Бог разрешает Мефистофелю подвергнуть Фауста любым искушениям, низвести его в любую бездну, веря, что чутье выведет Фауста из тупика. Мефистофель,  как истинный дух отрицания, принимает спор, обещая заставить Фауста  пресмыкаться и «жрать […] прах от башмака». Грандиозная по масштабу  борьба добра и зла, великого и ничтожного, возвышенного и низменного начинается.

Тот, о ком заключён этот спор, проводит ночь без сна в тесной готической комнате со сводчатым потолком. В этой рабочей келье за долгие годы упорного труда Фауст постиг всю земную премудрость. Затем он дерзнул посягнуть на тайны сверхъестественных явлений, обратился к магии и алхимии. Однако вместо удовлетворения на склоне лет он чувствует лишь душевную пустоту и боль от тщеты содеянного. «Я богословьем овладел, над философией корпел, юриспруденцию долбил и медицину изучил. Однако я при этом всем был и остался дураком» — так начинает он свой первый монолог.
Необыкновенный по силе и глубине ум Фауста отмечен бесстрашием перед истиной. Он не обольщается иллюзиями и потому с беспощадностью видит,
 Мефистофель над Виттенбергом
сколь ограниченны возможности знания, как несоизмеримы загадки мирозданья и природы с плодами научного опыта. Когда Вагнер в самонадеянной глупости изрекает, что человек дорос до того, чтоб знать ответ на все свои загадки, раздражённый Фауст прекращает беседу. Оставшись один, учёный вновь погружается в состояние мрачной безысходности.

Иллюстрация А.Н. Сиверцева к трагедии И.В. Гёте "Фауст"