Говорить о заслугах Петра Великого можно долго. И доступ к морю открыл, и учиться заставлял, и флот развил, и даже "подредактировал имидж". По крайней мере знати. И даже Новый год сегодня мы празднуем благодаря ему. До XV века его встречали в марте, затем в сентябре, но Пётр I в 1699 году "назначил" празднование на 1 января. Гораздо меньше известно о делах его любовных.

Именно в делах сердечных "мин херцу" везло куда меньше, чем в остальном. Любовь всей жизни попросилась замуж… за другого, первая жена откровенно не понимала и не разделяла ни одного начинания, вторая после более чем 20-летнего знакомства попалась на измене.

Сам Пётр, впрочем, согласно сохранившимся документам, верностью вторым половинам не особо страдал. Считается, что среди любовниц у Петра Первого были фрейлины, жёны приближённых, иностранки.

Были среди них и совсем непривлекательные особы. Так например, у Елены Майоровой в книге "Личная жизнь Петра Великого" упоминаются подруги сестры Петра — Натальи — Варвара и Дарья. Одна из дочерей стольника Арсеньева, Варвара, якобы не отличалась привлекательной внешностью — у неё был горб. Однажды Пётр при свидетелях посетовал, что ей не познать мужской любви. А затем поспешил исправить эту несправедливость. Меншиков же развлекался с Дарьей. После этого девушки писали письма возлюбленным, когда последние были в Нарве, Шлиссельбурге и Петербурге, и "слёзно просили" их быстрее возвращаться и нанести визит.

Екатерина, зная любвеобильность супруга, при дворе содержала целый штат хорошеньких образованных девушек, обязанности которых, правда, деликатно не прописываются историками. И всё же можно назвать несколько женщин, которые выделяются на фоне бесконечных любовниц. 

 

 

 

 

Анна Монс

Ещё юношеская любовь Петра. Будущий император познакомился с дочкой винодела (по другим свидетельствам — золотых дел мастера) Иоганна Монса, когда в очередной раз приехал в немецкую слободу. Датой их первой встречи считается 1690 год, когда государь уже около года как был женат. Но это обстоятельство не помешало ему закрутить роман с хорошенькой немкой.

Сложно назвать то, что между ними происходило, любовью с первого взгляда. Тем не менее 18-летняя Анна, подталкиваемая другом Петра Лефортом и другими доброжелателями, активно шла к своей цели. Итог —девушка стала "Кукуйской царицей" (по второму названию немецкой слободы — Кукуй), получила земли, расположение царя и ропот перед своей персоной. Но претендовать на роль жены она не могла: вряд ли бы мать царя, Наталья Нарышкина, допустила такое, а Пётр слушал её во многом.

Отношения у государя с "официальной любовницей" продлились около 10 лет. Законная супруга знала о "монсихе", но ничего не могла предпринять из-за собственной, прямо скажем, небольшой значимости для Петра. Закончились трогательные встречи Петра и Монс из-за измены последней, замеченной по чистой случайности. Так, во время переправы в 1703 году в Неве утонул саксонский посланник Кенигсек. В его-то вещах и нашли портрет Анны Монс, а также множество трогательных писем, которые писала ему она. Пётр в порыве злости заключил её под домашний арест.

Обиду на свою первую любовь правитель таил, как говорят, всю жизнь. Согласно свидетельствам, когда прусский посланник Георг-Иоанн фон Кейзерлинг просил руки девушки, Пётр с Меншиковым спустили его с лестницы. Жениху всё же удалось добиться свадьбы, которую сыграли в июне 1711 года. Спустя полгода супруг Анны скончался по дороге в Берлин. Сама она пережила его на три года.

 

 

 

 

Евдокия Лопухина

 

Нелюбимая, но всё же законная жена первого российского императора. Впрочем, она отвечала ему взаимностью, не разделяя никаких начинаний государя. Родственники получали противоречивые письма: то он мужик неотёсанный, то — любимый Петруша. Как бы царица ни относилась к Петру Романову, он её упёк в монастырь в 1698 году после девяти лет брака. Евдокия стала монахиней Еленой в Суздале.

Отметим, что вела она себя довольно свободно. Через некоторое время монашеское облачение окончательно заняло почётное место в шкафу. К Евдокии часто ездили на поклон бояре, сама она вечерами вела разговоры со старцем Досифеем. В какой-то момент в гости к первой супруге правителя приехал её бывший сосед, который, как и Лопухины, жил на Солянке, Степан Глебов. По некоторым документам, если бы царица Наталья не сочла Евдокию достойной русского трона, девушка носила бы фамилию Глебова, а не Романова, после замужества. Между монахиней и женатым офицером-преображенцем вспыхнул роман. Вскоре Степан охладел к Евдокии: напрасно она ему писала "Любезный друг, лапушка моя" и просила сообщить о его делах.

Тем не менее факт романа был. А нежные письма нашёл не адресат, а капитан-поручик Преображенского полка Григорий Скорняков-Писарев, которого направил Пётр по делу о бегстве сына Алексея. Монарх не верил, что царевич мог самостоятельно придумать схему с возвращением к старым порядкам, а после оперативно скрыться за границей. Государь винил бывшую супругу в том, что она навязала их общему сыну отказ от всех преобразований, давшихся Петру потом и кровью.

В результате Евдокию наказали кнутом и сослали на Ладогу, в Успенский монастырь, где условия были значительно жёстче, чем в Суздале. Вернуться она смогла уже незадолго до смерти.

Глебова же пытали такими методами, которые не применяли даже в отношении убийц. Так, если даже крепкий мужчина, как правило, за "один заход" получал не более 15 ударов кнутом из-за риска физически не выдержать больше, то любовнику Лопухиной досталось 34. После этого к открытым ранам Глебова прикладывали раскалённые угли. В завершении этого мучения его привязали к доске, утыканной гвоздями, где продержали трое суток. Казнили бывшего военного, посадив на тупой кол. Согласно документам, он умирал около 16 часов (А. И. Ракитин "Загадочные преступления прошлого").

 

 

 

Марта Скавронская

Она же — Екатерина Алексеевна, она же — первая императрица, она же —Екатерина I — прачка, встреченная Петром в 1705 году. До этого числилась в любовницах фельдмаршала Бориса Шереметева и Александра Меншикова. Казалось бы, более верной подруги Петру не найти. Она за ним и в военные походы, и с Турцией договориться, и на воды отдыхать. Даже отряд девушек для развлечения царя якобы содержала. В общем, как супруга, бывшая прачка проявляла завидные качества. Чего только стоит тот факт, что в один из походов она отправилась на последних месяцах беременности. Детей, кстати, Марта — Екатерина рожала безустанно, но многие малыши умерли ещё в младенчестве. Своё 18-летие отметили только две дочери: Елизавета и Анна.

Но и Марта, которая, казалось бы, являлась идеальной женой, не отличалась верностью. Причём любовником её стал родной брат Анны Монс Виллиам, который оказался при дворе, несмотря на, прямо скажем, сложные отношения родственницы с Петром.

Царица была на четыре года старше молодого человека. Поступив на службу в 20 лет, он успел принять участие в битвах при Лесной и под Полтавой. Постепенно стал доверенным лицом государя. Причём настолько доверенным, что "не замечались" его домики в Москве, целые деревни в регионах, золотые статуи и конницы, которые могли соревноваться едва ли не с петровскими. Советоваться к нему ходил даже Меншиков, которому за мздоимствования грозила плаха или, в лучшем случае, ссылка. "Подарок" тогда помог уладить вопрос.

Роман с Монсом вскрылся, по старой русской традиции, внезапно. Один из приближённых Виллиама — по разным данным, Иван Балакирев или Егор Столетов, сказал своему знакомому о существовании "опасных писем", где едва ли не расписывался рецепт отравы для государя вперемешку с признаниями в любви между молодыми людьми. В ноябре 1724 года донос от этого "приятеля" передали лакею Петра I. После этого Балакирева отправили на три года на каторгу, побив перед этим батогами. Столетову после ударов кнутом дали 10 лет каторги. Матрену Балк, знавшую о романе, направили в Сибирь. Ну а Монс заплатил за любовь собственной головой. Официально его казнили за казнокрадство.

— Жаль тебя мне... Очень жаль, да делать нечего, надобно тебя казнить! — якобы сказал Пётр, который приехал лично попрощаться с Монсом (Андрей Ильин, "Государевы люди").

 

 

 

Мария Кантемир