудивительно, что для многих он остается книгой за семью печатями. Непосвященный не всегда даже разберет, о какой части Мишны идетдискуссия. В результате, по причине его запутанности и сложности, на Иерусалимский Талмуд столетиями смотрели как на книгу для избранных. Широкими еврейскими кругами он не изучался. Знания о нем черпались в основном из сборников комментариев на Вавилонский Талмуд, в которых нередко цитировались параллельные места из Талмуда Иерусалимского, чтобы сравнить и со|поставить оба Талмуда друг с другом.

Такого не произошло с Вавилонским Талмудом — он рождался от своих редакторов. Ими оказались Савораи (сабураи).

Так называли мудрецов первых трех поколений после рава Аши, занимавшихся окончательной «доводкой» и «шлифовкой» талмудического текста.

Название происходит от слова савар, «обдумывать». И хотя работа по редактуре продолжалась всего три поколения, историки выделяют их время в отдельную эпоху, принципиально отличную от предыдущей эпохи (амораев) и последующей (гаонов).

Гаоны

Эта эпоха занимает немалый отрезок времени: началась она в 589 году, завершилась в 1040, т. е. длилась она ровно четыре с половиной столетия. Какому событию выпала честь открыть собой новый период? Хроники свидетельствуют: в 589 году рав Ханан, видный вавилонский ученый и учитель, покинув с группой учеников город Пируз-Шабур, где они преждали смутное время, вернулся в Пумбедиту и возобновил занятия в древней йшиве. Приблизительно через двадцать лет открылся и второй центр изучения Торы — традиционная йшива в Суре. Именно так началась эпоха гаонов.

Гаонами называли руководителей двух центральных йшив — в Суре и Пумбедите. На иврите гаонзначит гений, выдающийся ум, мудрец самого высокого уровня.

По отношении к ним употребляются также следующие названия:

Гаон (ивр.) - гений. Так называли глав вавилонских иешив, живших с 500 по 1050 г.

Ришон   (ивр.)   -   первый   (мн.ч.   «ришоним»).   Название   мудреиов, живших с 1050 по 1500 г.

Ахарон   (ивр.)   -   последнии     (мн.ч.   «ахароним»).   Так  называют мудрецов, живших с 1500

 

Напомним, что метивты в Суре и Пумбедите не были необычными УЧЕБНЫМИ заведениями, одними из множества еврейских школ и академий, разбросанных по всему тогдашнему Междуречью, в которых обучалась еврейская молодежь той эпохи. Сурская и Пумбедитская метивты были ЦЕНТРАМИ ИССЛЕДОВАНИЯ hалахи. В их стенах периодически собирались все крупные авторитеты Торы. А некоторые мудрецы постоянно находились при этих центрах, посвящая учебе все время и живя на очень скромную стипендию. Остальные ученые, как мы только что сказали, съезжались в метивты на сессии. Годичной сессией объявлялись два месяца в году — ярхей кала, как было принято еще со времен амораев. Практиковался и другой порядок, по которому в году была не одна сессия, а две. При этом все учили дома один трактат в течение первых пяти месяцев летнего (или зимнего) семестра, а в назначенное время (кала) съезжались в метивту.

hалахические трактаты

Во времена первых поколений гаонов для того, чтобы на ответить какой-нибудь hалахический вопрос, необходимо было изучить весь Талмуд. Например, если возникала проблема, связана шабатом, то ее толкование могло находиться не только в трактате Шабат, но и в других местах. Для правильного установления hалахи необходимо было дать трактовку всего Талмуда. Только немногие мудрецы могли наизусть Талмуд и быстро и правильно принимать hалахические решения. Возникла потребность в книгах, содержащих уже обсуждавшиеся и четко установленные решения.

Первая такая книга называлась Алахот псукот (Установленная алаха).

Ее автором был р. Йеудай - один из мудрецов Пумбедиты, в 4517 (757) г назначенный руководителем ешивы в Суре. Через 150 лет Шимон Кейра составил другую книгу по  алахе - Алахот гдолот. В эпоху р. Йеудая была также написана Шеилтот, составленная как комментарий к недельным разде-Торы. Автор этой книги, р. Аха из Шабхи, наряду с агадическими званиями приводил и апаху.

Примерно в 4630 (870) году еврейские общины Испании обрати­сь к р. Амраму - гаону из Суры - с просьбой о составлении для них молитвенника. Этот молитвенник получил название Сидур р Амрама Гаона.

Рав Саадия Гаон

Рав Саадия бен Йосеф родился в 4642 (882) году в египетском городе Фаюсе (Питом). В молодости он изучал Танах, Талмуд и грамматику, хорошо разбирался в арабской философии и литературе, написал книг. К сожалению, большинство из его книг на алахические написанных по-арабски, не сохранилось до наших дней. Рав усматривал большую опасность в позиции караимов, привлекавших на свою сторону народ утверждениями об ошибках мудрецов уда. Многие труды рава Саадии посвящены разоблачению этих позиций караимов.

В эту эпоху еврейству стала угрожать новая опасность. Кроме караимов, отрицавших Устную Тору и традиции, передаваемые мудрецами появились другие отступники, посягавшие на святость Письменной Торы. Предводителем нового движения был Хиви Абалхи, принадлежавший к предшествующему раву Саадие поколению. Последователи Хиви стремились распространить его теорию в народе, однако рав Саадия последовательно боролся с новым мировоззрением, Ему удалось полностью искоренить его.

Рав Саадия перевел Танах на арабский язык. Кроме того, рав Саадия составил свои комментарии к Торе и к другим книгам Танаха. Его перевод и комментарии предназначались для людей, не владевших ивритом, и помогали понять Танах и получить представление о Талмуде. Переводом рава шив наши дни пользуются многие сефардские общины (в частностиевреи Йемена).

Рав Саадия является также автором книги Аигарон (Сборник). Ее целью было исправление литературного и разговорного иврита от наслоившихся со временем искажений. Книга содержала алфавитный перечень корневых основ иврита, грамматику, лексику и морфологические принципы построения фраз. Рав Саадия был первым, кто выделил корневую основу в словах еврейского языка. Разработанные им типы помогали в изучении иврита на протяжении веков, а многие них дошли до нашего времени. Его книга пробуждала интерес и к еврейскому языку.

Перу рава Саадии принадлежат также молитвы и песнопения, обогатившие сокровищницу еврейского наследия. Он составил и отредактиовал книгу Сефер мэасэф коль атфилот вэатишбахот, где приво-пся полный перечень еврейских молитв. В наше время эту книгу называют Сидур рава Саадии Гаона В предисловии автор сформулировал главную цель книги: «В странах, в которых я побывал, я видел три вещи - запустение, неверные дополнения и забвение, что побуду ло меня содействовать изменению этих тенденций».

Левин в шалаше

(продолжение следует)