Старый Безухий сидит на своем любимом заборе и следит за порядком. И рассказывает свои истории.

Старый Безухий сидел на своем любимом месте – высоком кирпичном заборе. С этого блок-поста от Безухого не укрывалось ничего и никто: пусть безухий (а у старого рыжего кота действительно почти не было правого уха), но вот видел он все хорошо. И поэтому на его улице всегда был порядок. Не было бепричинных разборок, да и подлости никому с лап не сходили. За это любили Безухого многие, а те, кто не любил – уважали. А это дорогого стоит. 
Безухий сидел на заборе и смотрел на молодняк, который гонял мышенка по траве. 
- Не хо-ро-шо, - подумал Безухий. Его мысли были такими же неспешным, как и его движения. 
- Мяяяяу, - прикрикнул он сверху на молодых котят. Еще голубоглазые, с необсохшим молоком на усах... правда какие там усы - так, пушок на мордочках, но они уже хорошо знали этот голос. Поэтому и замерли в ту же секунду. Мышенок тоже замер. Потом открыл один глаз, второй - быстро оценил ситуацию и исчез в ближайшей дырке забора. 
- Молодняк, чего шумите? 
Молодняк прибился к земле и обдумывал пути отхода. Не успел – мелькнула в голове у каждого из них. Что будем говорить – вторая мысль пронеслась у каждого котенка в голове. Теперь еще и от мамы влетит – третья и последняя мысль пришла тихо и так же тихо ушла. 
- Дядя Безухий, мы тут мышенка... ну его... 
- Зряя.... мяяууу...... вы же не какие-то там беспородистыееее.. британскиееее... а со стороны – так хуже дворовыыыых, - Безухий говорил неспешно, с закрытыми глазами, как будто бы сам с собой. Но молодняк, уже порядком наученный горким опытом, знал, что сбежать все равно не удастся – шаг в лево, шаг вправо расчитывался как побег. А тогда от мамки влетит так, что всю жизнь стыдно во дворе будет показаться. – Вот былиии времена... А сейчас... Эх, мяяяяууу.... 
Безухий закрыл глаза и так и остался сидеть. Котята, прижав уши к голове, обдумывали план побега и одновременно пытались просчитать, в каком случае им меньше попадет – если самим к мамке с повинной, или все же понадеяться на авось и отсидеться где нибудь. Обидно то как! И ничего же плохого не делали – надо же было дядьке Безухому проснуться... 
- Мяу, - тихо вздохнула самая маленькая кошечка. 
- Вот и я говорю, - снова заговорил Безухий. – Были времена. Раньше сам гонял за мышами, и дрался за наш двор. Но ведь не так же! Мы взрослых уважали, место им на заборе уступали, а шуметь и просто от скуки мышей мучать?! Вот были времена... 
Котята поняли, что сбежать не получится. Безухого понесло. Нее.. низя так о старших. Значит так: Безухий устроился поудобнее, перебрав лапами, устроив свой хвост на забор, закрыл глаза и начал, точнее продолжил свой монолог... 
***
Рыжий – домашний и упитанный котяра, сидел на яблоне. Сидел в засаде, хвост ходил из стороны в сторону, выдавая нетерпение Рыжего. Да, его так и звали – Рыжий: ну не было фантазии у его хозяев – ну и не надо, думал всегда рыжий и был более или менее доволен своим именем. Да что там имя – не имя делает из маленького котенка настоящего Кота! 
- Долго тут еще сидеть? Надоело! – подумал Рыжий. Хвост заходил еще сильнее из стороны в сторону, выдавая масли и злость Рыжего. – Битый час сижу, а ни одного воробья даже на растоянии вытянутой лапы не было! 
Рыжему недавно исполнилось два года – молодой Кот в самом расцвете сил. Красотой обделен не был, а поэтому и внимания со стороны кошечек всегда хватало. С хозяином тоже повезло – рыжего подарили мальчишке, который хоть и иногда нарушал планы Рыжего на одинчество, но по-крайней мере не был девчонкой, которая хотела его постоянно чесать за ушком, гладить, причесывать и привязывать бантик на хвостик! Такого бы Рыжий точно не потерпел. Мальчишка благо тяги к таким экспериментам не испытывал, да и зверскими развлечениями типа жестянку к хвосту привязать тоже не увлекался. Кормили Рыжего исправно, по празникам вкусняшки перепадали, а главное – дома в миске всегда ждало свежее молочко. Подумав о молочке, Рыжий почувствовал как желудок откликнулся на приятные мыли и напомнил о себе. «Желудок у котенка не больше наперстка» - враки все это, подумал Рыжий – специально эти двуногие придумали, чтобы нас реже кормить. 
- Ну вот зачем мне этот воробей?! – думал Рыжий. – Дома ждет молочко, да и может вкусненькой колбаски дадут? – Да... над этим аргументом стоило задуматься. 
Но Рыжий продолжал сидеть на яблоне, хвост продолжал ходидь ходуном, желудок продолжал возмущаться, а Рыжий не сдавался. Причиной всему был противный сиамский Иван Иванович. Он переехал во двор Рыжего – а Рыжий опредленно считал этот двор своим – месяц назад. Сел на балконе, поблескивая своим ошейничком, и начал заигрывать с молоденькими кошечками. Ну не наглец?! Раз он породистый, значит ему все можно?! Возмущение Рыжего расло с каждый днем, и когда вчера сиамский хвалился перед последней пассией Рыжего своей добычей – каким-то дохлым воробьем, от которого уже начало попахивать – Рыжий не выдержал. 
Завывая как раненый зверь, Рыжий нахохлился и пошел в атаку. Жертва - как на ладони - сидела на бортике песочницы. Детей по близости не наблюдалось и можно было спокойно накастылять нахалу без участия третьих лиц. В голове Рыжиго промелькнули картины, как он кусает зажравшегося сиамского за хвост, раздирает ему ухо и вырывает усы. Наверно эти мысли отразились на морде Рыжего, потому что несчастный Иван Иванович сгорбился и начал пятится назад. Не расчитав, что бортик песочницы маловат для такого упитаного котяры как он, Иван Иванович оступился и, не удержав равновесие, свалился в песочницу. Как назло вчера шел дождь, лужи еще не повысыхали, и Иван Иванович свалился как раз в одну из них. 
- Мяяяууууу, -завывание оборвалось со звонким плюханьем в лужу. Ивану Ивановичу ни раз приходилось видеть себя в зеркале после жестоких мучений в ванной, когда его хозяевам приходило в голову, что он грязный. Сразу же после экзекуций он всегда прятался за диваном, вылизывался до блеска и не выходил, пока его великолепная шерстка не приобретала пушистый и ухоженный вид. А прятался он потому что стыдно было... А как же было стыдно сейчас! Еще минуту назад Иван Иванович сидел во всей своей красе и, болтая воробьем на когтике, заигрывал с прекрасной Лизоветой, а теперь этот же самый Иван Иванович сидел в луже и пытался стыдливо прикрыться лапой. 
- Мяяууууууу, - оставив последнее слово за собой, Иван Иванович понесся со всех четырех лап по направлению к спасительному балкону. Благо проживал Иван Иванович на втором этаже, в непосредственной близости от старой липы, что несказанно облегчало отступление. 
Рыжий, не поняв толком, что произошло, но быстро оценил ситуацию и понял, что противник исчез, а сам Рыжий теперь остался наеднине с Лизочкой. После такой победы на глазах у молодой кошечки Рыжий был просто уверен, что их отношения перейдут в новое русло. Медленно, с гордо поднятой головой и хвостом трубой, как бы говорящим – «Теперь ты знаешь, Крошка, кто здесь крутой» - Рыжий двинулся в сторону Лизочки. И в тот же момент стретился с ее взглядом... В бездонных, обвараживающих, голубых глазах породистой Лизочки Рыжий уведел... это было что угодно – но не восхищение победителем. Теперь была очередь Рыжего скукожиться и стыдливо попятиться назад. Рыжий просто не знал, как обращаться с взбешенной фурией, которая просыпалась в Лизочке. Именно поэтому он уже решил последовать за Иван Иванычем, когда обычно чарующий своей лаской голос Лизочки заставил его врасти как вкопанному на месте.
- Стоять, мяяяяяяуууууууууу! – проснеслось на весь двор. 
- Надо побыстрее смытывать удочки и драть лапы, - подумал Рыжий. Только вот лапы не могли ослушаться Лизочки и продолжали впиваться когтями во влажную после дождя землю. – И это с ней я хотел связать свою судьбу? – Даже если и всего на несколько недель, пока не появится новая лизочка, но все же! Не кошечка, а сержант полицейской академии в юбке – Рыжий не редко сидел на диване в зале и смотрел вместе со своим хозяином американкие фильмы.
- Зачем ты его, Рыжий? – в голосе Лизочки снова начали появляться знакомые Рыжему нотки нежности. 
- А я что? Я ничего, - внезапно даже для самого себя начал оправдываться Рыжий. – Новенький, в моем дворе, а ведет себя не по-пацански. – Рыжий пытался восстановить свой авторитет. Хотя будто бы и не терял его... «Не все спокойно в Датском королевстве» -подумал Рыжий. Так говорил по-поводу и без повода его хозяин, и Рыжик, понабравшись от него все равзного, повторял так же по поводу и без повода, хоть и не понимал к чему это. 
- Не по-пацански? А ты значит по-поцански? Проявил себя во всей красе, Рыжий? Ах где же рыцари, где кавалеры, где романтика... Вот Иван Иванович мне воробья принес... Эх... – и Лизонька лапкой дотронулась до уже совсем неаппетитного воробышка. 
- Так он же фиии.... 
- Есть с чем равнить? – кокетливо и с изрядной долей издевки спросила Лизочка. Развернулась и медленно, чтобы Рыжий успел насладиться его красивой, искрящейся на солнце шерсткой, гордо посеменила за Иван Иванычем. 
- Ах вот как! – от отчаяния Рыжий хотел топнуть лапой. И если бы это не выглядело так по-детски, то обязательно бы топнул. Но он же Рыжий! 
Вот поэтому сегодня он сидел на яблоне и выжидал. А воробьев, как назло, не было. Ну хоть бы один! На душе скреблись кошки, желудок пел серенады, а конца этой засаде видно не было. 
- Ну и ладно! – в сердцах подумал Рыжий и посмотрел вниз, раздумывая, как бы получше спрыгнуть. И тут Рыжий, уже приготовившись к прыжку, застыл: под деревом сидел Иван Иванович, а его хозяин – невоспитанный мальчишка, который уже однажды пытался потянуть Рыжего за хвост, - держал на веревке новую игрушку для такого же как и его хозяин бестыжего сиамского: воробья. Не то, чтобы Рыжий испытывал жалость к воробьям (еще пять минут назад он сам мечтал поймать одного для Лизочки), но зачем же так?! Мы же не звери какие-то, подумал Рыжий и создавая как можно больше шума, но все так же элегантно спрыгнул с яблони. 
- Привет, Иван Иванович, - хорошее воспитание не позволяло Рыжему не поздороваться. 
Окинув сиамского снисходительным взглядом, Рыжий развернулся и с высоко поднятым хвостом пошел в сторону балкона Лизочки. Нет, он не собирался ябедничать и стучать, но вот позвать Лизочку на прогулку, чтобы она как бы невзначай сама увидела противного сиамского. 
- Мяу, - ласково позвал Лизочку Рыжий. – Красавица, ты где? 
Лизочки не было дома. Либо она не хотела выходить к нему. И в чем же он только провинился? – Ну и не надо! – в сердцах подумал Рыжий. 
Рыжий уже собирался направить свои лапы в родные пенаты, чтобы попить молочка и поспать на солнечном балконе, как тут появилась Лизочка. Грустная, но как всегда прикрасная Лизочка перепрыгнула на дерево к Рыжему. 
- Ты знаешь, я сегодня видела, как этот противный мальчишка ловил воробья силком, а сиамец лежал в траве и смотрел. – Рыжий понял, что сидя на дереве весь день он пропустил самое интересное. – Вот так всегд... я думала, что он рыцарь... – Лизочка готова была расплакаться. А Рыжий не знал, что ему сказать. 
Вот так они и сидели, грустная Лизочка и растерявшийся Рыжий. Он не чувствовал себя победителем. Но был рад, что отказался от глупой затеи словить воробья. Зачем? Чтобы поиграть и забыть через пять минут? Чтобы показать Лизочке, какой он хороший? Сидя рядом с Лизочкой сейчас, когда она была расстроена, подставив ей свой теплый бок, чтобы она не чувствовала себя одинокой, просто сидя рядом и смотря на зажигающиеся на небе звезды – вот теперь он чувствовал себя победителем. И счастливым. 
***
Безухий снова замолчал и закрыл глаза. А молодняк так и остался сидеть перед забором. Через пять минут Безухий открыл один глаз и спросил: - Вы все еще здесь? 
Второй раз повторять не пришлось. Котята разбежались кто куда в мгновение ока. А Безухий устроился поудобнее на своем месте и довольно улыбнулся.

Автор: AnnaJ

Источник: http://www.predela-fantazii.net/main.php?action=show_book&book=3224