Тыквенные монстры на Хэллоувин

Вырезание тыкв – одна из лучших частей подготовки к Хэллоуину. Вырезать тыквы очень весело. А создать праздничную “жуткую атмосферу” помогут разные образы. В США вырезание тыкв сперва ассоциировалось с началом сезона урожая, а затем уже стало вестником Хэллоуина. При вырезании тыквы верхушку обычно срезают, мякоть тщательно вычищают, а в самой тыкве вырезают различные, обычно страшные рожицы.

Милла Йовович снялась для апокалиптического календаря

35-летняя актриса и модель Мила Йовович снялась для календаря Campari на 2012 год. Поскольку, как всем известно, это год конца света, актриса предстает на фоне апокалиптических пейзажей. Мила примерила 12 сказочных образов, над созданием которых потрудилась целая команда стилистов во главе с фотографом Дмитрием Данилловым. Фотосессия получила название It’s the end of the world, baby! – “Это конец света, детка!”

Утренняя молитва Женщины



Господи, помоги. Можно, я без кавычек?
Утро не с той ноги вычеркни из привычек.

Господи, по утрам – делай благое дело,
Чтобы в шкафу всегда чистое всё висело.

Добрым со мною будь. Не пожелай проклятья –
Встретить кого-нибудь в точно таком же платье…

Можно ещё спрошу. Можно ведь сделать, чтобы
На остановке ждал утром пустой автобус.

Чтобы работа – рай, с прибылью без предела.
Чтобы любой пирог делал стройнее тело.

Чтобы заботлив муж, чтобы послушны дети,
Время сбавляло бег, если я в интернете…

Многого я хочу? Ладно. И всё же, всё же…
Господи, просто – будь… Кто мне ещё поможет?


Тамара Шумейко.

ОН И ОНА



* ОНА:
Когда мне будет восемьдесят пять,
Когда начну я тапочки терять,
В бульоне размягчать кусочки хлеба,
Вязать излишне длинные шарфы,
Ходить, держась за стены и шкафы,
И долго-долго вглядываться в небо,
Когда все женское,
Что мне сейчас дано,
Истратится и станет все равно -
Уснуть, проснуться, или не проснуться.
Из виданного на своем веку
Я бережно твой образ извлеку,
И чуть заметно губы улыбнутся.

* ОН:
Когда мне будет восемьдесят пять,
По дому буду твои тапочки искать,
Ворчать на то, что трудно мне сгибаться,
Носить какие-то нелепые шарфы
Из тех, что для меня связала ты.
А утром, просыпаясь до рассвета,
Прислушаюсь к дыханью твоему,
Вдруг улыбнусь и тихо обниму.
Когда мне будет восемьдесят пять,
С тебя пылинки буду я сдувать,
Твои седые букли поправлять,
И, взявшись за руки по скверику гулять.
И нам не страшно будет умирать,
Когда нам будет восемьдесят пять...
Вернуться в начало страницы
    
 

Торопитесь любить.....



Торопитесь любить - время впрок запасти не удастся...
торопитесь друг друга беречь - ведь потерь не вернуть...
не ленитесь сказать о любви, ведь и так может статься,
что когда-то придётся одним продолжать этот путь...

Не спешите винить, не спешите обидеть упрёком -
те слова тяжелы, не пришлось бы просить их назад...
а любая ошибка потом обернётся уроком,
лучше время найдите, чтоб доброе что-то сказать...

Не забудьте, что жизнь коротка, а минуты - бесценны,
что в песочных часах золотой убегает песок...
не забудьте, что даже кумиры уходят со сцены,
и родным, и любимым, и нужным назначен свой срок...

Есть "сейчас"... загляните в глаза и проникните в душу...
если сердце тревожит печаль - дайте волю слезам...
научитесь прощать, понимать и внимательно слушать,
торопитесь любить, чтоб когда-нибудь не опоздать!!

Надежда Могер

МНЕ СНИЛСЯ СОН



Мне снился сон: под звездной
рябью,
Как в поле крест, стою одна я
И проклинаю долю бабью,
За всех живущих проклинаю.
За тех, кто плачет ночь в обиде,
За тех, кто в крик кричит, рожая,
За тех, кто слез своих не видит,
Весь век в дорогу провожая.
За стервенеющих на кухне,
За увядающих до срока,
За тех, чей праздник рано рухнет,
Чья удаль облетит без прока.
За беззаветных и кичливых,
Земных забот хлебнувших вволю,
За несчастливых и счастливых
Я проклинала бабью долю.
За всех рожденных с искрой божьей,
Что век тянуть упряжку рабью,
За всех, кто мог бы – да не сможет,
Я проклинала долю бабью!..

Проснулась я от плача дочки,
Вставало солнце в чистом небе,
Благославляя мой бессрочный,
Мой трудный, мой прекрасный жребий.


Ирина Снегова

О, Господи! Все женщины мечтают.......



О, Господи! Все женщины мечтают,
Чтоб их любили так, как ты меня.
Об этом в книгах девочки читают,
Старухи плачут, греясь у огня.
И мать семьи, живущая как надо,
В надёжном доме, где спокойный свет,
Вдохнёт, следя, как меркнут туч армады:
И всё как надо, а чего-то нет.
Есть равновесие, складность, но всечасно
Никто минут, кромсая дни, не ждёт.
Никто тебя за счастье, за несчастье,
Как бред, как наважденье, не клянет.
Не довелось: Вздохнёт, а тучи тают,
Горит закат на самой кромке дня:
О, Господи! Все женщины мечтают,
Чтоб их любили так, как ты меня-
Неотвратимо, с яростью, с бедою,
С желаньем мстить, как первому врагу.
Должно быть, я любви такой не стою,
Коль броситься ей в ноги не могу.



Ирина Снегова

Жалеет....



У нас говорят, что, мол, любит, и очень,
Мол, балует, холит, ревнует, лелеет…
А помню, старуха соседка короче,
Как встарь в деревнях, говорила: жалеет.
И часто, платок, натянувши потуже
И вечером в кухне усевшись погреться,
Она вспоминала сапожника-мужа,
Как век он не мог на неё насмотреться.
- Поедет он смолоду, помнится, в город,
Глядишь – уж летит, да с каким полушалком!
А спросишь: чего, мол, управился скоро?
Не скажет… Но знаю… меня ему жалко…
Зимой мой хозяин тачает, бывало,
А я уже лягу, я спать мастерица,
Он встанет, поправит на мне одеяло,
Да так, что не скрипнет под ним половица.
И сядет к огню в уголке своём тесном.
Не стукнет колодка, не звякнет гвоздочек…
Дай бог ему отдыха в царстве небесном! –
И тихо вздыхала: - Жалел меня очень.
В ту пору всё это смешным мне казалось,
Казалось, любовь, чем сильнее, тем злее,
Трагедии, бури… Какая там жалость!
Но юность ушла. Что нам ссориться с нею?

Недавно, больная бессонницей зябкой,
Я встретила взгляд твой – тревога в нём стыла.
И вспомнилась вдруг мне та старая бабка, -
Как верно она про любовь говорила!

Ирина Снегова 1922г

Окунусь в твою ладонь...



Утром ранним, как всегда, тихо.
Будет в форточку молчать город.
Будут сонные часы тикать
И чуть слышно шелестеть шторы.

Ты вернёшь меня во сне в сердце
Из угла, где поселил, спрятав.
Окунусь в твою ладонь греться,
И немножко посижу рядом.

Тёплый кофе отхлебну с пенкой,
Стул верну, где был, - к стене спинкой.
Поцелую на виске венку
И растаю на заре дымкой.



Марина Июльская

*****

Как резко выделяются в толпе
Ухоженные,стильные старушки.
Задумчивые или хохотушки,
Подвластные особой красоте.

Они не носят безразмерных кофт
И юбки на растянутой резинке,
Не обувают затрапезных бот,
И губы "бантиком" не красят по-старинке.

Они не устают нас поражать
Костюмами,перчатками,туфлЯми,
Высокими не в меру каблуками
И шляпками - изяществу под стать!

Они подкрашивают брови и глаза,
На ногти лак старательно наносят,
Не выцветший халат, а джинсы носят,
И осудить их жизненность нельзя!

А в доме - милый, чистенький уют
С пузатыми японскими божками,
Испанскими цветными веерами,
Воспоминаньями, что в рамочках живут...

Как можно их старушками назвать?!
От них седая молодость струится!
И ни одна, поверьте, не боится,
Что старость может их врасплох застать!

Наталия Лысенко

Ах, дочка, дочка...



Ах, дочка, дочка… Как быстро время
Часы сплетает в года-косички.
Другие планы, дела, привычки –
Ты стала взрослой. А я старею.

Ах, дочка, дочка. Так тихо дома…
Лежит, скучая, старушка-кошка.
А я всё так же спешу к окошку,
Когда детишки кричат знакомо.

Ах, дочка, дочка… Магнитом тянут
Другие страны, другие люди...
Познанью мира конца не будет.
А я всё так же живу вестями.

Не буду больше грустить о прошлом,
И хватит, дочка, смотреть сурово –
Роди мне внучку. Чтоб были снова
Капризы, куклы, и бант для кошки…



Тамара Шумейко

По имени Мать



Дождь в окошко стучит, как замерзшая птица.
Но она не уснет, продолжая нас ждать.
Я сегодня хочу до земли поклониться
Нашей женщине русской, по имени МАТЬ.

Той, которая жизнь подарила нам в муках,
Той, что снами, порой, не спала по ночам.
Прижимали к груди ее теплые руки.
И молилась за нас всем Святым Образам.

Той, которая Бога просила о счастье,
За здоровье своих дочерей, сыновей.
Каждый новый наш шаг – для нее был как праздник.
И больнее ей было от боли детей.

Из родного гнезда вылетаем, как птицы:
Поскорее нам хочется взрослыми стать.
Я сегодня хочу до земли поклониться.
Нашей женщине русской, по имени МАТЬ.


Юрий Шмидт

Какое блаженство проснуться и знать,
Что вам на работу не надо бежать.
И день наступающий очень хорош,
А если болеешь, то значит - живешь.
И старость - совсем не плохая пора.
Да здравствует время свободы! Ура!

Какое блаженство на старости лет
Своими ногами идти в туалет.
А после в обратный отправиться путь
И быстренько под одеяло нырнуть.
А утром проснуться, проснуться и встать
И снова ходить, говорить и дышать.

Какое блаженство в постели лежать
И на ночь хорошую книгу читать.
Сто раз прочитаешь знакомую прозу,
И все тебе ново - спасибо склерозу.

Какое блаженство по рынку ходить
И новую кофту однажды купить.
Обновка - молекула миниблаженства
В потоке природного несовершенства.
И радости разные встретятся чаще...
Не смейся над бабушкой в кофте блестящей

Какое блаженство подняться с асфальта
И знать, что твое небывалое сальто
Закончилось не инвалидной коляской,
А просто испугом и маленькой встряской.
Теперь вы со мной согласитесь, друзья,
Что все-таки очень везучая я.

Инна Бронштейн

Первобытный ресторан в Берлине: ешь, как в каменном веке!




Первобытный ресторан в Берлине

Если бы мы жили в каменном веке, то у нас не было бы ни кариеса, ни проблем с лишним весом, ни авитаминоза, ни пищевой аллергии... Идиллия? Если да, то специально для вас недавно открылся необычный ресторан в Берлине. Здесь подают только те блюда, которые могли бы попасться на зуб нашим далеким предкам из палеолита: примитивные хлебцы, сырую рыбу, коренья, травы и многие другие действительно древние лакомства.                                   

"Красный бант в волосах!"



Бант снова на острие моды! На одежде, на шляпках, на сумочках и на туфлях... И конечно, в волосах. Древнее и, наверное, вечное украшение: бант.

Вы смотрите на своё отражение в зеркале. Всё отлично, но, кажется, чего-то не хватает. Этакого. Может, нужен бантик? Вот здесь? Или… сбоку? У нас богатейший выбор. Можно украсить бантом волосы, шляпу, туфли, завязать соответствующим образом платок, галстук или шарф – да мало ли? В сущности, если взглянуть на историю лент, бантов и бантиков, то окажется, что за многие сотни лет не осталось, фактически, ни единой детали туалета, которую бы они в своё время не украшали – от нижнего белья и обуви до причёсок и зонтов. Шёлковые, бархатные, атласные, большие и крошечные – да, в общем, любые – банты одновременно и самый простой, а временами и едва ли не самый популярный способ украсить свой внешний вид.

Так что, пока мужчина, надевая вечерний костюм, возится с галстуком-бабочкой, девочка собирает волосы в хвост и прихватывает их бантом, а мы украшаем бантами букеты и подарки, многолетняя традиция продолжается.



Обычно, если уж заходит речь о бантах и их роли в истории моды, то непременно вспоминают французского короля Людовика XIV (1638-1715), при котором бантами одежду усеивали буквально с головы до ног. Но Король-Солнце, прославленный авторами исторических романов, законодатель мод своего времени, всё же был далеко не первым, кому это пришло в голову.

Тысячелетиями люди использовали для скрепления различных деталей туалета шнурки, ленты и тому подобные «завязки». А как ещё завязать их (да так, чтобы потом и развязать было легко), как не бантом?

Но сугубо функциональные, скромные бантики-завязки, не дающие отвалиться рукаву или упасть плащу, не так интересны. Так когда же люди додумались, что они могут одновременно служить и украшением? Довольно быстро. Банты из лент, украшающие одежду, упоминаются в текстах Джеффри Чосера (1343-1400), «отца английской литературы»; а согласно недавним исследованиям, даже суровые викинги и то были к ним неравнодушны.

   

Самая неудобная обувь за всю историю человечества



Люди носят обувь уже почти 10 000 лет! И тысячелетиями менялись материалы и способы ее изготовления. Среди невероятного разнообразия обуви, созданной за это время, встречаются как удачные варианты (например, современные кроссовки для бега), так и варианты совсем не пригодные для ходьбы (как «золотые лотосы»). Именно о вторых и пойдет речь .

Окобо



В японской традиции окобо — это обувь майко (майко — ученица гейши). Необходимость носить обувь на столь высокой платформе была, отнюдь, не дань моде, а возникла из чисто прагматических соображений. Дело в том, что майко носит очень дорогое кимоно и несколько капель грязи могут попросту его испортить. А откуда у начинающей гейши деньги на новое кимоно? Вот так и появились окобо. Подошва окобо изготавливается из цельного куска дерева и, зачастую, даже не лакируется. Высота подошвы достигает 14 см. Также в подошве вырезаются полости, благодаря которым окобо издают характерный звук при ходьбе. Кстати, по цвету ремешков, которыми окобо крепятся к ноге, можно определить статус майко. Например, начинающие носят красные, а майко завершающие обучение — желтые.

Мат полезен для здоровья





Замшелое наше общество не терпит «матюков», однако это ничуть не мешает простодушным гражданам орать мат во все горло, и тем, кто именует себя интеллигентами, — морщиться и надменно фыркать при этом. Британские ученые, мимо которых безнаказанно не пролетает ни одна проблема мира сего, сделали довольно интересное открытие, касающееся матерных слов. Перед этим, как и полагается, было проведено исследование, которое оказалось весьма результативным и заставило поморщиться не одного интеллигентишку. Выяснилось, что нецензурная брань полезна для здоровья. Крепкое словцо, оказывается, обладает исключительным болеутоляющим эффектом, а значит — помогает людям стойко переносить боль. Максимальный эффект от ругательств возможен в том случае, если человек прежде матерных слов не употреблял или употреблял, но очень редко.

18 правил Жизни Далай Ламы





В начале нового тысячелетия, Далай Лама сформировал 18 правил жизни. Вот они:

1. Примите во внимание, что большая любовь и большие успехи связаны с большим риском.