Очень хорошая статья Севастьянова, в которой он даёт расклады сил, участвующих в борьбе на политическом поле России. Точнее те силы, которые находятся в смертельной схватке друг с другом.

Некоторые умные люди взялись уверять нас, что происходившее в декабре на многотысячных митингах в Москве – это-де русская революция.

Это обман. Хотя перед нами действительно попытка революции. Но только на самом деле это не русская, а антирусская революция.

Революция сислибов.

Кто такие сислибы и почему они устремлены к революции, об этом нам поведал Андрей Илларионов, бывший советник Путина по экономике. Ультралиберал по убеждению, именно за это и отставленный в конце концов.
Он, долгие годы находившийся на самой вершине росийской власти, как никто знает и понимает кремлевские расклады и внутренние обстоятельства, в которых несведущи простые люди. Он предложил нам свою «экспертную» версию происходящего (http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=Z61eazVp2Ug#!).

Перед нами не умозрительные гипотезы какого-нибудь советника непонятного фонда, а конкретное знание видного участника процесса. Андрей Илларионов вполне внятно объясняет нам, что на самом деле творится с т. н. «русской революцией». Это взгляд изнутри, взгляд в сердце вещей.

Интервью Илларионова – настоящая информационная бомба, взрыв которой почему-то остался мало замеченным (тиражируют только часть: злонамеренную страшилку). А ведь там откровение огромной силы, полностью все объясняющее в современной российской политике. Илларионов многое рассказал как есть, назвал некоторые важные вещи своими именами. Ибо у него наболело.

Но рассказал не все. О самом важном он предпочел умолчать.

Нам полезно выставить на свет и то, и другое.



Заговор обреченных

Кратко – суть в следующем, со слов Илларионова.

Путину в наследство от Ельцина досталась система, опиравшаяся на две ноги: патриоты-силовики и сислибы (системные либералы, т. е. опорная часть системы управления и всей идеологии новой России). Такими словами Илларионов определяет главных политических игроков сезона. Сислибов он считает также «продвинутой номенклатурой», технарями, знающими экономику (имеются в виду Гайдар, Чубайс и стоящая за ними сплоченная компания).

Эти две силы в конце 1980-х брали власть вместе, на пару, «в тандеме». Но затем долгое время с переменным успехом конкурировали между собой, причем поначалу все преимущества были у сислибов, имевших свой концепт реформирования страны и потому творивших с Россией что хотели. В 2000-е годы спецслужбисты постепенно окрепли, вышли на первый план и стали вытеснять сислибов из власти, отодвигать их на второй план. В 2011 году «особенно ярким стал разлом в тандеме между силовиками и сислибами». Произошел своего рода переворот, окончательный передел власти. Последняя капля – вынужденный уход министра финансов Алексея Кудрина. Отодвинутая на обочину часть тандема – сислибы – «посчитали себя обиженными» и стали предпринимать движения «против тех, кто оказался у власти».

Перед нами – не что иное, как признание в наличии заговора против законной власти со стороны тех, кто ее имел, но потерял. Впрочем, Илларионов делает акцент на другом: после раскола тандема патриотов-спецслужбистов и сислибов в «сухом остатке» – уникальный спецслужбистский характер установившегося режима. Чего либеральному сердцу Илларионова, превыше всего на свете почитающему права человека, терпеть никак не можно.
Экономист Илларионов рассуждает о тоталитаризме и правах человека, о борьбе группировок за власть, но ничего не говорит о политэкономической подоплеке названного разлома. Ничего не говорит о подлинной и главной причине конфликта былых партнеров. О полном крахе либерального концепта развития России. И это не случайно.

Отлично понимая указанную суть дела, он намеренно сводит все к аппаратной борьбе, пытается представить дело так, что главный объект перемен – кадровые назначения: Сергей Нарышкин во главе Думы, Сергей Иванов – во главе Администрации президента, Дмитрий Рогозин – вице-премьер.

Так-то оно так (или почти так, ибо Рогозин никогда не был спецслужбистом), да только в этом ли дело? В личностях ли? Нет, конечно.

Вопрос стоит ни много ни мало – о пути, по которому следует дальше развиваться России. Следовать ли и впредь путем либеральных реформ, по которому нас вели Гайдар и Чубайс, Ясин и Касьянов, Греф и Зурабов, те же Илларионов и Кудрин? Восстановить либеральную диктатуру? Или вернуться к нормальной, созидающей и относительно честной экономике?

Илларионов верно почуял шкурой главный нерв происходящего в стране. Началась схватка: кто – кого? Патриоты-силовики добьют сислибов и выключат их, наконец, из управления Россией? Или сислибы возьмут реванш, свергнут Путина и его команду, сломают хребет патриотам-силовикам и поведут Россию дальше путем гибельных либеральных реформ?

В России порядок известен: победитель получает все, а побежденный всего лишается. Ставки очень высоки.

Вот почему Илларионов, давно вынужденный расстаться с Путиным, переставшим прислушиваться к его ультралиберальным советам, счел необходимым так резко выступить против нового курса правительства (и даже сбежал для этого из России: ни дать ни взять Андрей Курбский в посланиях обличает Ивана Грозного). Вот почему Алексей Кудрин, свежевылетевший из власти ультралиберал, побежал на митинг оппозиции, чтобы срочно сдать Путина, который только накануне отрекламировал «друга». Вот почему на самом видном месте на эстраде митинга оказалась тройка некогда наиболее влиятельных либералов: премьер-министра России (Касьянов), вице-премьера (Немцов) и министра финансов (Кудрин).
Что так встревожило, испугало Илларионова? Кудрина? И прочих оказавшихся не у дел либералов?

Именно то, что обрадовало меня: начало «революции сверху».

Путин на тропе войны с сислибами

В последнее время мы стали свидетелями действий Путина, свидетельствующих как о резкой смене курса, так и об отчаянной смелости премьер-министра. Которая может стоить ему головы.

Я имею в виду три решения, задевающие жизненные интересы обширных и могущественных слоев т. н. элиты российского общества. Людей неслабых, современных бояр. Все эти решения давно назрели, если не перезрели, но принять их накануне собственных выборов – это очень сильный ход очень сильного, уверенного в себе игрока.

Во-первых, объявление войны офшорам.

Во-вторых, начало разбирательства по поводу дочерних компаний, облепивших, по плану Чубайса, российскую энергетику. Отправив «смотрящего по России» от Бильдербергского клуба в почетную ссылку, Путин замахнулся теперь на его детище: преступный плод приватизации РАО ЕЭС. Политическое значение этого факта невозможно переоценить: прецедент с большим, судьбоносным будущим.
В-третьих, назначение Рогозина на ВПК. А по сути дела, назначение ВПК, как в старые добрые времена, локомотивом развития индустриальной и постиндустриальной России. Как это во всех нормальных странах исстари ведется.
Началось! Перед нами три капитальные основы национальной революции «сверху». Важнейшие моменты, не только обозначившие долгожданный разворот от либеральных реформ к развитию национальной экономики, но определяющие также и вектор внутренней политики. Правильный, на мой взгляд, вектор.

Есть одно «но». Путин учился в Высшей школе КГБ СССР в годы, когда политэкономический подход безраздельно господствовал в обществоведении, и тогда же защищал кандидатскую диссертацию по экономике. Для него вполне естественно класть экономику в основу политики, что он, как видим, и сделал уже. И столь же естественно, увы, – недооценивать этнополитический фактор, который «не проходили», не изучали при Советской власти.

Поэтому, встав на совершенно правильную экономическую платформу национальной революции, Путин пока что практически игнорирует этнополитическую платформу. Хотя и убрал главных, на мой взгляд, русофобов Суркова и Поллыеву из числа вершителей внутренней политики (тут уместно вспомнить и про те кадровые назначения, которые так всполошили Илларионова: нерусских среди новых назначенцев нет, а у Рогозина и вовсе репутация националиста).

Я считаю, что предприняв все эти шаги, Путин пошел на очень серьезный, возможно смертельный риск. По сути, объявил войну – или революцию, как угодно. Очертил голову. Отрезал себе пути к отступлению. Впрочем, он не может не понимать, что отступать некуда: позади Гаага, в самом лучшем случае. Ему уже никогда не простят всего сделанного по укреплению российского суверенитета. А скорее всего – просто убьют тем или иным способом, если он ослабнет. У тех же Гусинского, Березовского, Ходорковского и мн. др. на это средств хватит, скинутся, если что.

Путин – спортсмен по складу характера. Но тут-то уж не спорт, тут борьба не на жизнь, а на смерть. Сможет ли наш спортсмен так биться? От этого зависит жизнь не только его самого.

Путин, как я не раз убеждался, способен учиться на ходу. Научится он и русскому национализму, коль острая нужда заставляет. Важно, чтобы было у кого и по каким учебникам. И чтобы уча этот урок, он ни на миг не выпускал из рук бразды правления. Иначе все обучение окажется втуне.

Русский вопрос в антирусской постановке

Двойная природа оппозиционных митингов (Болота имени Сахарова, как я их называю) очевидна. В одну телегу искусно запрягли-таки коня и трепетную лань: собранную жаждущими реванша сислибами стотысячную толпу «кристально честных душ» обычных граждан, с одной стороны, а с другой – колонну русских националистов, числом на порядок-два меньше, но с собственными задачами и амбициями.

Соотношение сил ярко выявляется простым сопоставлением двух митингов, прошедших подряд, день за днем, 10 и 11 декабря: не менее 50 тысяч в одном случае и всего от 500 до 1000 человек в другом. Кроме того, известно: кто платит, тот и заказывает музыку, а бюджет митингов – всецело в руках сислибов-реваншистов.

Спрашивается: зачем сислибам этот русский припек к их пышному оппозиционному, национально политкорректному, пирогу? Особенно с учетом еврейского происхождения большинства основных заводил, от Гарри Каспарова и Бориса Немцова – до Григория Явлинского и Виктора Шендеровича? Чем так уж важна для них эта небольшая колонна активистов Русского движения?

Не менее интересно: зачем русские националисты якшаются с сислибами? Какая для них честь маячить перед камерами, что-то крича на фоне шендеровичей?

В политике всегда актуален вопрос: кто кого сумеет использовать, кто на чьем горбу въедет в рай. Сегодня эту дилемму рассматривают в отношении двух движущих сил митинговой стихии: либеральной и русской националистической. Дилемма, понятно, ложная, поскольку вторая из названных сил не обладает никаким потенциалом государственного строительства, в отличие от первой, реально управлявшей страной без малого двадцать лет и сохранившей все связи и рычаги, а главное – огромные деньги и кадровый потенциал. У одного только Кудрина, надо полагать, миллиарды долларов в загашнике – и неограниченный кредит в крупнейших банках мира, который будет без промедления выдан на антипутинский переворот…
В данном случае легче выяснить, зачем националисты примазываются к сислибам. Они сами отвечают на этот вопрос устами Валерия Соловья и Бориса Миронова, наших записных буревестников.

Борис Миронов, как всегда, живет мечтами. На вопрос корреспондента «А вот если б удалось взять слово, что б вы сказали людям, заполонившим проспект?» он ответил: «Спросил бы для начала, много ли среди них русских, попросил бы русских поднять руки, нет, лучше пусть бы они вздымали кулаки, а когда весь проспект вскинул бы кулаки, а так и было, там ведь сплошь были русские, я тогда бы задался вопросом, почему же, когда весь проспект заполнен русскими, когда весь проспект – русские, а на сцене пиршествуют русофобы, руссконенавистники, друзья и соратники Чубайса?!» Надо ли объяснять, что прекрасная мечта так мечтою и осталась. Заразительной, но бесплодной…

Ну, а Соловей – тот не так прост. Ловко выдавая желаемое за действительное, он настойчиво уже в шести заметках подряд внушает русским людям, что режим-де еле держится (Илларионов – тот, наоборот, считает, что режим полностью созрел для силового перехода к диктатуре), что «новая русская революция развивается по классическому сценарию» и что «массовые настроения просто обречены меняться в пользу сил, придерживающихся радикальной позиции». Почему это так? с какой стати? массам что, больше делать нечего, как разрушать трудно наладившееся благополучие? или они уж совсем лишены мозгов, хотят вернуться в 1991 год? Соловей не вдается в такие мелочи.

Он гарантирует честным словом: «Общенациональная гражданская кампании “Россия без Путина!” окажется не просто успешной, а очень успешной. Она окончательно раскачает общество, резко повысит его политическую активность и политический градус в стране». И уверяет в этой связи, что русским националистам «надо участвовать в кампании еще активнее, еще напористее навязывать свою повестку и линию поведения».

Зачем? Затем, что «цель русских националистов, внесистемных левых, Навального и ряда других сил, включая часть демократического лагеря, – полный слом системы колониального угнетения, утвердившейся в России и направленной, прежде всего, против русского народа». А поэтому «любые разглагольствования вроде тех, что националистам надо проводить “свои маленькие уютные митинги”, что “нельзя участвовать в одних мероприятиях с либералами”, исходят от идиотов или откровенных врагов».

По моему-то слабому разумению, от идиотов или откровенных врагов (провокаторов) скорее могут исходить советы кому-то браться за предприятие, заведомо превышающее его силы. Полный слом системы не производят усилиями десяти или даже ста тысяч людей, не связанных ничем, кроме кипения возмущенного разума и туманных представлений об общем благе. Не имеющих ни признанных вождей, ни партийной дисциплины, ни программы, ни кадров, ни теневого правительства, словом – просто усилиями воодушевленной неорганизованной толпы. А ведь ничего другого у Русского движения, простертого в виде неотмобилизованной сети, сегодня нет. Поэтому мечтать о подобных целях можно, только имея в своем мозгу встроенный дефект. И будет такой мечтатель служить своим целям лишь в меру своего дефективного понимания, зато в меру непонимания – неизбежно будет служить чужим целям. Так гласят азы теории управления.

Возможно, Соловей думает, что свержение путинского режима и возврат к власти сислибов будет означать «слом системы колониального угнетения русского народа». Но я думаю, что Соловей так не думает. И не думаю, что читатель думает, что Соловей так думает. Он слишком умен для этого.

Чьим же именно целям предстоит послужить русским националистам в сложившейся ситуации? И каким образом? Кому и зачем на самом деле нужно участие мизерного русского прицепа в составе неслабого либерального эшелона? Об этом Соловей почему-то умалчивает.

Попробуем без него догадаться.

В ожидании кровавого воскресения

Все просто.

Дело в том, что сислибы не могут выступать перед народом, не прикрыв ничем свое истинное лицо. Ибо вид «революции сислибов», вовсе очищенный от националистической примеси, может, на мой взгляд, у нормального русского человека вызвать лишь один возглас, обращенный к народу и к власти: «Добить гадину!». Ибо за прошедшие двадцать лет в словаре синонимов современного русского языка прочно прописалась пара: «либерал – враг народа».

Именно поэтому сислибам, всем этим «бывшим» – немцовым, касьяновым и кудриным – так необходимо националистическое прикрытие, участие русских националистов в их мероприятиях. Прикраса, одним словом. Чтобы защититься от вполне заслуженного чувства негодования со стороны русского большинства.

Вновь, как в 1917 и в 1991 гг., национально чужие, чуждые нам люди норовят прикинуться социально и морально близкими. Примазаться к нам. Ведь мы же все – неважно, русские, евреи, геи, натуралы, националисты, либералы – за справедливость, мы все за добро и прогресс, за честь и достоинство, за права человека, наконец! За вашу и нашу свободу!

Русский народ доверчив, он доказал это и в 1917, и в 1991 гг. Докажет и еще раз, вновь послужив ледоколом для чужаков.

Но этого мало. Русские националисты нужны еще и для другого, гораздо более важного дела. О котором сами-то они, конечно, не подозревают.

Дело в том, что протестанты шаг за шагом все дальше загоняют себя в ловушку без выхода, наращивая потенциал незаконных требований. Совет «активнее, еще напористее навязывать свою повестку» вовсе не случаен. Это указание действовать без оглядки, сжигать мосты, взвинчивать, доводить ситцуацию до абсурда, а в случае отказа власти выполнять абсурдные требования улицы – до взрыва.

Вся суть именно в этом: нужен взрыв.

Казалось бы: зачем так волноваться и напрягаться? Не нравятся выборы? Идите в суд! Подайте сто тысяч заявлений! Завалите суды ими! У вас же полно людей, полно адвокатов, полно денег. Добейтесь отмены выборов по закону, если закон действительно на вашей стороне. При чем тут площадь?

И уж в любом случае – нет никаких оснований сегодня ставить под сомнение будущие выборы президента. Разве Путин нынче гарант Конституции, несущий ответственность за честность минувших выборов? Нет, Медведев. Причем же тут «Путин, уходи!»? Уходить ли Путину, пусть скажет народ в марте, а не Болото имени Сахарова.

Зачем в таком случае нужен миллионный митинг в феврале под лозунгом «Россия без Путина», обещанный Навальным? А вот зачем.

Сислибам нужно, чтобы в феврале пролилась кровь, желательно русская. Нужно новое «кровавое воскресенье», как в 1905 году. Тогда Путин не перешагнет рубеж выборов в марте!

Березовские не пожалеют на это любых денег. Ибо возврата за кровавую черту уже не будет. И тогда конфликт приобретет необратимый характер, а эскалация насилия с обеих сторон может привести к любым последствиям вплоть до гражданской войны и интервенции НАТО или ввода голубых касок ООН. По сербскому, иракскому, ливийскому и т. д. варианту. И тогда сислибы вернутся в Кремль, если не на волне хорошо срежиссированного народного возмущения, то на штыках «миротворцев».
Нужна кровавая жертва! Нужен символ!

Чья же кровь должна пролиться? Надо ли объяснять, кто пойдет на заклание?

На всякий случай – объясню, вдруг кто-то еще не понял.

В роли жертвенного козляти можно, конечно, использовать и кого-то из своих, отработанную фигуру вроде Бориса Немцова: «мавр сделал свое дело, мавра можно уйти». Он отлично сыграл на первом организационном этапе свою роль, но замарался грязными телефонными разговорами и к тому же позволил себя задвинуть в пользу Навального. Утратил лицо. Почему бы теперь и не мочкануть его для общей пользы? Пусть последний раз послужит святому делу низвержения путинского режима!
Но беда в том, что сколько ни мочи немцовых и шендеровичей, а для русского народа из них икону не сотворить. Другое дело, если под роковую пулю нанятого березовскими снайпера, или под тяжкую дубинку подкупленного омоновца, или под кастет или нож «случайного» уличного бойца в неразберихе схватки попадет кто-то из своих – например, милый, симпатичный, всеми ценимый умница и эстет Константин Крылов, который так запомнился неуемно горячими выступлениями с эстрады! И понесет его негодующий народ на руках к стенам Кремля (благо габариты не слишком велики), и пробьет его бездыханным, окровавленным телом, как тараном, кремлевские ворота…

Мне очень не хочется, чтобы сислибы вновь въехали в Кремль, да еще и по русской кровушке на салазках из русских косточек. Как это водится у них.
Поэтому я и пишу об этом.

Революции – быть!

Известно, да и я не раз писал об этом, что на смену буржуазно-демократическим революциям (а в 1991–1993 гг. у нас состоялась именно таковая) неизбежно грядут революции национальные. Что ж, значит пришло время вновь сбыться моим прогнозам.

Страна дозрела: нам нужна революция!

Но только не «революция сислибов».

Нам нужна русская национальная антилиберальная революция. Чтобы окончательно выкинуть ограбивших и едва не уничтоживших нас сислибов из экономики и политики России. А лучше всего – вообще из России. Добить-таки гадину.
Кто первый начнет русскую революцию: Путин и его команда патриотов-силовиков или русские националисты? Основания для этого есть и у тех, и у других. Будет ли это революция «сверху» – или «снизу»? Кто переломит ситуацию, кто возьмет в руки судьбу России? Будут ли эти силы действовать вместе или поврозь?

Кто начнет эту революцию, тот и победит, тот и выиграет первый приз: власть, жизнь, процветание страны. Но если ни у тех, ни у других не достанет ума осознать эту необходимость, то победа может достаться именно их общему противнику: сислибам.
Судя по происходящим событиям, процесс, как говорится, пошел. С одной стороны, 24 декабря наметилось (пока еще не очень сильно) размежевание либерального и национального сектора митингующих. Трещина между ними обречена расти. Это шаг к «революции снизу». С другой стороны, кадровые изменения в АП, ГД и правительстве, смена экономической политики и проч. указывают на начавшуюся «революцию сверху».

Парадокс в том, что свою революцию – точнее, антипутинский мятеж с целью реставрации своей диктатуры – одновременно начали и сислибы. Устроили, так сказать, встречный пал. Сгореть бы им в нем!
Теперь для нас, русских, важно одно: опередить сислибов. Поиметь их.

Неважно, сверху или снизу. А лучше сразу со всех сторон.

Промедление смерти подобно