Вчера переписывались с Сашей Надеждиным и я рассказал от Саши Говорухи как подводники на перископе "вешались", а Александр Надеждин вспомнил о другом, но тоже о подводном.



Мы, Ваня, нигде не повисали, а упорно изучали м-л теорию и работы Л.И. Брежнева, брали на себя повышенные соц.обязательства и постоянно перевыполняли их. Пели хором патриотические песни: партия наш рулевой, сегодня мы не на параде и другие. Критиковали отстающих на партийных собраниях, честно говоря в глаза коммунистам их недостатки.

Примером такой жизни может служить эта история: Не посылайте на… Помощник командира подводной лодки капитан-лейтенант Юра К. был часто пьющим офицером. Закладывал он вечером перед сходом на берег, дома, утром после подъема флага, перед обедом, после него и вечером перед сходом на берег. Не выпивал он во время партийных собраний, где разбирали его персональное дело, о систематическом его пьянстве и никогда не закладывал один. До собрания и после Юра делал это с удовольствием и совместно с другими членами партии, включая и секретаря партийной организации, то есть меня. И мне было очень стыдно открывать наш партийный форум, зачитывая повестку дня, одним из пунктов которой было персональное дело коммуниста К. Впрочем, стеснялись и остальные коммунисты, принимавшие накануне участие в массовой пьянке.

Не стыдно было только замполиту: он пил один и, похоже, под одеялом. Был наш зам очень идейным в коммунистическом смысле этого слова. Еще он был и представителем партии на подводной лодке. Хотя, я очень сомневаюсь в этом, потому что это утверждение было его личным мнением. Но кровь мне, как парторгу он портил постоянно, заставляя меня тщательно заполнять документацию и готовить собрания. Мне же хотелось в это время выпить с Юрой К. и другими несознательными членами. К чему я это все? Уже забыл. Не о выпивке же я хотел рассказать? Хотя, нет, то есть да – о ней, и речь пойдет о систематическом пьянстве на отдельно взятой стратегической подводной лодке и влиянии пьянки на боевую готовность и морально-политическое состояние личного состава. Время, в котором все это происходило было еще не периодом массовой борьбы с этим негативным явлением. Иначе говоря, это был не 1985 год, а где-то - семидесятые годы того же века. Поэтому борьба велась вяло, не постоянно, а эпизодически.

Пользуясь такой алкогольной вольницей пили все, включая политрабочих, только последние это делали индивидуально или келейно в кругу соратников, не забывая зорко следить друг за другом. Правда, большинство пило не запойно, а по главному принципу: не правильное похмелье ведет к нему, к запою. Всплески пьянства происходили, как это не странно, в дни революционных праздников, солидарности. Не умерено пили в новый год на первое января, и в новый год на четырнадцатое. 23 февраля пили за армию и особенно флот, 8 марта и в другие дни - за женщин и стоя, в дни рождения и именин – много. Но особенно и, как позволяло время, принимали перед выходом на боевую службу, после нее, если позволяли силы и доме послепоходового отдыха. Так просто пили, но не очень часто.

Может я чего забыл? Так вы допишите за меня. Теперь, спросите меня: - А, причем здесь капитан-лейтенант К.? Ведь все это делали. Отвечу честно и по-партийному: - Очень не любил Юру замполит. Потому что помощник, в момент совершения замом воспитательной работы с ним, послал его на… Не стану говорить это слово, вы его знаете. А зам, посчитав, что в его лице послали очень родную ему партию, сильно обиделся и стал идейно мстить капитан-лейтенанту К.