Дмитрий Менделеев. Образ соловья-разбойника довершали дикая борода и волосы до плеч...

“Ваше императорское величество, нельзя давать аудиенцию Менделееву, — убеждали Александра III. — Женившись во второй раз при живой жене, он лишился права бывать в приличном обществе”. Император ответил: “Это верно, у Менделеева две жены, но Менделеев-то у меня один!”…
В Боблове рос исполинский, раскидистый дуб с огромным дуплом метрах в двух от земли. В этом дупле свободно умещались стул и небольшой столик: их распорядился затащить сюда хозяин имения, Дмитрий Иванович Менделеев. В дупле он оборудовал летнюю лабораторию для наблюдения за движением воздуха в нижних слоях атмосферы. К дубу приходили крестьяне, и, задрав голову, спрашивали у Менделеева, какая завтра будет погода — тот смотрел на барометр и “пророчествовал”.
Образ соловья-разбойника довершали дикая борода и волосы до плеч — Дмитрий Иванович стригся лишь раз в году, и этому правилу не изменил даже по случаю аудиенции у императора. Менделеев, впрочем, вообще неохотно появлялся на людях, и, дай ему волю, может¸ так и просидел бы всю жизнь в дупле, не спускаясь с “небес” на землю. Его супруга, Феозва Никитична, считала, что все это “сидение на дубу” нужно только затем, чтобы пореже видеть ее саму и ее слезы.
Они еще до свадьбы оба догадывались, что из их брака не выйдет ничего хорошего. Физу смущала неуемная вспыльчивость жениха: однажды в приступе раздражения он развеял по ветру все наличные деньги из кошелька, в другой раз накинулся на лакея из-за недостаточно горячего чая… Впрочем, по вечному заблуждению женщин, Физа надеялась переделать Митю своей любовью. Сам же Митя в тот год еще не совсем оправился от романа с Агнессой Фойгтман, немецкой провинциальной актрисулькой, женщиной огненного темперамента и змеиной хитрости. Он подцепил ее в Гейдельберге, куда ездил стажироваться в лаборатории химика Бунзена. И целый год умудрялся сочетать изучение капиллярных явлений с беготней за ветреной Фойгтман по немецким городам, скандалами, сценами ревности и бурными примирениями. Немец Бунзен только головой качал: где это слыхано, чтобы подающий надежды ученый вместо того, чтобы затвориться в лаборатории, так страстно увлекался женщинами! Между тем Дмитрий ухитрился сделать даже одно серьезное научное открытие — нашел температуру абсолютного кипения, но тут Агнесса осчастливила его рождением девочки и затребовала такое содержание, что Менделееву пришлось, бросив научную работу, спешно возвращаться в Росиию и бегать там по лекциям и урокам, не щадя живота своего.
Читать далее...