Музыкант играл на скрипке - я в глаза ему
глядел.
Я не то чтоб любопытствовал - я по небу летел.
Я не то чтобы от скуки - я надеялся понять,
как способны эти руки эти звуки извлекать
из какой-то деревяшки, из каких-то бледных
жил,
из какой-то там фантазии, которой он служил?

Музыкант играл на скрипке - я в глаза ему
глядел.
Я не то чтоб любопытствовал - я по небу летел.
Я не то чтобы от скуки - я надеялся понять,
как способны эти руки эти звуки извлекать
из какой-то деревяшки, из каких-то бледных
жил,
из какой-то там фантазии, которой он служил?

Да еще ведь надо пальцы знать,
к чему прижать когда,
чтоб во тьме не затерялась гордых звуков
череда.
Да еще ведь надо в душу к нам проникнуть
и поджечь...
А чего с ней церемониться? Чего ее беречь?

Счастлив дом,
где голос скрипки наставляет нас на путь
и вселяет в нас надежды...
Остальное как-нибудь.
Счастлив инструмент, прижатый к угловатому
плечу,
по чьему благословению я по небу лечу.

Счастлив он, чей путь недолог,
пальцы злы, смычок остер,
музыкант, соорудивший из души моей костер.
А душа, уж это точно, ежели обожжена,
справедливей, милосерднее и праведней она.

Булат Окуджава.

Саксофону посвящается

Саксофона тихий стон,
Легких звуков стая.
Нам поет красиво он:
"Ноты - звезды Рая".

Льет загадочный мотив,
Нас окутал звуком
И родился свежий стих
Сердце вторит стуком.

Саксофон меня влечет,
Звуком душу манит.
Вспоминаний грустных взлет
Комом стал в гортани.

Тут и музыка любви,
Горе расставаний,
Сердце рвется из груди
Памятью страданий...

© Copyright: Виолетта Сорванцова, 2010

Художник и музыка. Виктор Зелик. Булат Окуджава. Ян Табачник. Ванесса Мей