Никита Михалков, создавая о Вере Холодной свой второй и лучший фильм – «Раба любви», был исключительно точен в деталях. И южный приморский город (на самом деле была Одесса, а не Ялта), и начальник контрразведки на съемочной площадке, и главная героиня, живущая в гостинице с мамой и дочками (на самом деле актриса взяла с собой на съемки одну из дочерей), и даже Басилашвили — Южаков, загримированный под хозяина кинофабрики, где снималась Холодная, — Ханжонкова.

И герой ее романа – автомобилист, мучающийся болями от ранения, полученного на Первой мировой. Все так и было – Вера Холодная любила одного из первых в России автогонщиков, он получил тяжелое ранение на войне. Только это был не любовник, а муж...
В 1918 году с группой Харитонова она отправилась на съемки «Княжны Таракановой» в Одессу. Именно этот период с известными домыслами отражен в «Рабе любви».
Одесситы ходили за ней толпами, стояли под окнами. Она отвечала любовью на любовь – давала концерты. На одном из них, в феврале 1919-го, зрители сидели в шубах, а она выступала на сцене в открытом платье. Простудилась. Лечили от ангины, потом выяснилось – «испанка». Так тогда называли грипп. От него умирали.
 

Она умерла 16 февраля 1919 года. Ей было 26 лет.

Ваши пальцы пахнут ладаном
И в ресницах спит печаль.
Ничего теперь не надо вам,
Ничего теперь не жаль.

Это Вертинский написал ей еще при жизни, в 1916 г. Она попросила снять посвящение – смертью веяло, актеры суеверны. Он послушался, но через три года восстановил посвящение. Говорят, что в этот день Вертинский пел в Ростове-на-Дону и в номер гостиницы ему принесли телеграмму из Одессы: «Умерла Вера Холодная».
Ее похоронили в Одессе. Потом на месте этого кладбища разбили парк. Где могила самой яркой кинозвезды России – неизвестно.
 

Вера родилась в Полтаве, куда ее отец, Василий Андреевич Левченко, после окончания Московского университета приехал преподавать словесность в местной гимназии. Мама называла ее «полтавской галушкой». Но не прижились там,обратно в Москву через 2 года. Девочка росла экзальтированной и впечатлительной . Побывав в театре, заболела балетом. Больше ничего ее не интересовало. Родители уступили – отвели поступать в балетное училище Большого театра. Надеялись – не примут. Доченька у них была в теле, хотя и красивая. Но тогдашние требования к красоте, даже балерин , еще не включали обязательную сейчас анорексию - и девочку приняли.
 

Но вмешалась властная бабушка. Девушку из приличной семьи – в кордебалет? Дурная слава царевой пассии Кшесинской – позорный пример для московской барышни, а особенно для ее бабушки. Веру – через слезы, истерики, угрозы самоубийства – забрали из училища, вернули в гимназию. Но болезнь была внутри.

Ей было пятнадцать, когда в Москву с гастролями приехала «императрица русского театра» Вера Федоровна Комиссаржевская. Давали «Франческа да Римини» Габриеле д’Аннуцио. Тут уж Вера Левченко заболела по-настоящему. Вернулась со спектакля сама не своя. Ночью у нее поднялась температура. В горячке металась неделю, бредила. Семейный врач установил невроз и меланхолию, велел больше гулять на свежем воздухе, приписал зимой каток, а летом – теннис.
 

А там и замужество не за горами. Она – инфантильная московская барышня с фантазиями. Он… Он оказался заядлым спортсменом. Автогонщиком! Тогда и автомобили-то были в диковинку. А он гонял без удержу, участвовал в ралли.

Она разделила с ним и эту страсть. Села рядом. Красивая пара в красивом авто (см. «Раба любви», Мосфильм, 1975), кожаные краги, защитные очки, музыкальный клаксон, бешеные скорости (сколько это было тогда? 80? 100?). Не раз попадали в аварии. Едва не убились. Владимир Холодный начал выпускать первую в России спортивную газету – «Ауто», и вообще уже стал законодателем моды среди московских мажоров.
В 1912 году Вера стала матерью. Роды были тяжелыми. Она долго болела. Врачи предупредили: больше детей ей иметь нельзя. Но через год муж уговорил ее удочерить сиротку. Теперь у нее была настоящая семья – двое чудных крошек, замечательный муж, еще и мама к ним переехала, овдовев. А потом война.
Муж ушел на фронт, а жена - в актрисы.
 

Появлению Первой звезды на русском кинонебосклоне немой синематограф обязан Александру Николаевичу Вертинскому - он был своим человеком в доме Холодных: дружил и с Верой, и с ее мужем, и даже с их маленькой дочерью Женей, с которой, по его рассказам, играл в детской и дарил куклы.
Именно Вертинский привез Веру Левченко на кинофабрику, где подрабатывал на съемках у Ханжонкова. Юная голубоглазая хохлушка с меланхолическим лицом приглянулась режиссерам и в течение последующих пяти лет снялась более чем в сорока картинах.
 

Конечно, Вертинский был неравнодушен к Вере, как и все в те годы.
Он - автор ее знаменитого титула «Королева экрана», который в качестве посвящения написал на нотах своей новой песенки «Маленький креольчик». Титул укрепился и позже стал постоянно появляться на афишах рядом с именем Холодной.

Вертинский подарил ей еще несколько песен - «Лиловый негр», «В этом городе шумном» и... «Ваши пальцы пахнут ладаном», так напугавшую ее и ставшую пророческой.
Трудно сказать, что бы с ней сталось, если бы довелось ей прожить дольше. Пережила бы смутное время России и обретение голоса кинематографом? Или поступила так, как распорядилась собой столь точно сыгравшая ее в «Рабе любви» Елена Соловей? Та выбрала самое важное для себя – дом, семью, посвятила себя мужу, детям, внукам, превратилась в толстую домашнюю клушу, которую внуки не узнают на экране в ее звездных ролях. Может быть и Вера Холодная поступила бы так же.

Но хорошо, что мы этого не узнаем, а современники не увидели. Богини не старятся.
 

Вера Холодная была красной шпионкой? А то!

Версия такая. Кинозвезду склонили на сторону красных известный русский киноактер Петр Инсаров-Апостол (отсюда в «Рабе любви» кинооператор, герой Нахапетова) и питерский чекист, одессит французского происхождения Жорж де Лафар. Они уговорили Веру соблазнить начальника штаба союзных войск на Юге России Анри Фрейденберга, подкупить его, чтобы он сдал Одессу красным. Она все это сделала – и ей отомстили.
Самое интересное, что Фрейденберг действительно был влюблен в Холодную (а кто не был?), действительно, обладая громадным военным преимуществом, сдал Одессу войскам атамана Григорьева, тогда воевавшим на стороне красных, и, судя по данным расследования, возможно, был подкуплен.
Но представить, что в Одессе, даже 1919 года, не было одесситов, способных подкупить французского начальника, нужна была для этого московская кинозвезда? Я с вас смеюсь.
А как же тогда — звезда без романа? Какое бы быдло гналось за ней на казацких конях по трамвайным путям?
Кому бы она тогда восклицала в растерянности и отчаянии: «Господа! Вы звери, господа…»?
 

переработанный текст с сайтов amnesia.pavelbers.com и sadalskij.livejournal.com
kinooko.org