Сергий Радонежский Два взгляда на подвижника Земли Русской
Взгляд российского христианства
Сергий Радонежский Биография
Сергий Радонежский (в миру Варфоломей; «Радонежский» — топонимическое прозвище; 3 мая 1314 — 25 сентября 1392) — монах Русской церкви, основатель Троицкого монастыря под Москвой (ныне Троице-Сергиева лавра), преобразователь монашества в Северной Руси.
Сергий Радонежский почитается Русской православной церковью в лике святых как преподобный и считается величайшим подвижником земли Русской.
Дни памяти по юлианскому календарю: 5 июля (обретение мощей), 25 сентября (преставление).
Рождение и детство
В своём рассказе первый биограф Сергия Радонежского Епифаний Премудрый сообщает, что будущий святой, получивший при рождении имя Варфоломей, родился в селе Варницы (близ Ростова) в семье боярина Кирилла, служилого ростовских удельных князей, и его жены Марии.
В литературе встречается несколько различных дат его появления на свет. Высказывалось мнение, что Сергий появился на свет или в 1315, или в 1318 году. Днём рождения Сергия также называлось или 9 мая, либо 25 августа 1322 года. В сочинениях XIX века фигурировала дата 3 мая 1319 года. Этот разнобой мнений дал основание известному писателю Валентину Распутину с горечью утверждать, что «год рождения отрока Варфоломея потерян». Русская Церковь традиционно считает его днём рождения 3 мая 1314 года[2].
В возрасте 10 лет юного Варфоломея отдали обучаться грамоте в церковную школу вместе с братьями: старшим Стефаном и младшим Петром. В отличие от своих успешных в учёбе братьев Варфоломей существенно отставал в обучении. Учитель ругал его, родители огорчались и усовещивали, сам же он со слезами молился, но учёба вперед не продвигалась. И тогда случилось событие, о котором сообщают все жизнеописания Сергия.
По заданию отца Варфоломей отправился в поле искать лошадей. Во время поисков он вышел на поляну и увидел под дубом старца-схимника, «святого и чудного, саном пресвитера, благообразного и подобного Ангелу, который стоял на поле под дубом и усердно, со слезами, молился». Увидев его, Варфоломей сначала смиренно поклонился, затем подошёл и стал вблизи, ожидая, когда тот кончит молитву. Старец, увидев мальчика, обратился к нему: «Что ты ищешь и чего хочешь, чадо?». Земно поклонившись, с глубоким душевным волнением, поведал ему своё горе и просил старца молиться, чтобы Бог помог ему одолеть грамоту. Помолившись, старец вынул из-за пазухи ковчежец и взял из него частицу просфоры, благословил и велел съесть, сказав: «то тебе дается в знамение благодати Божией и понимания Священного Писания <…> о грамоте, чадо, не скорби: знай, что отныне Господь дарует тебе хорошее знание грамоты, большее, чем у твоих братьев и сверстников». После этого старец хотел уйти, но Варфоломей молил его посетить дом его родителей. За трапезой родители Варфоломея рассказали старцу многие знамения, сопровождавшие рождение сына их, и тот сказал: «знамением истинности моих слов будет для вас то, что после моего ухода отрок будет хорошо знать грамоту и понимать священные книги. И вот второе знамение вам и предсказание — отрок будет велик пред Богом и людьми за свою добродетельную жизнь». Сказав это, старец собрался уходить и напоследок промолвил: Сын ваш будет обителью Святой Троицы и многих приведет вслед за собой к пониманию Божественных заповедей.
Около 1328 года сильно обедневшая семья Варфоломея была вынуждена перебраться в город Радонеж. После женитьбы старшего сына Стефана, постаревшие родители приняли схиму в Хотьково-Покровский монастырь.
Начало монашеской жизни
После смерти родителей Варфоломей сам отправился в Хотьково-Покровский монастырь, где уже иночествовал его овдовевший брат Стефан. Стремясь к «строжайшему монашеству», к пустынножитию, он оставался здесь недолго и, убедив Стефана, вместе с ним основал пустынь на берегу реки Кончуры, на холме Маковец посреди глухого Радонежского бора, где и построил (около 1335 года) небольшую деревянную церковь во имя Святой Троицы, на месте которой стоит теперь соборный храм также во имя Святой Троицы.
Не выдержав слишком сурового и аскетичного образа жизни, Стефан вскоре уехал в московский Богоявленский монастырь, где позднее стал игуменом. Варфоломей, оставшись в полном одиночестве, призвал некоего игумена Митрофана и принял от него постриг под именем Сергия, так как в тот день праздновалась память мучеников: Сергия и Вакха.
Образование Троице-Сергиевого монастыря
Года через два или три к нему стали стекаться иноки; образовалась обитель, которая в 1345 оформилась как Троице-Сергиев монастырь (впоследствии Троице-Сергиева лавра) и Сергий был её вторым игуменом (первый — Митрофан) и пресвитером (с 1354), подававшим всем пример своим смирением и трудолюбием. Запретив принимать подаяние, Сергий поставил правилом, чтобы все иноки жили от своего труда, сам подавая им в этом пример. Постепенно слава его росла; в обитель стали обращаться все, начиная от крестьян и кончая князьями; многие селились по соседству с нею, жертвовали ей своё имущество. Сначала терпевшая во всем необходимом крайнюю нужду пустынь обратилась в богатый монастырь. Слава Сергия дошла даже до Царьграда: Вселенский Патриарх Филофей прислал ему с особым посольством крест, параман, схиму и грамоту, в которой восхвалял его за добродетельное житие и давал совет ввести в монастыре киновию (строгое общинножитие). По этому совету и с благословения митрополита Алексея Сергий ввёл в монастыре общинножительный устав, принятый потом во многих русских монастырях. Высоко уважавший радонежского игумена митрополит Алексей перед смертью уговаривал его быть ему преемником, но Сергий решительно отказался.
Общественное служение Сергия Радонежского
По словам одного современника, Сергий «тихими и кроткими словами» мог действовать на самые загрубелые и ожесточённые сердца; очень часто примирял враждующих между собой князей, уговаривая их подчиняться великому князю московскому (например, ростовского князя — в 1356, нижегородского — в 1365, рязанского Олега и др.), благодаря чему ко времени Куликовской битвы почти все русские князья признали главенство Дмитрия Иоанновича. По версии жития, отправляясь на эту битву, последний в сопровождении князей, бояр и воевод поехал к Сергию, чтобы помолиться с ним и получить от него благословение. Благословляя его, Сергий предрёк ему победу и спасение от смерти и отпустил в поход двух своих иноков, Пересвета и Ослябю.
Существует также версия (В. А. Кучкин), согласно которой рассказ Жития Сергия Радонежского о благословении Сергием Радонежским Дмитрия Донского на борьбу с Мамаем относится не к Куликовской битве, а к битве на реке Воже (1378 г.) и связан в более поздних текстах («Сказание о Мамаевом побоище») с Куликовской битвой уже впоследствии, как с более масштабным событием.
Приблизившись к Дону, Димитрий Иоаннович колебался, переходить ли ему реку или нет, и только по получении от Сергия ободрительной грамоты, увещевавшей его как можно скорее напасть на татар, приступил к решительным действиям.
В 1382 году, когда войско Тохтамыша подступило к Москве, Сергий бросил свой монастырь «и от Тахтамышова нахожения бежа в Тферь» под защиту князя Михаила Александровича Тверского.
После Куликовской битвы великий князь стал относиться ещё с большим благоговением к радонежскому игумену и пригласил его в 1389 скрепить духовное завещание, узаконивающее новый порядок престолонаследия от отца к старшему сыну.
Кроме Троице-Сергиева монастыря, Сергий основал ещё несколько монастырей (Благовещенскую на Киржаче, Старо-Голутвин близ Коломны, Высоцкий монастырь, Георгиевский на Клязьме), во все эти обители он поставил настоятелями своих учеников. Более 40 обителей было основано его учениками: Саввой (Савво-Сторожевский близ Звенигорода), Ферапонтом (Ферапонтов), Кириллом (Кирилло-Белозерский), Сильвестром (Воскресенский Обнорский) и др., а также его духовными собеседниками, такими, как Стефан Пермский.
Согласно житию, Сергий Радонежский совершил множество чудес. Люди приходили к нему из разных городов для исцеления, а иногда даже для того, чтобы просто увидеть его. Как утверждает житие, однажды он воскресил мальчика, который умер на руках отца, когда он нёс ребёнка к святому для исцеления
Старость и кончина преподобного Сергия
Достигнув глубокой старости, Сергий, за полгода прозрев свою кончину, призвал к себе братию и благословил на игуменство опытного в духовной жизни и послушании ученика, преподобного Никона. Накануне кончины преподобный Сергий в последний раз призвал братию и обратился со словами завещания: Внимайте себе, братие. Прежде имейте страх Божий, чистоту душевную и любовь нелицемерную…
25 сентября 1392 Сергий скончался, а через 30 лет, 18 июля 1422 были обретены нетленными его мощи, о чём свидетельствовал Пахомий Логофет; день 18 июля является одним из дней памяти святого. При этом на языке древней церковной литературы нетленные мощи — это не нетленные тела, а сохранившиеся и неистлевшие кости.В 1919 году, во время кампании по вскрытию мощей, мощи Сергия Радонежского подвергались вскрытию в присутствии специальной комиссии с участием представителей церкви. Останки Сергия были найдены в виде костей, волос и фрагментов грубого монашеского одеяния, в котором он был похоронен. В 1920—1946 гг. мощи находились в музее, помещавшемся в здании лавры. 20 апреля 1946 г. мощи Сергия были возвращены церкви.
Наиболее известным источником сведений о нём, равно как и замечательным памятником древнерусской словесности, является легендарное Житие Сергия, написанное в 1417—1418 годах его учеником Епифанием Премудрым, а в середине XV века значительно переработанное и дополненное Пахомием Логофетом
Канонизация
Почитание Сергия Радонежского возникло раньше, чем появились формальные правила канонизации святых (до Макарьевских соборов русская церковь не знала обязательной соборной канонизации). Поэтому нет документальных известий о том, когда и как началось его почитание как православного святого и кем оно было установлено. Возможно, что Сергий «сделался общерусским святым сам собою, по причине своей великой славы».
Максим Грек открыто высказывал прямые сомнения в святости Сергия. Причина сомнений была в том, что Сергий, как и московские святители «держали города, волости, сёла, собирали пошлины и оброки, имели богатства». (Здесь Максим Грек примыкает к нестяжателям.)
Церковный историк Е. Е. Голубинский не даёт однозначных сообщений о начале его почитания. Он упоминает две княжеские грамоты, написанные до 1448 года, в которых Сергий называется преподобным старцем, но считает что в них он указан пока как местночтимый святой. По его мнению, фактом причисления Сергия к лику святых для общецерковного почитания служит грамота митрополита Ионы к Дмитрию Шемяке, датируемая 1449 или 1450 годом (неопределённость года вызвана тем, что неизвестно, когда именно старое мартовское летоисчисление было заменено сентябрьским). В ней предстоятель Русской церкви называет Сергия преподобным и ставит его рядом с другими чудотворцами и святителями, угрожая лишить Шемяку «милости» московских святых. Голубинский считает, что общецерковное прославление Сергия Радонежского вместе с преподобным Кириллом Белозерским и святителем Алексием было одним из первых деяний митрополита Ионы после воззведения его на кафедру.
В ряде светских энциклопедий указано, что Сергий причислен к лику святых в 1452 году.
С одобрения папы римского Сергий Радонежский почитается лишь восточнокатолическими церквями.
Светские историки отмечают, что Сергий причислен к святым по политическим мотивам волей великого князя Василия Тёмного. Великий князь включил Сергия в число московских святых не специальным актом, а по частному случаю, в договорной грамоте 1448 года с князем Иваном Можайским.
http://www.bestpeopleofrussia.ru/persona/Sergiy-Radonejskiy/bio/
______________________________________________________________________________
Не иудохристианский взгляд
Сидоров Г. А. Подвижничество Сергия Радонежского
Сидоров Г. А. Хронолого-эзотерический анализ развития современной цивилизации
ПОДВИЖНИЧЕСТВО СЕРГИЯ РАДОНЕЖСКОГО.
Чтобы не лишить русский народ духовности, не превратить его под воздействием западной христианской идеологии в материализированных, живущих одним днем, равнодушных к своему будущему обывателей, некоторые ведические жрецы стали действовать под христианских священников. Тем более, оболваненный и затравленный бесконечными гонениями на ведунов и волхвов, народ стал искать истины у новых «жрецов» от иноземной церкви. Таким «христианским подвижником» оказался и известный всем русским людям Сергий Радонежский.
Будучи высокопосвященным волхвом, этот псевдохристианин сумел за короткий срок превратить пришедшее на русскую землю христианство греческого толка с его раболепием, покорностью силе и власти, в совершенно иную религию. Православие Сергия Радонежского по своей сути перестало быть западным, оно превратилось в жизнеутверждающую солнечную религию торжества законов Прави и высшей космической справедливости. Сергий Радонежский хорошо знал истинное учение Христа, что оно в корне своем ведическое и поэтому ничего от себя не выдумывал. Возможно, ему удалось где-то найти кроме библейских евангелий еще и апокрифы. Так это или нет неизвестно, только христианское учение Сергия Радонежского стало тем, каким оно должно было быть. Фактически, до своей сути не отличимым от ведического древнего Гиперборейского миропонимания. Причем, Сергий Радонежский очень тонко вписал свое учение в ортодоксальное христианство. И так ненавязчиво и убедительно, что ему поверили даже христиане-фанатики. Волхв Сергий ни с кем никогда не спорил. В своем учении он везде и всегда опирался на Христа. Апостолов он старался не касаться, они для него были людьми далеко не безупречными. Иисус же Сергия Радонежского ничего не имел догматического, он в его учении выглядел живым с высоким творческим потенциалом и той созидательной силой, в которой можно было увидеть мощь Всевышнего: Сергий Радонежский как бы расширил представление о Христе, показал его учение многогранным. И сделал это ненавязчиво, мягко без лишнего шума и в то же время очень убедительно. По сути, этот подвижник от православия сумел древнее арийское ведическое мировоззрение облечь в христианскую форму. И сделал это так искусно, что даже недоброжелатели не видели в его действиях ничего подозрительного. И только посвященный понимал, что ведический глава богов Род, по учению Сергия стал «Отцом небесным». Древний Сварог - сын Рода превратился в Иисуса Христа, а Лада - богиня любви и согласия приняла облик девы Марии и т.д. Короче, ведические функции древних арийских богов были экстраполированы Сергием Радонежским на имена архангелов, ангелов и святых христианского пантеона. Тем самым святой подвижник Сергий полностью сохранил механизм ДУХОВНОЙ ЭВОЛЮЦИИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО СОЗНАНИЯ. По его учению, как и в древние времена, был сохранен институт самодисциплины, те нравственные ступени человеческого духовного роста, которые так старательно разрушали западники. Как и раньше особым народным собранием осуждались многие пороки и слабости. Так же как в эпоху ариев запрещалось употребление спиртного, рассматривалось как грех любое насилие, и действия, унижающие человеческое достоинство. Зато поощрялись и всячески поддерживались в человеке высокие нравственные качества. Прежде всего, любовь к Родной земле и своему народу, любовь к национальной русской культуре, бескорыстная любовь к родным и друзьям. Высоко ценилось в учении Сергия Радонежского, ради достижения высокой цели, самопожертвование. Всячески поощрялись честность, правдивость, постоянство, неподкупность и смелость.
В учении русского духовного подвижника не запрещались, как на Западе, полигамные отношения в семьях. Сергий Радонежский вообще старался не касаться семейных отношений. А когда Сергия спрашивали почему он не ратует за моногамию, он отвечал, что все ветхозаветные семьи были полигамные, но это не помешало ни отцу Аврааму, ни Исааку, ни другим еврейским патриархам стать святыми. Главное чтобы в семье царила взаимная любовь и не было места собственничеству. Принятие Сергием Радонежским в противовес византийскому и римскому христианству арийского семейного института, расположило к нему и его жизнеутверждающему учению многих консервативно настроенных к новой религии граждан. Получилось так, что вокруг церкви Сергия Радонежского духовно разрозненная Русь стала объединяться. Теперь и ведические русские и христиане находили общий язык. По большому счету им не о чем было спорить, тем более убивать друг друга. Теперь и те и другие смотрели на Запад как на рассадник зла и раздора, на царство демонов, которые, для того чтобы завоевать мир Ариев — руссов, извратили истинное учение Христа и противопоставили его ведическому.
Современные неоязычники всячески ругают христиан, дескать, последние все свои праздники наложили на древние ведические. Но не православные византийцы это сделали и не паписты-католики. Ни те, ни другие национальными праздниками на Руси не занимались. Западные миссионеры и святые отцы требовали от новокрещенных, чтобы они праздновали то, что им навяжут, в основном иудейское. Как, например, торжество по поводу исхода евреев из Египта, или прославление обрезания Господня... Иудеи придумали, что Иисус был обрезан. Но, а христиане обязаны праздновать и т. д. Все основные христианские праздники на Руси являются наследием времен подвижничества Сергия Радонежского. И не навязаны они были народу, а наоборот сохранены для него. Пускай в иной форме, но суть их осталась прежней. Как ни рассуждай и что ни говори, а до сих пор в России красочно отличаются древние Комоятцы или Масленица, торжественно проходит праздник Ивана Купалы, живы в России и ведические Святки, празднуется даже Коляда! И это после третьего крещения, после Никонианской смуты.
Общие праздники ведических русских и христиан не разделяют эти религии, а наоборот объединяют. И это объединение, как и раньше, так и сейчас невольно из такого тандема исключает христианство. Наверняка этот механизм исключения был заложен в тандем двух религий еще волхвом Сергием. Ведь любому здравомыслящему человеку становится непонятным, что, собственно, делает на русской земле чужеродное христианство, если те же самые торжества и славления, только с еще более глубоким космогоническим смыслом, сохранились и в древней вере арийских предков? О Сергии Радонежском ортодоксальная наука говорит, что этот замечательный человек сумел объединить Русь перед лицом нового ордынского нашествия, чем и спас ее. Но тогда почему этого христианского подвижника, объединителя Руси, русская христианская церковь канонизировала только в девятнадцатом веке? Да и то под нажимом общественности.
В чем же вина этого христианского подвижника перед обществом? Перед русским обществом у него вины нет. Перед христианской церковью - несомненно! Западные кукловоды ожидали от Руси чего угодно. Допускали возникновение любой христианской секты, но им и в голову не приходило, что русские сумеют совместить, казалось бы, несовместимое, создать на своей земле ведическое христианство. Поначалу Запад даже растерялся. Но после осмысления случившегося темное жречество поняло, что имеет дело не с христианскими фанатиками, а с группой хорошо подготовленных волхвов, во главе которых стал игумен одного из русских монастырей Сергий Радонежский. Нужна была срочная его нейтрализация, кроме этого немедленное изменение религиозного курса Русского общества. Но как нейтрализовать сильных ведических магов? Эти люди могли за себя постоять. К тому же группа Сергия Радонежского, переложив часть древнего ведического знания на христианские термины, создала тайное православное мистическое учение - исихазм, обучать которому стала все русское духовенство. На Руси возникла против оккультного влияния темного жречества мощная эзотерическая, нисколько не уступающая психическим силам Запада, защита. Надо было любой ценой дискредитировать учение русского подвижника и снова склонить чашу весов в свою пользу. Этим, используя законы управлениями занялись хозяева иудо-христианской цивилизации. А параллельно с ними взялись за ликвидацию ведической заразы в православии, объединенные в единый кулак, рыцарские орденские союзы. Тевтонский орден, заручившись поддержкой польских королей, вплотную придвинулся к границам ведического Великого Литовского или, как его называли в то время, Русско-Литовского княжества. На юге, в Карпатах, венгерские армии начали штурм крепостей еще свободной от христианства Волховской Руси. Но самым главным действием Запада против русского ведического православия было организованное им новое татаро-монгольское нашествие. На этот раз во главе с Мамаем. Хозяева иудо-христианской цивилизации решили против непокорной Руси снова применить силу. Благо эта сила находилась рядом, под боком. Огромный улус старшего сына Чингисхана-Джучи, управляемый Мамаем, не так давно принял ислам и был враждебно настроен ко всему христианскому.
Нужно было заставить Мамая двинуть свои войска на Русь, прежде всего, на Москву. Туда, откуда покатилась по русской земле вся эта православная Сергиевская зараза.
На Западе, особенно в Константинополе, хорошо знали, что московский князь Дмитрий «подстрекаемый» Сергием Радонежским, настроен отмежевать Русскую православную церковь от византийской. Поставить над ней своего, московского патриарха и этим объединить в единое целое все русские земли.
С реформатором князем надо было покончить как можно скорее. Тем более что все попытки оккультного программирования князя оказались неудачными. Группа Сергия Радонежского прикрыла психику московского владыки надежно. Значит осталась одна надежда на войну.
Западные психологи и оккультисты очень скоро убедили Мамая, что его война с Москвой настолько усилит Золотую Орду, что он как хан и полководец легко сможет соперничать с самим Тамерланом. Как и полторы сотни лет тому назад в ставку кочевников, правда, на этот раз не в Каракорум, а в Сарай, пришло из Европы многочисленное посольство. Запад помог своему новому ставленнику деньгами, оружием, специалистами по взятию русских крепостей и даже воинским контингентом, генуэзской пехотой в частности.
От Мамая его союзники требовали одного: как можно скорее уничтожить Московскую Русь. Разрушить ее города, сжечь дотла села и деревни, не оставить камня на камне. Потом после гибели Московии всей силой навалиться на Новгородскую республику. Превратить в пустыню и ее. Тем более, что Мамаю помогут. В борьбе с Москвой на помощь ему придет литовский католик Ягайло. А в войне с Новгородом его поддержат Ливонские рыцари.
Не надо думать, что Московский князь Дмитрий не пытался вразумить Мамая. Русский князь понимал, что Запад толкает ордынского владыку на верную гибель. В своих посланиях он прямо говорил об этом хану. Но программированная психика властелина Золотой Орды доводов русского князя не принимала.
И вот весною 1380 года огромная степная рать Мамая двинулась от Волги к Дону. На Руси до сих пор бытует поговорка: «Как Мамай прошел». Относится эта поговорка не к самой Руси, а к землям Дона. Именно по Дону шло воинство Мамая сметая все на своем пути, разрушая брошенные населением городки и крепости донских ас-саков, или, как их называли на Руси, кас-саков. Позднее казаков. Для ведического населения «Дона Ивановича» принятием ордою магометанства означало скорую гибель. Потомки древних ариев ас-саков или скифо-сарматов жители донского края при любых завоевателях жили независимо. Владея прекрасным, одинаково приспособленным для реки и моря флотом, в случае нападения врагов, они со всем своим скарбом уходили на острова. А после нашествия, договорившись с пришельцами снова заселяли разоренные брошенные земли. Конечно, донские ас-саки тем или иным завоевателям платили дань, но дань не была для них тяжкой. Традиционно давали ее конями и рыбой.
Ни один завоеватель не пытался уничтожить ассов Дона только по причине не согласия с их религией. Пошла на такое только Золотая Орда. Да и то после принятия ею ислама. И ас-саки с берегов своей священной реки ушли на Русь. Они покинули ее раньше нашествия Мамая. Поэтому Мамай, кочуя вдоль Дона, сжигал уже брошенные людьми селения.
На Руси же перед донским населением встал выбор - что делать? Остаться с христианами или пойти на поклон в Орду и принять ислам. Второе решение давало возможность снова вернуться на Дон. Но тогда надо будет воевать против великорусов. Людей одной крови, одного языка и близкой культуры. Все решило знакомство ас-саков с христианством Сергия Радонежского. К своей радости дончаки большой разницы в новом учении, по сравнению с древней своей религией не увидели. Тем более православное христианство позволило сохранить традиционное донское самоуправление и институт волхования и даже ведические свадебные обряды.
И ас-саки Дона приняли решение - стать ведическими православными христианами и помочь русскому князю разгромить Золотую Орду. Все учли кукловоды Запада. Все, казалось бы, рассчитали, за все заплатили. Но вот этого фактора не учли. Не учли они, что живое учение Сергия Радонежского подарит Дмитрию Московскому отборный десятитысячный полк с Дона. Вернее не с Дона. Казаки собирались теперь со всех мест Руси, куда были вынуждены переехать. Но это дела не меняло. Десять тысяч, покрытых непроницаемой стальной броней, всадников на рослых, прикрытых кольчугой, конях собрались у стен Коломны и оттуда резвым маршем двинулись навстречу сорокатысячной литовской армии, идущего к Мамаю, Ягайло. В армии литовского католического князя более половины воинов были из Полоцкой Руси. Естественно христианство они не принимали, но, встретившись с казачьими разъездами, в разговорах поняли, что Московское христианство им не враг. Его даже приняли консервативные воинственные дончаки, так что воевать с Москвой не стоит. В армии Ягайло стал назревать бунт. И литовский полководец вынужден был двинуться назад в свое княжество.
Добившись такой вот бескровной победы казачий десятитысячный корпус во главе с атаманом Тмаром, устремились вслед, ушедшему к берегам Дона, московскому войску. Казаки немного опоздали. Когда их конница появилась на берегу Дона, Куликовская битва была в разгаре. Походный атаман Тмар и его окружение видели, что левое крыло русских прогнулось, а у татар на Красном холме есть резервы. Кроме того, там же на холме лагерь и ставка самого хана. Тут же созрело скорое решение - атаковать Красный холм! И казаки, перейдя Дон, сходу набросились на последний резерв Мамая у лагеря. Почти в одно время с их ударом, родственник князя, ведун и полководец Боброк, обрушил свой запасной полк на измотанное долгой сечей правое крыло татарских туменов.
Боброк видел, что у Мамая на Красном холме есть свежие силы, но выхода не было, иначе русскому войску грозило окружение. Каково же было его удивление, когда с Красного холма, заглушая рев битвы, раздался мощный многоголосый хор. Ас-саки Дона, атакуя личный тумен Мамая, запели гимн Перуну. Через несколько минут гимн древнерусскому ведическому богу подхватило все русское войско. Пели его и ведуны, и христианские священники. Пели все. Пел и сам Боброк.
Над Куликовым полем 8 сентября 1380 года звучал гимн русской победы. О том, что русское войско, сражаясь с Мамаем, пело гимн Перуну написал даже Татищев. А казачьи летописи и песни рассказали, кто его начал петь и каким поражением мусульманам закончилась та грандиозная битва. Князь Дмитрий теперь уже Донской, после своей победы, стоя над телом погибшего атамана Тмара, поклялся бывшим дончакам, что Дон Иванушка теперь их, они его завоевали своей кровью и его род, род потомков Рюрика, всегда будет считать эту землю только казачьей, и никогда эту . клятву не нарушит. Надо сказать, что русские московские владыки потомки Рюрика клятву князя Дмитрия сдержали.
Последний из Рюриковичей царь Иван Васильевич -Грозный за то, что казаки помогли ему покончить с ханствами Казанским и Астраханским, подарил им на владение Доном свою грамоту. Но это уже другая тема.
Многие историки считают объединение Руси Сергием Радонежским как подвижничество русского святого в единении, перед наступающим из степи врагом, основных русских земель. Это произошло вокруг Москвы, в ту трудную годину объединились многие русские княжества. Но то было всего лишь следствием духовного единения русских. Сергию Радонежскому удалось примирить на Руси две враждующие между собой религии. Показать ведическим руссам, что истинное учение Христа ничего общего с западным христианством не имеет. Что Иисус никогда не учил жечь ведические храмы, организовывать крестовые походы и сжигать на кострах еретиков. Русским христианам же он показал, что истинное христианство, по своей сути, такое же космогоническое и глубокое учение, как и их древняя вера. Поэтому для религиозной вражды нет причин. И тем и другим надо объединиться против наступающего с Запада христианства, талмудического - извращенного. Где именем Христа прикрываются самые гнусные преступления.
С эзотерической точки зрения святой волхв-подвижник нанес западным хозяевам иудо-христианства удар колоссальной силы. Это очень хорошо понимают противники Руси на Западе, и очень жаль, что этого никак не хотят понять современные неоязычники. Но староверы помнят мудрость предков: «Если к молоку прикоснулось жало змеи - это уже не молоко». Дело в том, что христианство создавалось надиудейским жречеством в том же сатанинском эгрегоре, что и его прародитель иудаизм. На Востоке мягкая форма иудаизма, организованная специально для будущих рабов, была обкатана за два века до рождения Христа еще сектой ессеев. Потом, используя четыре канонизированных евангелия (понятно, что канонизация прошла выборочно, и не без необходимой редакции). Этот-то ессейский иудаизм и был приписан Христу. Вот отсюда появилось в западном христианстве выражение «раб Божий» или «всякая власть от Бога» и т. д. Понятнее некуда. Если ты раб Божий, а евреи избранный Богом народ, то кто ты после этого? А Бог то один, он и у еврея и у тебя - Иегова... И не надо отрицать. Почему Библия и состоит из двух частей: из ветхого и нового заветов.
Так вот, Сергий Радонежский, пользуясь истинным учением Христа, которое, как мы знаем, было ведическим, жизнеутверждающим, солнечным, построив русское христианство по принципам древней гиперборейской веры, тем самым перевел его из сатанинского эгрегора разрушения в ведический эгрегор созидания. Фактически, Сергий Радонежский своим подвижничеством спас для поколений Земли то истинное высокое учение, которое принес Иисус в иудею. Церковь Сергия Радонежского отрицала обращение «раб Божий». При святом Сергии руссы называли себя, как и прежде в ведическое время, внуками Бога. Власть при Сергии Радонежском была не от Бога, а от людей и за справедливую власть надо было бороться, а если тебя ударили и несправедливо, то за такой удар можно ответить и ударом.
Вот почему Сергий Радонежский и его группа христиан волхвов благословила князя Дмитрия на битву с Мамаем и послала ему в войско своих витязей. Русская же западно-византийского толка церковь, в лице киевского митрополита Кирилла, наоборот всеми силами пыталась вразумить князя сдаться на милость ордынцам. Западники в русском духовенстве утверждали, что нашествие Мамая на Русь не что иное как наказание Московского владыки за то, что он принял крамольное учение Сергия Радонежского. Что собирается отделить русскую православную церковь от Византии. И вообще, со временем вернуть Русь к древней ведической вере.
Тот самый митрополит Кирилл и его люди, во время набега хана Тахтамыша на Москву (1382 г), когда князя Дмитрия в столице не было, предательски открыли ворота кремля татарам. Интересно то, что татары разграбить Москву не успели, зато успели сжечь княжескую библиотеку. Спрашивается: зачем нужна была кочевникам библиотека? Что за нелогичный идиотский поступок? Ничего нелогичного в гибели Московской библиотеки нет. Просто был выполнен заказ. Для этого люди митрополита и открыли ворота города. Остается только гадать, что за книги хранились в княжеской библиотеке? Известно одно, что они были собраны самим Сергием Радонежским. Значит, многие книги и свитки были древних дохристианских времен и написанные как чертами и резами, так и огненными знаками пракрита. Позднее Запад нанес еще один удар по Московии. В 1386 году на Русь двинул свои войска объединитель двух орд: Золотой и Синей Самаркандский правитель Тимур-Тамерлан. Он перешел Дон, взял Елец, но что произошло дальше христианская история умалчивает. По христианскому преданию Тимур испугался во сне хранительницы Руси, святой Девы Марии и спешно отошел на юг. Надо же каким сентиментальным и благочестивым оказался этот Тимур-Тамерлан! Сна испугался! А до этого полностью истребил непокорных ему кипчаков. Что же на самом деле произошло? А то, что созданное в свое время Сергием Радонежским воинство Дона во всей своей силе встало на пути Тимура, Казаки понимали, если победит Тимур и погибнет святая Русь, то и их земля Дон Иванович перейдет под власть супостатов. Значит, надо либо победить, либо умереть. Казаки ждали прихода сил князя, но Русь запаздывала. И они решились на битву сами. Но атаковали лагерь Тимура ночью. Тимур ждал чего угодно, только не ночной войны. Да еще и неизвестно с кем. А казаки, построившись рядами всем своим двадцатипятитысячным корпусом, с трех сторон обрушились на лагерь Тимура. До самого утра шла неистовая сеча. Горели костры, факела, горели палатки и шатры в лагере. И при свете огня кипела битва. А при свете лучей восходящего солнца казаки по своей древней традиции, как и на Куликовом поле, запели гимн Перуну. Поющий яростный противник смутил не только войско, но и самого мусульманского владыку. И под вечер Тимур, на скорую собрав остатки своей рассеянной армии, бросив на произвол судьбы раненых и свой лагерь, двинулся, спасая, что еще можно спасти, на юг.
