Скрипаль руководил управлением кадров ГРУ и в силу этого обстоятельства хорошо знал личности российских военных разведчиков, работавших под прикрытием в разных странах. От Скрипаля британская разведка МИ-6 получила информацию о нескольких десятках российских агентов за рубежом[11]. После увольнения в конце 1999 года с военной службы Скрипаль продолжил сотрудничать с британской разведкой, для встреч с её представителями выезжал за границу — в Испанию, на Мальту и в Великобританию. По сообщению газеты The Times, он часто посещал Испанию для прохождения курсов реабилитации и «MI6 купила ему дом для отдыха по системе таймшер рядом с Малагой, и ответственный сотрудник [британской разведки] летал туда каждые три дня на встречи, которые продолжались три-четыре часа. После каждой встречи Скрипалю выплачивался гонорар в размере от $5000 до 6000 наличными, которые он клал на банковский счет в Испании».[15]

Установленная в России слежка за Скрипалём подтвердила, что подозреваемый общался с аккредитованными в Москве британскими дипломатами, а в Великобритании — с агентами секретной разведывательной службы МИ-6. Скрипаль передавал британцам секретные сведения о российских военных объектах, среди них — о военном космодроме Плесецк в Архангельской области, в общей сложности около 20 тысяч совершенно секретных документов. Составляющие государственную тайну сведения, которые Скрипаль передавал британцам после увольнения с военной службы, он добывал через бывших сослуживцев. Свой интерес к засекреченным сведениям он объяснял желанием иметь инсайдерскую информацию для успешного ведения бизнеса.[16]

По данным следствия, Скрипаль нанёс существенный ущерб обороноспособности и безопасности России. На каждой конспиративной встрече, по данным ФСБ России, представители британской разведки за полученную информацию выплачивали Скрипалю денежное вознаграждение в иностранной валюте. Он также имел счёт в испанском банке, куда ему ежемесячно перечислялись денежные средства. Всего Скрипаль получил от британской разведки за 9 лет сотрудничества более 100 тысяч долларов[11]. В ФСБ считали, что по масштабу ущерба его можно сравнить с «суперагентом» Олегом Пеньковским[17