Узор  ажурная полоса

Схема узора :

В схеме указаны только лицевые ряды, в изнаночных вязать по рисунку, накиды вязать изнаночными. Двойные накиды: 1 изнаночная, 1 изнаночная скрещенная.

Ширина мотива 27 петель, в высоту вязать с 1-го по 16 ряд. Боковые ажурные дорожки шириной 4 петли в ширину, 2 ряда в высоту.

Фотографии в альбоме «фантазийные узоры» mad1959 на Яндекс.Фотках

Читать далее

"50 Вязаных жакетов" - книга по вязанию.

Настоящее богатство заключено в этой книге по вязанию, 50 самых разных по форме, фактуре пряжи, рисунку и т.д. - вязаных жакетов, останется любая женщина, потому что наверняка сможет подобрать именно то, что ей будет нужно.

Узор в копилку

Увидел в нете и делюсь с вами

http://my.mail.ru/community/rukodelie.../journal 

"Вязаная одежда для солидных дам - жакеты,туники,жилеты,кардиганы". Журнал по вязанию.

Нет наверное такой женщины, у которой в гардеробе не было бы вязанного жакета или кардигана, это удобные и теплые вещи, в них комфортно себя чувствуешь и в морозный день и в прохладный осенний вечер......

1.

 Шикарное пончо цвета сирени (можно увеличить), связанное спицами и крючком, отлично подойдет для межсезонья
Размеры пончо :  44 - 48
Автор работы – Ольга Николаева (http://www.livemaster.ru/22olga66)
Вам потребуется:
650 г пряжи сиреневого цвета (40% шерсть, 60% акрил, 100г в 100 м)
спицы № 9
крючки № 3 и № 5;
бусины

Даже умереть эта верная слуга юмора умудрилась ровно на 1 апреля. Сочетание гротескного юмора с тончайшей философией, вызывающее одновременно и хохот, и мысли о вечном, всегда было ее коньком.

«Люди часто интересуются моей фамилией, — вспоминала актриса. — Одни спрашивали, почему я выбрала такой псевдоним, а другие уверяли меня, что я родилась в Одессе и что я дочь одесского градоначальника Зеленого, поэтому у меня такая фамилия. Мне приходилось отказываться от такого родства просто потому, что у меня был свой отец, хотя и не генерал».




Екатерина Зелёная родилась 28 ноября 1901 года в Ташкенте.

Старшие дети в семье Зеленых обращали мало внимания на младших. Муся предпочитала общество кавалеров и подруг, Иван мог уйти в ночь на рыбалку и вернуться утром, увешанным змеями, а младшая Зина была готова помочь каждому, в то время, как Кате нравилось руководить ею. Перед сном, укладываясь в постель, Катя могла сказать Зине: «Поди, закрой дверь!» Зина возражала: «Ведь тебе ближе, закрой сама!» Катерина вставала, шла от своей кровати к двери, измеряя шагами расстояние. Потом считала шаги от двери до ее кровати, ложилась и говорила: «От тебя на два шага ближе. Закрой дверь!» И Зина закрывала.

Когда Василия Зеленого перевели из Ташкента в Москву, Катерину определили в гимназию фон Дервис, в Гороховском переулке. Это было дорогое учебное заведение, где учились девочки из состоятельных семей. Катя Зеленая на их фоне резко выделялась — она была одета хуже других, ее пальто и форма были сшиты из дешевого материала, а сама она любила запрыгивать в трамвай на ходу и лазить по деревьям, чем привлекла к себе внимание учеников всей гимназии.

Зеленой было почти двенадцать, когда началась Первая мировая война. Поскольку немцы стали врагами, гимназистки демонстративно перестали учить немецкий язык, и Катя в их числе. Позже она рассказывала о своем детстве: «В нашей семье никто ни с кем не дружил. Были как бы составные части, которые, сложенные вместе, назывались «семья». Мама и отец — совсем не подходящие друг другу люди. Аккуратный во всём, педантичный в мелочах, незначительный интендантский чиновник—служака берёг каждую копейку более чем скромного жалованья. По воскресеньям отец сам ходил на базар, стараясь купить всё как можно дешевле. Мама, очень молодая (её выдали замуж шестнадцати лет), так и не привыкла к нему, старшему, в очках, несимпатичному, с усами и бородкой. Её легкомыслие даже в те годы, когда это качество было присуще всем дамам, особенно молодым, было удивительным и поражало даже её близких подруг. Не было в доме такой вещи, которую мама не могла бы отдать кому угодно. Это была вроде доброта, но удивительно бессмысленная. Вообще же всё было «как у людей». Был даже инструмент — старшая сестра училась играть. Так было принято, чтобы девочки умели бренчать на пианино. Приходила учительница. Но сестра могла сбежать куда угодно, а чтобы урок не пропадал, заставляли учиться меня, поймав за шиворот где—нибудь на дереве. С тех пор я не могу привыкнуть любить музыку. И так всё. Мама нанимала немку, но, когда та входила в дверь, брат вылезал в окно и исчезал. А денег было мало, и потом, зимой, мы с младшей сестрой оказывались без пальтишек, которые мама уже успела продать старьёвщику. Но когда во двор приходил продавец пирожных (они лежали в стеклянной витринке, подвешенной на ремне через плечо; продавец ставил её на деревянную подставку, и все маленькие дети во дворе окружали его и смотрели, не отрываясь, на розовые, голубые воздушные кремы этих соблазнительных недоступных изделий), выходила наша мама и говорила: «Ну, все возьмите по одному пирожному». Продавец открывал стеклянную крышку, и мы долго выбирали и долго потом ели лёгкие кремы, протыкая их пальцем и облизывая руки, пока не исчезало всё, оставляя лишь воспоминания о чём—то прекрасном. Мама расплачивалась с разносчиком, а потом наступала минута другой расплаты — отчёт перед отцом в конце месяца, когда выяснялось, что у кого—то взяты деньги в долг, надо отдавать, что она уже продала материю, из которой он должен был сшить себе новую форму на будущий год, ну и так далее. Всё это кончалось скандалом». Вскоре мать Рины исчезла из дома, и целый месяц посылала домой, в Москву письма с петербургским штемпелем, а отец в ответ отправлял ей деньги и угрожающие телеграммы. Кончилось тем, что Надежда Федоровна вернулась в семью посвежевшая и похорошевшая. И жизнь Зеленых наладилась вплоть до революции.