автор - ТАМАРА ЛАГУТИНА,

Русский фарфор-это прежде всего русский стиль,русская культура
Какой он, истинный русский стиль? Этим вопросом задавались и продолжают задаваться архитекторы, дизайнеры, художники, скульпторы и не приходят к общему мнению. В одном они сходятся – русский стиль гораздо сложнее, чем его представляют иностранцы, да и многие русские тоже, его опошлили и затерли набившими оскомину матрешками, деревянными ложками, балалайками, узорными расписными петухами, аляповатыми женскими сарафанами и кокошниками в народном стиле.
Русский стиль менялся от эпохи к эпохе, от царя к царю, менялось все – архитектура, формы, преобладающие цвета.


Многое приходило с Запада и Востока, но были вещи, которые оставались неизменными, символизирующими «русский дух». Это традиционные деревенские печи, которые русские мастера в царских и купеческих домах превращали в настоящие произведения архитектуры и искусства, это и пуховые платки, и фантастическая вышивка, и тончайшее кружево вологодских мастериц, все это больше не найти нигде в мире. Это и шумная праздная масленица, с ее блинами, катанием на санях и сжиганием чучела. И конечно, традиционный русский румяный самовар. 
Русский стиль – это богатые на детали и краски флористические мотивы изделий русского фарфора, передающие колорит многоцветного русского поля, леса. Цвета – яркие, броские, но при этом гармоничные. 










Это пасторальные мотивы в фарфоровых миниатюрах, которые стали важными штрихами русской культуры,русского стиля. 



В России был создан лучший в Европе фарфор благодаря Дмитрию Ивановичу Виноградову и это следует знать всем нам.,. 
В середине ХVIII века фарфоровый секрет знала почти вся Европа. К овладению им приближалась и Россия.
Фарфором уже давно интересовался российский двор. Зная его качество, Петр I неоднократно заказывал в Китае фарфоровую аптекарскую посуду для Московского аптекарского приказа. Находясь в Голландии, он приобрел для себя фарфоровый чайный сервиз. Тогда же король Август отблагодарил российского монарха за освобождение Саксонского королевства от шведов, подарив ему майсенский кофейный сервиз. Все это подстегнуло Петра I искать возможность для налаживания своего, отечественного фарфорового производства.
В жизни случается даже самое невероятное. Важно только вовремя узнать, что вы столкнулись как раз с таким случаем. И если случайно вы стали обладателем фарфоровой чашечки или табакерки, маркированной клеймом в виде стилизованной буквы W, да еще дополненной датой, относящейся к середине XVII века, виноградными гроздьями с листьями, то знайте, что это уникальная вещь.,потому, что в мире таких известно только девять и что она сделана Дмитрием Ивановичем Виноградовым.
Дмитрий Иванович Виноградов (1720, Суздаль — 25 августа (5 сентября) 1758, Санкт-Петербург) — создатель русского фарфора, качеством своим поразившего Европу. Соученик и друг Михаила Ломоносова. Организатор первого в России фарфорового производства, которое первоначально называлось Порцелиновой мануфактурой, или Императорским фарфоровым заводом (с 1925 года — Ленинградским фарфоровым заводом имени М. В. Ломоносова, а с 2005 снова Императорским фарфоровым заводом). 
Дмитрий Виноградов скончался одиноким в возрасте 38 лет в 1758 году, могила подвижника потерялась ещё в давние времена. Дело продолжил его ученик Никита Воинов.
На месте «Порцелиновой мануфактуры» с её сырыми черными избами, амбарами и бараками при советской власти были выстроены корпуса Ленинградского фарфорового завода им. М. В. Ломоносова. И только на мраморной доске сделали надпись: «Здесь жил и работал создатель русского фарфора, основатель фарфорового производства в России Дмитрий Виноградов. 1720—1758».
Одна из улиц Суздаля названа именем Д. И. Виноградова. И все,а ведь благодаря Дмитрию Ивановичу Виноградову русский фарфор занял первое место в Европе,потеснив знаменитый мейсенский 
.Дмитрий Иванович Виноградов родился в 1720 году в древнерусском городе Суздале. Его отец, Иван Степанович, был протопопом и ключарем в Рождественском Соборе. Отец очень хотел, чтобы дети пошли по его стопам, и позаботился об их достойном образовании. 
Вместе со старшим братом Яковом Дмитрий воспитывался в Москве, обучался в Спасской школе при Славяно-греко-латинской академии Заиконоспасского монастыря. Это было одно из авторитетнейших учебных заведений страны, достаточно сказать, что там обучались архитектор Баженов, математик Магницкий, писатель Кантемир. В это время там учился и Михайла Ломоносов. 
С ним тринадцатилетний Дмитрий не только познакомился, но и подружился, хотя тот был старше на девять лет. Огромное желание учиться и одаренность помогли Дмитрию быстро догнать Ломоносова, а потом пройти с ним вместе за один год три класса. 
В конце 1735 года Виноградова и Ломоносова в числе других двадцати учеников направили в Петербург для продолжения образования при Академии Наук. И года не прошло, как Дмитрия Виноградова, Михайла Ломоносова и Густава Ульриха Рейзера, как лучших учеников направляют на учебу в Германию. Виноградова в шестнадцать лет, по предложению Тайного кабинета министров, по представлению Петербургской Академии наук, по указу императрицы, как одного из лучших 
Им надлежало изучать "между прочими науками и художествами особливо и главнейшие химии и металлургии к сему тому, что касается до горного дела или рукописного искусства". Дмитрий с увлечением принялся за науку. Но молодость брала свое. Дмитрий отличался и неукротимым нравом, и буйным поведением, и расточительными кутежами. Если вы помните многосерийный фильм о Ломоносове, вы должны помнить и веселую жизнь "школяров" в Саксонии. Но, тем не менее, он учился, учился и учился. Понимая, что теория без практики мертва, он мотался по рудникам, знакомился с устройством шахт, работой рудокопных машин и приборов. Да и сам работал в шахтах. 
С багажом основательных фундаментальных познаний и богатым практическим опытом он вернулся в Россию в феврале 1744 года. По результатам экзаменов Берг-коллегия аттестовала его маркшейдером в ранге капитан-поручика, а по окончании года - бергмейстером, т.е. горным инженером. Но, фактически, ему не довелось побывать таковым. 5 ноября 1744 года он был причислен к Кабинету Ея Величества. Его ожидало новое сложное задание - раскрыть секрет производства фарфора, или, как его тогда называли, порцелины. 
Организовать производство отечественного фарфора страстно желал еще Петр I. Он прекрасно понимал, что для того, чтобы стать европейским государством, кроме победы под Нарвой и Полтавой надо выиграть также идеологическую войну. Поэтому он всеми силами насаждал в, мягко скажем, нецивилизованной России искусства и ремесла. Для разгадки секрета производства фарфора, который в те времена был известен только в Китае и Саксонии, царь пошел традиционным путем - занялся промышленным шпионажем. Он послал в Мейссен некоего Юрия Кологривого, но тот потерпел фиаско. Петр пытался подкупить китайцев, однако суммы, запрошенные теми, оказались непомерно большими. Попытка привлечь в Россию иностранных мастеров тоже не удалась. Оставалось одно - своими силами заново изобрести технологию фарфора. 
При жизни Петра этого сделать не удалось. Желание отца воплотила императрица Елизавета. 5 июня 1744 по ее указу была основана Порцелиновая мануфактура - первое в России и третье в Европе фарфоровое производство. Но открыть предприятие - еще не значит выпускать на нем продукцию. Ведь как делать фарфор в России еще никто не знал. И Елизавета в очередной раз попыталась пригласить иноземного специалиста. Таковым оказался Кристоф Конрад Гунгер, обязавшийся "учредить в Санкт-Петербурге мануфактуру для делания голландской посуды, також и чистого порцелина, как оный в Саксонии делается". 
Однако задачей императрицы было не столько начать изготовление фарфора под руководством иноземного спеца, сколько перенять его тайны. С этой целью Елизавета "по высочайшему своему капризу" поручила надзор за будущей "мануфактурой" барону Черкасову, управляющему ее личной канцелярией. Тот же, "для присмотра дела порцелина" приставил к Гунгеру молодого бергмейстера. Дмитрий рьяно взялся за дело, желая досконально изучить все тонкости ремесла, он не отходил от Гунгера ни на шаг. 
Но чем больше он присматривался к действиям Гунгера, тем сильнее убеждался в его невежестве. Дело в том, что тот был обыкновенным алхимиком-шарлатаном, или, как их тогда называли "арканистом". Таких тогда было множество в Европе. Единственной его задачей было выбить побольше денег у императрицы. 
Виноградов присматривался к Гунгеру. Был мастер сварлив, заносчив, по-русски говорил очень плохо, очень раздражался, если русский мастер, обучавшийся в Германии, начинал говорить о деле. Он и не думал ничему учить Дмитрия Ивановича, даже запретил ему самостоятельно работать и пользоваться глинами.
Гункер cлишком мало знал для организации нового фарфорового производства. За всё время пребывания от приезда в 1744 до увольнения в 1748 году он оставил
только пол дюжины чашек, да и те не имели ни цвета порцелинового, ни формы: были черны и покривлены
Немец оказался авантюристом, фарфора от него так и не дождались. 
Барон же Черкасов более всего хотел угодить всемогущей государыне. Единственным, кто действительно хотел создать фарфор, был Виноградов. 
Впоследствии Виноградов писал о Гунгере: "Сколько таких побродяг находится в свете, которые из ничего золото хотят делать, другие из всех камней и земель чистый порцелин составить обещаются, а сами ни основания, ни истинного искусства весьма не знают и тем, кто их обманам поддается, целые горы к порцелину годной материи и полные магазины чистого фарфора обещают. Но, невидимому, те магазины с фарфором только на воздухе строят и только дым и чад за порцелин продают и чрез то других обманством своим в великие протори и убытки вводят". 
Разность интересов Гунгера и Виноградова привели к откровенной вражде между ними. Гунгер понимал, что Дмитрий - единственный человек, который может его разоблачить. А посему откровенно мешал ему заниматься собственными исследованиями, и даже неоднократно пытался очернить Виноградова в глазах Черкасова. Тот же, вместо того, чтобы разобраться в сути вопроса, все больше угрожал репрессиями Дмитрию Ивановичу.Немец оказался авантюристом, фарфора от него так и не дождались. Царица повелела: «Гнать в шею саксонца!».
Первый рецепт русского фарфора Д. И. Виноградов составил 30 января 1746 года — кстати, на немецком языке: боялся, как бы не украли.
Убедившись, что от Гунгера положительных результатов ждать нечего Виноградов, попытался сам получить фарфор, и уже в 1747 году смог изготовить несколько удачных образцов. А в России уже то тут, то там предпринимались самостоятельные попытки разгадать секрет древнего ремесла. 
Например, в 1724 году русский купец Афанасий Гребенщиков основал фаянсовую фабрику, и пытался изготовить на ней фарфор. В 1747 году это ему почти удалось. Но полученные образцы были далеки от идеала, и эти разработки не получили дальнейшего развития, несмотря на то, что Гребенщиков был, по-видимому на верном пути. 
Наконец, все же, стало ясно, что Гунгер - пустышка, и в 1948 году его уволили. Руководить Порцелиновой мануфактурой поручили Дмитрию Ивановичу. 
Перед Виноградовым стояло несколько сложнейших задач: самостоятельно разрешить все вопросы, связанные с созданием нового производства; на основе физических и химических представлений о фарфоре разработать состав массы и технологические приемы изготовления фарфора; разработать рецепт глазури. Если Гунгеру за три года пребывания заплатили более семи тысяч рублей, то Виноградову предложили создать русский фарфор, положив оклад сто восемьдесят рублей в год. Поиск сразу был поставлен на твердую научную основу. «Делание порцелина, по мнению моему, химию за основание и за главнейшего своего предводителя имеет», — писал Дмитрий Иванович.
Пользуясь обретенной свободой, он организовал систематическую научно-техническую работу. 
Виноградов разрабатывал рецептуры фарфоровых масс, глазурей и красок по фарфору, искал сырье, налаживал его добычу, очистку и доставку, проектировал обжиговые печи и вел испытания различных сортов топлива, исследовал режимы обжига. Это был "прилежный труд", как он сам называл его. 
Одновременно Дмитрий Иванович готовил себе сотрудников, помощников и преемников. В отличие от иноземных специалистов он ничего не скрывал от тех, кто помогал творить ему русский фарфор. Результаты более чем тысячи опытов Виноградов систематически записывал в журнал. 
Да, помощников было много, но все же "первой скрипкой" был он, Дмитрий Виноградов. Он сам как-то написал об этом: "Одним словом, не было такого человека, который бы мне что лучшее показать или присоветовать мог". Так и получилось, что русская технология фарфора была создана самостоятельно, без привлечения западных специалистов, и не вслепую, а в результате строгой научной работы. 
Виноградов собственноручно проектировал и возводил многочисленные конструкции печей для различных этапов работы: для первого (он называется утильным) обжига фарфоровых изделий, для обжига уже глазурованных и - отдельно - рисованных, а также для выплавки самих полов. Подбирал виды топлива. Тщательно разработал режим каждого вида обжига - сколько часов и при какой температуре выжигать, какой должна быть конечная температура. Искал наиболее целесообразный химический состав красок, способ покрытия фарфорового черепка.
В 1746-1750 годах велись поиски рецепта фарфоровой массы. Виноградов искал оптимальный состав смеси, совершенствовал рецепт, ведя технологические исследования по применению глин различных месторождений, меняя режим обжига и т.д. Особую белую глину привозили из-под Челябинска.
. По многим вопросам он советовался со своим бывшим соучеником, видным русским ученым М.В. Ломоносовым, жившим тогда в Петербурге. Михаил Васильевич оказывал посильную помощь, но по меркам тех лет находился довольно далеко, в десяти верстах, поэтому позвать или спросить его удавалось далеко не всегда. Тем обиднее, что впоследствии фарфоровому производству было 
присвоено имя Ломоносова, и без того обласканного и многократно чтимого.
В 1752 г. заканчивается первый этап работ Виноградова по созданию русского фарфора и организации его производства. Результаты всех поисков фиксировались. Правда, составляя рецепт, Виноградов старался зашифровать его, применяя итальянские, латинские, древнееврейские и немецкие слова, пользуясь сокращениями. Это объясняется тем, что ему давались указания засекречивать работу, насколько это возможно.

Русский фарфор был создан Виноградовым практически самостоятельно, путем научной работы и колоссального напряжения сил, ведь мастеру запрещалось покидать печи даже во время сна, что привело к его ранней смерти 
Первые, экспериментальные фарфоровые изделия начали выходить из мануфактуры уже в 1747 году. 
В 1752 г. заканчивается чисто исследовательский этап работ Виноградова. Мануфактура заработала, и в 1753 производство фарфора началось




Но настоящая его история ведется от 1752. Подсвечники, колокольчики, ручки до ножей и вилок, шахматы, сосуды, пасхальные яйца, эфесы к шпагам, чайные сервизы. 





То есть вещи сравнительно небольшие, которые было легче формировать в маленьких «ручных» горнах Виноградова. До нас дошло девять авторских изделий этого мастера - табакерка, чашечка, мисочка, солонка, стопка, другие мелочи.


Потом пошли вещи покрупнее.



Первый императорский сервиз изготовили "по рецепту" Виноградова в 1756 году. В него входили столовые тарелки и вазы, супницы "с прелестницами" и прелестница с "прелестями", кавалеры с орденами и чашки в комплекте под названием "Каприз императрицы". Появились заказы от частных лиц.
В 1756 году на мануфактуре изготовили первый отечественный фарфоровый столовый сервиз. Он называется «Собственный», поскольку лично принадлежал императрице Елизавете. Состоит этот сервиз из глубоких и мелких тарелок, солонки, сухарницы, гирчичницы, фарфоровых ложек и вилок с фарфоровыми ручками.


Все вещи украшены рельефной сеткой и маленькими цветочками на ее пересечениях. Ажуровый декор - сеточка, гирлянды, цветы и листочки - вылеплены вручную. 

Это первая большая работа российских фарфористов, в которой уже просматривается понимание специфики нового материала и желание обнаружить в нем свой художественный стиль. Сервиз «Собственный» хранится в Москве, в Историческом музее, а одну десертную тарелочку можно увидеть в экспозиции Киевского музея русского искусства.
Однако самоотверженный труд стоил Виноградову жизни. Постоянное непосильное напряжение, которое он пытался ослабить принятием горячительных напитков, привели к хроническому алкоголизму со всеми вытекающими последствиями. Как творец он исчерпал себя. Вот что Дмитрий писал барону Черкасову: "За что я не примусь, то почти все у меня из рук валится, и в мыслях моих все странное вселяется: то какого-то рассуждения там ожидать, где только беспокойство жилище свое имеет..." 
И чем же благодарное отечество помогло Виноградову? Больной, доведенный до галлюцинаций, он... был прикован цепью к печи "на время обжигу... чтобы и спал там". "Просидев" три дня на цепи, 25 августа 1758 года Виноградов умер. Ему было 38 лет. 
В день 265-летия Императорского фарфорового завода было решено увековечить образ создателя российского фарфора.

«Фарфор должен быть белоснежным, как яшма, блестящим, как зеркало, тонким, как бумага, звонким, как гонг, гладким и сияющим, как озеро в солнечный день» ..
Когда-то в Европе чашка из китайского фарфора стоила дороже золотой, а дамы носили фарфоровые черепки на золотых цепочках в качестве украшения. И всегда производство фарфора в стране было делом государственным и особо секретным. Недаром отдельные этапы в истории китайского фарфора, так же как и соответствующие им изделия, обозначаются именами правящей династии. И неудивительно, что первая в России Порцелиновая мануфактура (порцелином называли одно время фарфор) была основана в 1744 году в Петербурге по приказу императрицы Елизаветы Петровны. История не сохранила для нас точную дату, поэтому день рождения Императорского фарфорового завода отмечается 18 сентября — в день День рождения на ИФЗ решили ознаменовать открытием юбилейного закладного камня памятника создателю российского фарфора Дмитрию Ивановичу Виноградову. Это своего рода исправление исторической несправедливости — после революции в 1925 году заводу было присвоено имя Михаила Васильевича Ломоносова, хотя формулу фарфора вывел все-таки Виноградов. Мотивировали это следующим образом: Ломоносов — «из народа», а Виноградов — «поповский сын». От него не осталось даже портретов —только скупое описание для заграничного паспорта «Темные волосы, высокий рост, одет в красный кафтан».
Гордость русского города Владимира - Виноградов Дмитрий Иванович - изобретатель русского фарфора
Основатель русского фарфора родом из Суздаля.
Приезжающим туристам практически
никогда не сообщают, что изобретатель
русского фарфора Дмитрий Виноградов
родом из Суздаля. 
Хотя в исторической части города
сохранились: здание школы,
где в детстве учился Виноградов,
место, где стоял особняк Виноградовых, 
но как-то не принято включать 
в экскурсионные маршруты эти места.
А русский фарфор ,созданный великим мастером Дмитрием Ивановичем Виноградовым продолжает покорять своим искусством весь мир.Однако путь к совершенству был не так прост. При отсутствии разработанной собственной системы форм и декора первоначально естественным было подражать китайским образцам.


Поэтому в русском фарфоре получили распространение лаконичные, простые формы бутылей, ваз, чаш, часто без ручек, наподобие восточных.


Мастера-керамисты стремились не только воссоздать отдельные принципы моделирования форм, но и в росписях следовать восточной тематике, поэтому среди мотивов росписей преобладали бамбук, хризантема, пион, сосна, фантастические птицы и драконы. Эта яркая красочная роспись прекрасно подчеркивала белизну фарфора. Иногда росписи дополнялись пластическим декором в стилистке рококо. Следуя моде на «шинуазри» («китайщина»), мастера разработали сюжеты с фигурками китайцев с музыкальными инструментами, ажурные фантастические строения, забавные китайчата на фоне условных пейзажей. 


Их источником могли служить кобальтовые росписи китайского фарфора XVIII в. с изображением мальчиков, играющих в саду. Если в Китае эти изображения символизировали пожелание процветания семьи, то в русском фарфоре они трансформировались в комические гротески.
Вскоре Императорский завод достиг больших успехов как по качеству фарфора, так и по разнообразию изделий из него, и русский фарфор уже при Виноградове занял подобающее ему место, успешно соперничая с мейсенским. В больших количествах изготавливались фарфоровые табакерки — «восьмиугольные, овальные, четырехугольные гладкие и резные, пакетовые, круглые...». Следуя дальневосточной традиции, фарфоровым табакеркам нередко придавали природные формы: плода граната, дыни, яблока, тыквы, виноградной грозди, раковины. Что до росписи, то Виноградов сумел получить краски десять цветов.
Позже на место Виноградова поступил директор Русского монетного двора И. Шлаттер, а позднее И.-Г. Мюллер из Саксонии. Продукция первого периода примерно до 1760 года ограничивалась мелкими изделиями, как правило, мейсенского образца. В царствование Екатерины II, с 1762 года, в Россию были приглашены иностранные модельеры, что 
, что привело к подъему производства и развитию художественного уровня фарфоровых изделий. В этот период влияние французской культуры сказывается на формах и декоре фарфора.




















Одновременно с императорским заводом во второй половине XVIII — начале XIX века возникли коммерческие частные производства. В подмосковном селе Вербилки в 1766 году английский купец-лесопромышленник Френсис Гарднер основывает фарфоровое производство, которое выпускает дорогие сервизы, отличающиеся высоким качеством фарфоровой массы и росписи. 




Гарднеровский завод выпускал и мелкую пластику, доступную широкому кругу покупателей. Полагают, что ведущим мастером у Гарднера был один из потомков Афанасия Гребенщикова. 




Характерной для гарднеровской посуды была яркая, сочная цветочная роспись, близкая русской народной керамике, серо-зеленым или светло-зеленым тоном в сочетаниях с красным или светло-желтым. С 1829 года завод стал изготавливать фаянсовую посуду, декорированную печатью. Гарднер был настолько уверен в качестве выпускаемого им фарфора, что подделывал на своих вещах марку мейсенской мануфактуры.
Слава лучшего частного предприятия утвердилась за фабрикой Гарднера после удачного выполнения в 1778-1784 гг. заказа Екатерины II на четыре особенных Орденских сервиза с соответствующим декором — изображением Георгия Победоносца, Андрея первозванного, Александра Невского и Святого Владимира. И все же до конца XVIII столетия в России пользовались металлической посудой.
Эта традиция была настолько влиятельна, что белый цвет фарфора не воспринимался как самостоятельная ценность, и его золотили, имитируя богатство золотой посуды, бывшей в ходу у аристократов.


Простые люди пользовались оловянной посудой, и им тоже трудно было перестроиться.
Только в первой четверти XIX в. фарфоровая посуда распространилась повсеместно. Особенно это сказалось на появлении чайного ритуала, связанного с гостеприимством, общением, наслаждением беседой.


Кроме того, посуда стала средством украшения домашнего пространства. Распространился и обычай дарить подарки, сделанные из фарфора, на память. Чаще всего это были чашка с блюдцем, декорированная росписью пейзажем или цветами.


Конец XVIII — начало XIX века — время расцвета русского фарфора. Искусство фарфора развивалось вместе с архитектурой, воспринимало ее основные стилевые особенности.

В это время в России было основано несколько фарфоровых предприятий, среди них — заводы Гарднера в Вербилках, под Москвой, заводы Попова, Батенина — в Петербурге. 
Изделия частного завода Попова в селе Горбуново Дмитровского уезда Московской губернии, основанного в 1804 г. К. Мелли и приобретенного А.Г. Поповым в 1811 г., отличались превосходными техническими и художественными качествами. 



Ассортимент был самым разнообразным и удовлетворял всем слоям населения: столовые и чайные сервизы, так называемая трактирная посуда и популярные в XIX в. статуэтки, представляющие сюжетные композиции на мифологические темы (скульптура «Венера с Бахусом» и «Азия»), отдельные фигуры охотников и крестьянок, анималистические скульптуры. 





После успешного окончания Отечественной войны, примерно с 1817 года, фарфоровая промышленность развивалась особенно быстро. Число фабрик в то время достигло сорока пяти. В начале двадцатого века самым крупным фабрикантом был М.С. Кузнецов, к которому перешли некоторые из заводов (Гарднера, Ауэрбаха и др.). Общая производительность фарфора и фаянса на всех Кузнецовских заводах достигала до войны 1914 г. двух третей производительности всей страны по этим отраслям производства.
Без кузнецовского фарфора не обходился ни один трактир или ресторан, а также домашнее застолье. 








Это объясняется его особой демократичностью. По преданию, родоначальником фамильного дела стал Яков Васильевич — старообрядец, владелец кузни и постоялого двора с торговым заведением на дороге между деревнями Речица и Новохаритоново. В 1810 г. он вместе с сыновьями Терентием и Анисимом построил у деревни Гжель небольшое мануфактурное предприятие и с помощью местных мастеров наладил собственное дело по производству типичных для того времени и места чашек с блюдцами, тарелок «с бусом» по краю, полоскательниц, мелкой жанровой скульптуры.
Гжельский фарфор) - известный во всем мире народный художественный промысел, где с незапамятных времен изготавливались керамические изделия. Гжельские чайники и сахарницы, гжельские вазы, кувшины, гжельская скульптура, гжельские чайные и кофейные сервизы - созданы не по законам формулы. Они сохраняют настоящую фольклорную способность к импровизации. Каждое гжельское изделие расписывается вручную. Ассортимент гжельских заводов насчитывает огромное наименование изделий: гжельские шкатулки, вазы, подсвечники, гжельские фруктовницы и конфетницы, супницы, пельменницы, тарелки, салатники, блюда и подносы, гжельские чашки, кружки и наборы, гжельские лампы, часы и другие бытовые и декоративные изделия. Кобальтовая роспись на гжельских изделиях сохраняется под прозрачной глазурью вечно. Посуда из гжельского фарфора не подвержена истиранию и выдерживает любые температуры. Экологически чистые гжельские изделия украсят любой дом, 
-штоф
салатница






Уже тогда хозяин ориентировался на массовое производство недорогой массовой продукции. Эта черта и определила будущее увеличение масштабов производства, и расширение рынка сбыта. 
Более широкое название «Гжель», которое является правильным с исторической и культурной точки зрения это обширный район, состоящий из 27 деревень, объединенных в «Гжельский куст». «Гжельский куст» — расположен примерно в шестидесяти километрах от Москвы по Казанской железной дороге. Сейчас «Гжельский куст» входит в Раменский район Московской области. 
Поскольку Гжель является старинным центром производства фарфоровой, фаянсовой и глиняной посуды, ещё в прошлом веке появились попытки связать непонятное название местности с её специализацией: «Посуду жгут, обжигают, отсюда всё производство названо Жгелью, словом, обратившимся в „Гжель“ в силу свойства присущего временам переставлять согласные. Позднее, когда промысел получил особо важное значение и привлёк к себе большую часть местных рабочих рук, название производства было перенесено и на самый занятый им район».
Уже тогда хозяин ориентировался на массовое производство недорогой массовой продукции. Эта черта и определила будущее увеличение масштабов производства, и расширение рынка сбыта.
В 1812 г. предприятие перешло к Терентию Кузнецову. В 1832 г. он основал свой завод в Дулеве Владимирской губернии




, в 1843 г. в Риге открылся еще один фарфорово-фаянсовый завод, который выпускал столовую и чайную посуду, телеграфные и телефонные изоляторы, полуфаянсовые изделия. В 1851-1853 гг. приобретен завод А.Г. Сафронова в деревне Короткой Богородского уезда, позднее он перешел во владение к сыну Терентия — Сидору. Но истинно всенародное признание фамилия получила с приходом в дело Матвея Сидоровича, присоединившего в 1870 г. завод Ауэрбаха в Тверской губернии, в 1871 г. — завод Никитина в Велковском уезде и в 1887 г. — Будянский в Харьковской губернии. В том же 1887 г. на базе этих предприятий сформировалось «Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М.С. Кузнецова», позднее пополнившееся заводами Гарднера в Вербилках (1891), Рыбинским в Ярославской губернии (1894), Славянским в Черниговской губернии (1895), Песоченским в Калужской губернии (1911). Двоюродный брат Матвея Сидоровича — Иван Емельянович — основал в 1880 гг. еще три завода: Волховский, Бронницкий и Грузинский. Таким образом, в общей сложности Кузнецовы владели восемнадцатью предприятиями, из них на территории России находились четырнадцать.
В первой половине 19-го века фарфор в России был чрезвычайно моден. Изящная посуда и милые безделушки из фарфора были непременным украшением любого светского дома.

В период правления императора Николая I в декоре изделий из фарфора стали широко применять лепные цветы. Они служили украшением ваз, футляров для часов, рам для зеркал, люстр, сервизных изделий, из них также составлялись отдельные бисквитные и расписанные "под натуру" букеты.
Уникальными композициями из непревзойденных по тонкости исполнения лепных цветов прославился мастер Императорского фарфорового завода Петр Иванов. Для их изготовления он разработал рецепт фарфоровой массы, обладающей особой пластичностью, секрет которой, к сожалению, ныне утрачен. Букет из бисквитных цветов на пласте (D 69см) , отделанный наподобие стола из коллекции Музея фарфора (ГЭ)* - одна из лучших работ П.Иванова, ставшая вершиной его творчества - был продемонстрирован на Всемирной выставке в Лондоне (1851).

Букет бисквитный конец 1830х г. , ИФЗ Мастер П. Иванов
Вскоре после выставки П.Иванов умер, а секрет его уникального букета остался неразгаданным.
В настоящее время на ЛФЗ есть мастера , работающие в похожей технике , но повторить тонкость и изящество цветов , исполненных П.Ивановым , им пока не удаётся , т.к. совершенство его букета имеет (как минимум) две составляющие - состав фарфоровой массы и мастерство лепщика. 

Второе у них есть , а вот состав фарфоровой массы так и остаётся непостигнутой тайной... 

Музей Фарфора был основан в 1844 году по указу Николая I для сохранения образцов, достойных подражанию. Коллекция музея содержит 30 тысяч экспонатов и отражает более чем 260-летнюю историю первого фарфорового завода в России. Сам завод был основан в 1744 году как придворная фабрика, которая должна была поставлять парадные сервизы для царских приемов, изысканные безделушки и вазы из фарфора. В период царствования Александра III коллекция пополнялась за счет того, что все заказы для императорской семьи выполнялись на заводе в двух экземплярах, один из которых сразу отправлялся в музей.
Во время Гражданской войны, когда в стране не хватало бумаги даже для газет и плакатов, революционное правительство прибегало к самым необычным формам пропаганды. Уникальным явлением в искусстве 1918-1921 гг. стал агитационный фарфор.


На Государственном (бывшем Императорском) фарфоровом заводе в Петрограде оказались большие запасы нерасписанных изделий, которые решено было использовать не просто как посуду, но в первую очередь как средство революционной агитации. Вместо привычных цветов и пастушек появились призывные тексты революционных лозунгов: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!", "Земля трудящимся!", "Кто не с нами, тот против нас" и другие, которые под искусной кистью художников складывались в яркий декоративный орнамент.

Советский агитационный фарфор выставлялся на зарубежных выставках, был предметом экспорта. Эти произведения занимают достойное место в собраниях крупнейших музеев России и других стран, являются желанными для коллекционеров.
Во время Великой Отечественной войны все экспонаты были эвакуированы. С 2001 года музей находится под патронажем Государственного Эрмитажа.
В первых числах сентября на очередной международной выставке-ярмарке «Maison&Objet 2010», которая два раза в год проходит во Франции, ИФЗ представил лучшие свои изделия. На экспозиции российского бренда были выставлены предметы из коллекции «Легенды фарфора», а также новинки, которыми также гордится ИФЗ.
На «Maison&Objet» съезжаются самые известные марки и производители товаров для дома и его обустройства, в том числе и всемирно известные фарфоровые бренды. Императорский фарфоровый завод возможно больше других марок привлекал внимание посетителей выставки.
Популярность ИФЗ на «Maison&Objet 2010» эксперты связывают с тем, что весь представленный фарфор создан и расписан вручную .Представил на выставке ИФЗ изделия из знаменитой «Кобальтовой серии», ставшей фирменным фарфором марки. Из этой серии на экспозиции были представлены предметы с рисунками «Кобальтовая сетка» и «Кобальтовая клетка», парадный «Золотой сервиз», сервиз «Воспоминание» . 
Декор «Кобальтовая сетка» – фирменный знак ИФЗ

Фарфоровый чайный сервиз, ИФЗ, роспись "Кобальтовая сетка", автор Анна Яцкевич
Среди множества декоров фарфора и разнообразных узоров, одним из самых знаменитых и узнаваемых является «кобальтовая сеточка». Эта роспись, которая впервые украсила фарфор в 1945 году, уже стала классикой декораторского искусства и фирменным, отличительным знаком Ломоносовского фарфорового завода (Императорского фарфорового завода), мастером которого и была создана. Знаменитый узор придумала художница Анна Яцкевич. Правда, сначала он был не кобальтовым, а золотым. Сервизы с таким узором на ЛФЗ стали выпускать сразу после войны, в 1945 году. А через год Яцкевич интерпретировала свой узор и создала из золотой сеточки ту самую знаменитую кобальтовую. Им она впервые расписала чайный сервиз формы «Тюльпан» Серафимы Яковлевой. В 1958 году «Кобальтовая сетка» – простой и элегантный узор, покорила мир. В этом году состоялась Всемирная выставка в Брюсселе, где Ломоносовский фарфоровый завод представил свои лучшие создания, в том числе и предметы, украшенные этой росписью. Сервиз с «Кобальтовой сеткой» для выставки специально не готовился, он просто входил в ассортимент завода, и тем неожиданнее стала для ЛФЗ награда – за узор и форму сервиз получил золотую медаль.
Анна Адамовна Яцкевич (1904-1952), выпускница Ленинградского художественно – промышленного техникума (1930 г.). Работала на ЛФЗ с 1932 по 1952г. Художник по росписи фарфора. Слава к ней, как к создательнице знаменитой «Кобальтовой сетки» пришла только после смерти. О триумфе своей росписи в Брюсселе она так и не узнала. 
Есть версия, что знаменитый узор Яцкевич навеял сервиз «Собственный», который еще в середине XVIII века был изготовлен для Императрицы Елизаветы Петровны Дмитрием Виноградовым, создателем фарфора в России. Также одним из праздничных сервизов ИФЗ, который поставлял фарфор к императорскому двору Николая I, был «Кобальтовый сервиз». Этот сервиз был повторением более известного своего предшественника с одноименным названием. Его в свое время изготовили на Венской мануфактуре по специальному заказу Австрийского императора Иосифа II. Такой подарок монарх решил преподнести российскому императору Павлу Петровичу и его супруге великой княгине Марии Федоровне, гостившим у него.
Чтобы расположить к себе наследника российского престола Иосиф II и решил преподнести в виде презента роскошный фарфоровый сервиз. Образцом же, по которому на Венской мануфактуре создавали «Кобальтовый сервиз», стал другой сервиз – произведение Севрской мануфактуры, который в 1768 году Людовик XV подарил датскому королю Христиану VII. Венский сервиз был украшен золотой ажурной росписью «cailloute» (франц. – мостить булыжником) по кобальтовому фону, букетами полихромных цветов в резервах, обрамленных золотыми рокайлями.
Павел I по достоинству оценил роскошный подарок Иосифа II, о чем говорит то, что отправляясь на войну со Швецией, он завещал его своей теще. Однако с войны император вернулся в добром здравии и продолжил владение «Кобальтовым сервизом». В 1840-х годах «Кобальтовый сервиз» находился в Гатчине, в Приоратском дворце, и именно тогда он был пополнен на ИФЗ.
В 1890 году «Кобольтовый сервиз» с маркой Венской мануфактуры в полном комплекте был отправлены в Зимний дворец. В Гатчинском дворце осталась часть сервиза, та, что была выполнена на ИФЗ. Сегодня от знаменитого сервиза, сделанного в Вене до нашего времени сохранилось 73 предмета.
Сравнивая «Кобальтовую сетку» Яцкевич и роспись сервиза «Собственный», эксперты считают сходство очень отдаленным – сеточка художницы более замысловатая, выполненная подглазурным кобальтом. 

В местах пересечения синих линий сетка украшена звездочками 22-х каратного золота, что придает росписи еще большее благородство и элегантность. У сервиза «Собственный», в узлах золотой сеточки выписаны маленькие розовые цветочки.



Лит.: Безбородов М. А., Дмитрий Иванович Виноградов— создатель русского фарфора, М.—Л., 1950; его же, История возникновения первого русского фарфора, "Труды Института истории естествознания", 1948, т. 2; его же, Выдающийся русский керамик XVIII века Д. И. Виноградов, "Стекло и керамика", 1948, № 5; Безбородов М. А. и Петров Л. К., Д. И. Виноградов, выдающийся керамик XVIII века, М., 1953.
Farforushka.ru
Submitted by admin on Sat, 08/29/2009