В видеоролике использованы цветные кадры "Золушки", а фотографии будут черно-белыми.

В уходящем 2017 году выделяются две даты, связанные с актрисой Яниной Жеймо.

16 мая  1947 года состоялась премьера художественного фильма «Золушка». Производство: Ленфильм, 1947. Режиссеры: Надежда Кошеверова, Михаил Шапиро. Сценарист: Евгений Шварц.

29 декабря 2017 г. исполняется 30 лет со дня смерти Янины Жеймо

Источники

http://www.kino-teatr.ru/kino/acter/w/sov/1494/bio/

По материалам книг:

Павлова М. Янина Жеймо. - Москва : Искусство, 1980

Доронина Т. Дневник актрисы. - Москва : Молодая гвардия, 2005.

Гейзер М. Фаина Раневская. - Санкт-Петербург : Амфора, 2015

Фотографии из открытых источников интернета.

Янина Жеймо осталась в памяти зрителей по немногим фильмам. Но роль Золушки запомнилась, пожалуй, больше других.

ТВОРЧЕСКАЯ БИОГРАФИЯ

Родилась Янина в Волковыске (Гродненская губерния, Российская империя) 29 мая 1909 года в семье цирковых артистов.

Детство Яни прошло под знаком праздника и нужды. Цирковых заработков не хватало, отец болел, с раннего детства ей пришлось подрабатывать. С трёхлетнего возраста она выступала в цирке наездницей, гимнасткой, балериной, музыкальным эксцентриком и даже... преподавала балет (ученикам много старше её).

В 1923 году, в день своего рождения, отец умер. Мама осталась с четырьмя дочерьми. В цирке работать они уже не могли — развалился номер. Кончился очередной контракт, семья осталась в Петрограде. Кормила их эстрада, номера придумывались с ходу, если было надо, брались даже за то, чего прежде не умели, например, выучились играть на ксилофонах. У Эли и Яни был коронный номер — "Музыкальные эксцентрики". Об этом времени своей жизни Янина Жеймо писала: "Странно — я нормально росла до четырнадцати лет, а потом... Я была уверена, что рост прекратился потому, что мне приходилось носить на голове тяжеленные ксилофоны, а я носила их так, чтобы не уставали руки". Маленький рост — казалось бы, трагедия для молоденькой девушки — сослужит ей впоследствии верную актёрскую службу, но отчасти и ограничит диапазон её амплуа вечным приговором: травести.

Первой главной ролью Янечки, как знакомые ласково называли её почти до старости, по иронии судьбы оказалась роль школьницы в фильме "Разбудите Леночку" (1934). Актриса Елена Егорова писала: "Ни одна даже самая искусная травести (за исключением, пожалуй, такого феномена, каким в своё время была Янина Жеймо) не сможет выдержать на экране соревнования с обыкновенными мальчиком и девочкой". По словам Григория Козинцева: "И "Разбудите Леночку", и более поздний фильм "Приключения Корзинкиной" были редкими, единичными опытами создания в советском кино жанра эксцентрической ленты с постоянным героем — зрелища изначально условного, но по своей природе близкого Янине Жеймо, единственной советской актрисе, умеющей играть в короткометражке".

Первой главной ролью Янечки, как знакомые ласково называли её почти до старости, по иронии судьбы оказалась роль школьницы в фильме "Разбудите Леночку" (1934). Актриса Елена Егорова писала: "Ни одна даже самая искусная травести (за исключением, пожалуй, такого феномена, каким в своё время была Янина Жеймо) не сможет выдержать на экране соревнования с обыкновенными мальчиком и девочкой". По словам Григория Козинцева: "И "Разбудите Леночку", и более поздний фильм "Приключения Корзинкиной" были редкими, единичными опытами создания в советском кино жанра эксцентрической ленты с постоянным героем — зрелища изначально условного, но по своей природе близкого Янине Жеймо, единственной советской актрисе, умеющей играть в короткометражке".

Ещё до войны Янина Жеймо вышла второй раз замуж. Её новым супругом стал знаменитый режиссёр Иосиф Хейфиц. От этого брака родился Юлий Жеймо. Впоследствии он стал кинооператором, жил в Польше.Когда началась война, Хейфиц вместе с детьми выехал в Ташкент. Янина Жеймо оставалась в Ленинграде, где ей пришлось пережить блокаду. В составе одной из концертных бригад "Ленфильма" Янина выступала в госпиталях, парках, скверах, а по ночам дежурила на крыше, гасила зажигалки. Говорят, что она была знакома с Зощенко, научившим её гадать на картах, что её дом был открыт для друзей даже в то страшное время и многих спасали эти вечера.

Лишь в конце 1942 года Янина наконец эвакуировалась в Ташкент — туда после переезда нескольких киностудий переместилось кинопроизводство. "Гитлер сделал одно доброе дело — я похудела", — шутила Жеймо, вернувшись домой.

Вот только дома её никто не ждал. Пока поезд тащился до Средней Азии, до Хейфица дошла страшная весть, что в дороге во время бомбежки Янечка погибла. Иосиф Ефимович посчитал себя свободным человеком...Янина не простила мужу измены, и к Хейфицу не вернулась. Она тяжело заболела, жива осталась только чудом. Этим чудом стал польский режиссер Леонид Жано. Он познакомился с Яниной в Ташкенте и вынянчил её, умирающую от болезни и обиды, чтобы потом всю жизнь с ней не расставаться.

1947 год. Послевоенная страна вставала из руин, ещё не были стерты следы пожарищ, разрухи — мрачных следов кровопролитной войны. Всем так хотелось мира, человеческой теплоты и доброты. Хотя бы экранной, сказочной, придуманной... И 16 мая на экраны вышла фильм-сказка "Золушка", где Янина исполнила главную роль.

В период малокартинья, начавшийся после "Золушки", Янина Жеймо участвовала в дублировании зарубежных фильмов и отечественных мультфильмов. Дубляж — работа специфическая, не каждый актёр даже с хорошими голосовыми данными к ней пригоден. Но голос Жеймо, говорившей за Герду в "Снежной королеве" или за героиню в фильме "Марти", нежный, спокойный, робкий и в то же время гордый, забыть невозможно. Кино отвергло её облик — она отдала ему свой голос. Свою последнюю роль она сыграла в 1954 году в фильме "Два друга", когда ей было только 45 лет.

В 1957 году Янина с мужем уехала в Польшу, в Варшаву. Там она прожила последние тридцать лет своей пятой жизни, сугубо частной, о которой известно не много. Она выучила язык, дружила с известным польским киноведом-классиком, Ежи Теплицем... было даже несколько предложений сниматься, но по разным причинам они не были приняты. Казалось бы, странно. Но ведь не всегда главное — соглашаться на что угодно, только бы сняться, мелькнуть, напомнить о себе. Особенно для актрисы, всегда игравшей героинь своего, а не чужого времени.

Умерла актриса 29 декабря 1987 года в Варшаве. Похоронена на Востряковском кладбище (98 участок) в Москве.

Деятельность Янины Болеславовны Жеймо в годы Великой Отечественной войны - тема отдельного поста, который, надеюсь, выйдет в январе 2018 г. - к годовщине снятия Блокады Ленинграда. Как уже отмечалось выше, Янина Жеймо оставалась в блокадном Ленинграде. В середине августа 1941 года она отправила детей и мужа - Иосифа Хейфица в эвакуацию в Среднюю Азию, а сама осталась в Ленинграде со своей сестрой Элей. В этом городе, осаждённом, но не сломленном, не сдавшемся врагу, встречала 1942 год. По ночам Жеймо была участницей пожарной команды, в полном облачении, с пожарной каской на голове дежурила на крыше "Ленфильма". В военные годы актриса принимала участие в съёмках фильмов патриотического содержания: "Боевой киносборник № 12" (1942), "Белорусские новеллы" (1943), "Юный Фриц" (1942), "Два бойца" (1943), "Мы с Урала" (1943), "Март-апрель" (1943).

СОВЕТСКАЯ ЗОЛУШКА

Ещё шла война, а известный драматург-сказочник Евгений Шварц писал киносценарий "Золушки".

Из дневника Евгения Шварца 12 августа 1945 года:

"Сценарий "Золушки" все работается и работается. Рабочий сценарий дописан, перепечатывается, его будут на днях обсуждать на художественном совете, потом повезут в Москву. Много раз собирались мы у Надежды Николаевны Кошеверовой - она будет ставить "Золушку". Собирались в следующем составе: я, оператор Шапиро и художник Блейк или Блэк - не знаю, как он пишет свою фамилию. Кошеверова - смуглая, живая, очень энергичная, но ничего в ней нет колючего, столь обычного у смуглых, живых и энергичных женщин. И не умничает, как все они. Шапиро - полуеврей, полугрузин. Приятный, веселый, беспечный, сильный человек. Странно видеть, как дрожит у него одна рука иногда и как он вдруг начинает заикаться. Это вследствие сильной контузии. В начале войны он был в ополчении. Блэк - длинный, черный, в профиль чем-то похож на Андерсена. В этом - иногда - вдруг ощущается нечто женственное и капризное. Он - самый активный из всех обсуждающих рабочий сценарий. Но предложения его меня часто приводили в отчаяние. То ему хочется, чтобы король любил птиц, то - чтобы часы на башне били раньше, чем они бьют в литературном сценарии. Все это, может быть, и ничего, но, увы, совершенно ни к чему. Я возражал - и часто яростно, но старался не обижать Блэка, ибо он человек, очевидно, нежный и, боюсь, вследствие этого недобрый. А согласие в группе - первое дело. После обсуждений мы ужинали. Кошеверова пленительно гостеприимна, что тоже редкий талант. Вообще встречи эти - целый период. Приятный".

Договор на сценарий фильма "Золушка" Шварц подписал с киностудией "Ленфильм" в январе 1945 года. Но идея фильма возникла у режиссера Надежды Николаевны Кошеверовой еще за год до этого.

По воспоминаниям режиссёра картины Н. Кошеверовой :

"Окончилась война...В Ленинград из Алма-Аты начали возвращаться ленфильмовцы. Первой, кого я увидела на студии, была одиноко сидящая в углу, растерянная и несчастная Янина Жеймо. "Золушка!"- так и пронеслось в голове. И в самом деле, маленькая, хрупкая, она казалась прямо сошедшей со страниц сказки." Я взглянула на нее и неожиданно предложила: "Яничка, вы должны сыграть Золушку…" Она немного повеселела, и мы тут же отправились к Помещикову, который заведовал тогда Сценарным отделом в Комитете кинематографии. Возражений у него не было, он только спросил: "А кто напишет сценарий?" И я, не задумываясь, выпалила: "Шварц". Разумеется, никакой предварительной договоренности с Евгением Львовичем у меня не было, но, узнав о замысле, он тоже им загорелся".

Уже 15 мая 1946 года Кошеверова получила первый вариант "Золушки". Вторым режиссером был назначен Михаил Григорьевич Шапиро, до этого не имевший самостоятельного опыта кинорежиссерской работы. Композитором фильма пригласили Антонио Спадавеккиа, итальянца, родившегося в Одессе и приехавшего получать музыкальное образование в Москве у самого Сергея Прокофьева. Несмотря на множество сочиненных им произведений, по прошествии лет выяснилось, что главной его работой оказалась музыка, написанная к фильму "Золушка". Вот как пишет об этом сам композитор: "Я приходил на съемочную площадку, и мне начинало казаться, будто я сам нахожусь в некоей волшебной стране с ожившими сказочными героями…"

К участию в фильме были привлечены известные, даже знаменитые актеры. Янину Жеймо утвердили на роль Золушки, Эраста Гарина - на роль Короля, Фаину Раневскую - на роль Мачехи, Василия Меркурьева - на роль Лесничего, отца Золушки. Елена Юнгер играла одну из злых сестер, благодаря чему художником фильма согласился стать ее муж Николай Акимов, замечательный мастер театра и кино. Кстати, его предыдущей женой была Надежда Кошеверова, с которой он после развода умудрился сохранить добрые отношения. В свою очередь, ее новым мужем стал Андрей Москвин, ставший оператором фильма. О каждом из участников съемочной команды "Золушки" можно рассказать немало интересного. Как здесь не вспомнить слова Раневской: "Для меня всегда было загадкой - как великие актеры могли играть с артистами, от которых нечем заразиться, даже насморком?" Компания актеров, приглашенных на фильм, могла "заражать" друг друга и оптимизмом, и юмором, и талантом.

Еще до войны Янина Жеймо была популярной артисткой цирка и кино. Как заметил Евгений Шварц, все ее существо - туго натянутая струнка, и всегда верно настроенная. Когда Шварц уже написал сценарий "Золушки", сомнений по поводу приглашения на главную роль Янины Жеймо у него не было. Он откровенно обожал эту актрису, такую трогательную, беззащитную, несчастную в личной жизни. Вот его рассказ о встрече с ней на Невском, вскоре после войны: "Янечка, маленькая, в большой соломенной шляпе, просвечивающей на солнце, в белом платье с кружевцами. Посреди разговора начинает она оглядываться растерянно. И я замечаю в священном ужасе, что окружила нас толпа. И какая - тихая, добрая. Даже благоговейная. Существо из иного, праздничного мира вдруг оказалось тут, на улице".

Фильм "Золушка" снимался в быстром темпе, но вместе с тем очень сосредоточенно, продуманно и доброжелательно по отношению к зрителям. Может быть, потому, что большинство его участников были ленинградцы, еще совсем недавно, в течение всех дней блокады, смотревшие смерти в лицо. До сих пор остается непонятным, как сняли этот фильм с пышным реквизитом и костюмами в послевоенном Ленинграде, где почти не осталось мебели и других "излишеств", сожженных в печках… Хрустальные башмачки и платье Золушки, по свидетельствам очевидцев, ткались буквально из воздуха. Однако находились "искусствоведы", говорившие: "Можно ли после таких ужасов снимать, а тем более показывать зрителям фильмы, преисполненные иронии и веселья? Да еще по сценарию Евгения Шварца!" Но, наверное, создатели фильма рассуждали по-иному, по-бабелевски: "У всякого глупца хватает причин для уныния, и только мудрец разрывает смехом завесу бытия". И, уж наверное, они помнили слова Генриха Гейне: "Серьезность величественнее, если путь к ней прокладывает смех". Без сомнения, авторы "Золушки" понимали, что, созидая такой фильм, они несут истинное чудо тем, кому уже не хватало сил и веры в трудные послевоенные годы.

Сохранился рассказ Янины Болеславовны о том, как снимался один из последних эпизодов фильма. "В сценарии Евгения Шварца "Золушка" героиня просто надевала туфельку по приказанию мачехи. Моя Золушка, как я ее представляла, не могла просто из чувства страха или покорности мачехе исполнить приказание. Я долго просила Шварца дописать фразу, объясняющую согласие Золушки надеть туфельку. Но он считал, что для Золушки, которую любят дети всего мира, ничего не нужно объяснять. Этот поступок ничуть ее не унизит. Вслед за драматургом и режиссеры считали, что нечего заниматься отсебятиной. И тогда я пошла на хитрость. На съемке эпизода с туфелькой Раневская-мачеха начинает льстиво уговаривать Золушку надеть туфельку. Я, Золушка, молчу. Раневская опять обращается ко мне. Я опять молчу. Фаина Георгиевна теряется от моего молчания и неожиданно для всех - и для самой себя тоже - заканчивает фразу: "А то я выброшу твоего отца из дома". То есть говорит то, что мне и нужно было. Моя Золушка соглашается, боясь за отца. Присутствующий в павильоне Шварц принял бессознательную "подсказку" Раневской: "Только вы забыли, Фаина Георгиевна, конец фразы: ‘…и сгною его под забором’". Так родилась в фильме реплика Раневской, отсутствовавшая в первоначальном сценарии…"

Для ребят, переживших войну, старая сказка о нравственной победе Добра над Злом оказалась очень современной. Дети 1947 года воспринимали слова Золушки о счастье как свои собственные: "Неужели мне не дождаться веселья и радости?". Так со сказочного экрана звучало эхо военных дней. Отдаляясь во времени, оно постепенно затихало, оставляя в сказке лишь то, что на все времена: не отзвук дня, а мудрость жизни.

Из воспоминаний популярной советской актрисы Татьяны Дорониной

"Серый асфальт блестел от дождя, и ленинрадский ветер распихивал полы моего короткого, ставшего тесным пальто. Я бежала по набережной Фонтанки к кинотеатру "Родина", где шла "Золушка". Три рубля стоил самый дешёвый билет, и я боялась, что дешёвых билетов не будет, а у меня ровно только три". Я спустилась вниз к кассам и увидела длинную очередь. Заняла. Потом пошла к окошечку, чтобы услышать, какие берут билеты. Кассирша ответила одной женщине с ребёнком: "А детских билетов на этот сеанс мы не продаём". Я поняла, что дела мои безнадёжны, но опять вернулась стоять в очереди. Когда подошла к кассе, спросила без всякой надежды: "А по три есть?" - "Тебе один?" - спросила кассирша. Один! Только один", - ответила я.Поднимаясь по большой гранитной лестнице, сжимая свой драгоценный билет, я уже знала, что сегодня чудеса не кончились - они только начинаются. До сеанса ещё было сорок минут, зрителей в фойе было мало, работали буфеты, пахло пирожными, в верхнем фойе играл оркестр. Я пошла туда, где музыка. Уселась и стала согреваться. Когда очень ждёшь, то время останавливается. Зрители заполнили всё пространство, а звонка всё не было. Наконец я сижу прямо перед экраном в первом ряду, и все остальные не существуют - только белое полотнище, никаких голов впереди, только я и экран.

Тайна воздействия сказок Шварца на больших и маленьких остаётся тайной до сих пор. Я не знаю другого фильма, который бы шёл с детьми разных поколений так " в ногу", так "душа в душу", который оставался в душе навсегда, сколько бы тебе ни было лет. Наверное, дело в личностном подключении каждого к теме, у всех есть мечта о принце, о чудесной доброй волшебнице, которая явится неожиданно, и твоя мечта - о превращении кухонной жизни в жизнь бала, в жизнь с добрыми людьми вокруг - осуществится, ибо справедливость воздаяния за терпение, за труд, за доброту - естественна, иначе быть не должно, иначе в жизни нет смысла.
Маленькая Жеймо... Она жила на Петроградской, на проспекте Щорса, в огромном доме, где жила моя крёстная и вся её семья. Это "совпадение", что Золушка живёт там же, где моя крёстная, показалось мне первым чудом. Артистов я счтитала людьми особенными, почти небожителями, слетевшими на землю, чтобы рассказать другим, тем, кто "не актёры", о красоте и многообразии жизни, научить "не актёров" видеть и глубоко чувствовать, чтобы утешить их в несчастии и рассмешить, когда им грустно.

И вот эта чудесная, такая нежная, большеглазая Янина Жеймо приезжает на трамвае номер три на остановку под названием "Дворец культуры им. Промкооперации", переходит на другую сторону и идёт по садику с редкими кустиками к этому огромному дому, где живут мои красивые тёти и дяди и моя крёстная. Это фантастично и так хорошо! Она сумела сыграть доверчивость и готовность к счастью столь органично, без умиления, без сантиментов, с редким юмором, сумела станцевать, взлетая, стремясь ввысь, поднимая свои маленькие руки и топоча деревянными сабо, столь легко и изящно, столь артистично, словно танцует полёт души. В ней жила душа девочки, ребёнка, а с такой душой тяжело жить среди взрослых.

Консовский - принц. Просто принц, без имени, и это хорошо, ведь и Золушка тоже без имени. Золушка - констатация социального положения. И если ты просто Золушка из кухни и всегда в золе, то полюбить тебя должен тот, кто не из кухни, а из дворца, а колет на нём с золотыми рукавами, а маленькая шпага его должна быть всегда наготове, чтобы сразиться со злом и помочь ему, принцу, совершить тысячи подвигов во имя добра и любви. И голос.... у него должен быть бархатный, нежный голос и эти чуть влажные кудри от танца, от бега, от волнения, и глаза чуть печальные и умные, которые видят несовершенства мира и умеют отличить на балу Золушку среди блестящих светских ломак. У него стройные и высокие ноги, тонкий стан. Он умеет красиво танцевать и быть ласковым и добрым.Существуя в своей профессии не один десяток лет, я не перестаю удивляться отсутствию какой-либо закономерности в нашем деле. Блестяще сыгранные роли не дают никакой убеждённости, что и дальше, и в будущем тебя ждут такие же роли, и ты с радостью так же сыграешь их, и тебе и зрителю твоему будет счастливо и хорошо.
Маленькая Янина Жеймо больше не сыграла ничего, она уехала на свою родину, в Польшу, и след её затерялся. Она действительно улетела, будто её танец перед большим очагом был стартом полёта в никуда, она сказочна играла и так же сказочно исчезла, только это была другая, печальная сказка, не со счастливым концом.
Замечательный Консовский много читал на радио, его дивный голос был востребован не только в сказках, но в кино его не снимали, в театре ролей значительных не давали, и конец его оказался таким же печальным, как и у его дивной партнёрши в сказке Евгения Шварца.

Эраст Гарин - Король. Истинно сказочный, в жизни таких королей не дождёшься, никто не отречётся вот так от престола, никто не сбросит с головы корону как ненужный атрибут, который ничего не стоит, никто не будет так непосредственен и заботлив. Ни у кого не будет таких доверчивых, круглых глаз, и никто из них не будет так лишён недоброжелательства, как Король Гарина"

Татьяна Доронина. Золушка и Король // Доронина Т. Дневник актрисы. - Москва : Молодая гвардия, 2005.- С. 278-281.