Давно замечено, что между светским и духовным в нашей жизни зачастую лежит непреодолимая пропасть: интеллектуалы не жалуют церковь, а церковь справедливо указывает на то, что человеческий разум, каким бы он ни был, не в состоянии заменить Бога. Коснулось это и музыки: церковники утверждают, что в ней чаще всего говорится о чем угодно, кроме Него, - но способ преодолеть разрыв все же существует.

"Королева госпел" Махалия Джексон родилась 26 октября 1911 года в городе, где музыкой пропитан каждый квартал — легендарном Новом Орлеане. Тогдашние семьи отличались плодовитостью, и семья Чариты Кросс и Джонни Джексона не стала исключением: отец шестерых детей работал портовым грузчиком и парикмахером, а в выходные (также по традиции) читал проповеди в местной церкви.

Особая музыкальность негритянских церквей давно уже стала притчей во языцех — собственно, где бы был современный соул без торжественных песнопений? Поэтому неудивительно, что Махалия уже в четыре года пела в хоре баптистской церкви Святой Марии, а ее кумирами были Бесси Смит, Ма Рейни и Энрико Карузо. "Когда взрослые уходили из дома и я драила полы, я включала записи Бесси Смит и работалось быстрее", - говорила она. Однако ни опера, ни блюз не стали стезей Махалии — куда больше ее манила музыка, прославлявшая величие Творца уже тогда, когда до Сэма Кука, Стиви Уандера и Джосс Стоун оставалось поколение, а то и больше.

В 1927 году Махалия переехала к тетке в Чикаго, и дабы заработать на жизнь, начала работать прачкой и медсестрой. Однако главный ее талант не дремал: очень скоро мисс Джексон стала солисткой первого чикагского госпел-хора "Братья Джонсон" и познакомилась с легендарным Томасом Дорси, который взял на себя роль ее наставника и издателя. А чуть позже Махалия подписала контракт с известной фирмой Decca Records, став первой исполнительницей такого рода на "светском" лейбле.

В 30-х — начале 40-х годов жанр духовных песен пользуется немалым спросом: песня "Move on Up a Little Higher", выпущенная в сентябре 1947 года, стала самым продаваемым госпел-синглом всех времён, и тогда же на Махалию обратили внимание белые интеллектуалы и критики джаза. За этим последовали выступление в Шоу Эда Салливана и концерт в Карнеги Холл, побивший все рекорды посещаемости. На гастролях певице рукоплескали не только во Франции, Англии и Дании, но даже в таких сравнительно экзотических странах, как Япония, Индия и Израиль. Летом 1957 года Махалия Джексон впервые выступила на Ньюпортском фестивале, а год спустя сделала блестящую запись с оркестром Дюка Эллингтона.

 

В шестидесятые Джексон, как и многие другие деятели госпел и соул-музыки, не могла остаться в стороне от политики: в 1960 году она выступила на церемонии в честь избрания президента Кеннеди, а позже стала сторонником и доверенным лицом Мартина Лютера Кинга. Увы, гибель обоих Кеннеди и легендарного чернокожего лидера поставила крест и на ее деятельности в борьбе за гражданские права: не принесла особого утешения и семейная жизнь. Первый брак певицы "случился" еще в 1935 году, и, продержавшись шесть лет, закончился разводом. Еще один брак с неким Сигмундом Галлоуэем имел и приятные стороны - благодаря дочери Галлоуэя от первого брака Махалия не так уж страдала от отсутствия собственных детей — но этот союз также завершился весьма печально и стоил немолодой уже певице целой серии сердечных приступов.

 

Впрочем, дальнейшая жизнь сложилась не так уж печально: шестидесятые и семидесятые стали золотым веком музыки соул, и породивший ее стиль вновь оказался в поле зрения слушателей и критиков. В 1966 году Махалия выпустила автобиографию под названием "Movin' On Up", снялась в нескольких фильмах и даже, вопреки собственным принципам, записала несколько светских популярных песен. Ездить по свету она продолжала до последнего дня: в октябре 1971 года состоялся прощальный концерт в Берлине, а 27 января 1972 года певица умерла от остановки сердца.

---

---

---

"Хвала Богу не нуждается ни в каком микрофоне, только откройте окна и двери и позвольте звуку выливаться наружу", - говорила Махалия, и этот ее завет до сих пор хранят сотни последователей.

---

---

---

Наверное, знала об этом и Арета Фрэнклин, голос которой звучал на церемонии прощания с легендой госпел, и которая стала для своего времени тем же, чем Махалия была для своего, — проводником воистину благой вести, изливающейся из самого сердца.