«Пришло время потолковать о многих вещах: о башмаках, о кораблях, о сургучных печатях, О КАПУСТЕ И КОРОЛЯХ».

Очередная история родилась за рюмкой чая в разговоре на кухне. Зашел разговор о том, что неконтролируемая власть превращает вполне приличных людей в чудовищ. Прекраснодушные мечтатели превращаются кровавых тиранов, тот, кто был никем, с особым удовольствием смешивает с грязью тех, кто был когда-то выше его. И практически НИКТО не способен отказаться от власти, особенно те, чей путь наверх был труден и тернист. Однако в истории есть исключения. Помните римского императора добровольно ушедшего на покой? Когда его пришли уговаривать вернуться к власти, когда-то всесильный император сказал: «Если бы видели, какая у меня уродилась капуста, то не беспокоили бы меня по таким пустякам».
Кому-то сразу рисуется умильная картинка: экс-император, в чистой заштопанной одежонке копается на грядках у своего скромного фермерского домика.
Все было в реале не совсем так. Точнее совсем не так.

предупреждение - не будет завлекательных картинок,  зато будет много скушных букв

1.

Скромность уж точно было не тем качеством, что украшала императора Диоклетиана. Сын вольноотпущенника (бывшего раба), ставший властелином самой великой империи древнего мира, точно не был скромником. Уж поверьте, скромники не те люди, которые могут пройти путь от сына писаря до императора. Именно Диоклетиан объявил себя представителем бога (Юпитера) на земле, отобрав остатки власти у римского сената, превратив Рим в обычную провинцию империи. Отныне император не «princeps» (первый среди равных) как было ранее, а «dominus» - господин для всех своих подданных. Диоклетиан ушел после 20-летнего царствования наполненного кипучей деятельностью, многолетними непрерывными войнами, многочисленными реформами. В те времена Империя, как громадный корабль, кренясь, уходила на дно истории медленно и неумолимо, уже более полувека раздираемая внутренней распрей, бесконечной чехардой императоров и дворцовых переворотов. Как раненного могучего зверя ее рвали на части молодые голодные хищники - на востоке персы, с севера германцы, с юга племена бедуинов. Император справился - правление Диоклетиана вновь, как казалось, вернула империю к эпохе процветания. Но вот здоровье и силы императора были на исходе. Еще задолго до своего ухода он готовился к своей отставке. Разделив управление империей между двумя августами (старшими императорами) и двумя цезарями (младшими), он установил тетрархию – власть четырех. Это не было разделением империи, а было лишь оптимизацией управления огромного государства, где один правитель просто физически не мог успевать реагировать на происходящее в разных концах империи. В идеале, как казалось Диоклетиану, воспитав младших императоров, прошедших школу управления, старшие должны были уйти в отставку, оставив власть цезарям (теперь уже августам), которые должны были точно так же выбрать себе преемников. Наличие четырех правителей должно было защитить империю от дворцовых переворотов, свергнув одного из правителей, узурпатору пришлось бы противостоять трем другим правителям, давшим клятву верности друг другу. Однако, как вы понимаете, в реальности всей полнотой власти в империи обладал лишь Диоклетиан, бывший к концу правления формально лишь одним из старших императоров (августов). Уйдя в отставку, он заставил уйти на покой и своего верного друга Максимиана (второго августа), бесстрашного воина и умелого полководца, своего соправителя. Впервые в истории от власти добровольно отрекся император. Но суть фокуса состояла в том, что ни один из его преемников не обладал и половиной той власти, которой обладал Диоклетиан. Никто не должен был покуситься на экс-императора, огромный авторитет которого казался незыблемым. Его титул в отставке гласил - SENIOR AVGVSTVS, PATER IMPERATORVM ET CAESARVM (старший август, отец императоров и цезарей). Он удалился в «скромный» дворец в Иллирии (современная Хорватия). К слову дворец занимал по площади почти 4 гектара, прямоугольник со сторонами 215 на 181 метр. Вполне можно было найти место для огородика на пару соток с грядками для капусты. По сути это была дворец-крепость со стенами высотой до 20 метров с мощными башнями. Сейчас это исторический центр города Сплит, в начале 20 века на территории дворца было 278 заданий и в них жило почти 9 тыс. человек. А мавзолей Диоклетиана (гонителя христиан), расположенный на территории дворца, был перестроен в городской собор. Такая усмешка истории, но то было уже через века после его смерти.
А пока дряхлеющий император из дворца с ужасом наблюдал за тем, как рушится дело всей его жизни. Его преемники развязали кровавую гражданскую войну. Даже его верный друг Максимиан, вкусивший отраву власти, не смог удержаться и раз за разом пытался захватить власть в империи, предавая тех, кому давал клятву, выступив против собственного сына, и был казнен одним из императоров. Окончательный развал империи казался неизбежным. Новости, одна страшнее другой приходили ему во дворец, один за другим уходили из жизни его друзья, назначенные им правителями империи. Новым властителям дряхлый император стал ненужным и, более того, казался опасным - мало ли что на уме у своенравного старикана. В конце концов, Диоклетиана вынудили покончить с собой, приняв яд. Сразу после его смерти были казнены его жена и дочь.
Власть так просто не отпускает.
Диоклетиан слишком дорого заплатил за свою отставку.

А над империей поднималась заря новой эры, но это была уже начало другого мира - время христианских государств и государей, где Рим уже никогда не будет столицей империи.

2.

А сейчас мы отправляемся на 4 века вниз по шкале времени во времена заката Римской республики. Молодой римлянин из знатной, но обедневшей семьи, получивший прекрасное образование, начинает свою политическую карьеру. Он расчетлив, умен, храбр. Все за что берется, он делает с блеском, боги наделили его недюжинным талантом.
Он добивается высоких должностей в Риме, а затем отправляется на войну с врагами Рима, выигрывает сражения одно за другим, покоряя народы, солдаты боготворят его и провозглашают императором (высший титул для римского полководца). Он возвращается в Рим во главе армии и захватывает власть. Все это приводит к долгой гражданской войне, из которой он снова выходит победителем. Фортуна любит его, народ обожает – он щедр на бесплатные раздачи хлеба, денег, устраивает зрелища. Послушный сенат объявляет его диктатором без ограничения срока.
Нет, это не Юлий Цезарь – это Луций Корнелий Сулла.
Что отличало Суллу, так это его целеустремленность – не было дела, которое он бы не довел бы до победного (для себя) конца. Жесткость, с которой он добивался цели, была невероятной. Это даже трудно было назвать жестокостью, скорее это была холодная равнодушная расчетливость – враги просто уничтожались под корень. Речь сейчас не идет о жестокости на войне, он запустил конвейер смерти, уничтожения своих политических врагов – самих граждан Рима. Уничтожались семьи знатных, богатых, влиятельных римлян, а их имущество переходило в руки сторонников Суллы. Уцелевшие члены семей лишались гражданства и высылались из Рима. На римском форуме лежали сотни голов казненных, для устрашения потенциальных врагов. Причем необязательно было быть даже в оппозиции к Сулле, достаточно было, что твой дом, поместье, коллекция статуй или книг понравились кому-то из сторонников Суллы - следовал донос, а затем молниеносная расправа и конфискация имущества в пользу доносчика.
Сулла не умел и не хотел прощать своих врагов. За годы его правления любые зачатки оппозиции просто перестали существовать. Тем удивительнее был конец диктатуры Суллы. В один прекрасный день он сложил полномочия диктатора, отказавшись от привилегий и даже охраны! Он стал обычным частным лицом. Нет, Сулла не ушел из политики, продолжая иногда посещать сенат, но уже как рядовой сенатор. Представьте, после долгих лет жестоких расправ на него не было совершено ни одного покушения! Другое дело, что все, кто на это был способен, к тому времени были уничтожены.
Но частной жизнью в своем поместье Сулла не успел насладиться - заболел какой-то страшной болезнью (ученые подозревают скоротечную форму рака) и умер в мученьях. Многие видели в этом возмездие богов. Он собственноручно написал эпитафию для памятника на своей могиле – «Никто до него не отплатил столь щедро за все добро своим друзьям и не воздал стократно злом за зло своим врагам». Только вот были ли у него настоящие друзья? Мне кажется, здесь подошла бы другая фраза (из «Великолепной Семерки» из уст героя Юла Бриннера): «Нет друзей, нет врагов – живых врагов уж точно».
Почему же Сулла отказался от власти, к которой так долго и упорно шел? Это загадка, на которую до сих пор нет однозначного ответа. Уж точно не потому, что раскаялся в своих грехах. Незадолго до смерти уже тяжелобольной Сулла узнал, что некто не собирается вернуть ему долг, надеясь на его скорую смерть. Он вызвал должника, и его удавили на глазах Суллы, который уже не мог встать с постели. Без суда и следствия. Нет, наш герой и, умирая, не изменил своим принципам.
Уместно вспомнить еще один эпизод из жизни Суллы. В день отречения при выходе из Сената какой-то юнец в толпе стал истерично выкрикивать оскорбления в его адрес и никто (!) не прервал его. Похоже, что многие хотели бы сказать то же самое в лицо бывшему всесильному диктатору, но попросту боялись. Сулла лишь усмехнулся с горечью: «Глупцы! После такого никто в Риме не откажется от власти диктатора».
Он оказался прав.
Юлий Цезарь пойдет путем Суллы и с помощью армии захватит власть, послушный его воле Сенат объявит его пожизненным диктатором. И уж Цезарь не откажется от власти – он учел уроки своего учителя, но, к сожалению, похоже, не все. В отличие от Суллы он мастерски умел превращать врагов в союзников, умел находить компромиссы, часто прощал своих противников, используя их в своих целях. До поры до времени у него получалось. Однако именно враги, которых он пощадил, убили его.
Лучше всех усвоил уроки Суллы император Октавиан Август, победив врагов, он их всех безжалостно уничтожил, а затем сложил с себя диктаторские полномочия, восстановив республику, став лишь «первым среди равных». Но это был только антураж, в реальности вся власть, включая командование над 75 легионами республиками, осталась у него в руках.

Время республики кончилось – настало время императорского Рима.

3.

Остается лишь один вопрос. Диоклетиан явно не следовал примеру Суллы или Августа, но, покопавшись в истории Рима, мы без труда обнаружим тот образец, которому последовал Диоклетиан. Для этого нам придется вновь отмотать еще четыре столетия вниз по шкале времени от жизни Суллы.
Знакомьтесь - Луций Квинкций Цинциннат. Богатый и влиятельный патриций-сенатор Рима Цинциннат, защитник старины, был ненавидим своими врагами-плебеями. Подкопаться к нему они не могли, но вот его горячий и пылкий сын не слишком следил за своей речью и был осужден за покушение на свободу республики и чрезмерную гордость. Ему грозила смертная казнь, и он вынужден был бежать из Рима. В итоге Цинциннат был разорен штрафом, который на него наложили народные трибуны за бегство от правосудия его сына. Он был вынужден отправиться на единственный оставшийся у него земельный участок, чтобы обычным крестьянским трудом прокормить свою семью. Но когда враги Рима разгромили консульское войско, и угроза нависла над самим городом, сенаторы отправились упрашивать Цинцинната вернуться и возглавить государство. Они застали его пашущим поле. Цинциннат принял диктаторские полномочия, в кратчайшие сроки собрал армию и разгромил врага всего за 16 дней. Вернувшись в Рим, он в тот же день сложил диктаторские полномочия, чтобы снова пахать на своей ферме.
Такие дела…

(с) ЛысыйКамрад