Может быть вам покажется, что мне тоже следует убрать волос изо рта, но я помню себя в младенчестве. Раньше об этом никому не рассказывала, чтоб не шокировать, но после того, как прочла у Короленко
/ помните его произведение из школьной программы ,, Дети подземелья /, где он рассказывает о себе, что помнит себя с 8-9 месяцев когда он на руках матери смотрит на ночной пожар. Горела изба и языки пламени столбом вздымались до самого неба. Была тьма народу и шум и зарево. И вот это яркое событие
он запомнил, также как и то, что находился на руках у матери.

У нас дома есть фотография, где я лежу голенькая на красивой белой салфетке в возрасте 5,5 месяцев.
Дата указана на обороте фотографии. Но я помню этот день. Тогда пришёл в наш большой двор фотограф и это по тем временам было большим событием. Все старались сфотографировать своих детей и спешно приготовляли их к такому праздничному событию. Доставали наряды, повязывали банты...
Помню как бабушка возбуждённо и в быстром темпе убирает всё со стола, покрывает стол большой кружевной салфеткой, а потом раздевает меня догола. Я хочу понять что происходит, собираюсь зареветь от страха, вглядываюсь в бабушкино лицо, чтоб понять к добру ли эти манипуляции. Бабушка мечется, боится пропустить фотографа, это я сейчас понимаю, а тогда не могла понять что за суматоха: почему в нашу маленькую комнату ввалилось так много народу. Сейчас понятно, что это соседи весёлой гурьбой носились друг к дружке , чтоб быть очевидцами таких приятных моментов. Но вот входит в дом какой то человек со странной штукой в руке и все почтительно расступаются. Вместо того чтобы меня подхватить бабушка оставляет меня одну на столе и отступает ! Я в панике, уж не приготовили ли мою голую задницу для укола ? Почему меня оставили одну на столе ? Что со мной собираются делать ? Как бабушка так может поступить со мной ? Я смотрю на бабушку, но она ласково и радостно улыбается мне и стоит на стрёме, хоть и отошла, чтоб подхватить меня, если что. Я доверяю ей и поэтому не плачу, но для себя решаю, если этот человек с незнакомой штукой подойдёт ко мне, я буду громко плакать. Но он не подходит, а наоборот уходит ! Толпа устремляется за ним, а бабушка немедленно начинает меня одевать и целовать. Я очень хорошо помню себя в младенчестве, много ярких эпизодов и судить того человека не берусь. Уверена, мы не рождаемся чистым листом.