Цитата сообщения vladlysen Вольный художник Михаил Златковский

Вольный художник Михаил Златковский

Михаил Златковский - кавалер ордена Почетного Легиона!
В 1802 году Наполеон Бонапарт учредил орден Почетного Легиона, ставший одним из известнейших орденов мира.

За 208 лет существования ордена Михаил Златковский стал вторым (после Айвазовского) российским художником, получившим эту награду. Ура!





Михаил Златковский - один из ведущих художников в карикатуре, журнальной и книжной иллюстрации, дизайне средств массовой информации.

Окончил полный курс МИФИ и 5 лет работал в научно-исследовательской области ядерной физики.

В 1971 году стал свободным художником, с 1974 года -художественный редактор журнала "Химия и жизнь", затем - главный художник журнала "Природа и человек", художник еженедельника "Московские новости".










С 1993 по 1998 год работал в США, где был главным художником ряда издательств.

Участник и лауреат многочисленных международных конкурсов карикатуры, где был около 200 раз премирован, в том числе Главными и Первыми премиями в Канаде, Италии, Японии, Польше, Словакии, Югославии, Бельгии, Болгарии, США, Иране.

Персональные выставки в Бельгии, Германии, Мальте, Польше, Турции.

Автор первого в стране учебника "Дизайн СМИ" и книги "История российской и советской карикатуры", (подготовлены к печати).

Член Французской Академии юмористических искусств, Академии авторитетов (Санкт-Петербург), Международной Академии Педагогики.










Член Союзов художников и журналистов СССР и РФ. В 1988-м отец Михаила Златковского - одного из самых известных сегодня российских карикатуристов – официально отрекся от своего сына.

- Он был крупным военным ученым. И ему дали понять, что невозможно быть отцом антисоветского художника и продолжать заниматься в Генштабе секретными разработками, - рассказывает Златковский в интервью, которое он дает по телефону из своей московской квартиры. – Вот он и написал: “С сыном отношений не поддерживаю, его политических взглядов не разделяю”. Тогда, в 88-м, я был первым художником, начавшим рисовавать карикатуры на Горбачева, и они быстро расходились на Западе. - Ну и как, отношения ваши с отцом после этого испортились?

- Нет, - безмятежно отвечает художник. – Их давно уже не было, с тех пор, как я бросил физику. Отец не мог понять, чем я занимаюсь.










Действительно, понять Михаила Златковского было непросто. Он закончил один из лучших ВУЗов страны - Московский инженерно-физический институт, где и был оставлен, начал работу над диссертацией. А через пять лет бросил науку.

- Почему? Вы получили отличное образование, вам была гарантирована благополучная карьера…

- Верно. Но я ощутил полную потерю самоидентификации. Я почувствовал себя крошечным винтиком в огромной системе. А меня с детства занимал вопрос: зачем Господь позволил мне существовать? Неужели для того, чтобы стать одним из миллионов? И я стал разбираться в себе и понял, что физика, быть может, до какой-то степени и занимает меня, но больше всего мне хочется рисовать.










Для советской системы это был редкий, почти уникальный случай. Еще два месяца Златковским “занимались” в институте, пытались разубедить. Больше всего людей поражало то, что он уходит “в никуда”.

- Люди, которые были нацелены на делание карьеры, понять этого не могли. “Ну подождите, говорили они, через два года защитите кандидатскую, потом – докторскую, а там и профессура подойдет”. Но я отвечал: «Да я просто хочу интересно жить».










- Вероятно, это у вас в крови, от мятежных польских предков, сосланных в Россию?

- Наверное, но только не от отца, который семилетним мальчиком отрекся от своего отца – моего деда – священника, отказавшегося принять сергиевскую ересь, ушедшего в подполье и репрессированного.

Он стал техническим художником – его спасло то, что жил он в Москве, где было множество технических издательств.

- Качество фотографии тогда очень невысоким, и были художники, которые занимались “перерисовкой” – им нужно было четко перерисовать фотографию, что мне, при моей хорошей технической подготовке и умении чертить, было нетрудно.

Так продолжалось два года, а затем он попал в журнал “Химия и жизнь”.

- Мне повезло – тогда это был оазис свободомыслия, а в моей области – место революционное с точки зрения подхода. Мне давали статью какого-нибудь академика и нужно было проиллюстрировать ее на ассоциативном уровне. Сегодня это называется “sense art”. Но в 82-м над журналом сгустились тучи – он был бельмом в глазу Академии наук. Он был революционен не только в рисовании, но и в своих идеях, мы давали трибуну ученым, которые ниспровергали все, включая марксизм.










Златковский был вынужден уйти из журнала, опять в никуда – им плотно занялся КГБ и он месяц, как на работу, ходил в Лефортово. Его антисоветская деятельность попадала в вилку от 8 до 15 лет, но победил интеллект: следователь был выпускником провинциального педучилища, а он – после МИФИ. Кроме публикации карикатур за границей ему инкриминировалось руководство еврейской террористической организацией. На самом же деле он руководил группой карате, в которой занимались художники, писатели, поэты. 80% были евреями.

Результатом этого процесса стал запрет на профессию. Публиковаться он не мог, и шесть лет по ночам “бомбил” на своем “жигуле”, а кроме того тренировал детей в группе тенниса.

В 88-м году границы открылись, по Европе прошли его выставки, его приглашали повсюду, в «Московских новостях” чуть ли не ежедневно печатали карикатуры.













- Это было, пожалуй, самое счастливое время, и продолжалось оно до 91-го года. Тогда ситуация кардинально изменилась и я, все бросив, уехал в Штаты – получил от Госдепартамента приглашение на полгода читать лекции по подпольному искусству Восточной Европы, а потом остался – нашел работу в крупном издательстве в Сан-Диего.

- Я был (а может, и остался) первым русским, который получил должность главного художника крупного издательства: в Америке найти работу, когда тебе за 40, очень трудно, а мне было под 50.

Он работал в одном издательстве, потом в другом, был безработным и снова работал.













- Я совершенно вписался в американскую реальность, но она не вписалась в меня. Мне опять стало невероятно скучно, я снова почувствовал себя винтиком. Все расписано, ты не принадлежишь себе. На работе Америка – тоталитарная страна. И если ты хочешь жить на приличном среднем уровне, ты должен следовать очень простым правилам. С 9 до 5 ходить на работу, по пятницам – посещать корпоративные вечеринки, где нельзя пить и нужно говорить коллегам только приятные вещи. Скучно.

И, прожив в США лет 5-6, он вернулся в Москву.

- Вы работаете в жанре “sense art”. Что это такое?













- Объяснить могу – я ведь еще занимаюсь искусствоведением, я даже старший научный сотрудник института культурологии и искусствоведения в Москве – меня к этому привлекли, потому что я давно занимаюсь теоретизированием в области карикатуры и смыслового искусства. Лет десять назад я пришел к заключению, что после второй мировой войны возникло новое направление в визуальном искусстве. Правильнее всего было бы назвать его концептуальным, но этот термин уже использован и я придумал другой: sense – смысл, но одновременно и чувство.











Автор создает литературную идею, сценарий, и он же является исполнителем. Жанр может быть любым – от карикатуры до скульптуры. Например, в США есть фирма, заказывающая архитекторам здания, каждое из которых – шедевр юмора, шедевр шокового отношения к действительности. Они, например, изначально строят разрушенные здания. Скажем, не стеклянный куб, а разрушенный стеклянный куб. Но, пожалуй, лучший пример сенс-арта, это пятиметровый бронзовый пистолет с завязанным узлом дулом, который стоит прерд зданием ООН в Нью-Йорке. Тогда наше восприятие работает сразу в двух направлениях – одно это визуальное считывание, второе – подключение нашего сознание на разгадку идеи автора и сопричастность к ней.













- Чем заполнена сегодня ваша жизнь?

- Во-первых, пости каждый день я рисую карикатуру для газеты «Новые известия» - это, пожалуй, единственная газета в Москве, обладающая независимой позицией в том, что касается политики Кремля. Остальное – искусствовведение, рисование для себя, для выставок.

- В чем выражается свободная позиция газеты?













- Единстенное, что мне не разрешено – это рисовать портрет Путина. Во многом позиция газеты определяется личностью редактора, но, как вы знаете, в нашей стране тебя ни один редактор не спасет, и я каждый день жду, что он скажет: «Все, Миша, хватит». Года три назад мы рисовали его, но потом редактор сказал – уходи в аллегорию. Мы занимаем жесткую позицию по отношению к министерству обороны, мы были единственные, кто выступил в карикатурах против антиеврейского движения (я сделал 15-20 таких рисунков), против националистических и фашистских движений – кроме меня никто этого в центральной прессе не делал.





































С рисунками Михаила Златковского можно ознакомиться на его личном сайтеhttp://www.zlatkovsky.ru/news/ Там же – его литературные произведения – притчи.
Интервью сделано в 2005 к международному конгрессу карикатуристов в Иерусалиме Ссылка http://botinok.co.il/node/16706