ПАМЯТИ ВЛАДИМИРА ВОЙНОВИЧА
 

 

 

 

«НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ТАКОГО ВРЕМЕНИ, ЧТОБЫ НЕ О ЧЕМ БЫЛО ПИСАТЬ...». ПАМЯТИ ПИСАТЕЛЯ ВЛАДИМИРА ВОЙНОВИЧА

 

Так не спешите, свой всему черед, Вся ваша жизнь - лишь миг на перевале... Вот минет он, и вечность развернет Свой бесконечный свиток перед вами.  Владимир Войнович из стих. «Философическое». 1992  В ночь на 28 июля 2018 года ушел из жизни Владимир Николаевич Войнович - писатель, драматург, поэт, а теперь ещё и живописец,  хотя как к художнику относился к себе с иронией.    Писатель Владимир Войнович за более чем полвека своей литературной карьеры привык быть в центре читательского внимания и постоянно находиться в зоне перекрёстного огня литературной критики из идеологически противоположных лагерей. Те, кто читал книги Войновича и следил за его гражданской позицией по тем или иным событиям в стране, тот непременно скажет - великий писатель и великий гражданин - не боявшийся поднимать свой голос против любых безобразий власти, давая ей точные и беспощадные оценки.   Будущий пионер и диссидент Володя Войнович  Свободолюбивый взгляд будущего литератора на мир сформировался в раннем детстве. Уже тогда, возможно с помощью бабушки, он понял,  как много несправедливости в жизни. Родился в семье интеллигентов  26 сентября 1932 года. Отца в 1936 посадили на 5 лет по доносу сослуживца за выдуманное преступление, к счастью - не расстреляли,  что вполне могло случиться. Трудное довоенное детство, затем война. После войны в поисках  лучшей жизни, или просто куска хлеба, семья Войновича жили в  Ставропольском крае, в Куйбышевской, затем Вологодской областях,  в Запорожье, в Крыму и в Москве.   Владимир Войнович в редакции журнала Юность. 1990  Чтобы прокормиться, Владимир кем только не работал: пастухом, столяром, плотником, слесарем, механиком. В вечерней школе учился от случая к случаю. Из десяти лет, в школу ходил всего пять, хотя для того времени это было нормой. Полтора года учился в институте. Моя история на ОТР. Владимир Войнович (23.09.2017).  Не пожалейте своего времени, послушайте писателя!    Вот ирония судьбы - всю сознательную жизнь Войнович был ярым антисоветчиком, а последнее время жил в дачном посёлке «Советский писатель». И таких коллизий в жизни Владимира Войновича масса. Не судьба, а лихо закрученный детектив. В котором нашлось место всему: погонам и погоням, травле и отравлениям, угрозам и угрызениям. Не было места только смеху. А он всё равно смеялся. И смешил нас. Одним из самых известных произведений писателя является  сатирический роман-антиутопия «Москва 2042», написанный в 1986 году, о гипотетическом будущем России. Многие считают его вершиной в творчестве Войновича. Главный герой, от лица которого ведётся повествование, попадает в совершенно абсурдный, но легко узнаваемый мир советской действительности, возведённый в степень высшего маразма.  Сквозь феерическое нагромождение разнообразных несуразностей повсеместно просматриваются всем знакомые реалии. Но в романе Войновича они доведены до своего логического предела. В книге этой оказалось нечто такое, что не позволяет просто посмеяться над её содержанием и забыть о ней. Многие читатели считают роман пророческим и с каждым днём находят всё большее сходство изображённого в нём абсурдного мира с реальным. Особенно по мере того, как постепенно сокращается расстояние до года, обозначенного автором в заглавии книги - «Москва 2042».  «Москва 2042» получилась смешной, а для молодого поколения - вполне себе нереалистичной. Над ней можно посмеяться, а кое-где - и ужаснуться, словом, получить полное удовольствие. Как шутят в соцсетях, уж не строится ли жизнь в стране по сюжету романа (!?)  Далее, картины Войновича  Цитаты из романа «Москва 2042»:    Из всех человеческих пороков самым отвратительным    является благоразумие    - Большая политика, - возразил он, - в основном из    мелких интриг только и состоит.    - Со временем люди меняются.  - Чепуха! Они меняют предмет поклонения.  Но при этом остаются такими же, как были.  И вообще, что такое народ? И есть ли вообще разница между народом, населением, обществом, толпой, нацией или массами? И как называть миллионы людей, которые восторженно бегут за своими сумасшедшими вождями, неся их бесчисленные портреты и скандируя их безумные лозунги. Если ты хочешь сказать, что самое лучшее, что есть среди этих миллионов, - это и есть народ, то тогда ты должен признать, что народ состоит только из нескольких человек. Но если народ - это большинство, то я тебе должен сказать, что народ глупее одного человека. Увлечь одного человека идиотской идеей намного труднее, чем весь народ.  Как показывает исторический опыт, именно абсурдные или даже, сказать точнее, идиотские идеи как раз легче всего овладевают умами масс.  ...с западными людьми спорить совершенно неинтересно. Западный человек, видя, что собственная точка зрения собеседника очень ему дорога, готов тут же с ней согласиться, чего совершенно не бывает у нас.  Если экспериментатор ставит свой опыт честно, любой результат он должен принять таким, как он есть. ...есть такие люди, которым лишь бы что-то писать. А что из этого получается, им совершенно неважно ...никто не понимал такой простой вещи, что для того,  чтобы разрушить коммунизм, надо его построить.  Если люди не равны в жизни, они должны быть равны хотя бы в смерти. … когда я его спросил, за что его сюда привели, ответил:  «Практически ни за что». Но сидевший рядом с ним заплаканный  полицейский перебил его и сказал мне: - Не верьте, он все врет.  И рассказал, что во время беспорядков на Трясинной площади  молодой человек выкрикивал возмутительные слова «Крым не наш», а его, полицейского, объяснявшего ему с помощью дубинки, что  Крым наш, ударил ладонью по каске. Чем причинил стражу порядка невыразимые физические и нравственные страдания, отчего тот  потерял сон, аппетит, интерес к супруге и постоянно плачет. - Принцип неравенства создает почву для самодовольства во всех слоях. Верхние довольны тем, что они получают больше средних, средние - тем, что получают больше нижних... - А чем же довольны нижние? - спросил я. - Ты разве не встречал людей, которые упиваются тем, что они находятся в самом низу? Они всегда могут оправдывать свое неудачничество несправедливым устройством общества, своей исключительной честностью, скромностью и вообще необыкновенностью.  Ошибка Маркса состоит в том, что он обещал полное обнищание  трудящихся при капитализме, а оно наступило… при коммунизме.  В мое время вечно живыми считались только  мертвые люди, например, - Ленин.  Симыч, прежде чем заботиться о выходе к Индийскому океану, ты бы хоть немножко выход из своего подвала привел в порядок. Доски какие-нибудь положил бы, а то ведь такая грязища, что утонуть можно.  Наш мир сам по себе есть плод Высшего Замысла. Бог замыслил этот мир, населил его нами и рассчитывал, что мы будем жить в соответствии с Замыслом. Но он не наделил нас способностью к пониманию Замысла, и мы стали вести себя не по задуманному, а как попало и даже вышли из-под контроля.  Гении всегда видят то, что нам, простым смертным, видеть  не дано. Нам остается только доверяться им или не доверяться.  О Гимне вспомнит нужно непременно. В свое время эти стихи Войновича среди прочих вариантов были даже предложены к утверждению в Думе, но в финал, как известно, вышел очередной текст Сергея Михалкова.  Гимн Российской Федерации  (Проект Владимира Войновича)  Распался навеки союз нерушимый, Стоит на распутье великая Русь: Но долго ли будет она неделимой, Я этого вам предсказать не берусь. К свободному рынку от жизни хреновой, Спустившись с вершин коммунизма, народ Под флагом трехцветным с орлом двухголовым И гимном советским шагает вразброд. Припев: Славься, отечество наше привольное, Славься, послушный российский народ, Что постоянно меняет символику И не имеет важнее забот. Когда-то под царскою властью мы жили, Но вот наступила заря Октября. Мы били буржуев и церкви крушили, А также поставили к стенке царя. Потом его кости в болоте достали Отправили в Питер на вечный покой. Простите, товарищи Ленин и Сталин, За то, что дошли мы до жизни такой. Припев: Сегодня усердно мы Господа славим И Ленину вечную славу поем. Дзержинского скоро на место поставим Тогда уж совсем хорошо заживем. Всем выдадим все: офицерам - квартиры Шахтерам - зарплату, почет - старикам А злых террористов замочим в сортире, Ворам-олигархам дадим по мозгам. Припев: Коррупционеров отправим в Бутырку Чтоб знали насколько закон наш суров. Зато мужикам раздадим по бутылке, А бабам на выбор дадим мужиков. Символику примем, заплатим налоги, И - к светлой заре по прямому пути. Вот только б опять дураки и дороги Нам не помешали до цели дойти. Припев: Славься, отечество наше привольное, Славься, послушный российский народ, Что постоянно меняет символику И не имеет важнее забот.   Немного из интервью с писателем:  - Скажите, что чувствовали, когда приехали в Москву в 89-м?  - Вернулись же, можно сказать, на белом коне! У меня были чувства противоречивые. Да, «Чонкина» здесь уже напечатали в журнале, причем тиражом небывалым - 3,5 миллиона. Но всё это выглядело как-то очень странно. Сама встреча в аэропорту была смешная. Во-первых, ко мне тут же подбежали телевизионщики. «Вы рады, что приехали?» - «Да, очень рад». - «Наверное, хотите кого-то поблагодарить?» - «Не хочу, - сказал я, - потому что приехал в свою страну и не обязан никого благодарить». Наверное, это было хамство с моей стороны. Какое-то время спустя я встретил одного из тех телевизионщиков, и он мне сказал, что они должны были дать этот репортаж в программу «Время», но когда везли плёнку в Останкино, им по рации передали, что, дескать, можете не спешить, сюжет не выйдет.   - Вы видели тех ваших коллег-писателей, которые в 1974 году исключали вас из Союза?   - Практически не видел. Одного встретил в поликлинике - он как-то заискивающе начал со мной здороваться. А другие, когда их обо мне спрашивали, обычно говорили: это не я, я не помню,  все такие были, такое было время.   - Обида осталась?   - Обида?.. Да нет, пожалуй. У меня осталось только презрение. Я готов простить каждого. Но только для этого нужно попросить прощения. Но никто прощения не просил, поэтому и я никого не прощаю, а отношусь с презрением. И относился, и отношусь.   - За эти 20 лет ни разу не пожалели о том, что вернулись назад?  - Нет, не пожалел. Во-первых, хотел быть свидетелем того, что здесь происходит. Одно время даже думал быть участником. Кроме того, я же не в западню приехал. Хоть сегодня могу взять и уехать.   - Но вам же, наверное, писать не о чем? Сатира здесь кончилась.  - Нет, писать есть о чём, писать всегда есть о чём. Не может быть такого времени, чтобы не о чем было писать. А насчёт сатиры - есть же олигархическое общество.   - Вы о нём пишете?   - Нет, не пишу. Я уже старый, пусть молодые пишут. Хотя сейчас начал одну вещь. Не знаю, напишу или нет, но она о современной жизни.   - Значит, мемуары ещё не финальная точка?  - Вы знаете, после мемуаров, согласно логике, должен следовать некролог. Но я надеюсь, что в промежутке ещё чего-нибудь будет...

 

Получила по почте. Источник на нашла.