Калеки

Самым крупным нидерландским мастером середины XVI века считается Питер Брейгель Старший, прозванный «мужицким». Происходил он из крестьянской семьи, а о том, где и как учился, ничего не известно. В 1551 году он приехал из северного Брабанта в Антверпен, где был принят в гильдию Святого Луки. Согласно сохранившимся документам, в 1552-1553 годах художник предпринял путешествие в Италию, где побывал в Неаполе, на Сицилии и в Риме. В1554 году он вернулся в Антверпен, затем переехал в Амстердам и наконец в Брюссель, где окончательно обосновался. Вернувшись на родину, Брейгель оказался в водовороте борьбы против испанского владычества. В стране свирепствовала инквизиция. Испанцы огнем и мечом пытались подавить вспыхнувшее в Нидерландах восстание. Все это нашло отражение в творчестве Брейгеля. Фантастические картины его предшественника Босха помогли художнику найти новое средство для изображения того, что происходило в реальной жизни. Фантастика Босха переносится им в бытовую жизнь в виде гротескных, полных горечи и внутреннего разочарования произведений. Картина, переданная в Лувр в 1892 году, относится к последним произведениям художника. Через год после ее написания он умер. Страшный мир возникает перед нашими глазами.

На фоне ярко-зеленой травы теснятся калеки, жалкие человеческие обрубки. А красные кирпичные стены, стискивающие пространство, еще больше усиливают ощущение трагичности происходящего в мире вокруг нас.

«Сусанна и старцы»

Среди итальянских художников, творчество которых сформировалось к середине XVI века, самым крупным был, безусловно, Тинторетто. Его настоящее имя Якопо Робусти, он единственный из крупных венецианских мастеров, кто был уроженцем этого города (1519 год) и прожил в нем всю жизнь. Тинторетто учился у Тициана и, будучи значительно моложе своего учителя, пережил его на двадцать лет, хотя и тот для своего времени прожил немало. В те же годы, что и Тициан, художник посетил Рим, где знакомился с творчеством Микеланджело и других великих мастеров Вечного города.

Когда в пятидесятых годах XVI века Тициан начинает уклоняться от официальных заказов Венеции, работая преимущественно для Габсбургов, Тинторетто и Веронезе принимают этот труд на себя. В это время Тинторетто постепенно становится законодателем нового вкуса. Он придал венецианскому стилю и приему живописной светозарности новый динамический импульс. Передача в живописном произведении человеческого тела обрела у Тинторетто ту силу, которая сродни силе Микеланджело. Но его живопись более свободна и имеет некоторый фантастический оттенок. Пейзажные фоны на его полотнах становятся средством выражения эмоций. В его работах вообще все происходит по воле высших сил, именно они управляют человеком.

Как живописец он, пожалуй, уступает Тициану, способному превратить в красочную драгоценность все пространство холста. В своих произведениях Тинторетто выработал своеобразную скоропись, в которой некоторая небрежность выполнения скрадывалась размахом воображения и смелостью замысла. Со временем образы религиозной живописи становятся у художника более спокойными и близкими человеку. Картина «Сусанна и старцы» написана на библейский сюжет, но тема эта послужила для мастера только поводом для раскрытия своих собственных пластических задач. Тинторетто воспользовался приемом своего учителя, построив замысел на контрасте обнаженного женского тела с одетыми фигурами в его окружении. Композиция удерживается на диагонали, идущей от прекрасной и соблазнительной Сусанны к освещенному окну, из которого за ней подсматривают старцы; луч света, падающий из окна, более четко прочерчивает эту связующую диагональ. Две фигурки служанок создают своеобразное обрамление Сусанны. Темный окружающий пейзаж подчеркивает два главных полюса картины -обнаженную женщину и светлое окно. И желание старцев, возбуждаемое видом женщины при такой удаленности от нее, становится не только понятным, но и вызывает сочувствие. Картина приобретена Людовиком XIV в 1684 году.

В зрелые годы своего творчества Тинторетто очень часто обращался к портретной живописи. В этом жанре он, как правило, использовал теплую цветовую гамму. Его проникновенные образы старых венецианских дожей, седых как лунь, но с огнем в старческих глазах, слабых плотью, но сильных и гордых духом, до сих пор потрясают зрителей. Тинторетто явно понимал портретный жанр как повесть о передуманном и пережитом. Все это ощущается и в «Автопортрете», приобретенном для Лувра Людовиком XIV, где художник запечатлел себя в возрасте семидесяти лет. С темного тепло-коричневого фона, как бы растворясь в нем, светлым пятном возникает удивительное лицо старика с пронзительным взором. Его лицо, будто ореолом, окружено седыми бородой и шевелюрой. Под мягко серебрящимися усами проступают упрямо сжатые губы. Прорезающие лоб горизонтальные морщины говорят о долгой, полной раздумий и трудов жизни. Одежда едва обозначена на коричневом фоне, лишь намеком указывая на меховой воротник и слегка опущенные плечи. «Автопортрет» Тинторетто навсегда определил его представление о себе как о вдумчивом человеке и темпераментном художнике. Полотно, созвучное со знаменитыми автопортретами Рембрандта, показывает, что в этом жанре художник намного опередил свое время.

Автопортрет Тинторетто