Неутомимый Быков в "Новой Газете":

Нет, Савченко они не отдадут. Не слушайте оптимистичных бредней. Она
одна — последний их редут, последний их оплот, трофей последний.
Подумай, что они приобрели за этот год, помимо геморроя? На первое —
подгнившие рубли, и санкции Европы — на второе; сакральный Крым и весь
его прибой, там будет Сталин вскорости изваян, — туда и так приехать
мог любой, но нынче может въехать как хозяин. Что до крымчан: курорт и
есть курорт. Располагает статус или климат — но если к ним приедет
даже черт, они его со всей любовью примут. За эти строки, полные огня,
я там, должно быть, сделаюсь нон грата, — но чтоб вы гордо выперли
меня, мне надо бы приехать к вам, ребята, а мы таким желаньем не
горим. Разлуку я уж как-нибудь осилю и не поеду в новорусский Крым,
как Бунин в большевистскую Россию. Плюс Янукович где-то там вдали, но
призрачен, почти нематерьялен. Мы год назад его приобрели, тогда же и
Украйну потеряли, бросая в украинский огород булыжники и огрызаясь
грозно. Конечно, лучше б нам, наоборот, его бы потерять… но поздно,
поздно.

Помимо Крыма мы приобрели истерзанный разором и раздраем кусок не
слишком нужной нам земли. Что делать с ним, мы до сих пор не знаем.
Коль это русский мир, то этот мир, где что ни день — сплошная
Волноваха, весь состоит из ям, воронок, дыр, усобиц, пыток, голода и
страха; там нету веры никаким властям, витает призрак полного провала,
и как бы русских кто ни притеснял — но прежде там такого не бывало. В
комплекте с этим мы приобрели (хотя глагол «надыбали» — вернее)
презрение и ужас всей земли, за исключеньем Северной Кореи и полудиких
нескольких племен. Им все равно: война ли, не война ли… Плюс режиссер
Сенцов в Крыму пленен, а под Луганском Савченко поймали.

Известно: ей не нравилась война, но, так сказать, работа есть работа.
Ее схватили прежде, чем она могла огонь направить на кого-то, но нашим
судьям это невдомек, гуманных мер они не выбирают, а мучить женщин —
это наш конек, мы это любим, вспомним Pussy Riot. Всяк облеченный
властию чудак, не давши жертве вырваться бесславно, тут из мужчины
сделать Жанну д’Арк способен — а из женщины подавно. И после Минска,
чуть забрезжил свет — арест домашний и режим щадящий, — Песков сказал,
что вроде бы… Но нет! Оставь надежду всяк сюда входящий!

Коль ты у нас — уже виновна ты, хоть явных доказательств нет и близко,
— как заявляет спикер, чьи черты уже напоминают василиска. И даже если
дружно погорим, и если весь народ плашмя положим — мы можем все
отдать, включая Крым, но Савченко отдать уже не можем. ТВ визжит, как
бешеный койот, в сетях дрожат раздвоенные жала — она одна себя не
предает и голодовку держит как держала. Упорный человек, в конце
концов, — бесценен, как палладий, как рутений, и Савченко — а с нею и
Сенцов — ценнее всех других приобретений. Все прочее, что мы
приобрели, когда судьба страны переломилась, — по рассмотреньи полные
нули, а если приглядеться — яркий минус. Пока на Украине без помех
звучат, как прежде, выстрелы и залпы — я за нее бы отдал наших всех,
сидящих наверху.

Да кто бы взял бы?