А.А.Ахматова (1889-1966). Шиповник цветет. Из сожженной тетради. "Наяву". 13 июня 1946.

2. Наяву

И время прочь, и пространство прочь,
Я все разглядела сквозь белую ночь:
И нарцисс в хрустале у тебя на столе,
И сигары синий дымок,
И то зеркало, где, как в чистой воде,
Ты сейчас отразиться мог.
И время прочь, и пространство прочь...
Но и ты мне не можешь помочь.















Энтони Фредерик Огастас Сэндис. Тень любви. 1867.

А.А.Ахматова (1889-1966). Шиповник цветет. Из сожженной тетради. 1961.


1. Сожженная тетрадь

Уже красуется на книжной полке
Твоя благополучная сестра,
А над тобою звездных стай осколки
И под тобою угольки костра.
Как ты молила, как ты жить хотела,
Как ты боялась едкого огня!
Но вдруг твое затрепетало тело,
А голос, улетая, клял меня.
И сразу все зашелестели сосны
И отразились в недрах лунных вод.
А вкруг костра священнейшие весны
Уже вели надгробный хоровод.











Данте Габриэль Россетти. Пия де Толомеи. 1868.

Анна Ахматова (1889 - 1966). Шиповник цветет. Из сожженной тетради. "Посвящение". 24 декабря 1959 года.

Вместо праздничного поздравленья
Этот ветер, жесткий и сухой,
Принесет нам только запах тленья,
Привкус дыма и стихотворенья,
Что моей написаны рукой.






























Черновик одного из стихотворений А.Ахматовой

----------------------------------------------





В основу цикла "Шиповник цветет" из 16 стихотворений легли две темы: разлуки - в 1946 году и "невстречи" через 10 лет - в 1956 году с Исайей Берлином. Стихи этого цикла навеяны воспоминаниями о встречах с ним в 1945 - 1946 годах и с ее отказом от встречи во время приезда Берлина в Москву в 1956 году.





Сэр Исайя Берлин (1909 - 1997)

История первая
Доводилось ли вам бывать в Болдино? Чудное место, однако, овеянное славой Пушкина. Неожиданно предстает перед взором в самом центре села большая церковь, возведенная в стиле позднего классицизма. Ранее весьма тщательно выбирали место, наиболее пригодное для строительства храма. Реже – строили по воле помещика, напротив его усадьбы, дабы виднелась красавица из окна, и радовал душу доносившийся звон колокольный.


Село Болдино. Успенская церковь
Читать далее...

Три женщины - белая, черная, алая -
Стоят в моей жизни. Зачем и когда
Вы вторглись в мечту мою? Разве немало я
Любовь восславлял в молодые года?

Сгибается алая хищной пантерою
И смотрит обманчивой чарой зрачков,
Но в силу заклятий, знакомых мне, верую:
За мной побежит на свирельный мой зов.

Проходит в надменном величии черная
И требует знаком - идти за собой.
А, строгая тень! уклоняйся, упорная,
Но мне суждено для тебя быть судьбой.

Но клонится с тихой покорностью белая,
Глаза ее - грусть, безнадежность - уста.
И странно застыла душа онемелая,
С душой онемелой безвольно слита.

Три женщины - белая, черная, алая -
Стоят в моей жизни. И кто-то поет,
Что нет, не довольно я плакал, что мало я
Любовь воспевал! Дни и миги - вперед!

Валерий Брюсов. «Три женщины». 1912.
Художник Джованни Болдини. (1842 – 1931)

Кажется, что можно особенного и нового рассказать о дружбе людей талантливых, о которых написано множество статей и книг. Оказывается не только можно, но и нужно, поскольку некоторые имена составляющие славу страны в определенный промежуток времени давно и успешно забыты. Кроме того, каждый автор привносит в свой текст собственное видение событий, личную трактовку известных фактов. Иная дружба, пронесенная через десятилетия, вызывает не только удивление, но и потрясение.
От чего?
В данном случае от преданности, честности, с долей любви особого притяжения.
Кто они?
Поэт Марина Ивановна Цветаева и князь Сергей Михайлович Волконский. И если имя первой знакомо всем, то имя второго вернулось на Родину, лишь в 1992 году после опубликования его мемуаров. Вернулось, чтобы вновь оказаться полузабытым.


Читать текст далее...

Умолкли музыки божественные звуки,
Пленив меня на миг своим небесным сном.
Вослед моей мечте я простираю руки,—
Пусть льется песня вновь серебряным дождем:
Как выжженная степь ждет ливня и прохлады,
Я страстно звуков жду, исполненных отрады!

О гений музыки! Растет тоски волна!
Пошли созвучий мне живое сочетанье:
Я свежий кубок твой не осушил до дна.
Я в сердце не убил безбрежное страданье!
Еще, еще молю! Как шумный водопад,
Пошли мне звонких струй блистательный каскад!

Фиалка нежная тоскливо ждет тумана,
Чтоб чашечку её наполнил он росой,
Так точно жажду я минутного обмана
Созвучий неземных с их дивною красой.
И вот они звенят... Я с ними вновь сливаюсь...
Я счастлив... Я дрожу... Я плачу... Задыхаюсь...

Перси Биши Шелли

Сэр Фрэнк Дикси (1853-1928). «Гармония». 1877.

 

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали
Лучи у наших ног в гостиной без огней.
Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,
Как и сердца у нас за песнею твоей.
Ты пела до зари, в слезах изнемогая,
Что ты одна - любовь, что нет любви иной,
И так хотелось жить, чтоб, звука не роняя,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой.
И много лет прошло, томительных и скучных,
И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,
И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,
Что ты одна - вся жизнь, что ты одна - любовь.
Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,
А жизни нет конца, и цели нет иной,
Как только веровать в рыдающие звуки,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

Фет Афанасий

Джордж Шеридан Ноулз (1863-1931). Дуэт.

 

Целует клавиши прелестная рука;
И в сером сумраке, немного розоватом,
Они блестят; напев, на крыльях мотылька
(О, песня милая, любимая когда-то!),
Плывет застенчиво, испуганно слегка. -
И все полно ее пьянящим ароматом,
И вот я чувствую, как будто колыбель
Баюкает мой дух, усталый и скорбящий.
Что хочешь от меня, ты, песни нежный хмель"
И ты, ее припев, неясный и манящий
Ты, замирающий, как дальняя свирель,
В окне, растворенном на сад вечерний, спящий?

Г. Курбе. «Портрет П.Верлена». Около 1866 года.

Поль Мари Верлен (1844—1896). «Целует клавиши прелестная рука». Перевод В.Я.Брюсова.

Карл Вильгельм Холсо. (1863-1935). «Леди за пианино».

 

Флоренция, ты ирис нежный;
По ком томился я один
Любовью длинной, безнадежной,
Весь день в пыли твоих Кашин?

О, сладко вспомнить безнадежность:
Мечтать и жить в твоей глуши;
Уйти в твой древний зной и в нежность
Своей стареющей души...

Но суждено нам разлучиться,
И через дальние края
Твой дымный ирис будет сниться,
Как юность ранняя моя.

Читать текст далее...