Володимир Голобуцький

18- 19 число. Я не герой и не пытаюсь себя показать таким. Политических амбиций у меня нет, по сему, буду писать правду. Пришел в час на метро Крещатик, ждал брата возле выхода на Институтскую. Через два часа точно на том месте лежали два трупа пенсионеров.
Подошли к толпе, женщины со слезами стучат камнями по столбам, взрывы и крики. Очень быстро погнали вниз нас как стадо. Шумовые гранаты, выстрелы, паника, люди бегут вниз. Побежал вместе со всеми, геройствовать и не думал, так как даже не мог прикинуть, что можно сделать в этой ситуации. Мог конечно пробежать сквозь толпу на встречу врагу, но понимал, что трупов и так будет достаточно для телевиденья, для евросоюза и т.д.
Прибежали на майдан, смотрел с низу как мусора занимают Октябрьский и гонят наших как стадо вниз. Даже через их шлемы чувствовались презрительные взгляды, какими они смотрят на людей. Провел аналогию в мозгу с Бабьим Яром, теперь поверил, до конца не верил, что украинцы могли расстреливать там своих и евреев. Беркута ж могут, даже делают это с каким то куражом.
Сказки про русский спецназ не оправдались, наши, в том числе, украиноязычные беркута нас убивают, это наверное у них такой долг, ну еще в конверте передали и квартиру обещали. К мусорам одно отношение – это враги, самые злейшие. Злость распространяется на всех членов их семей, включая маленьких детей. Сам ужаснулся от этой мысли. Фашисты из военных фильмов, так я себе это все представлял в детстве. Печально смотрел, как добивают лежащих на верху, занимают мостик и полностью берут под контроль майдан. Надзиратели подавляют бунт в зоне, но вроде не зона, рядом не рецидивисты, а очкарики, женщины и старики. Да точно не урки, осмотревшись вокруг, подчеркнул я.
Наша баррикада их, БТр проехал без каких либо проблем. Чувствуют себя героями, не смотря на то, что воюют с безоружными и беззащитными. Координации наших никакой нет.
Все понятно, собираются зачистить майдан, иллюзий нет. В утренних конвертах им заплатили залить майдан кровью. Решили посмотреть новости в кафе, да согреться, понятно, что на этом все не закончиться. Видно это только начало. По дороге встречаем Игоря Стокоза, он жизнерадостно бежит на майдан и говорит, что там его дочка.
По телеку картинка печальная, ну и всем известная. Сразу возникает мысль, кто координировал действия протестующих и позволил разбить людей на несколько частей?
Прямо какой то подарок для власти. Также поджог офиса ПР совершенно бессмысленный со стратегической точки зрения. Людей много, но не сотня тысяч, была бы одна колонна, потери были бы не такие существенные, да и пленных не взяли бы столько. Смотрю по телеку на пленных, и сердце кровью обливается. Понимаю, что они уже не жильцы. Они ж не подчинились всемогущему Беркуту, а за это одно наказание – смерть в муках. Кстати панически боюсь попасть в плен или выстрела по глазам. Моему другу детства месяц назад беркута выбили глаз.
Вышли из кафе, люди самоорганизовались, повторяю, самоорганизовались, и начали готовится к штурму. Начинают разбирать и ломать брусчатку. Подключаюсь к этому процессу. Смотрю вверх и вижу каски Беркута, в руках у них ружья или автоматы. Осознаю, что им смешны наши попытки обороняться, так же понимаю, что абсолютно все мы в зоне обстрела.
Как то незаметно стемнело, закрыли метро, надежда, что озверевшие киевляне придут отстаивать свои права. Но количество людей значительно не увеличилось.
Разговорился с мужиком, киевлянин –афганец. Стоит с палкой и причитает - нахер она мне нужна в таком замесе.
Ну что делаем?- спрашиваю. Говорит, что ему страшно, так как положение наше херовое. Я и сам это вижу.
Озверевшие киевляне, в общей массе, решили 4-5 часов идти домой пешком в обход майдана. У брата разрывается телефон, звонят друзья, имеющие отношения к верхам.
По их достоверным источникам, разгонят с танками и пулеметами в 6 часов, потом в 8 и т.д. Советуют убегать пока не поздно, понятное дело, никто из них даже не думаем приходить. Как говориться, спасибо за советы. Не скрою, убежать действительно хочется, я знаю что такое большая политика, знаю какая у нас функция – умереть для картинки, также нужны искалеченные уроды, которым новые лидеры будут приносить конфетки на камеру. Я все понимаю, что меня жестко используют, но что то сдерживает.
Смотришь вокруг - процентов 30 женщины, которые таскают плитку и даже не задумываются о реальной угрозе. Со сцены просят женщин уйти. Надеюсь, что они послушаются, им пофиг.
Технология с метро сработала, хотя я был уверен. что это ошибка власти. Уже двенадцать, количество людей остается тоже самое. Я бы сказал не более 5 тысяч. Смотрю наверх, количество шлемов робокопов увеличилось, предельно ясно, что будет штурм. На сцене лидеры оппозиции.
Как говориться, политики от бога. Пять минут, в среднем пребывание лидера на сцене и на майдане в целом. Речи одинаковые - грозное требование к беркуту не применять оружие, и в конце заявление – стоим до конца. После, лидер исчезает, но так, по безопасному пути, через майдан они не идут. Даже под сцену не спускаются, явно что то знают лучше нас. Видно договоренка, только по сцене не стрелять. Так проделал Кличко, Яценюк Ляшко, Луценко, Порошенка, честно не помню. Но в толпе его не было.
Ранение Турчинова, как я понял, он захотел побыстрее смыться , и не знал как закончить речь. Упав в траву, промолвил, что его убили. Начали кричать - носилки на сцену, сразу же побежали уносить бойца. В это время пачками носят с передовой настоящих бойцов. Там не надуманные раны, страшно смотреть. Явно, людям носилки нужнее, чем пиарющемуся Турчинову.
Становиться стыдно прятаться в толпе, побегал покидал парочку камушков. Ощутил себя в роли Зулуса, бегущего с копьем на бронированный танк ( в Каламбуре, кто помнит, был такой персонаж) В первый ряд с щитом даже и не думал вставать. Это были смертники, плакать хотелось, когда видел ребят с деревянными щитами, идущими в первый ряд. Герои – смертники.
Я уже теоретически готов был стать героем, но героем смертником не смог. Слава богу, нашлись ребята достойней меня. Я немного понимаю, что такое военная тактика, понимаю, что только партизанская война, а не открытое противостояние целесообразно. НКВД возрадовалось, если бы УПА пошли в атаку в открытом поле. Понимаю, что у нас шансов нет на победу, но как уйти, когда они все стоят?
Покидал камушки, совесть немного успокоилась, так как что то сделал опасное, искоса посмотрел на шлемы Беркутов на верху и решил немного походить среди людей и изучить ситуацию. Люди заняты, передают камни и все что горит на передовую. Всматривался в эти мужественные лица, надеялся встретить знакомых, не встретил. Также не встретил ни одного координатора из рады майдана, плюющиеся слюной с трибуны 3 месяца, ни одного политика, хотя знаю эти лица хорошо. Шлем и палку с самого начала оставил дома, не хотел смешно выглядеть. Строительный шлем только поможет автоматчику целиться, про снайпера вообще молчу.
Где то в час ночи прошелся к зеленой будке и увидел знакомого человека. Это был наш экс- министр Гриценко. Тот, который очень обиделся, что его не сделали министром.Он с поникшим взглядом в окружении двух охранников, направлялся в сторону выхода. Как он заявил через несколько дней после этого, он лучший министр обороны планеты ( зайдите на его сайт, если мне не верите, он так говорил) . Лучший из планетян бежал в самый разгар битвы. В тот момент, он не хотел славы, он позорно бежал и по всему видно, очень стыдился этого и очень не хотел, чтоб его узнавали.
Действительно стыдно, когда дети на передовой умирают, бежать. Как я уже заметил, что ребят никто не координирует, максимум сотники, вчерашние плиточники с западной Украины. Понимал, что Гриценко на передовой мог бы помочь майдану, но опытный глаз генерала определил, что шансов нет.
Не скрою, хотелось побежать за честным генералом, да ну его все нахер, у меня 5 летний сын и т.д. Но не смог себя убедить, хотя аргумент вроде жесткий. Кстати афганцы, помните в мирное время ими майдан буквально кишел. Не спорю, кто то был, но той массовости среди оборонявших явно не было. Спины первого ряда – худенькие спинки подростков. Когда менялись, тоже не видел характерную форму афганцев в первой ряду.
Случайно встретил друга с Грушевского. Ночей пять с ним там стоял на стреме, когда за это полагалась пятнашка. Он 27 летний бомж из Луганска, выгнали с работы в Киеве, и так тут и остался. Нашли склад, где делали коктейли и решили таскать их на передовую. Раздухорился, и предложил покидать. но герои с передовой сказали, что только во время атаки, когда подойдут ближе. Надо экономить снаряды. Выбрал самое безопасное место покурить и перевести дух. Спрятались за колонной и начали курить. Через минуту в друга бомжа попадает резиновая пуля. Все нормально, одет он тепло не пробила. Правда, если бы в голову попала, было бы по другому. Со злобой посмотрел на черные шлемы вверху, еще раз убедился, что безопасного места на майдане в принципе нет.
Еще сходил поперекидывать камушки через огонь и после очередной атаки даже решил сфоткаться. Герои-смертники держат ряд, координации каких то хоть как то известных людей нет. Ребята все делают сами. Я говорил, героем не собирался становиться, смертником тем более. Хотя все кто там был, теоретически были таковыми, смертниками.
В толпе по сценой разглядел Тараса Стецькова. Наверно потому здесь, что не депутат, подумал про себя я.
Четвертая атака, огонь нас спасает, палить нехер, уже носим одежду и палим все горюющее.
8.30 замерз, кстати пришел утром на майдан полностью больной, валюсь с ног. Приехала Львовская сотня, решил идти домой, сил стоять не было. Хотя, если у ребят были эти силы, и у меня могли бы найтись.
Два квартала от майдана – и другая жизнь. Люди идут по городу на работу, метро не работает, даже не смотря в сторону майдана, что то обсуждают, но такое рабочее, видно аполитичные.
На дорогах Гаи с автоматами, понимаю, что комендантский час, и, осознаю, я ушел раньше времени. Но сил вернуться нет. Решил сберечь себя для партизанской войны.
Сели с другом в троллейбус, салон набит мужиками. Еще раз спрашиваю про метро. Нет, не работает, это ж там из за майдана закрыли – объяснил здоровый бык. В глаза у всех полное равнодушие, хотя телек все смотрели. Информационной блокады нет, мужики едут на тролле заработать свои две тысячи в месяц, как я понимаю, политикой они не интересуются. Вышел и пошел к таксисту. Он осмотрел мой грязноватый вид, не поверил, что такие ездят на шикарных ланосах, и грубо произнес 150, хотя в обычное время это стоит 30. Словил грача за 50
Пришел домой, и засыпая подумал о ребятах героях смертниках, которые держали оборону в первом ряду. Да, это глупо стоять с деревянным щитом против БТР и калашов, понимал я, но как это круто стоять в первом ряду. Ребята, мы все в долгу перед ними.
На последний штурм не успел, да и не пошел бы. Увидев все, готовился к партизанской войне, мясом не очень хотелось быть, хотелась подороже отдать свою жизнь и думал, где взять оружие. Узнали, что штурмуют Святошинское РОВД. Приехали туда, надеясь получить себе что то из запасов. Людей человек двести, но они аполитичны, как кричали, они тут за свое, так как палят машины и гопают титушки. Большая политика не для них. Понял, что каши не сварим. Поездили по Подолу, 4 компании ребят по 50 человек встретили все с битами и палками, все наши. Раньше надо было становиться нашими – проскальзывала мысль. И так хотел стать партизаном, но не стал, значит так хотел.
Сижу в тепле с семьей и думаю о тех ребятах. Их спины спасли мою жизнь, их груди спасли мою родину. Часто приходит в голову мысль, как красиво эти ребята распорядились своими жизнями. Даже начинаю им завидовать, но я для такого оказался малодушным.
Троице лидеров сотник немного помешал потоптаться по гробам, начали делить портфели. Парубий резко вышел из комы, Турчинов ожил, и понеслась большая политика.
Хожу на майдан вечерами, вновь появились грозные ребята в НАТОвских обмундированиях, начальники штабов, в мирное время активно дающие интервью в доме Профсоюзов и КМДА. Лица мужественные, экипировка суперовая, на штурме они бы очень пригодились.
Начались разговоры: они знали на что шли, надо все забыть и двигаться дальше, спасать экономику и т.д. - все понятно с этими людьми. Также какие то герои повылезали из всех нор, где прятались. На майдане пляски смешались с похоронами, по полной идет охота на титушек, карманников, просто пьяных. Очень мелко, даже как для меня, человека, который просто видел спины героев. Хожу высматриваю ребят, участвующих в штурмах. Я их сразу узнаю, у них взгляд другой. Большинство – малообразованные ребята. Веду с ними разъяснительную работу, прошу их не дать себя обмануть политикам.
Послушал их рассказы, понимаю, красномовные псевдогерои им быстро рот заткнут, они вообще не умеют пиарится, все так сухо и скучно в описании их атаки, где погибло больше ста человек. Телефон везде им оставляю, вроде понимают меня и не сдадут майдан политикам. Надеюсь, что что то еще сделаю, чтоб быть достойным таких связей.
Вывод: все мужчины Украины, кто не стоял тогда на передовой по любой причине, мы все виноваты в их смертях. Пришло бы нас полмиллиона, и беркут не решился бы стрелять. Помним это всю жизнь и стараемся исправиться.