*****

Сегодня сложно понять, что же такого рокового было в этой милой хохотушке. Однако в свое время Лидия Смирнова свела с ума не одного мужчину. Ее руки добивался композитор Исаак Дунаевский. Ради нее режиссер Константин Воинов, снимавший Смирнову почти во всех своих фильмах, пытался уйти из семьи. А главный режиссер Театра киноактера Лев Рудник из-за страсти к актрисе поплатился своей должностью и был сослан в Ростов.

Сама же Смирнова, одержав очередную победу, лишь кокетливо вопрошала: «Даже не понимаю, что во мне находят мужчины? У меня большой курносый нос, толстые губы... А ненакрашенная я и вовсе похожа на поросенка. Пытаюсь это скрыть косметикой, но удается не всегда!»

...А между тем детство у этой легко порхающей по приемам столичной штучки было трудным, если не сказать больше. Отец Лидии погиб во время Гражданской войны: он выступал на стороне колчаковских войск, и его, раненого, схватили красноармейцы. По слухам, Смирнова расстреляли прямо во дворе одного из домов. По другой версии – еще живого закопали в овраге. В любом случае ни сама Лидочка, ни ее мама больше его не видели. Тяжелей всего переживала эту потерю мама Лидии. К тому же именно в тот период она потеряла не только мужа, но и сына. Девятимесячный брат Лидии упал на пол, сильно ударился головой и после долгих мучений умер.

От горя мама девочки сошла с ума – в буквальном смысле этого слова. Позже Смирнова расскажет, что это одно из самых страшных ее воспоминаний: ее мама в белой смирительной рубашке бьется о спинку кровати и кричит... Долго несчастная женщина не протянула и умерла, когда ее дочь Лидия была совсем малышкой. И тут же встал вопрос: с кем останется четырехлетняя девочка. Так Лида Смирнова поселилась у своей тетки.

	Лидия была «светской штучкой», но при этом и хорошей хозяйкой.

Сказать, что девочку в новой семье не любили, – значит ничего не сказать. Она практически голодала, ходила месяцами в одной и той же кофточке, а уж о том, чтобы ее приласкали или сказали доброе слово, и речи не шло.

Из-за стресса, даже будучи школьницей, Лидия продолжала мочиться в постель. Однажды тетка в сердцах кинула ей: «Вот вырастешь, выйдешь замуж и описаешь своего мужа». «Этот ужас – как я описаю своего мужа, прошел со мной через все детство», – признается позже актриса.

Первый приговор

Чтобы хоть как-то добиться расположения окружающих, Лидия старалась во всем быть первой. Она пела, танцевала, принимала участие в спортивных состязаниях. Именно во время лыжного марафона она, семнадцатилетняя девушка, встретила своего будущего мужа. Журналист Сергей Добрушин тоже участвовал в забеге, они встретились взглядами... И уже через месяц официально стали мужем и женой.

	Владимир Рапопорт безропотно терпел измены любимой жены.

Свадебное путешествие молодые супруги провели необычно. Да и сами они были весьма неординарной парой. Сразу после регистрации брака Лидия и Сергей отправились в горы, потом сплавлялись на байдарках. Оказалось, что у них одинаковые увлечения – оба любили экстрим. Вот только в одном молодые супруги не могли найти взаимопонимания. Лидия, которая часто принимала участие в работе драмкружка, всерьез подумывала о театральной карьере. Сергей же считал, что профессия актрисы не годится для его жены, работа экономиста (Смирнова успела окончить промышленно-экономический техникум при Училище имени Баумана) – наиболее подходящий вариант.

Но надо знать упрямый характер Смирновой. Поняв, что супруг отрицательно относится к ее театральным опытам, она отправилась... в труппу знаменитого режиссера Александра Таирова. Там ее с радостью приняли и почти сразу же стали доверять интересные роли. Так что вскоре Лидия Смирнова превратилась в настоящую звезду труппы.

	Смирнова кокетливо говорила, что похожа на поросеночка.

А вскоре она получила и первое приглашение сыграть в кино. В картине «Моя любовь» Смирновой досталась роль Шурочки – девушки, которая усыновила чужого ребенка, и из-за него в ее личной жизни появились большие проблемы, потому что мало кого из потенциальных женихов прельщала перспектива получить жену с таким «приданым».

Этот фильм стал судьбоносным для Смирновой. Вот только сложно понять – со знаком плюс или минус. С одной стороны, после премьеры она проснулась знаменитой, и предложения о новых ролях стали поступать просто с космической скоростью. С другой – такое блистательное начало карьеры поставило крест на ее мечтах о материнстве. Когда съемки «Моей любви» шли полным ходом, выяснилось, что Лидия беременна. Услышав эту новость, режиссер решил, что интересное положение актрисы может всерьез помешать продолжению работы над картиной, и предложил ей сделать аборт... Позже врачи скажут, что оперативное вмешательство повлекло за собой бесплодие. Лида никогда не сможет иметь детей...

	Дунаевский, напротив, встретив бывшую любовницу после болезни, брезгливо сказал: «Фу, какая вы некрасивая!»

Треугольники любви

Впрочем, тогда Смирнова не задумывалась о таких «мелочах». Последствия аборта выплывут много позднее, когда она вступит в пору своей зрелости и будет очень жалеть об ошибках молодости. А тогда – в 1940-м – Лидия упивалась своим новым положением. Популярная актриса, она тут же стала объектом внимания первых мужчин Советского Союза. Среди них она выбрала, несмотря на свой статус замужней дамы, лучшего. Композитор Исаак Дунаевский ухаживал за Смирновой очень красиво.

На целых три месяца он снял для нее роскошный трехкомнатный номер люкс в гостинице «Москва». Он забрасывал ее цветами, подарками, но главное – одаривал своей любовью и вниманием. Даже годы спустя она хранила одну из его телеграмм: «Люблю тебя свято и страстно, чисто и греховно, нежно и требовательно, ревниво и доверчиво». У них даже появился свой тайный пароль на время встреч. Когда она появлялась, тихонько стуча в дверь, Дунаевский неизменно восклицал: «Солнце пришло!» Эта фраза стала условным знаком.

	Второго мужа, Владимира Рапопорта, Зоя встретила на съемках.

Их интимные свидания не мешали Смирновой оставаться супругой журналиста Сергея Добрушина. Ситуация ее вполне устраивала: дома она – примерная жена, вне стен квартиры – страстная любовница.

Любовный треугольник распался после того, как страну облетела страшная весть: Гитлер напал на СССР. Супруг Лидии, Сергей Добрушин, тут же записался в ополчение. И предупредил свою супругу: «Если меня не убьют, я вернусь только в одном случае – если не буду изувечен».

...Он так и не вернулся с войны. Неизвестно, как сложилась судьба Сергея – то ли пал на полях сражений, то ли не захотел портить жизнь жене.

	С первым мужем, Леонидом Вейцлером, Федорова прожила недолго.

Смирнова же, несмотря на военные действия и витавшее в воздухе ощущение общемировой трагедии, продолжала наслаждаться жизнью и кружить мужчинам головы. Киностудию «Мосфильм» эвакуировали в Алма-Ату, и здесь у Лидии оказалось сразу два жениха – на выбор. Режиссер Фридрих Эрмлер был лауреатом Госпремии и снимал Зою в своем фильме «Она защищает Родину». Рапопорт работал оператором и тоже был лауреатом Госпремии. Поскольку ни к одному из них Лидия не питала пылких чувств, то никак не могла сделать этот самый выбор. Парадоксально, но в данном случае все решили... яйца.

Смирнова жила в одной комнате с актрисой Верой Марецкой. Обе они, в отличие от Эрмлера и Рапопорта, высоких званий не имели, лауреатских пайков им было не положено, поэтому несмотря на свою популярность, порой банально голодали.

И вот в один из дней в дверь постучали. На пороге стоял Эрмлер, который решил подкормить свою даму сердца. В руках он держал кастрюлю, в которой томились два яйца всмятку. Не успел режиссер произнести и нескольких слов, как в дверь вновь постучали. Это был Рапопорт, который тоже принес яйца, чтобы подкормить даму сердца. Но только не два, а целых... пятьдесят – весь свой паек.

Вера Марецкая, которая славилась острым языком, язвительно прокомментировала ситуацию, обращаясь к своей подруге: «И ты еще раздумываешь? Один так и будет всю жизнь носить по два яйца всмятку, а другой отдаст все, что имеет».

	Роль Кати Щедриной в фильме «Человек с ружьем» стала одной из самых ярких в карьере звезды.

И Лидия Смирнова стала женой Владимира Рапопорта, с которым больше не расставалась. И пусть их брак для окружающих был большой загадкой, до конца своих дней актриса относилась к своему мужу с трепетом и нежностью... Заводя многочисленные интрижки, она тем не менее всегда возвращалась к нему. Многие не могли понять, что заставляет Рапопорта терпеть ее бесконечные измены. Да он и сам, кажется, был не в состоянии объяснить это. Ведь некоторые из романов его знаменитой супруги обсуждал весь богемный мир. Например, когда из-за связи с ней был уволен с должности главный режиссер Театра киноактера Лев Рудник, Смирнова ходила в ЦК и умоляла простить своего возлюбленного. Многие тогда практически объявили ей бойкот, но Рапопорт предпочел сделать вид, что он ничего не знает.

Позже режиссер Константин Воинов, у которого Смирнова снималась в «Женитьбе Бальзаминова», «Дядюшкином сне», «Приюте комедиантов», настолько увлекся актрисой, что бросил жену, дочь, поселился в коммуналке и все ждал, когда его муза поступит так же. Узнав, что Смирнова не собирается разводиться со своим мужем, он все рассказал Рапопорту. Но ничего не изменилось. Разлучить эту пару не удалось никому. Кроме тяжелейшей болезни, которая внезапно настигла Владимира. И вот тогда Смирнова, которую все считали ветреной вертихвосткой, проявила себя совсем с иной стороны. Забросив светские вечеринки, она всю себя посвятила умирающему мужу. Лишь благодаря ее стараниям Рапопорт, которому врачи отмерили не больше трех лет, прожил еще тринадцать!

	Отметив День Победы на Красной площади, Зоя пригласила Джексона в гости. В ту ночь они зачали ребенка.

...Когда она осталась одна, тут-то и вспомнились «Моя любовь» и ранний аборт. «Сначала я думала: ну нет детей – и не надо. А позже выла по ночам, мечтая о малыше». Она уходила из жизни, забытая всеми. И только после ее смерти современники вдруг осознали, какой большой актрисой была Лидия Смирнова. Ее можно с полным правом назвать героиней двух эпох. Свою первую роль она сыграла в 1940 году. Последнюю – в 2000-м, в фильме Ренаты Литвиновой «Нет смерти для меня». Название режиссерского дебюта Литвиновой оказалось пророческим: красота и талант Смирновой не исчезли, для них, как выяснилось, смерти не существует...

Любимица фортуны

Судьба другой актрисы, которая олице-творяла собой ушедшую киноэпоху, оказалась намного трагичней. Хотя поначалу Зою Федорову многие считали любимицей фортуны. В отличие от Лидочки Смирновой Зоя в детстве купалась в родительской любви и благополучии. Ее отец, который до революции был рабочим-металлургом на одном из заводов Санкт-Петербурга, после 1917 года сделал блестящую карьеру в большевистской партии. В 1918 году его назначили начальником паспортной службы в Кремле, и вся семья Федоровых (помимо Зои у супругов было еще двое детей) принялась паковать чемоданы.

	Федорова с дочерью Викой. Когда актрису посадили в тюрьму, малышку сослали в Казахстан.

В Москве Зоя почти сразу стала посещать детский драмкружок и готовить себя к актерской профессии. Но отец ее решил иначе: у его дочери должна быть более стабильная работа. Например, в Госстрахе, куда он помог ей устроиться.

И все же спустя время любовь к сцене дала о себе знать: в 1930 году Зоя поступила в училище при Театре Революции. И тогда же вышла замуж. Ее первым супругом стал театральный актер Леонид Вейцлер, который всю жизнь проработал в Московском театре драмы и комедии на Таганке. Но брак этот долго не продержался. Талантливую студентку пригласили в кино, и ее закрутила-завертела богемная жизнь. Хотя с дебютом ей не повезло – роль Федоровой в картине «Встречный» была бесцеремонно сокращена!

	Федорова безумно любила свою дочь Викторию. И ревновала к ее избранникам.

Комизм ситуации заключался в том, что сама Зоя, только начинающая карьеру в кино, еще не догадывалась, что при монтаже часть эпизодов порой безжалостно вырезается. В итоге первый триумф (так она оценивала все происходящее) превратился в провал: на премьеру фильма дебютантка пригласила всех своих родственников, однако себя на экране так и не увидела...

Зато эта картина принесла ей встречу со вторым мужем. Оператор Владимир Рапопорт (да, это был он, будущий преданный спутник Лидии Смирновой) на годы вперед стал ее наставником в кино, снимая во всех картинах. В их совместной жизни было только одно, но весьма серьезное препятствие: Федорова обитала в Москве, Рапопорт – в Ленинграде. Устав от существования на два города, Владимир выбил у местных властей отдельную квартиру для себя и своей молодой жены. И внезапно встретил сильное сопротивление со стороны Федоровой. Покидать столицу она отказалась категорически! Рапопорт подал на развод.

Зоя, казалось, нисколько не переживала из-за этого разрыва. Она вела активную светскую жизнь, посещая в том числе и вечеринки в иностранных посольствах. На одном из таких дипломатических раутов она и встретила свою настоящую любовь, которая принесла ей чуточку женского счастья, радость материнства и – жестокую расплату длиною в жизнь...

	«Внимание, черепаха!», Зоя в роли учительницы пения. Даже в эпизодах она не оставалась незамеченной.

Они познакомились зимой 1945 года, их представил друг другу общий знакомый. Джексон Тэйт служил заместителем главы морской секции американской военной миссии. Наверное, это была любовь с первого взгляда, которая настигает людей, невзирая на национальность, вероисповедание и политические убеждения. Он почти не говорил по-русски, она знала по-английски лишь несколько слов... Его рассказы об американской жизни она считала детской выдумкой, а он искренне удивлялся, что его новая подруга со скудным гардеробом – кинозвезда. Но все это было неважно. Потому что общались они взглядами, прикосновениями, нежными сплетениями рук...

9 мая 1945 года, когда вся Страна Советов праздновала День Победы, они сначала, обнявшись, долго гуляли среди ликующей толпы, а потом поехали в гости к Зое. Она как будто что-то предчувствовала, сказав ему простодушно: «Сегодня я понесу». Когда Джексон, схватившись за словарь, перевел ее фразу, они договорились: если родится мальчик, то его назовут Виктором, а девочку, соответственно, Викторией. В честь Великой Победы.

Малышка Виктория появилась на свет 18 января 1946 года. Только ее родной отец, Джексон Тэйт, долгое время даже не догадывался о существовании дочери. За полгода до ее рождения, в июле 1945-го, Зою внезапно отправили в длительные гастроли по стране. Как только она уехала, ее возлюбленному поступило предписание покинуть страну в течение сорока восьми часов. Сообщить Зое, что его высылают, он просто не мог...

	В доме актрисы всегда жили несколько собак.

День за днем он отправлял в Советский Союз письма – с признаниями в любви и с тайной надеждой, что им с Зоей все-таки удастся встретиться и быть вместе. Так продолжалось до тех пор, пока он не получил странное послание: анонимное письмо из Швеции кратко сообщало, что Зоя Федорова вышла замуж за известного советского композитора, у них растут двое детей, поэтому огромная просьба больше их не беспокоить.

До сих пор неизвестно, кто же был автором этого письма. Хотя, надо признать, доля истины в тех строках присутствовала. Зоя Федорова действительно вышла замуж за композитора Александра Рязанова. Правда, его известность была несколько преувеличена. Александр был несуразным внешне, наивным внутренне и далеким от жизненных реалий парнем. Тем не менее, когда над Зоей стали сгущаться тучи, он поступил очень благородно. А ситуация вокруг актрисы действительно стала накаляться. Во-первых, в те годы вышел указ о наказании матерей-одиночек. Во-вторых, всем было понятно, что факт рождения внебрачного ребенка от иностранного гражданина не лучшим образом может сказаться на будущем и матери, и малышки. Именно поэтому Александр, верный друг и оруженосец Зои, предложил ей руку и сердце – фиктивно, как подчеркивал он. И хотя поначалу Зоя категорически отказалась от его предложения – ну не хотелось ей впутывать в историю своей личной жизни еще и Александра, – но потом, испугавшись наказания, все-таки дала согласие. Однако от тюрьмы ее это не спасло...

	Фраза ее героини: «Общежитие слушает!» в фильме «Москва слезам не верит» вызывала смех.

Ошпаренная королева

Сначала она стала замечать за собой слежку. Причем одинаковые с виду мужчины в похожих костюмах даже не пытались скрывать, почему они оказались рядом с Зоей. Актриса, конечно, тревожилась из-за этих непонятных преследователей, но в какой-то момент ей даже стала нравиться их игра в «кошки-мышки». Мысль о том, что с ней, любимицей миллионов, может произойти что-то серьезное, она наивно отметала. Но когда в Театре киноактера, где работала Зоя, в один «прекрасный» день не обнаружилось ее громадного портрета на стене, звезда по-настоящему испугалась.

...Забрали ее, как и полагается, ночью, не дав поцеловать на прощание спящую дочку. Поначалу она держалась со следователем как королева. Имеет право, ведь она – сама Зоя Федорова! Но уже через несколько дней пленница поняла, что все ее прежние заслуги – просто пустой звук. Осознание этой страшной истины пришло, когда в тесной душевой кабинке, где ее закрыла суровая надзирательница, на нее вдруг полился кипяток. На следующий день кожа слезала кусками, а следователь лишь бесстрастно продолжал задавать одни и те же вопросы. Шпионит ли она в пользу иностранных государств? Зачем она встречалась с американским военным? Ну и все в таком роде.

Когда она в отчаянии попыталась покончить жизнь самоубийством, ей тут же дали понять, кто теперь властен над ее судьбой. Привязав Зою к кровати, надзирательницы методично переломали ей все пальцы на руках.

	Уехав за границу, Вика настойчиво звала мать к себе. Но Федорова так и не успела собрать документы...

После полугода ежедневных пыток Зою Федорову приговорили к двадцати пяти годам строгого режима – за шпионаж в пользу иностранных государств. И для народной героини началась совсем другая жизнь. Поразительно, но в тюрьме ее больше всего мучило не собственное бедственное и унизительное положение, а постоянные мысли о том, как там, на воле, ее дочь, маленькая Вика.

Хождение по мукам

А ее девочка меж тем обитала в заброшенном казахском ауле, где к чужакам, да еще с клеймом «враг народа», относились не очень приветливо. Именно туда была сослана родная сестра Зои Александра, которая взяла с собой не только своих детей, но и Вику. И все эти годы девочка искренне считала, что Александра – ее настоящая мама. Только ее любовь и понимание помогли Вике выжить в том страшном месте, где каждый считал своим долгом, проходя мимо, кинуть в нее камень или просто плюнуть... А родная мать, с которой ей только предстояло познакомиться, вышла на свободу «всего» через девять лет лагерей.

Надо сказать, что вольная жизнь началась для Зои Федоровой с депрессии. Без документов, без квартиры, без средств к существованию, без семьи, без родных и близких и даже просто знакомых, большинство из которых делали вид, что никогда ее не знали... Она не понимала, как ей жить дальше и жить ли вообще. В этот момент и проявились ее истинные друзья. Лидия Русланова, с которой она пересекалась в тюрьме, приютила Зою у себя дома. Еще неожиданней повел себя Сергей Михалков, которого традиционно считали «человеком власти». Он когда-то приятельствовал с Зоей и в трудную минуту помог ей, выделив целых две тысячи рублей. Поистине царский подарок!

	Адмирал Тэйт с дочерью во время их первой пресс-конференции во Флориде. 1975 год.

А вскоре, будто по мановению волшебной палочки, черная полоса ее жизни сменилась ослепительно белой. У нее вновь появилась семья: из Казахстана вернулась дочка – девятилетняя Вика. А спустя пару месяцев вдруг посыпались предложения о новых ролях.

Одно только тревожило Зою: что все-таки стало с Джексоном, отцом Виктории? Долгое время она не предпринимала никаких попыток его найти – все-таки жив был страх стольких лет, проведенных в тюремных застенках.

И тогда решительные действия начала сама Вика, которая вдруг решила для себя: она должна увидеть своего отца...

Американская мечта

Поиски продолжались целых шестнадцать лет. Матери и дочери все это время помогала – абсолютно бескорыстно – русская преподавательница из Америки Ирина Керк. Она посылала запросы о местонахождении Тэйта в различные ведомства, однако ответа на них не получала.

И Зоя, и Виктория в какой-то момент уже решили, что им не суждено увидеть Тэйта. И именно тогда пришло письмо. От Джексона Тэйта. В своем послании он просил прощения у обеих женщин за то, что причинил им столько горя и страданий. Оказывается, все эти годы он помнил о них, вот только американские власти с подозрительной последовательностью забывали сообщать ему, что в СССР кто-то настойчиво его разыскивает.

На дворе стоял уже 1973 год. И Виктория вновь загорелась идеей лично увидеться со своим заокеанским отцом.

Эта встреча состоялась во многом благодаря американским репортерам – ради возможности сделать эксклюзивный репортаж они готовы были организовать все по высшему разряду и в обстановке полной секретности. Так что впервые Виктория увидела своего папу под вспышками фотокамер, в больших солнцезащитных очках и парике. И пусть их окружали чужие люди, алчущие зрелищ, они обнялись и вовсе не для камер разрыдались. «Я тебя больше никуда не отпущу», – проговорил Джексон.

Мама, я летчика люблю!

К моменту этой встречи Вика успела пережить немало взлетов и падений. В СССР она была весьма востребованной актрисой, хотя сегодня названия картин с ее участием мало кто помнит – «Они живут рядом», «Расплата», «Вид на жительство», «О тех, кого люблю и помню». А в среде столичной богемы Виктория славилась как обладательница титула «самые длинные ноги Москвы» и знатная покорительница мужских сердец. О ее похождениях нередко судачили в артистических кругах.

	Вика унаследовала красоту матери и носила титул «самые длинные ноги Москвы».

В первый раз она решила связать себя узами Гименея, еще будучи студенткой ВГИКа. Именно там девушка познакомилась с сыном известного сценариста Ираклием Асатиани, который учился на режиссерском факультете. Они поженились на третьем курсе, в январе 1967 года. Против этого брака выступали все – от друзей-приятелей до знаменитой мамы Вики, Зои Федоровой. Во-первых, Ираклий был грузином (а ведь по воле Берии и Сталина она так много настрадалась в своей жизни!). Во-вторых, оба были еще совсем молодыми, неспособными прокормить себя, да и вообще понять, кто они такие в этом мире. А в-третьих... Ну не нравился маме Ираклий, что тут поделаешь?!

Молодые поселились в квартире у Зои, жизнь их превратилась в сплошной ад. Федорова-старшая могла в любой момент ворваться, не постучавшись, в комнату супругов, мотивируя это тем, что она все-таки хозяйка.

Еще один недостаток Ираклия выплыл наружу уже во время совместного проживания. Он, человек восточных кровей, оказался болезненно ревнивым. Однажды, когда в доме проходила какая-то вечеринка, он посчитал, что Виктория уделяет слишком много внимания одному из гостей. Удалившись в соседнюю комнату, молодой супруг перерезал себе вены. Не слишком глубоко – видимо, чувство самосохранения было в нем сильнее чувства собственничества. Однако приятный шумный вечер ему удалось испортить: пришлось вызывать врачей «скорой помощи», квартира была залита кровью.

После этой истории супруги какое-то время жили спокойно, однако месяца через три ситуация почти в точности повторилась. Вновь приступ ревности, перерезание вен... В третий раз, когда Ираклий попытался покончить с собой, выпрыгнув в окно с восьмого этажа, Виктория решила: все, с нее хватит такой семейной жизни. В 1969 году супруги расстались.

Зато следующий избранник Вики ее маме, напротив, очень нравился. Хотя бы потому, что он был сыном ее подруги. К тому же Сергей Благоволин оказался очень воспитанным молодым человеком, из обеспеченной семьи.

	Сергея Благоволина Виктория променяла на Валентина Ежова.

На этот раз молодые решили жить у свекрови. И хотя квартира была шестикомнатная, а свекровь, не в пример Зое Федоровой, никогда не позволяла себе вмешиваться в жизнь молодых, этот брак тоже быстро исчерпал себя. Вика, натура увлекающаяся, встретила следующую любовь, а Сергей Благоволин отправился в самостоятельное плавание. Надо признать, он добился в карьере больших высот. После трагической гибели Владислава Листьева Благоволин занимал должность генерального директора Первого канала. Потом входил в совет директоров телеканала «Столица». Считался одним из крупнейших в России коллекционеров живописи. Но в 2001 году внезапно умер, находясь на отдыхе на Кипре...

Новой страстью Виктории стал знаменитый киносценарист Валентин Ежов, чьи фильмы уже давно перешли в разряд классики советского кино – «Белое солнце пустыни», «Сибириада», «Тридцать три», «Дворянское гнездо», «Баллада о солдате». Тем не менее годы жизни с гением слова Вика позже назовет «кошмаром пострашнее прожитых лет в Казахстане».

Хотя именно ее казахстанское детство поначалу привлекло Ежова. Мэтр, слушая ее рассказы об ужасах ссылки, все сильнее понимал, что ему хочется защитить эту юную красавицу с такой непростой судьбой.

Виктории тогда было всего двадцать пять, Валентину – пятьдесят. Люди из киношной среды утверждают, что именно рядом с классиком Федорова-младшая пристрастилась к алкоголю. Сам киносценарист уверяет, что, напротив, он всячески пытался противостоять ее попойкам. Потому что в пьяном состоянии Вика была неукротима. Могла выплеснуть бокал вина в лицо какому-нибудь крупному военному чину. Или спровоцировать драку, а потом, выпив для куража еще рюмку-другую, вскочить в ресторане на стол и стоять над схваткой, периодически «одаривая» дерущихся каблучком.

	Говорили, что именно Ежов пристрастил Федорову к алкоголю.

Полтора года они жили, мучаясь вместе и умирая порознь. Ежова бесконечно изгоняли из дома Вики, но он вновь возвращался туда, и его в конце концов принимали. Финал этой истории положила Федорова. Когда зять в очередной раз перебрал со спиртным и стал буянить, она вызвала не только милиционеров, но и секретаря партийной организации, в которой числился сценарист. В те годы антиобщественное поведение считалось серьезным преступлением. Больше классик в их дом не возвращался.

Вот такой – одинокой, часто выпивающей, но страстно желающей увидеть своего отца, – Виктория и отправилась за океан. Оставаться там она не собиралась: планировала провести с вновь обретенным папой месяца три, не больше. А в итоге живет в Штатах до сих пор. И опять во всем виновата любовь: в Америке Виктория встретила своего будущего мужа, летчика авиакомпании «Пан Американ» Ричарда Поуи, и наконец-то испытала счастье материнства, родив сына Кристофера-Александра.

Она хотела полностью раствориться в своем муже, не мечтая ни о какой карьере. Однако ее эффектную внешность оценили по достоинству акулы американского шоу-бизнеса, и Вика довольно долго рекламировала косметику одной крупной корпорации.

Наслаждаясь заокеанской жизнью с ее отсутствием бытовых проблем, Вика все чаще задумывалась о том, чтобы и ее мама уехала наконец из СССР. Но для Зои Федоровой это был абсолютно неприемлемый вариант – она ведь русская актриса. Ее снимают в кино, ее по-прежнему обожают зрители. В какой-то момент Вика ее, кажется, почти уговорила. Федорова-старшая даже стала оформлять документы на выезд. Но так и осталась в СССР. Посмертно.

	Виктория на вечере памяти актрисы Зои Федоровой. 1991 год.

...Это случилось 11 декабря 1981 года. Шум подняла соседка Зои Федоровой. «Мне кажется, с ней что-то случилось. Мы с ней собирались встретиться, обговорить важные вопросы, поэтому она не могла никуда уйти».

Тут же вызвали племянника, у которого были ключи от квартиры.

Худшие опасения оправдались. В одной из комнат обнаружилась страшная картина: Зоя Федорова сидела за столом, сжимая в руке телефонную трубку. Голова ее была запрокинута, а лицо – все залито кровью.

72-летнюю женщину убили выстрелом в упор. Кто? Почему? На эти вопросы нет ответов до сих пор. Конечно, предположений высказывалось (да и периодически высказывается) великое множество. В первую очередь в гибели известной актрисы, дочь которой эмигрировала в Америку, винят КГБ. Зоя Федорова трижды навещала ее в США, в первый свой визит за океан она даже успела встретиться со своим возлюбленным – Джексоном Тэйтом. Спустя два года он умер от рака... Тогда, в 1981 году, вновь собираясь в Америку, Зоя проговорилась в ОВИРе, что намерена остаться там, рядом с дочерью и внуком, навсегда. Но что такого ужасного могла поведать миру стареющая актриса, тем более что ее дочь успела выпустить в свет скандальную книгу о судьбе своих матери и отца, а потом сняться в фильме по своим же мемуарам? Всплывала и криминальная версия: мол, у актрисы, известной любительницы драгоценностей, был в коллекции какой-то уникальный бриллиант. Камешек очень приглянулся тогдашней супруге одного из советских министров. В те годы по этому делу было опрошено около семисот человек. А потом о громком убийстве просто позабыли...

Так что правды мы, похоже, так и не узнаем. Великая тайна великой актрисы ушла вместе с ней. В любом случае, кто бы ни был убийцей, вывод однозначен: за свою любовь она заплатила по самой высокой ставке.