Ни за что не догадаешься, почему мы называем ноты именно так. 

Современной нотацией человечество обязано музыкальному теоретику, итальянцу Гвидо д'Ареццо. Реформы начались с того, как ученый сперва ввел линейки, две из которых — F и C — он определил как главные ориентиры, выделяя их красным и желтым цветами соответственно. Благодаря такому нововведению высота звука нотировалась более точно, чем до этого.

Вскоре Гвидо начал записывать ноты в виде закрашенных квадратов на четырехлинейном нотном стане. Новые символы нотного стана определенно требовали каких-то обозначений. И тогда итальянец решил воспользоваться первыми слогами первых слов гимна святому Иоанну Крестителю «Ut queant laxis»: 
Ut queant laxis 
Resonare fibris, 
Mira gestorum 
Famuli tuorum, 
Solve polluti 
labii reatum, 
Sancte Ioannes.

Перевести его можно приблизительно следующим образом: «Чтобы слуги твои голосами своими смогли воспеть чудные деяния твои, очисти грех с наших опороченных уст, отец Святой Иоанн».

Самое интересное то, что мелодия каждой строки была на одну ступень выше предыдущей. С легкой руки Гвидо д'Ареццо начальные слоги каждой строчки и стали названиями нот: ut, re, mi, fa, sol, la. В конце концов ноту ut пришлось заменить на всем известную do из-за неудобства пения открытого звука в первом слоге. Считается, что ее название пошло от латинского Dominus, что значит «Господь». Седьмая нота не входила в средневековый шестиступенчатый звукоряд (гексакорд) и при переходе на нынешнюю октавную систему была названа si по первым буквам имени Sancte Ioannes из последней строчки.

Вот такие пироги, как говорится. Оказывается, можно всю жизнь использовать в речи какие-то названия и не иметь ни малейшего понятия об их происхождении. А ведь согласись, это чертовски интересно. Если тебя поразила изложенная выше информация, обязательно поделись ею со всеми друзьями. Бьюсь об заклад, многие из них тоже не знают этого.