Ханан ТОКАРЕВИЧ

Ханан ТОКАРЕВИЧ

Меркнет закат, полнолунье в зените,

Бьется о камни кровавый прибой.
Кто вы такие, чего вы хотите?
Вам не бывать здесь, пока я живой.

Воздух отравлен паленою гарью,
Мне надоело глотать свою смерть.
Я разберусь с этой гадкою тварью
И замурую в железную клеть.

Только не слышит молитвы всевышний.
Слезы горят над могильной плитой.
Он не мешает, он просто здесь лишний.
Вырастут травы над этой золой.

Меч притупился и стерлись подковы,
Латы лохмотьями виснут с коня.
Где же трубач, где мотив этот новый ?
Нас не спасает от смерти броня.

Кружится вихрь, все круче забавы,
И черепа под ногами трещат.
Мы до конца, потому что мы правы,
И не желаем вернуться назад.

 

ОПОМНИСЬ, МИР!

Всё повторяется, очерчен круг.
И деться некуда во всей Вселенной.
Что делать нам, мой старый верный друг,
С любовью, с нашей памятью нетленной?

Мы здесь стоим меж миром и войной,
Всех охраняя от беды великой.
Несёт наш щит Давида вам покой,
Хоть мы одни пред сворой многоликой.

Но глухи вы, пусть есть нам, что терять.
Расступимся, и хлынет к вам отрава –
Врагов неиссякаемая рать.
Померкнет ваша призрачная слава.

Взглянём со стороны, как бой кипит,
Не сдвинемся и не вздохнём украдкой.
Быть может, хоть тогда вас осенит,
Кто были мы, и в чём судеб разгадка.

Опомнитесь, немые господа,
Мы здесь стоим одни перед драконом.
Ещё горит Давидова звезда,
И все равны пред Богом и законом

АШДОДСКАЯ НАБЕРЕЖНАЯ

Лето, море, берег зноя,
Бриз примчал издалека.
Шум веселого прибоя
Разгоняет облака.

Зашептал песок сыпучий
Песни старые слова,
Сыплет веер свой колючий,
Как недобрая молва.

Птиц поднявшаяся стая
Тает в облаке ночном,
Манит лето, догорая,
Машет розовым крылом.

Спят гранитные фигуры,
Наваждения полны.
Звери, рыбы и амуры
Видят сказочные сны.

Здесь невесты в белых платьях
Провожают корабли.
Волны в пенистых объятьях
Шлют поклоны до земли.

По расшитому накату
Разрисованных камней
Пишет бриз свою сонату
Из неведомых страстей.

МОЙ АШДОД

Я люблю этот город загадочных красок,
Проплывающий шепот сверкающих масок,
Звон прозрачной, веселой, весенней свирели,
Расплескавшийся сон золотой акварели.

Я вернулся домой через бездну столетий,
Чтоб испить до конца воскрешенье соцветий,
Зачерпнуть невзначай твоих улиц круженье,
Разметать по волнам ярких звезд отраженье.

Нескончаемый круг предрешенных событий,
Череда необузданных странных открытий
Растворяет мираж неосознанной дали,
Где шальные рассветы на землю упали.

Мой Ашдод не похож… И не надо сравнений
Ни с Москвой, ни с Парижем – вне всяких сомнений.
Он парит в облаках, опаленный ветрами,
И сверкает в ночи колдовскими огнями.

ПРИВЕТ ТЕБЕ, ИЕРУСАЛИМ

Привет тебе, земля отцов.
Здесь камни плачут и смеются.
И нам даровано вернуться
В страну невиданных цветов.

Иерусалим, Иерусалим,
Загадка древнего Востока.
По предсказанию пророка
Твой гордый дух непобедим.

Здесь нет начала и конца,
И стройны древние вершины,
Здесь с Богом шепчутся раввины
И славят мудрого творца.

СТАРАЯ КРЕПОСТЬ АШДОДА

Скользит луна в разрывах облаков,
Над старой крепостью сгущается туман,
Несется тень распавшихся веков,
Космический фантом, чарующий обман.

Проснулось эхо каменных оград,
Притихших голосов пароль звучит в ночи,
На горизонте призраков парад;
Как встарь велят отдать от города ключи.

Но только утро в пенистой волне
Разбудит отсветы хмелеющих зарниц,
Застынет эхо нотой на струне,
Прощальным возгласом над стаей белых птиц.

ДОРОГА В ЭЙЛАТ

Зависло солнце над дорогой,
Асфальт под шинами кипит,
В своей изысканности строгой
Песок кочующий звенит.

Пейзаж библейского удела
Непогрешимостью расшит.
Среди опасного предела
Злой дух спокойствие хранит.

Непостижимое пространство
Невнятной поступи времен,
Молчит загадочное царство,
Веков вдыхая перезвон.

Над адом огненной пустыни
Сияет неба бирюза.
И море, Мертвое поныне,
Слепит уставшие глаза.

КРАСНОЕ МОРЕ

Как одинокая пирога
Плывёт по небу серп луны.
Сверкает звёздная дорога,
Рассыпав сказочные сны.

Ты пьёшь спокойствия напиток,
В мечтах вдыхаешь тайну гор.
Волны качающийся свиток
Молитвой выстелил простор.

Над Красным морем дух свободы
За гранью павшей красоты.
Смущает таинство природы
И гениальность простоты.

ЭЙЛАТ. НОЯБРЬ

Ноябрь царствует в заливе,
Полночный бриз несёт покой.
И в перламутровом отливе
Страдает месяц молодой.

Жара покинула пределы,
Сошла на нет у вечных вод.
Свои безжалостные стрелы
Не мечет огненный восход.

Охрипший голос зазывалы
Уж не смущает тишину,
Скучают сонные менялы,
Стряхнув дремоты пелену.

Случайный гость в индийском баре
Лениво крутит головой,
Зевак не видно на бульваре,
Лишь плещет ласковый прибой.

С остывших гор сползла усталость,
Иорданский берег в сизой мгле.
Осенних дней немая жалость
Рисует знаки на земле.

В БУДУЩЕМ ГОДУ В ИЕРУСАЛИМЕ

В будущем году в Иерусалиме!
От волненья кругом голова.
Я твержу упрямо это имя,
Как молитвы вещие слова.

Только дотянуться бы рукою
До тебя, пускай на склоне лет.
Постоять перед твоей Стеною,
Встретить утра ласковый рассвет.

Ветром разнесённые по миру
Души искорёженных войной
Всё идут к вратам Иерусалима,
Возвращаются к себе домой

Сквозь судьбы неистовой коварство,
Сквозь огонь пылающих печей,
Сквозь разлук скорбящее пространство,
Через мрак пугающих ночей.

В будущем году в Иерусалиме!
От волненья кругом голова.
Я твержу упрямо это имя,
Как молитвы вещие слова.

КАРМЕЛЬ. ТАК БЫЛО.

Дорога вьётся средь теней,
Лес ворожит над горной кручей.
Кармель, природный Мавзолей,
Насупился безмолвной тучей.

Там чаща колдовство струит,
И пахнет сыростью душистой.
А филин время сторожит,
Невидимый в прохладе мглистой.

Лес призраками населён.
Я слышу хруст упавшей ветки.
Вот дуб отвесил свой поклон
Сосне, чарующей соседке.

Вновь воздух чистотой пьянит –
Что путнику для счастья надо?
Луч солнца по траве скользит,
Не оторвать от бездны взгляда.

Ручей задумчиво журчит
И дарит сон лесному Богу.
Душа спасённая летит
Вперёд, к скалистому отрогу.

ШАНА ТОВА

Нам судьба погибель предрекала,
Дым пожарищ, бремя маяты,
Но мы выбрались из-под обвала
Рухнувшей на голову беды.

Невозможно жить без вдохновенья,
Свет любви нам освещает путь.
Презирая страхи и сомненья,
Можем в завтра смело заглянуть.

И в Рош-хаШана уж непременно
Сбудутся заветные мечты.
Будь земля навек благословенна,
Где живём счастливо я и ты.

ЭТО НАША ЗЕМЛЯ

Нам всем даровано судьбой
Жить на земле обетованной,
В стране любимой и родной,
Такой прекрасной и желанной.

Нам нужен мир, нам нужен свет!
Нам нужен дождь и звёзд сиянье,
Чтобы пройти сквозь бездну лет
Без войн, без слёз и без страданья.

Мы любим наш Иерусалим,
Всё то, что было, есть, случится.
Наш гордый дух непобедим,
Летит он вольный, словно птица.

Ханан Токаревич родился в Новосибирске (Россия) в 1947 году. С 1955 года жил в Кишинёве. В 1990 году репатриировался с семьёй в Израиль, с 1993 года живёт в Ашдоде. Стихи пишет с детства. Печатался в периодических изданиях в бывшем СССР.

Член Союза писателей Израиля. В апреле 2007 года вышла в свет книга стихов Ханана «Коснуться вечности крылом…».

В Израиле публиковался в газетах и сборниках стихотворений. С 2005 года постоянный автор, а с 2006 года ещё и член редколлегии журнала «Русское литературное эхо», издаваемого в Ашдоде. Стихи и статья об авторе были напечатаны в газете США «Еврейский мир» 24.04.12 г.  и в газете на Украине. На его стихи написаны песни композиторами Артуром Бродским и Эдуардом Казачковым, некоторые из которых переведены на иврит и идиш. Песня «Пираты» в исполнении ансамбля «Пирхей Ашдод» получила серебряную медаль на Международном фестивале «Улыбки Красного моря-2009» в Эйлате.

В 2005 году стал финалистом 5-го юбилейного Международного поэтического турнира в Дюссельдорфе и Международного турнира поэтов (Международный Фестиваль Русской Поэзии и Культуры) в Лондоне. Призёр Первого Международного конкурса русской поэзии в Израиле (Ашдод, 2006 г.). В дальнейшем – председатель или координатор жюри вышеназванного конкурса. Лауреат звания «Человек года-2010» в области литературы. Лауреат поэтического конкурса памяти четы Имас הי»ד «Дорога к Третьему Храму» (2011 год).

Материал прислан Автором