Упомянем в начале нашего исследования, что вОрон и ворОна — как вы все, конечно, знаете — это два совершенно разных вида птиц. У них разные окрас, размеры, форма клюва и образ жизни. Так, вОроны гораздо крупнее ворОн и в отличие от последних живут НЕ в стаях, а по одиночке, причем сторонятся людского жилья и предпочитают селиться в глухих труднодоступных местах. Кстати, вОроны, как и лебеди образуют пару один раз на всю жизнь и если одна из птиц гибнет — остаются одинокими.
В мифологическом мире вОрон и вОрона также имеют совершенно разные образы и функции. Так, ворОна во всех сказках, присказках, баснях и приметах — это хвастунья и раззява, не слишком умная и дальновидная. Она часто и совершенно безосновательно хвастается, а в итоге попадает в смешную ситуацию, выставляя в себя в самом невыгодном свете, или остается «у разбитого корыта».
Ворон — совсем иное дело. Мудрый. Вещий. Зловещий. Вестник войны, смерти и печали. Но в то же время — даритель живой и мертвой воды, летающий за море, чтобы ее достать, и хранитель ключей от небесных врат, провожающий души умерших в Ирий (Рай). Посредник между мирами Живых и Мертвых. Пожалуй, образ ворона в русском фольклоре — самый сложный, многогранный и загадочный из всех птиц.
Попробуем разобраться детально и с конкретными примерами в сказках и заговорах — почему же за этой птицей закрепилась такая слава? Как можно объяснить связь вОрона с живой и мертвой водой? Куда уходит корнями понятие «вещий»?
Ворон — помощник волхвов
Первым и одним из важнейших исследователей русского фольклора по праву считается А. Н. Афанасьев (1826—1871 гг.), посвятивший этой теме всю свою жизнь. Результатом его изысканий стало огромное собрание русских народных сказок — которое вплоть до настоящего дня остается самым обширным, а также чуть менее известный 3-томник «Поэтические воззрения славян на природу», в котором он пытается свести имеющийся материал в виде сказок, былин, примет и заговоров в некую единую концепцию мироздания, прибегая для этого и к аналогиям в других культурах — от южных славян до греков, скандинавов и индийцев.
В своих трудах он неоднократно обращается и к образу ворона. В частности он приводит одну из песен Краледворской рукописи (чешское собрание народных песен, найденное в 1817 г.), которая рассказывает о тяжелых временах смены культур и верований:
«…пришли чужеземцы на нашу родину, сокрушили богов, посекли заповедные деревья и всполошили воронов из священных дубрав».
Отсюда мы узнаем, что вОроны в древности являлись неотъемлемым атрибутом «старого мира» славян и его священных мест и в больших количествах жили в священных дубравах. Тревожить священных птиц, конечно, не полагалось — как и в целом шуметь в священных рощах. Вероятно, волхвы специально ухаживали за ними и/или подкармливали их, и, скорее всего, также прибегали к их помощи во время разного рода гаданий. Отсюда и прочно закрепившаяся за вороном слава «вещей» птицы — то есть знающей многое и способной предсказывать будущее.
Скорее всего сохранилась в народном сознании и связь «ворон-волхв», именно поэтому в русских сказках ворон остается неизменным спутником «последнего русского волхва» — Бабы-Яги, которая как и ее вещая птица стоит на перекрестке мира Живых и Мертвых, имея доступ и туда и туда, и нередко своими мудрыми советами (особенно указанием пути) помогает герою, хотя и не является однозначно положительным персонажем.
Виктор Корольков. Полет вокруг земли.
Справедливости ради нужно отметить, что в настоящее время Краледворская рукопись объявлена подделкой (что не доказывает то, что она действительно подделка), однако, в XIX веке ее авторитет в научных кругах был непререкаем, поэтому А. Н. Афанасьев и ссылается на нее. Очевидно, текст рукописи ничем не насторожил фольклористов XIX века и выглядел для них совершенно достоверно.
Впрочем, и помимо этого есть немало свидетельств того, что ворон испокон веков почитался в народе какой-то особой, священной птицей: так, в народном сознании вплоть до XIX века существовал запрет стрелять в вОрона. Это, с одной стороны, считалось крайне дурной приметой, сулящей всяческие беды, а с другой — уже в более поздние времена и в «практичной» плоскости связывалось с вероятной порчей ружья. Если предположить, что Краледворская рукопись говорит правду — то это выглядит совершенно понятно. Кто в здравом уме станет стрелять в птицу, живущую в священной роще и доносящую до посвященных волю богов?
Но почему именно ворон был «выбран» «вещей» птицей? Это несложно объяснить — хотя бы из-за его высокого интеллекта и специфического образа жизни. Вороны действительно необычайно умны — считается, что их интеллект по многим параметрам соответствует уровню 5-летнего ребенка. Они умеют считать, планировать свои действия на некоторое время вперед, использовать подручные орудия труда, решать образные задачи и головоломки дошкольного уровня сложности, сотрудничать для достижения общей цели, сопереживать и проч. Сегодня многие ученые ставят разум вОронов выше разума приматов.
С другой стороны, в природе вОроны традиционно ведут уединенный образ жизни, выбирая для строительства гнезд самые глухие и труднодоступные места и в природе НЕ собираются в стаи (поля сражений - скорее исключения, кроме того довольно сложно теперь доподлинно разобраться какие именно представители врановых могли туда прилетать помимо самих воронов) — это несомненно добавляло им в глазах древнего человека ореол некоторой загадочности и таинственности.
Наконец, иссиня-черный цвет служит третьим ключевым отличительным признаком, необычайно важным в глазах наших предков, которые воспринимали мир в основном в черно-бело-красной гамме (читайте отдельную статью о названиях и восприятии цветов в Древней Руси): ворон как бы олицетворяет собой крайнюю точку темного спектра цвета, что само по себе делает его магическим созданием, принадлежащим НЕ только видимому миру.
Суммируя все вышесказанное — трудно и придумать более подходящую птицу-спутника для волхва, чародея или кудесника.
Рептилоиды, люди-драконы, уже давно живут с нами, людьми... 
С древнейших времен люди знали, что стихия огня очищает и сжигает все отрицательное, прилипающее к ауре человека.