Время наибольшего расцвета Греции называлось «Временем Перикла»! Олимпиец был одним из немногих правителей, которого любил народ. Но сколько бы талантов не сочетал в себе этот мудрый и высокий человек, он прежде всего был мужчиной, искусным ценителем женской красоты.
 

Приближенным другом Перикла был великий ваятель Фидий (создатель одного из семи Чудес Света «скульптуры Зевса») и именно в мастерской Фидия произошла первая встреча Перикла и Аспазии…

Она была стройна, и в то же время формы ее были роскошны, походка тверда и, вместе с тем, грациозна. Ее мягкие вьющиеся волосы были золотистого оттенка. Все лицо было невыразимо прекрасно, но лучше всего был блеск ее чудных глаз. .

 

Перикл был женат и имел двух сыновей, также был опекуном Алкивиада, в то время

, когда в Афины приехала Аспазия, родом из Милета, по ту пору изгнанная из Мегар.
Их союз был заключен именно у храма Паллады, к тому времени уже оконченного. Аспазия открывает свою школу риторики…и это было самое счастливое и самое деятельное время жизни этой пары.
Безусловно Аспазия вступала в жизнь по своим познаниям и повадкам как гетера, как женщина, выбравшая свободный образ жизни в эпоху, когда жизнь женщин ограничивалась женской половиной дома.

 

Перикл выдал свою жену, по ее желанию, за другого и женился на гетере, что постоянно вызывало всевозможные пересуды в Афинах.
Говорят, Перикл при уходе из дома и при возвращении неизменно целовал Аспазию. Нет сомнения, он делился с нею со всеми своими замыслами и делами, что доставляло им обоим удовольствие и радость, а то и совместные огорчения.
Поселившись в доме Перикла, Аспазия с ее умом, красноречием и обаянием, естественно, заняла исключительное положение в Афинах. Это была уже не гетера, а жена первого человека в Афинском государстве, который не только страстно любил ее, но и прислушивался к ее суждениям по вопросам войны и мира, несомненно и по философским вопросам, что однако вызывало зависть и пересуды.

 

Вопреки древнегреческим законам, Аспазия не стала затворницей в доме супруга. Напротив, она продолжала собирать гостей и развлекать их остроумными спорами и мудрыми суждениями. Женщина вела активную общественную деятельность, пытаясь добиться улучшения жизни афинских женщин.

 

Однако враги и политические противники Перикла понимали, что единственной слабостью великого демократа является его жена, а потому выдвинули против нее обвинения. Аспазия уличалась в сводничестве, распутстве и развращении благовоспитанных замужних горожанок. По выдвинутому обвинению женщине грозил* суровое наказание, она же даже не имела права защищать себя в общественном месте. На защиту супруги встал сам Перикл. То, что это отразится на его репутации, героя интересовало мало. На суде он произнес проникновенную речь в защиту супруги, и присутствовавшие заметили на его глазах слезы. Это был единственный раз в жизни вождя, когда он заплакал. Аспазия была спасена.
 

После суда авторитет прославленного демократа пошатнулся. Состоявшие в других партиях политики все чаще обвиняли Перикла в излишних тратах на строительство и обустройство города, которые, по их мнению, были ненужной роскошью. Не будем забывать, что совершенный вид афинский Акрополь принял именно во времена Перикла.
 

К тому же началась война со спартанцами, принесшая новые страдания афинянам, а после нее разразились голод и чума. Бедствия, казалось, не отступали от Афин. В 429 г. до н.э. Перикл заразился чумой и через несколько дней умер.
Последние дни жизни он провел с любимой Аспазией, которая не отходила от возлюбленного ни на минуту. После того как Перикла не стало, бывшая гетера покинула Афины, не, сообщив даже близким друзьям о своем внезапном отъезде. Некоторые историки полагают, что Аспазия вернулась в родной город и ушла из жизни спустя четыре года после любимого супруга. Плодом этой удивительной, воспетой поэтами и художниками многих поколений любви остался сын, названный в честь своего великого отца Периклом.