Сегодня в парке было людно. Складывалось впечатление, что все решили отдохнуть после утреннего происшествия. Тем не менее тихий уголок удалось найти. Паоло присел на скамейку и задумался. Больше всего хотелось, чтобы вся эта разведка оказалась сном. Всё закрутилось настолько, что Мыш, признаться, был в растерянности. Голова просто распухала от вопросов.
«Кто убил Гордона?
Что мог заподозрить Гереро?
Знает ли Шарлотта об убийстве?
Как достать карту? Хотя бы одну. Нормальную, а не нарисованную по старой памяти.
Как вернуть от разбойников свои вещи? Главное, лекарства…»
Много, о чём хотелось себя спросить, но слишком неуверенными получались ответы.
- Что с Вами сегодня, Золтан? – прорвался сквозь раздумья голосок Шарлоты.
«И что я ей отвечу?»
- Я… Я плохо спал сегодня. Мне снился кошмар.
- Говорят, если рассказать сон, то он не сбудется.
- Я не верю в сны, - отрезал Паоло, - И Вам не советую. Лишняя головная боль.
Лицо парня посуровело. Сон. Он ведь сбылся. Становилось жутко. Если такое будет случаться каждый день…
«Оставь-ка ты эти бредни! Переволновался, вот и всё!»
- Не обижайтесь, - попросил он девушку более мягким голосом, - Но я в самом деле не верю в сны. Возможно потому, что большей частью мне снятся ужасы. Но жизнь-то продолжается.
Он улыбнулся. Лицо Шарлотты просветлело.
- Я не обижаюсь. Тем более что по-своему Вы тоже правы.
- Ну, тогда мир? – усмехнулся Мыш, протягивая ей руку.
- Мир.
Пальчики Шарлотты коснулись его ладони.
Реальность закружилась перед глазами. Он обнял девушку за талию, потом как-то мгновенно подхватил на руки, пара стремительных витков, и они, смеясь, упали на траву. Безумство. Но на душе сразу стало легче.
- Золтан…
- Да?
- Я люблю тебя.
- …
«Доигрался!» Мыш сел. На лице появилось мрачное выражение.
- Шарлотта… извините… Вы уверены?
Девушка тоже села, поправила причёску и недовольно поджала губки. Паоло опять не сдержался и обнял её.
- Вы – добрая, милая, красивая девушка. Вас тяготит это общество. Хочется вырваться… Я просто прошу Вас подумать. Я ведь совсем не подарок. Жить всё время рядом со мной тяжело.
Он встал. Шарлотта осталась сидеть на траве.
- Пойдёмте домой. Здесь слишком много любопытных глаз и ушей.
Девушка нехотя поднялась.

- Я должен кое-что Вам рассказать, - сказал Мыш, едва они вошли в комнату.
- Догадываюсь, что.
Шарлотта опустилась в кресло. Паоло сел напротив, чтобы видеть её глаза.
- Мы не были женаты. Её родители были против. Но отношения зашли слишком далеко… ну… вы понимаете…
Девушка вздохнула.
- Анджело скоро шесть. Он живёт у надёжных людей очень далеко отсюда. Я редко его вижу. А Корделия умерла четыре года назад. Я ничего не знал ни о её смерти, ни о сыне…
Перед следующей фразой он запнулся в раздумьях, нужна ли такая подробность.
- … Я был в тюрьме. Бежав, отправился на войну наёмником, чтобы заработать денег. Попал в плен, в котором с трудом выжил… Года полтора назад прежние друзья мне обо всём рассказали…
Мыш глянул на Шарлотту. Её глаза были широко распахнуты от удивления.
- Думайте, стоит ли со мной связываться, - добавил Паоло и отошёл к окну.
- Тюрьма… наёмник… - пролепетала девушка, - Не понимаю… Вы же герцог!
«Ага, герцог!»
- Что с того? Выше взлетел, больнее упал.
А вот тут Мыш не соврал. Перед тем, как попасть в тюрьму, денег у него накопилось очень много. Что и раздражало некоторых. Подставили удачливого дельца. А срок пришлось мотать ни больше, ни меньше, а за убийство. Ну чем ответить на несправедливое наказание? Только побегом. А потом начинается всё с нуля…
Шарлотта молчала. Паоло прекрасно понимал её: слишком велико потрясение.
- Я провожу Вас в Вашу комнату.
Он подошёл и протянул руку.
- Я сама, - еле слышно откликнулась девушка и, вдруг резко поднявшись, выбежала из комнаты.
«Интересно, она расскажет об этом отцу?»

Паоло остался один. Реальность расплывалась, обнажая воспоминания. И среди всей этой боли неожиданно возник светлый образ с иконы.
«Ты совсем запутался, мальчик мой. Не пытайся идти по нескольким дорогам одновременно. Для тебя теперь и единственная не будет лёгкой. Пришла пора сделать выбор!»
- Кимрай! – раздался уже в реальности взволнованный голос гвардейского командира.
«Этому что ещё нужно!» – мысленно возмутился Мыш, - «Из-за Шарлотты? Или ещё что-то?»
Он взглянул на Гереро и заметил в его руках листок бумаги. Но не тот, что был найден на трупе, теперь какое-то официальное послание.
- В чём дело? – насторожился Паоло.

"... мы считаем, что тот, кто выносит приговор, должен и нанести удар. Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осуждённого. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти"
(с) Дж.Мартин "Игра престолов", Эддард Старк

***
- Позволь мне дать тебе кое-какой совет, бастард, - сказал Ланнистер. - Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.
Джону было не до советов.
- Ну что ты знаешь о том, как чувствуют себя бастарды?
- Любой карлик - бастард в глазах собственного отца.
- Но ты законный сын своей матери, истинный Ланнистер.
- Неужели? - с иронией отвечал карлик. - Скажи это моему лорду-отцу. Моя мать умерла, рожая меня, и он никогда не испытывал уверенности в этом.
- А я даже не знаю своей матери, - проговорил Джон.
- Вне сомнения, она была женщиной. Как и все они. - Он одарил Джона скорбной улыбкой. - Запомни это, мальчик. Всякого карлика можно считать бастардом, но бастарду не обязательно быть карликом! - Тут он повернулся и направился в замок на пир, насвистывая расхожую мелодию. Когда Тирион открыл дверь, свет бросил длинную тень на двор, и какое-то время Бес Ланнистер казался высоким, словно король.
(с) Дж.Мартин "Игра престолов", Тирион Ланнистер и Джон Сноу

***
- Даже если мальчишка выживет, от будет калекой. Хуже чем калекой - уродом. Я предпочитаю добрую смерть.
Тирион пожал плечами, что только подчеркнуло их кривизну.
- Кстати об уродах, - напомнил он. - Разреши уточнить. Смерть окончательна и подводит жуткий итог, в то время как жизнь полна неисчислимых возможностей.
(с) Дж. Мартин "Игра престолов", Джейме и Тирион Ланнистеры

Он вышел из дома. Полуденное солнце било в глаза, играло на шпилях башен и куполах собора. Порадоваться бы такому хорошему дню, но настроение было хуже некуда. Мыш стоял в нерешительности, не знал, куда пойти, дабы развеять всю тяжесть, что скопилась в душе. Взгляд пробежал по площади и зацепился за собор. Белокаменные стены, серебристые купола. Веет спокойствием и миром. Паоло попытался вспомнить, когда последний раз он был в подобном месте. Наверное, три года назад в далёком отсюда городке Кройдэ, ставшем ареной чудовищной битвы. Именно перед сражением, в котором чудом выжил.
«Зайду!» – решился Мыш и пошёл в сторону собора.

Внутреннее убранство было скромным, но сердце наполнялось умиротворением среди царства белого и голубого. Паоло прошёл к алтарю. Он не знал тех Богов, которым молились здесь, но так ли это важно. Просто посмотреть на их лики, просто рассказать о наболевшем. Паоло был уверен: его услышат.
- Сын мой, что так сильно тревожит тебя? – раздался голос, и, оглядевшись по сторонам, Мыш понял причину этого вопроса.
Вокруг было полно людей, шла служба, но он ничего этого не заметил, настолько отрешился от реальности.
- Поведай, что произошло у тебя, - продолжал священник, - Вижу, велика боль твоя.
Паоло поднял на него глаза.
- Простите, святой отец, что нарушаю установленный порядок. Что одним лишь своим присутствием оскверняя это место. Но прошу уделить мне несколько минут Вашего драгоценного времени.
- Да, сын мой. Я выслушаю тебя.
Тут священник оглянулся и, видя недоумённые лица паствы, добавил:
- Но сначала я закончу службу.
Мыш кивнул и предпочёл отойти к входу, не хотелось излишне привлекать внимание горожан.

Служба закончилась. Люди выходили из собора, неизменно окидывая взглядом нахального чужака. Когда помещение опустело, к Паоло подошёл священник:
- Пойдём, сын мой.
Мыш послушно последовал за ним в комнату, где святой отец, по всей видимости, отдыхал между службами.
- О деле, что тяготит меня, - начал Паоло, не дожидаясь вопроса священника, - я не имею права рассказать даже здесь. Но моя душа в смятении…
- Не ты ли тот человек, которого подобрали у ворот раненым?
- Да, святой отец.
- Что привело тебя в наш город?
- Дело. То самое, о котором нельзя говорить.
Священник покачал головой и указал на одну из икон.
- Праматерь всех Богов и заступница всех людей рассудит и успокоит тебя. Расскажи всё ей, а я пока выйду.

Паоло остался один. Хотя, нет. Ему казалось, что лик с иконы смотрит на него. Старая усталая женщина в простом белом платье сидела на камне. У неё были светлые волосы и поразительно ясные голубые глаза. «Наваждение», - подумал Мыш, всматриваясь в лицо Богини. Ему почудилось, что это – женщина из его снов. Мать. Только много старше.
- Я не знаю твоего имени, но я уверен, что ты всё равно услышишь меня. Я не умею молиться, но думаю, что и обычных слов хватит. Даже не слов, а мыслей, дабы никто, кроме тебя, не знал, что происходит. Я открываю тебе свою душу. Смотри. И прошу твоего совета.

Прошло минут двадцать, и вот священник увидел, что парень вышел из комнаты. Спокойное лицо, лёгкая улыбка.
- Ты получил совет в своём деле, сын мой?
- Да. Спасибо Вам за помощь.
Мыш решительно двинулся к двери. Сегодня было ещё много дел. Душа продолжала пребывать в комнате с загадочной иконой, а разум уже строил новые коварные планы.

В доме Гереро Паоло появился как раз к обеду. После всех душевных передряг сегодняшнего утра есть хотелось зверски. За столом все молчали. Лишь ни о чём не знавшая Шарлотта была беззаботна как птенчик. Хотя как знать, может, умело притворялась. Но так или иначе, она уговорила хмурого гостя вновь пойти в парк.

В доме уже не было следов утреннего происшествия. Казалось, всё шло своим чередом, но Мыш чувствовал напряжённость, повисшую в воздухе. Для этого необязательно быть магом: слуги, испуганно озирающиеся по сторонам, притихшие стражники, даже не разговаривают между собой, двери комнат, наглухо закрытые. Паоло эта ситуация немного порадовала, ведь некоторые люди в состоянии удручённости бывают более разговорчивы, чем обычно. На это и вся надежда разведчика. Он планировал за сегодня восстановить всё утерянное со смертью Гордона. Первоначальный план, заботливо составленный душой, был решительно отметён разумом. Он хотел во многом признаться Гереро, но вовремя передумал. Нельзя доверять завистливому вояке подобные секреты. Да, Мыш по-прежнему собирался кое-что поведать гвардейскому командиру, но абсолютно не в той манере и не в том количестве, что задумывалось ранее.
Квентин обнаружился в библиотеке. Он сидел, тупо пялясь в карту.
- Успокоился? – жёстко спросил Паоло, садясь в кресло напротив, - Твоё мнение. Кто это сделал?
Гереро поднял голову на парня.
- Банда Большого Брэга, - ответил он бесцветным голосом, - Неужели тут могут быть варианты?
- А как на счёт Длинного Лона? – приподнял бровь Мыш, - А ты знаешь, что в городе главарь банды из леса Одинокой Звезды? Джек Грейвс. Слышал про такого?
- Что??? – подскочил командир.
- Плохо работают твои ищейки, Гереро! – злобно ответил Паоло, - Ты не знаешь и десятой доли того, что происходит в городе и окрестностях. Смотри, как бы тебе не слететь со своей должности за подобный недосмотр.
- А ты… ты откуда всё это знаешь???
- У меня свои методы работы, у тебя – свои, - уклончиво заметил парень, нахально выдёргивая карту из-под рук Гереро.
Командир плюхнулся в кресло, подозрительно покосившись на Мыша.
- А ты кто такой вообще? Гляжу, прежним поведением сегодня и не пахнет.
- Много хочешь знать! - огрызнулся Паоло, - Я могу многое тебе рассказать о том, что творится на твоей территории, но в обмен я хочу, чтобы ты ничего не спрашивал обо мне. Договорились?
- Я тебя арестую, - сквозь зубы процедил Гереро, одна его рука потянулась к колокольчику, другая – к потайному ящику стола, где всегда лежал кинжал.
- Хорошо, - невозмутимо откликнулся Мыш, - но тогда завтра на своём пороге ты рискуешь найти не только труп неизвестного человека, но кого-нибудь из твоих близких. А может, ты и сам отдашь Богу душу… Как знать…
Командир нервно сцепил руки в замок, приготовившись слушать.
- Итак, убитый парень, - начал Паоло своё повествование.
Голос его был спокоен, безразличен, но в душе бушевала буря. Это разговор получался едва ли не самым важным и опасным из всех, что пришлось вести в Аргизе.

Паоло не случайно начал рассказ именно о Гордоне. Это был самый трудный момент, и хотелось поскорее разделаться с этим.
- Убитый - Гордон Кларк. Слуга Джеральда Хоулена, наёмника, приехавшего в город несколько дней назад. К слову говоря, он пропал в первый же день своего пребывания в городе. А перед этим его видели в северных кварталах. Не исключено, что Хоулен - разбойник. Или шпион. Ходят слухи, что он и Кларк приехали с севера. Может, их подослал Альянс Полуночи?
- Не... не знаю, - промямлил Гереро, поражённый осведомлённостью своего гостя.
А Мыш продолжал:
- Теперь записка. Варианта два. Первое, она предназначалась тебе. Вспоминай, кого из них ты обманул. Лона? Брэга? Грейвса? А может, это кто-то, о ком я не знаю. И второе. Записка была не для тебя. Тогда надо искать в твоём доме человека с неблагонадёжной репутацией.
Гереро задумался. Он всегда был склонен к подозрительности и, по сути, не доверял никому. Даже собственной дочери. И чем ближе к нему казался человек, тем хуже были их отношения.

- Ну что? Придумал? - осведомился Паоло спустя минут пять тишины, и, не получив ответа, недовольно пробурчал:
- Понятно, тебе везде мерещится враг.
- Я... не... - замялся командир.
- Оставим! - перебил его Мыш, - Я продолжаю. Вот то, что мне известно о Лоне, Брэге и Грейвсе.
И он выложил на стол несколько листов, исписанных убористым почерком. Бледная тень тех сведений, что Паоло знал на самом деле, но этого должно хватить.
Глаза Гереро загорелись завистью:
- Дай сюда!
- Забирай! - усмехнулся Мыш, - Я для тебя и старался.

Следующие четверть часа гвардейский командир изучал бумаги, постоянно поглядывая на Паоло, пытаясь понять, кто же тот на самом деле. А Мыш в свою очередь думал о том, кто же совершил столь подлое убийство. "За обман... Брэг? Он, пожалуй, получил от меня наименьшую порцию лжи. Лон? Ему я врал основательно. Грейвс? Это тёмная лошадка. Записка могла быть написана для того, чтобы меня запутать. Надо снова идти к ним. Может, получится что-то узнать. Может, кто-то из их приспешников проговорится... Как бы только такая "прогулка" не закончилась также как для Гордона..."

Паоло заметил, что Гереро оторвался от записей и смотрит на него.
- Прочитал?
- Да. Надеюсь, сведения из надёжных источников?
- Из первых рук, - скривился Мыш.
"Главное, не сболтнуть лишнее".
- Я со всеми тремя лично знаком.
- То есть как? Когда? - удивился командир.
- Думаешь, они только тебе досаждают? Поверь, у них длинные руки... И вот ещё что. Подумай над тем, что у тебя по городу гуляет разведчик из Альянса Полуночи.
Паоло быстро встал и вышел, оставив Гереро в полном недоумении и страхе.

Последние футы до комнаты, когда его уже никто не мог видеть, Паоло преодолел едва ли не бегом. Ключ с трудом провернулся в замке, руки дрожали. Он почти не осознавал, как вошёл, как закрыл дверь. Голова кружилась, мысли разбредались, на глаза наворачивались слёзы. Мыш часто убивал. И собственной рукой, и отдавая приказ другому. Но ещё никогда по его вине не погибал близкий человек. Да, Гордон всего лишь слуга. Да, он не был посвящён в тонкости задания. Однако так ещё страшнее. Погиб человек, виновный лишь в том, что согласился сопровождать разведчика.
Где-то глубоко в душе Паоло был добрым и чутким. Но трудно оставаться таким и внешне, с детства познав все тяготы жестокой реальности. Ему было около четырёх, когда убили родителей и сожгли дом, оставив раненого мальчишку умирать. Чудом выжив, Мыш несколько лет скитался: воровал, попрошайничал. Где-то на перепутье дорог паренька подобрал Гарри, непонятно как учуяв в ребёнке особый талант. Мальчик стал достойной сменой стареющему бандиту. Ловкий, осторожный, целеустремлённый. Маска лицемерия и жестокости скрыла трепетную душу. Она проявлялась лишь в одиночестве или при очень близких людях. Впрочем, таковых было по пальцам одной руки пересчитать.
И вот сегодня Паоло едва не сорвался при совершенно чужих людях. Усталость, телесная и душевная, постоянная смена планов действия, неожиданные обстоятельства. Но он умел надевать маску не только для окружающих. «Из-за меня убили Гордона», - почти плакал внутренний голос. «Ага! А вместе с ним пропали две подробнейшие карты, все вещи и лекарства», - категорично парировал разум. «Я даже не могу его нормально похоронить» – «Смотри, как бы тебя самого не закопали где-нибудь в соседнем лесу»… Лицо постепенно принимало презрительное, жёсткое выражение. Расчёт возвышался над чувствами. Мыш встал, оглядел-отряхнул одежду, проверил, хорошо ли закрыта дверь. Мысли упорядочивались, сердце успокаивалось. Он сел за столик, налил вина.
«Карту надо восстановить. Конечно, всё вспомнить не смогу, но…»
Паоло покрутил головой, ища письменные принадлежности. Однако за ними пришлось послать.
Но вот перо уже скользит по бумаге. Что-то не вспомнилось, но что-то добавилось нового. Прежней карты не получилось, но как знать, может эта лучше.
«Теперь о Гордоне. Кто его убил? Лон. Брэг. Грейвс. Каждый из них способен отдать приказ об убийстве. А мог и сам руку приложить. И у каждого была возможность».
На бумаге возникли три стилизованных портрета, рядом Мыш записал всё, что знал об этих людях. Сведений получилось столько, что любого из них можно было бы засадить в тюрьму на добрый десяток жизней.
Паоло несколько раз перечитал написанное, но на свой вопрос так и не ответил. «Надо ждать, пока кто-нибудь ошибётся», - он почему-то не сомневался, что промашка случится.
«Интересно, что там делает Гереро?» Мыш спрятал бумаги всё там же, под подушкой, и направился на поиски «бравого» командира.

Сон всё-таки сморил его. Измученное тело и душа нуждались в хорошем отдыхе. Мыш ещё немного сопротивлялся, пытаясь думать о деле, но спустя четверть часа провалился в сладкую негу.
Сон. Яркий, необычный. Паоло успел забыть, когда это было последний раз. Вот уже много лет просто падал во тьму. И ничего. Чёрная бездна. Ни видения, ни звука. А потом пробуждение. Словно вынырнув из горной реки. Последний нормальный сон остался где-то в детстве. Тогда ему снилась мама. Вернее, Мыш предполагал, что это она. Слишком мал он тогда был, чтобы помнить. Но эта женщина не могла оказаться никем другим. Длинные, почти белые волосы, ярко-голубые глаза, таинственная, лёгкая улыбка. Паоло похож на неё. Похож настолько, насколько мужчина вообще может походить на женщину. А может, это всего лишь воображение рисует такой портрет? Кто теперь разберётся. Да и неважно. Светлый образ живёт в душе, в трудные минуты приходя на помощь. Улыбнётся, и становится легче.
Но слишком скоротечно было беззаботное детство. Суровая взрослая реальность нанесла удар в самое сердце. Податливая детская душа не могла не подчиниться. Сломалась, на долгие годы растеряв то светлое, радостное, что было в ней посеяно заботливыми родителями. Паоло впитал в себя всю злобу, всю жестокость окружающего мира, подстроился под его законы, забыл, каков он есть на самом деле. Паоло? А вот, пожалуй, и нет. Паоло погиб, дабы ожил Мыш. Тот, кто мог жить в ладах с мрачной реальностью. Хотя бы создавать видимость такой «гармонии».
Мыш не видел снов. Какие-то смутные видения временами приходили. Но всё о службе. Прокручивались варианты выполнения очередного задания, подсчитывалась прибыль. Просто отголосок происходившего днём. Повторение серых будней. Ничего яркого, ничего для души.
И вот сегодня…
Тяжёлая реальность таяла, исчезала, словно смываемая дождём. Стекали мрачные краски, являя новый, светлый и добрый мир. Мыш стоял между ними, не решаясь сделать шаг. Вперёд? И уйдут все старые тяготы. Но не прибавится ли новых? Как часть за красивой внешностью скрывается мерзкая сущность. Назад? И снова затянет бренный мир с его нешуточными проблемами. Но ведь так не может быть вечно! Даже после самой тёмной и долгой ночи наступает рассвет и новый день. Выбор сделать почти невозможно. Но и нельзя оставаться между мирами. Это Путь слабой души. Это потеря и мечты, и реальности. Так нельзя. Шаг. Всего лишь шаг. Паоло оглянулся. Нынешняя жизнь напирала серой громадой, вселяя страх. Нога оторвалась от земли и решительно ступила на мягкую, словно облако, почву нового мира. Он оглянулся вновь. Реальность замерла, не в силах преодолеть заповедную дверь, но не исчезла, продолжая грозно взирать на нахала, посмевшего уйти. Вокруг Мыша… нет, теперь это был точно Паоло… радужными красками переливался мир. Парень видел всё то, о чём мечтал, всех тех, кого потерял, но желал вернуть. Это казалось таким реальным, что по щекам поползли ручейки слёз. Слёзы радости, слёзы надежды. «Дом», - всплыло в сознании, - «Это не может быть обманом». Паоло упал на колени, вспоминая слова так и не доученной молитвы.
Вдруг порыв холодного ветра едва не сбил его, небо заволокла чёрная туча. Молнии, словно стрелы. Гром – позывной грандиозной битвы. Мыш… теперь уже он, недоверчивый и расчётливый… быстро поднял голову. Темнота напряглась: вот-вот разорвётся дождём. Парень замер в ожидании. А в сердце заскреблось острыми коготками ощущение беды.
Первая капля сорвалась вниз. Мыш не увидел её – почувствовал. Прицельный удар, тонкая струйка подозрительно вязкой жидкости поползла по щеке. Он прикоснулся к ней рукой – кровь! – и испуганно взглянул вверх. Разорвав чёрное нутро тучи, омываемый багровым дождём, на него летел огромный меч, искрясь серебром в отблесках молний.
Доля мгновения. Удар. Боль.
Пробуждение. Словно выброс из бездны. Как обычно. Сказка закончилась. Странный клинок так и не дал ей воплотиться в жизнь.
Мыш сел на кровати и задумался. Понятное дело, столь причудливым образом отразились последние события в Аргизе. Но что обозначает меч? Такие загадки были не для разума Паоло, далёкого от всякой мистики. По крайней мере, раньше. Почему сон именно такой? Почему именно в эту ночь? Вопросы, вопросы, вопросы… и ни одного ответа.

- Ваша светлость! – раздалось из-за двери.
Паоло вздрогнул от неожиданности, с трудом осознав, что обращаются к нему.
- Ваша светлость, Вы проснулись?
- В чём дело? – поинтересовался он притворно-сонным голосом.
- Господин Квентин просил срочно Вас позвать… там такое…
- Хорошо-хорошо. Я скоро буду.
«Меч? Предчувствие беды? Сбылось?» Мыш быстро оделся и вышел в коридор, закрыв комнату на ключ, дабы никто не нашёл следов его ночного «путешествия». Где-то вдалеке слышался раздражённый голос Гереро. Слов Паоло не смог разобрать, но настроение поймал: отчаяние, злоба… Опять разные чувства смешались в одно. «Что же всё-таки произошло?» Мыш поспешил по коридору, ориентируясь на голоса.


В просторном коридоре первого этажа, того, что напротив входной двери толпился народ. Испуганно перешёптывались, поглядывая в одну и ту же сторону, где стояла группа стражников. Мыш подошёл ближе. На полу лежал человек. Труп. Солдаты стояли так, чтобы к телу никто не мог подступиться. Было трудно что-то разобрать. Однако в сердце кольнуло, зародилось скверное подозрение.
Гереро налетел на Паоло со спины, схватив за плечо и истерично крича:
- Что? Что это?!
Он сунул парню в руки основательно помятый листок. «За обман», - прочитал Мыш. Подозрение усилилось. Точнее два подозрения. И обе версии не сулили Паоло ничего хорошего. Он постарался взять себя в руки. Голос удалось сделать спокойным, почти невозмутимым:
- Кто убитый?
- Его пока не удалось опознать. Да и почти невозможно это сделать. Хочешь, посмотри, - ответил командир, тоже пытаясь утихомириться.
Стражники расступились.
Назвать это телом было уже трудно: месиво из костей, плоти и крови. Можно подумать, что человек упал с высокой горы в пору камнепада. Но всё же Мыш узнал покойного. По причудливому украшению, что смотрелось весьма странно на фоне обрывков одежды простолюдина. Массивный перстень с чёрным камнем. Это был знак специально для Паоло, для дерзнувшего обмануть разом две разбойничьи шайки. Парень с трудом совладал со своими чувствами, лишь отступив на шаг от покойника.
- Знаешь его? – спросил Гереро, заметив странное выражение лица «герцога».
- Нет, - почти шёпотом ответил Мыш, стараясь отойти от тела как можно спокойнее, хотя хотелось со всех ног броситься в комнату, - Ты звал меня. Что нужно?
- Я хотел знать, что это всё значит! – вновь сорвался на крик гвардейский командир, - Уберите это отсюда! – заорал он уже на солдат, - И разгоните толпу!
Паоло резко дёрнул Гереро за плечо, разворачивая к себе лицом.
- Прекрати сходить с ума, - почти прошипел парень, - Ты хочешь, чтобы через час весь город говорил, что ты струсил? Последнее дело – разводить панику, ни в чём не разобравшись... Как здесь оказался труп?
- Утром его обнаружили на пороге дома. Моего дома! – снова пытался закричать Гереро, но мгновенно стих, упершись взглядом в холодные, в чём-то жестокие глаза Мыша.
Командир шумно осел в кресло.
- Понятно, - изрёк Паоло, подумав: «Опять!» Опять неудача, опять потеря.
- Давай приводи дом в порядок, а я к себе. Серьёзно подумать надо.
Не дожидаясь ответа, парень встал и направился в свою комнату, пытаясь на глазах толпы сохранить спокойствие и достоинство.

- На самом деле я рад тебя видеть, мой мальчик. Хоть бы иногда весточки присылал. Тут слухи скверные про тебя ходили. Я уж боялся, что совсем потерял такого способного парня.
- Меня трудно потерять совсем. Я живучий, - усмехнулся Паоло.
Сердце, наконец-то, перестало бешено биться. Он глубоко вздохнул, на несколько мгновений прикрыл глаза.
- Устал? – почти по-отечески ласково спросил Грейвс.
Мыш кивнул.
- Ты никогда не умел себя беречь. Это, пожалуй, единственная твоя ошибка…
Парень хотел что-то возразить, но бандит жестом остановил его.
- Знаю, что ты сейчас скажешь. Тебе нужны деньги. Но нужны ли они тебе будут тогда, когда останешься подыхать как собака в тёмном переулке или на лесной дороге?
- Не нужны, - буркнул Мыш, всё-таки отхлёбывая вина. Пересохшее горло обожгло, парень закашлялся.
- Зачем позвал? – спросил он, отдышавшись.
- Брэг и Лон, несомненно, предложат тебе мир и дружбу. Будут искать союза с Альянсом Полуночи. Но всё это лишь для того, чтобы потом стать полноправными хозяевами города и окрестностей.
- Это я уже понял. Тварюги ненасытные. Но они умеют добиваться своего. Городские власти от них шарахаются как чёрт от ладана. Но вряд ли у меня есть выбор. Откажусь и мгновенно расстанусь с жизнью. А вернуться мне надо. На этот раз не только для себя стараюсь.
- Даже так?! – удивился Грейвс последней фразе, - Неужели ты нашёл цель более значимую нежели деньги?!
- Клятва.
- Что? – не понял разбойник.
- Клятва верности, Джек. Мне надоело скитаться по разным странам и мирам. Мне надоело быть одному. Мне надо разобраться в своей душе. Понимаешь?
- Я всегда знал, что с дворянским выродком будут проблемы, - скривился Грейвс, - Кто вбил тебе в голову эту дурь?
- Это не дурь, и никто мне её не вбивал! – немного разозлился Мыш.
Его начинало раздражать, что Грейвс с ним общается как с маленьким мальчиком, неспособным к самостоятельным решениям. Однако вслух он решил не высказываться, лишь заметил:
- Мы говорили о союзе с Альянсом Полуночи. Так что ты предлагаешь?
Джек усмехнулся:
- У тебя талант переводить разговор на другую тему… ладно… Дело, действительно, не ждёт. Я предлагаю надуть их обоих.
- Ты? Против них? – недоверчиво прищурился Мыш.
- Старый должок у меня не только к Гереро, - невозмутимо пояснил Грейвс, - Как всегда я соблюдаю исключительно свои интересы.
Паоло вздохнул. «Что ж, придётся обдурить ещё одного. Интересно, сколько же их всего будет? Стражники, хозяин гостиницы, Лон, Брэг, Гереро… Шарлотта… И вот самое опасное. Грейвс. Дело всё усложняется и усложняется. А времени в обрез».
Мысль о времени заставила его взглянуть в окно. Небо светлело.
- Вот что, Джек. Я помогу тебе. Но поговорить нам придётся позже. Рассвет уже. Мне нужно вернуться в дом Гереро. Иначе он весь город на уши поставит.
Грейвс кивнул и пошёл к двери. Выйдя к остальным, он что-то шепнул Брэгу и, получив ответ, зазывающее махнул Мышу рукой.

В предрассветном тумане к дому Гереро подобралась одинокая фигура. Немного помедлив, изучая окна, человек ловко влез на ближайшее дерево. Верёвка была на месте. Он перебрался в комнату, осторожно закрыл окно. Спрятав одежду под перину, мужчина улёгся в кровать и притворился спящим.

Брэг расхохотался в ответ:
- О да! Есть! Очень примечательная личность. Представляете, за несколько дней этот человек сумел втереться в доверие едва ли не каждому влиятельному лицу в городе.
Бандиты зашумели в попытке дознаться подробностей. Один Мыш молчал, просчитывая путь до двери, но убеждаясь в бесполезности этого мероприятия. Однако всё равно попытался двинуться с места… и почувствовал острие кинжала. Левый бок, у самой раны.
- Связать!
Коротко приказал Брэгг.
В комнате вот уже в который раз повисла тишина и неподвижность. Лица людей выражали предельное изумление. И всё же двое бандитов бросились к Паоло, на ходу доставая верёвки. Сопротивляться было бесполезно, только хуже себе сделаешь. Однако, по глубокому убеждению Мыша, выход можно найти из любой ситуации. Поэтому стараясь не нервничать, он пытался просчитать дальнейший ход событий. Случалось и из проигрыша извлекать себе выгоду.
Его подвели к деревянному столбу в середине комнаты и опутали верёвками так, что шансов вырваться не оставалось, хотя дверь теперь была гораздо ближе.
- Сегодня мы ждём в гости Длинного Лона и его ребят! – во весь голос заявил Большой Брэгг, - Веселье продолжается!
Он поднял кубок:
- За нас!
Бандиты засуетились, наливая вино.
- За тебя, Брэг! – рявкнул нестройный хор, и вечеринка покатилась дальше.
Казалось, что про Мыша забыли.
Спустя примерно полчаса с улицы послышался шум, дверь подвала лязгнула, и по ступенькам затопали сапоги.
На пороге комнаты появилась шайка Длинного Лона и Гордон, связанный и напуганный. Увидев хозяина, он порывался приблизиться, но был удержан.
- Гордон! – решился на разговор Мыш, - Веди себя достойно. Не советую тебе геройствовать. Дороже выйдет.
- Золотые слова, Бартон… или как там тебя? – откликнулся вместо слуги Лон.
Вновь прибывшие расселись за стол, но безудержное веселье было прервано. Все теперь уставились на Паоло и Гордона, усаженного на скамью в углу комнаты.
Главари о чём-то тихо совещались. Наконец, Лон подошёл к Паоло.
- Как же тебя всё-таки зовут?
- Мыш.
Врать теперь было уже бесполезно.
- Вот что, Мыш. Если я тебя развяжу, обещаешь не пытаться сбежать?
- В наше время и самому себе доверять опасно, - с усмешкой откликнулся Паоло, повторяя недавние слова Лона.
Тот расхохотался:
- Брэг, а мне нравится этот парень!.. Давай так, Мыш, от столба мы тебя отвяжем, но руки оставим. На всякий случай.
- А у меня есть выбор? – лукаво прищурился Паоло.
- Есть, - вступил в разговор Брэгг, - Мы можем тебя убить…
- Но это уже ваш выбор, - перебил его Мыш.
- Молодец, парень! – выкрикнул кто-то, и все одобрительно зашумели.
Верёвки распутали, но руки остались связанными за спиной. Однако Паоло уже был спокоен: до сих пор не убили, значит, есть неплохие шансы выжить и дальше. Дело принимало интересный оборот.
- Итак, шпион. Разведчик Альянса. А как же то, что ты мне рассказывал? – продолжил допрос Длинный.
- Почти правда. Я действительно был в банде Грейвса. Года полтора назад. И сумму, названную тебе, он мне однажды заплатил… И про другое я тебе не солгал.
- Что другое? – вмешался Брэг.
- Оставь парню хоть одну тайну, - осадил его Лон.
«А похоже лесные разбойники главенствуют над городскими. Забавный момент», - подумал Мыш, а вслух сказал:
- Спасибо. Поверь, Брэг, к нашему делу это другое не имеет никакого отношения.
- Подтверждаю, - произнёс Длинный и задумался: «А ведь в намечающейся войне дружба с Альянсом может оказаться полезной…»
- Вопрос можно? – решился Мыш.
- Задавай, - едва ли не в один голос откликнулись Брэг и Лон.
- Где я ошибся?
- Нигде, - раздался голос с другого конца стола; того, что был скрыт в тени, - Я тебя сразу узнал, Мыш.
Говоривший поднялся и подошёл к ним.
- Грейвс, - выдохнул Мыш, узнав высокого, худощавого мужчину с короткими чёрными волосами и шрамом на правой щеке.
Бандит из Леса Одинокой Звезды крепко обнял Паоло, попутно развязывая ему руки.
- Я доверяю ему, - пояснил разбойник свои действия.
Хотя этого и не требовалось: никто в этой комнате не решился бы перечить Грейвсу.
- Ты действовал чётко и осторожно, - бандит вновь обратился к Мышу, - Но ты не мог знать, что я здесь. Об этом почти никто не знает. Так что по-прежнему на высоте… Эй, Брэг! Мне бы с парнем с глазу на глаз потолковать надо…
Главарь молча кивнул на дверь за своей спиной. Грейвс легко подтолкнул Паоло туда. Парень немного замялся.
- Ну что ты?
- А можно Гордона развязать?
Грейвс утвердительно кивнул. К слуге подошёл один из разбойников и стал распутывать верёвку. Мыш успокоился и прошёл в дверь.
В маленькой комнате находились стол и два стула. Надо полагать, это было особое место для тайных бесед.
Немного задержавшийся Грейвс принёс бутылку вина, два кубка и тарелку какой-то снеди. Похоже, разговор он собирался завести длинный. Паоло почему-то стало немного страшно. Пока к нему отнеслись, как к давнему другу, но что будет дальше…
- Садись. Что замер? – сравнительно резко произнёс Грейвс.
Сердце Мыша предательски вздрогнуло, он плюхнулся на стул и исподлобья глянул на разбойника. Тот едва ли не рассмеялся:
- Вот таким затравленным зверьком тебя когда-то подобрал Гарри… Успокойся! На вот, выпей.
Он налил вина в кубок и протянул его Паоло.
- Хороший он был парень, - ударился в воспоминания Грейвс, наполняя и свой кубок, - Умел разбираться в людях. И смену достойную воспитал. Жаль, мал ты тогда был. Многому не успел он тебя научить… Впрочем ты и так стал мастером не хуже его…
- К чему этот разговор? – прервал его Мыш, - Я здесь по делу, а не чтобы вспоминать Гарри…
- Не дерзи и слушай меня! – рыкнул Грейвс.
Паоло вздрогнул, но тут же уловил выражение глаз разбойника: тот просто разыгрывал Мыша, намеренно вытягивая все сокровенные мысли по поводу произошедшего. Хотелось крикнуть «Уф! Порядок!», но сдержался и лишь улыбнулся.
- А ты всё такой же, Мыш, - также с улыбкой произнёс Грейвс, - Прячешь истинные чувства за напускной язвительностью и злобой, а на деле – испуганный зверёныш.

Гроза не замедлила ждать. Чёрное небо нависло над городом, словно Знак грядущей беды. Дождя практически не было, но молнии одна за другой разрывали пространство. Гром напоминал грохот грандиозного сражения. Мыш не верил в предзнаменования, но сегодня даже он не мог не обратить внимания на такую грозу. Правда, объяснил это так: «Устал, вот и мерещится всякая ерунда».
Было немного за полночь, когда Паоло убедился, что дом погрузился в сон. Он вышел в коридор, ибо из окна его комнаты северной стены не видно, и вгляделся в темноту.
Вот вдалеке мелькнул огонёк. Моргнул и исчез. Ещё раз. Третий. Пора.
С трудом добытый костюм простолюдина, прочная верёвка, распахнутое окно. Вспышка молнии выхватила из тумана переулков шуструю фигуру, стремительными, но точными движениями следующую к стене.
Вот и холодная громада. Короткий свист. Ответ. Перекинута верёвка, и всё та же фигура ловко перемахивает стену.
- Хозяин! – Гордон порывисто обнял Паоло, но тут же отстранился.
- С каких пор ты стал меня бояться, приятель? – лукаво подмигнул ему Мыш.
- Я не боюсь. Просто…
Из тени выступили трое разбойников.
- Всё узнал? – спросил один из них.
Паоло отрицательно помотал головой:
- Там ещё дел по уши.
- Проблемы были?
- Нет, всё получилось отлично. А вы узнали что-нибудь?
- Да. Пойдём.
И все пропали в темноте.

- Хорошо выглядишь, Бартон, - усмехнулся Длинный Лон, завидев Мыша.
- Вкусно ел, сладко спал, - отшутился тот, присаживаясь рядом, - Что расскажешь?
- Армия Аргизы растянулась на несколько миль вокруг города. По краю леса сегодня шарили подозрительные люди. Может, пытались к нам подобраться, а может, и ещё чего. Пока не стали их трогать. Но есть подозрения, что они подыскивают место для засады.
- Плохо, - буркнул Паоло, - Смотрю, приготовились основательно. А я-то думал позвать наших, пока город воевать будет. А тут не проберёшься. Кстати, вот ещё вопрос, как мне домой уходить? Везде кордоны. Сам видел.
- Да-а-а… Будет проблемка, - протянул Лон, - Может, Гереро устроит.
- Тёмная лошадка, - откликнулся Мыш, - Я в нём не уверен.
- Это ты верно. В наше время и самому себе доверять опасно.
Паоло насторожила эта фраза главаря, но действий за ней не последовало. Парень немного успокоился, но лишь самую малость, ибо подобный момент случался далеко не в первый раз. Мыш метнул на взгляд на Гордона, словно спрашивая, что тут было днём, но вид слуги ничего не выражал.
- Брэгу ответ передашь? – поинтересовался Лон.
- Угу, давай, - быстро ответил Паоло: хотелось поскорее вернуться в город. Плохо, что нельзя забрать с собой Гордона. В доме Гереро можно было бы его спрятать. Но что подумают разбойники? Не возбудит ли это излишних подозрений? Лучше пусть всё останется, как есть.
- Вот, - Длинный протянул Мышу записку.
Парень быстро спрятал листок.
- Ну, я пошёл?
- Да. Тебя проводят.

Дорога, освещаемая молниями. Стена. Верёвка. Прыжок. Он вновь был в Аргизе. В тёмных переулках северной части города, где ему срочно надо найти банду Большого Брэга.
Они появились внезапно. Клинки со всех сторон и грубый окрик:
- Не дёргайся!
- Бартон Непоседа с письмом от Длинного Лона Большому Брэгу, - отрекомендовался Мыш.
- О-о-о! Да это свой!
Оружие с дружным лязгом вернулось в ножны.
Они прошли пару домов и спустились в неприметный подвальчик. Длинная, сравнительно узкая комната была полна людьми. Некоторых Мыш знал. Другие уже не представляли особого интереса: городская беднота, ворьё и прочий сброд. За столом, в кресле, явно украденном из богатого дома сидел Большой Брэг.
- А вот и весточка из леса! - воскликнул он, увидев Мыша.
Тот приблизился и протянул письмо. Все замолкли, напряжённо всматриваясь в лицо главаря, пока он читал.
- Всё в порядке, - заявил, наконец, Брэг, и в комнате опять поднялся шум, - Да не стой ты как чужой!
Бандит подвинул Паоло стул.
- Садись, угощайся.
"Леворукий побери!" - мысленно выругался Мыш, - "Опять есть и пить". Ему отчётливо вспомнилась сказка, услышанная в далёком детстве: напоили-накормили, в баньке попарили, а потом в печку. Но всё же, приличия ради, взял кусок мяса и налил вина.
Разговор шёл о Гереро, некоторых других городских богатеях, об армии, о шайке Длинного Лона и, наконец, об Альянсе Полуночи.
... - Говорят, они везде шпионов разослали, - как бы невзначай бросил Брэг.
Паоло насторожился: фраза не к добру.
- Да ладно тебе. К нам точно не доберутся, - возразил кто-то.
- Ну а если предположить? - продолжил главарь, - Смогли бы мы его распознать? И мог бы он быть нам полезен?.. Бартон, вот ты, как человек сторонний, что думешь?
От такого вопроса Мыш даже растерялся. Ответил не сразу, невольно выдержав минутную паузу, во время которой в комнате опять образовалась тишина.
- В подобной ситуации шпион вполне мог появиться. Распознаете его или нет, всё зависит от умения. Его и вашего. А для пронырливых людей дело найдётся в любых кругах, - Паоло старался говорить как можно непринуждённее, но душа дрожала как листок на ветру.
Вся эта сцена могла обозначать только одно: его раскрыли. Ну в крайнем случае, близки к этому.
- Брэг, а у тебя что, есть предположения об этом человеке? - решился Мыш на провокационный вопрос.

Лес был виден гораздо хуже, чем северная часть города. Но, понятное дело, Мыша это не особо волновало. Он лишь кивнул головой, но вот о южных воротах не мог не высказаться:
- Хило выглядят. А мне они представляются очень важными из-за этого проклятущего леса.
- Зато охрана хорошая, - возразил Гереро.
- Расскажи, - сосредоточено бросил Паоло.
- Зачем? – насторожился командир.
- Не люблю два раза повторять… Чтобы знать весь расклад сил. Иначе мои советы могут оказаться бесполезными.
Квентин вздохнул. Мыш прекрасно понимал его: непросто рассказать секретные сведения чужому человеку.
- Хорошо, - отозвался, наконец, Гереро после нескольких минут напряжённого молчания.

Они пришли в комнату, которая, судя по количеству книг, являлась библиотекой. Мыш любил читать, но у него редко выдавались для этого свободные минуты. Сейчас он вдруг почувствовал, что ему немного не хватает спокойной, тихой жизни. «А Замке не может не быть библиотеки. Вот приеду – непременно найду». Правда, Паоло прекрасно понимал, что и в этот раз времени будет мало. Разведка всегда влечёт за собой войну. И кто знает, чем она закончится. Нет, Мыш не думал о том, что Альянс проиграет. Просто просчитывал возможные варианты. «Ладно. Не до книжек сейчас. Главное – разведка», - вернул он себя с небес на землю.
На столе лежала большая карта. Глаза Паоло алчно загорелись: едва удержался, чтобы не подбежать и не схватить её. «Спокойней… Спокойней! Это смысл далеко не всей жизни. Да, надоело. Да, хочется вернуться. Но дело ещё не завершено. Надо держаться!»
- Ну вот смотри, - указал на карту Гереро.

Мыш разбирался около часа, беспрестанно расспрашивая командира о всяких подробностях.
- Уф! На сегодня достаточно, - наконец, решительно заявил он, - Голова уже болит. Да и обдумать нужно… Где советуешь погулять?
- В городском парке. Шарлотта тебе покажет. Не против? – лукаво откликнулся Гереро.
- Не против, - улыбнулся Мыш, хотя на душе кошки скребли.
«Как бы эту карту себе заполучить?» – вновь возник в голове животрепещущий вопрос, - «И об этом стоит подумать…»

Парк оказался маленьким и очень уютным. Аккуратно подстриженные кустики, изящные скамеечки – волей-неволей забываешь о своей нелёгкой задаче, хочется просто наслаждаться жизнью.
Паоло зажмурился от удовольствия. Сейчас не хотелось думать ни о каких делах…
- Золтан, - робко вкрался в его сознание голосок Шарлотты.
Мыш открыл глаза. Девушка стояла рядом и как-то по-особенному на него смотрела.
- Да? – рассеянно произнёс Паоло, немного смущённый тем, что она назвала его по имени, а не по титулу.
Это наводило на определённые мысли.
- Извините, что спрашиваю…
Отчётливо чувствовалось, что Шарлотте неловко, но женское любопытство победить трудно.
- Я слушаю Вас, - откликнулся Мыш, заметно мрачнея, поскольку предполагал, о чём она хочет спросить.
- Там… у Вас дома… есть кто-нибудь… ну Вы понимаете…
- Понимаю… - голос Паоло потускнел, - Нет… никого…
Он опустил глаза. Сколько не жди таких вопросов, всё равно становятся неожиданными. Особенно, если ответ на подобное приносит душевную боль. Вот то, что Мыш скрывал ото всех. То, что заставило его покинуть родные края. То, ради чего он был готов себя угробить, но денег достать.
- Теперь нет, - почти шёпотом добавил парень, присаживаясь на скамейку.
- Простите… - пролепетала Шарлотта, замирая рядом с ним.
«Бедная девочка. Я ей и в самом деле нравлюсь… Спокойно, Мыш! Ты на задании!»
- Оставим этот разговор! – достаточно резко ответил Паоло.
Девушка даже вздрогнула.
- Лучше расскажите о себе. Как Вам тут живётся? – Мыш постарался говорить как можно беззаботнее, но душевная рана продолжала ныть.
«Вернусь, расскажу всё Первому или сиру», - подумал он и как-то неожиданно успокоился.

Разговоры о личной жизни Паоло не любил, но других выслушивал очень терпеливо, особенно когда это требовалось для задания. Сейчас Мышем владело странное чувство. Да, ему нужно было знать нравы городской элиты изнутри. Но в то же время он чувствовал, что нынешняя беседа по неуловимой причине требуется его душе. Наверное, из-за того, что вот так он не разговаривал очень давно. Просто, спокойно, доброжелательно. Хотя в этой музыке временами проскальзывала фальшивая нота. Паоло становилось стыдно за свой обман. «Осторожней. Не стоит откровенничать со всеми подряд», - внушал он себе, когда возникало жгучее желание открыться, - «Девушка может быть далеко не такой простой, как кажется. Не попади в ловушку».
Шарлота, по сути, была глубоко несчастным человеком. Она не видела многих привычных людям радостей. Гереро – жёсткий и алчный – уделял дочери мало времени. Его волновало лишь, как бы поскорее да получше выдать её замуж. Да не за купца или наёмника, что не диковинка в Аргизе, а за настоящего дворянина. Но откуда им здесь взяться. Все местные по тем или иным причинам не подходили. А заезжих можно было по пальцам одной руки пересчитать. Именно по этой причине Мышу оказали столько доверия. Тем более что очередной кандидат действительно нравился Шарлотте.
Паоло всё чаще думал о том, что будет с девушкой, когда сюда нагрянет Альянс, но холодный разум постоянно отбрасывал эти мысли на задворки сознания. Так легко оступиться, выдать себя. Хочется забыть о деле, но нельзя не вспомнить о том, чем это может аукнуться. А результатом тогда станет как минимум позорный плен, а то и медленная, мучительная смерть. Эта перспектива возвращала мысли в нужное русло.
Вечерело. Солнце медленно скрывалось за лесом.
- Пора домой? – улыбнулся Паоло, заметив, как девушка поглядывает на светило.
Шарлота кивнула.
- Отец волнуется, когда я гуляю по темноте.
- А такое часто случается?
- Не очень. Обычно он посылает со мной стражника.
«Гереро совсем рехнулся», - недовольно подумал Мыш, - «Словно узницу родную дочь держит».
- Сегодня Вы со мной. Полагаю, ему нечего бояться… И всё же пойдёмте…
Он поглядел на небо.
- Мне кажется, что надвигается гроза. Гляньте, во-о-он туча.
- Ой, и в правду! – воскликнула девушка, тоже заметив подозрительно-тёмные облака.
Пока ещё далеко. Но ветер гнал их к Аргизе.
Паоло и Шарлота вышли из парка и, ловя на себе любопытные взгляды прохожих, двинулись в сторону дома. Приближение ночи и грозы постепенно сводило на нет все романтические ощущения Мыша, заменяя их расчётами дальнейших действий.
Гереро ждал их на пороге дома. Но не отругал дочь за позднее возвращение, а лишь елейно улыбнулся, напрочь вышибая из души Паоло всю радость прошедшего дня. Колкие мысли о недоделанной работе вспучивались над тем добрым и лиричным, что сегодня начало расцветать в сердце парня.
Ужин прошёл как в тумане. Мыш рассеянно отправлял в рот пищу, невпопад отвечал на вопросы, ссылаясь на усталость. А сам всё думал о карте в библиотеке. Да, две подобных уже были у него в руках, но Паоло любил изучить явление со всех сторон. А ещё предстояла встреча с Гордоном. У северной стены. Там, где позапрошлой ночью проходила их «прогулка» по крышам.

Спустя часа три раненый "герцог" и гвардейский командир уже сидели у камина и попивали вино, словно старые добрые друзья.
- И всё-таки, Гереро, - Мыш сделал очередной глоток, - Как получается, что Длинный Лон хозяйничает прямо под стенами города. Неужели вашей армии не хватает, чтобы их унять? Вот уж ни за что не поверю.
Паоло чихнул, шмыгнул носом и, поставив бокал на столик, подошёл к камину. Длинные густые волосы нуждались в длительной сушке. А ещё сказывалось лежание на холодной земле. Простудиться сейчас было бы весьма не кстати.
- Может, глинтвейну? - поинтересовался Гереро, протягивая руку к колокольчику.
- Было бы неплохо, - отозвался Мыш, - Однако ты не ответил на вопрос.
Командир нахмурился. Разговор вышел на весьма неприятную тему.
- Понимаешь, Кимрай, не всё так гладко в городе...
Паоло молчал, пришла пора ему выслушивать. Он только бросил на Гереро быстрый взгляд. Вояка был вынужден продолжать.
- ... Тут ходят скверные слухи, будто Альянс нас под себя подмять собрался...
- Что за Альянс? - перебил его Мыш.
- Альянс Полуночи. Клан на север отсюда.
- М-да-а.. - протянул Паоло, - Я б на вашем месте тоже бы засуетился... Ты так и не приказал принести глинтвейн.
Гереро рассеянно дёрнул колокольчик. Слуга появился почти мгновенно и также быстро исчез, выслушав приказание.
- И что, большая сила у этого Альянса? - продолжал допытываться Мыш.
- А чёрт его знает! - воскликнул вояка, - Мы с ним пока не сталкивались.
Паоло замолчал, продолжая смотреть на огонь в камине. Не стоило особо напирать с вопросами, дабы не навлечь подозрений.
Разговор возобновился, когда принесли глинтвейн. Мыш отхлебнул немного и зажмурился от удовольствия.
- Божественно!.. Слушай, живёте хорошо, армия есть. Что же не так в городе?
- Заботились об охране от внешного врага, а внутренного пропустили. В лесу - Длинный Лон, в городе - Большой Брэг, - пробурчал Гереро.
Паоло только бровью дёрнул. Он медленно прошёлся по комнате, глянул в окно.
- Отсюда прекрасный вид! - заметил Мыш.
- Издеваешься?! - взвился командир, - Это самый проклятущий район нашего города.
- А издали ничего, - парировал Паоло.
- Туда даже самые лучшие гвардейцы не рискнут сунуться!
- Почему???
- Да потому что там и обитает Большой Брэг! - в сердцах крикнул Гереро, запуская бокалом в дверь.
- Отец! Что случилось? - послышался девичий голос, и в комнате появилась миловидная особа лет двадцати.
- Моя дочь Шарлотта, - подскочил с кресла Гереро, протягивая девушке руку, - Милочка, это герцог Кимрай, владелец замка Перекрёсток Латоны и золотого прииска "Шерхан", - отрекомендовал он Мыша, упирая голосом на "замка" и "золотого".
"Сволочь корыстная!" - мысленно выругался Мыш, но внешне сдержался. Он лукаво подмигнул вояке, поклонился и поцеловал руку девушке. Щёки Шарлотты полыхнули, и Мыш почувствовал, что и его собственное лицо загорелось. "Ох держись, приятель! Горячее сердце - враг разведки..."

А разведка, похоже снизит взятый вначале стремительный темп. Сейчас, когда Мыш оказался сытым, одетым и обласканным, он понял, что слишком многого от себя хочет. Да, разведка пока представлялась удачной, но цена непомерно велика. Что толку, если он изведёт себя? От усталости понаделать ошибок? Ну, уж нет. Самая опасная часть разведки должна стать самой неторопливой. Больше сил – больше уверенности в себе, логичнее действия. Юркий, нервный бандит превращался в довольного жизнью франта. Хотя бы внешне, но и это поможет успокоить душу.
Гереро распорядился накрыть стол на три персоны. Паоло прекрасно понимал, к чему идёт дело. Ушлый, корыстный вояка пытается сосватать свою дочку за удачливого, богатого дворянина. Деньги. Снова деньги. Как же часто вершат они судьбы людей.
Мыш и Шарлотта сидели рядом, поминутно косясь друг на друга. Парень всё время думал, столь же она корыстна как её отец. По взглядам и словам было трудно понять. Поведение девушки поразительно быстро менялось. Одно лишь постоянно – большие серые глаза, смотрящие на Паоло с не иссякающим интересом. Временами в голове Мыша проскальзывала мысль о жалости к этому прелестному созданию. «А если я ей и вправду нравлюсь», – думал Паоло, - «Что будет, когда «герцог» внезапно исчезнет?»
- И всё-таки, что Вас привело в наши края? – прервал его размышления звонкий голосок Шарлотты.
- Мне было скучно, - задумчиво ответил Мыш, уставившись на этот раз не на девушку, а в тарелку.
- Можно подумать, что теперь тебе стало веселее, - вмешался в разговор Гереро, - Нашёл, где путешествовать!
- Я всё так и не пойму, Квентин, почему вы никак не разгоните бандитов? – оживился Паоло, - Знаешь, я, конечно, в войне полный профан. Но может, объяснишь, почему все ваши меры не приносят результатов?
Выражение лица Гереро при этих словах было словами не описать. Он казался расстроенным, злым, отчаявшимся… Все чувства одновременно. Командир выскочил из-за стола, схватил Мыша под руку и попытался потащить за собой.
- Отец, успокойся! – воскликнула Шарлотта.
- Да в чём дело?! – возмутился Паоло, отпихивая руку Гереро.
- Хочу тебе объяснить, что я в ловушке.
Вояка вновь сел, тупо уставившись в окно.
- Шарлотта, извините, - Мыш подошёл к ней, протягивая руку, - Мне кажется, Вам лучше уйти. У нас с Вашим отцом, похоже, намечается разговор не для дамских ушек.
Девушка грустно кивнула.
Паоло проводил её до комнаты и вернулся к Гереро, который сидел всё в той же позе.
- А вот теперь поговорим! – резко сказал Мыш, усаживаясь напротив него.

Гереро поднял взгляд на Мыша, но, ничего не сказав, отвернулся. Паоло нахмурился.
- Безусловно, можешь молчать, - сказал он, - Но ты сам решил начать этот разговор. Мне решительно наплевать на то, что происходит в Аргизе. Мне без разницы, нападёт на вас Альянс или нет. У меня нет никакого опыта войны. Но я не понаслышке знаю, кто такие разбойники и что с ними делать. Я мог бы помочь тебе разобраться и с Большим Брэгом, и с Длинным Лоном. Но это случится только, если ты объяснишь свою проблему.
Гвардейский командир казался всерьёз задумавшимся над словами Мыша. А тот в это время, скорчив недовольную гримасу, отошёл к окну, всем своим видом показывая своё безразличие к сложившейся ситуации.
- Пойдём! - вдруг предложил Гереро.
- Куда? - равнодушно бросил Мыш.
Естественно, ему не было всё равно, расскажет ли командир что-то или нет. Но в подобных ситуациях маска наплевательского отношения помогает прекрасно – Паоло это знал на собственном опыте. Но в душе вскипало радостное волнение: сомнений нет, некоторую информацию о воинстве Аргизы он сейчас узнает.
- Посмотришь, как устроились эти мерзавцы, - откликнулся Квентин, вставая с кресла и решительным шагом направляясь к двери.
- Ну хорошо, - согласился Мыш и двинулся вслед за Гереро.

В окно было прекрасно виден весь бандитский район. Паоло невольно пожалел гвардейского командира: каждое утро просыпаться и видеть в окно сие безрадостное зрелище.
- Видишь, всё кажется заброшенным, - кивнул Гереро в сторону покосившихся домов, - Но это далеко не так. Банда Большого Брэга не дремлет, они всегда начеку. Мы посылали лучших гвардейцев туда. Вернулась лишь часть, и те избитые до полусмерти. Остальные погибли. Их тела потом выбросили перед моим домом. Для устрашения народа. Пара подобных выходок, и горожане стали обходить район стороной.
Мыш поморщился: сам знал, что за ребята прячутся там.
- А что это там поблёскивает? – спросил он, указывая в сторону ближайших холмов.
- Это часть аргизской армии, - охотно отозвался Гереро.
- А что они там делают?
- Ждут… Вдруг появится армия Альянса.
Паоло нахмурился, подумав о том, как он будет уходить. Надо искать официальный повод, чтобы пройти через посты. По-другому вряд ли удастся вырваться.
- А что вам известно об их силах?
- Вот то-то и оно, что ничего. Пока, я надеюсь.
«А я надеюсь на обратное», - мысленно усмехнулся Мыш и продолжил расспросы.
- А это в том лесу засел Длинный Лон?
- О нет, его отсюда не видно. Пойдём покажу.
Гереро направился к двери, но через пару шагов обернулся.
- Ты, кажется, обещал чем-нибудь помочь? – съехидничал он.
- Не время ещё. Мне надо знать всю картину, - уклончиво ответил Паоло, подумав, что от командира будет не так просто отвязаться. Придётся и впрямь что-то советовать…

На рассвете подошедшие к воротам города люди сначала застыли с глазами полными недоумения и страха, а потом стали изо всех сил колотить в железные створки. На дороге лежал молодой человек, избитый и израненный.
Едва проснувшийся стражник пару мгновений поглядел на встающее солнце, недовольно поморщился – яростный стук в ворота прервал прекрасный сон – и пошёл открывать, по дороге стукнув напарнику, чтоб тоже просыпался. Смена сегодня оказалась ленивая и невнимательная.
Ворота распахнулись, и стражники тоже замерли с выражением священного ужаса, сразу заподозрив всё самое скверное.
- Эй, соня! – рявкнул тот, что проснулся раньше, - Гонца на остальные посты! Живо! Лекаря сюда! И командира! Бе-го-ом!
А сам поднял парня на руки и отнёс в караулку, после чего захлопнул ворота.
- В другие идите, - рыкнул он на ожидающих, - Не до вас сегодня!
Раненый едва дышал, хрипло и прерывисто. Понять в сознании тот или нет, стражник не смог. Во всяком случае, глаза были закрыты. Парню на вид казалось лет двадцать пять. Черты лица выразительны, красивы. Похоже, что молодой человек благородных кровей. Да и одежда говорила о том же.
- Вечно эти франты в истории попадают, - буркнул стражник, думая о том, как бы начальство не прознало, что он проспал и далеко не первым обнаружил раненого. Тем паче, что нападение на него наверняка совершила шайка Длинного Лона, что держит в страхе всю округу.
Дверь в караулку распахнулась, и тесное помещение моментально до отказа наполнилось людьми.
- Разрешите доложить, - вытянулся в струнку стражник, завидев высокого, немолодого мужчину с пышными усами. Квентин Гереро, командир гвардии. Птица высокого полёта. Жёсткий, самонадеянный.
- И без тебя понятно, - отмахнулся от него командир, подходя к раненому, рядом с которым уже суетился лекарь.
Гереро быстрыми движениями обшарил одежду парня. Ни денег, ни важных бумаг. Только в кармане камзола мятый клочок бумаги: «Что? Забыли про нас?»
- Длинный Лон. Это точно, - поморщился командир, - долго же про них не было слышно… Кто-нибудь знает раненого? – обратился он к собравшимся. Все отрицательно замотали головами.
- Чужак, значит, - буркнул Квентин, - Так, давайте-ка все отсюда! Дел разве нет? – прикрикнул он на толпящийся в комнате народ.
Народ стал потихоньку расходиться, по дороге шёпотом обсуждая происшествие.
Лекарь закончил осмотр и перевязку.
- Всё, - удовлетворённо заявил он, - Ничего смертельного. Рана на боку болезненная, остальное – царапины. Истощён сильно. Его бы перевезти отсюда в нормальный дом.
Гереро высунулся на улицу.
- Эй! Носилки сюда! – крикнул он сопровождающим его гвадейцам, - Доставить раненого в мой дом.

Понятное дело, что Паоло искусно притворялся. Да, здоровье его сейчас было и в самом деле неважнецким, но отнюдь не до потери сознания. Он успел хорошо отоспаться в лесу, на свежем воздухе, и мелкие проблемы перестали его волновать. Осуществление плана должно идти своим чередом. Главное - попасть в дом Гереро, а с остальным после разберёмся.
"Так, самое время "очнуться", - мысленно усмехнулся Мыш.

Раненый глубоко вздохнул. Глаза его приоткрылись, и лицо приняло испуганно-недоумённое выражение. Однако Гереро молчал. Привычка, что ему все всё сами рассказывают. Молодой человек был заметно удивлён таким приёмом, но вовремя сообразил, что делать.
- Золтан-Радомир Кимрай, владелец Перекрёстка Латоны... Впрочем, это слишком далеко отсюда, чтобы Вам знать это название...
Командир смерил раненого надменным взглядом. Холодным настолько, что даже Паоло, привыкшему к разным людским причудам, стало не по себе. Мыш изобразил попытку встать и гримасу боли. Снова лёг. Гереро молчал. Таков уж он был человек. Всегда ждал исчерпывающих сведений и только потом высказывался сам. Его собеседникам это доставляло немало неприятностей: никогда не знаешь, что говорить, а что не стоит. Но сам командир оставался в выигрыше. Паоло знал о такой привычке от Большого Брэга, но шибко легче не стало.
- Я вчера ехал через лес, - мысленно выругавшись, продолжил Мыш, - и на меня напали разбойники...
Гереро не раскрыл и рта. "Всё! Терпение моё на исходе", - обозлился Паоло.
- Да что же это за безобразие?! Прямо под стенами города! Кто у вас тут охраной распоряжается?! - раненый, казалось, потерял всякий контроль над собой. Однако Мыш тщательно взвесил каждое из сказанных слов. По логике вещей, Гереро теперь должен "проснуться". Так и случилось.
- Да кто ты такой, чтоб так разговаривать! - заорал командир, - Тебе нужен главный? Так вот он я. Много вас таких балбесов шляется, за всеми не уследишь. Понаехали тут, а я разбирайся!
"Однако понесло его", - проскочила язвительная мыслишка в голове Паоло, - "Хорошо подцепился".
- Я? Кто я? - презрительно глянул на Гереро Мыш, - Я - герцог Кимрай, владелец замка Перекрёсток Латоны и золотого прииска "Шерхан"...
Командир насторожённо замолчал. В голове крутилось лишь одно: "золото!" Суровый вояка с детства был жаден до денег.
"Сработало", - довольно подумал Паоло, - "Как же уродуют деньги человеческие души..."

Он проснулся под вечер, когда разбойничья шайка расположилась у большого костра. Языки пламени причудливо отражались на их лицах, придавая банальным посиделкам оттенок таинственности. Рядом, всё такой же взволнованный, сидел Гордон.
- Хозяин, как Вы? - засуетился он, заметив, что Паоло открыл глаза.
Мыш задумался: "А и вправду, как?"
- Лучше, чем днём. - уклончиво ответил он, а сам стал прокручивать в голове все события, произошедшие с ними с момента появления у ворот Аргизы. Надо было понять, что сделано, а чем ещё предстоит заняться. А вдобавок разобраться, на какие мероприятия хватит сил в ближайшее время.
"Ворота. Джеральд Хоулен, наёмник. Не без труда, но пропустили.
Улица Герцога. туда ещё рано.
Бедные кварталы в северной части города. Встреча с пьяницей. Гордон ушёл на поиски гостиницы. Что делал Мыш? Пил, рассказывал небылицы, потом нарвался на бандитский нож. Так он познакомился с Большим Брэгом. Удалось затесаться в доверие. Что Паоло узнал? Имена всех богатеев города, расположение их домов. Клички и привычки местного ворья. Важные улицы, переулки, тупики. В голове постепенно складывалась карта Аргизы, но всё предстояло проверить. Однако одного города мало, нужны и его окрестности. Брэг за стены не выходит, а вот в лесу, в самой глуши, скрывается разбойничья шайка Длинного Лона. Уж они-то знают, что творится на прилегающей к городу местности. Надо и туда наведаться. Впрочем, не сегодня. Темнеет, Гордон будет ждать у ворот.
В гостинице "Охотничий рог" Мыш начинает рисовать карту, снабжая её обширными пояснениями. Пока это сведения, полученные от других, но спустя несколько часов Гордон и Паоло выйдут на крыши ночной Аргизы. Именно тогда начал складываться план дальнейшей разведки. Открытой, опасной. Но игра стоила свеч.
Всё утро Мыш проспал, утомлённый бурным днём и ночной прогулкой. Он прекрасно понимал, что такой ритм очень скоро доведёт его до полнейшего истощения, но медлить было нельзя.
Днём они покинули Аргизу, предварительно купив у скупердяя-хозяина гостиницы некоторые сведения о городской охране. Деньги практически всех делают словоохотливыми.
Лес. банда Длинного Лона принимает их. У разбойников имеется карта. Именно такая, какой сейчас не хватает Мышу. Действуя излишне резко, он всколыхнул подозрения относительно достоверности своей истории. Бартон Непоседа из Леса Одинокой Звезды, что к западу от Аргизы. Шайка Грейвса, которую не могут здесь не знать. И опять деньги, а точнее разговоры о них, умаслили главаря. Правда, пришлось ещё сказать ему то, о чём не знали даже в Альянсе Полуночи, не знал даже брат Мечислав..."
Паоло вздохнул. Видимо, порвать с прошлым окончательно не удастся никогда.
"И вот, полдня проспав, он лежит и смотрит на костёр. Лес, разбойники. В принципе, складывалось всё не так уж плохо. Но особо расслабляться не стоит. Утром предстояла очередная афёра. Возможно, самая опасная. В одиночку, в открытую, дерзко. Однако именно неожиданность должна была стать тем коньком, на котором можно выехать. И сделать это красиво. и получить немалый результат..."
Гордон продолжал тревожно посматривать на Мыша. Тот улыбнулся слуге:
- Да не волнуйся ты так! Видишь же, живой я.
Разбойники повернулись на его окрепший голос.
- Ну что, Бартон, как сам?
- Готов к дальнейшим подвигам. - ухмыльнулся Паоло, поднимаясь с постели из еловых лап, - Только есть охота.
- Ну так давай к сюда. Мы вообще-то не бедствуем.
Мыш подсел к костру и принялся за обе щеки уплетать предложенную пищу.
- Что дальше надумал? - спросил Длинный Лон, когда Паоло насытился.
И парень рассказал разбойнику свой план...

Ослепительно-белое поле, перечёркнутое стрелами рельс. Больше ничего. Потому что сейчас не думается ни о поезде, ни о фонарях, ни о станциях.
Только снег и холод металла, обжигающий пальцы.
Прыжок. Исчезают и рельсы. Упасть в снег, спрятаться в нём.
Небо тоже белое.
Странно - не холодно. Но почему-то начинает пищать в ушах, и всё исчезает в тумане; а когда тот рассеивается, реальность другая.
Белые стены, потолок, одеяло.
Острая боль.
То же белое безмолвие, но не приносит спокойствия. Я хочу отсюда вырваться.

Начиналась лесная чащоба. Деревья стояли почти ствол в ствол, дорога превратились в узкую тропку и постоянно терялась. Но Мыш уверенно вёл коня в самую глушь, не обращая внимания на испуганные глаза Гордона. Лишь только раз сказал:
- Доверься мне. Я знаю, что делаю.
Это было ещё на самой кромке леса, и с тех пор Паоло молчал. Он внимательно прислушивался и приглядывался к одному ему понятным приметам.
Где-то в листве пронёсся странный свист. Происхождения явно не природного.
- Стой, - шепнул Мыш Гордону.
Лошади замерли. Лес напряжённо молчал.
Шелест, свист. Совсем рядом. Паоло не успел среагировать. А может, и намеренно не хотел. Верёвочная петля стянулась на его плечах. Мыш только усмехнулся: он ждал такого приёма.
- Какие гости пожаловали! - раздался голос из-за дерева, - Богатенькому захотелось острых ощущений!
Зашуршала трава и опавшие сучья. Дюжина молодцов во всеоружии окружили Мыша и Гордона.
- Мне нужен Длинный Лон, - произнёс, наконец, Паоло, пристально осматривая лица и фигуры разбойников.
- Зачем он тебе?! - опешил один из них.
Длинный и тощий как скелет, в грязном сером плаще.
- Привет и письмо ему от Большого Брэга, - уверенно ответил Мыш и, выждав пару секунд, добавил:
- Может, развяжешь?
Удивлённый бандит снял петлю. Паоло легко спрыгнул на землю.
- Ты – Длинный Лон? - спросил он, продолжая изучать людей взглядом.
- Чем докажешь, что ты от Брэга? - подозрительно сощурившись, парировал вопросом на вопрос тощий.
Мыш поднял правую руку. На безымянном пальце сверкнул массивный перстень с чёрным камнем.
- Узнаёшь?
Разбойник кивнул.
- Ну тогда получи письмо, - Паоло достал из кармана помятый листок и протянул ему.
Длинный Лон взял письмо и присел на поваленный ствол. Читать. Его шайка стала за спиной главаря, тупо пялясь в бумагу. Сомнительно, чтобы кто-то из них умел читать. Разве что знал отдельные буквы.
- День, проведённый в воровском районе, - тихо ответил Мыш на немой вопрос, застывший глазах Гордона.
- Добро пожаловать, Бартон Непоседа! - произнёс Лон, поднимая глаза от письма и протягивая Мышу руку.
- Что ж ты в таком виде в лес заявился?
- А ты поди выберись из города средь бела дня по-другому. Или ты предложишь шастать ночью по незнакомому лесу? - усмехнулся Паоло, пожимая руку разбойника и присаживаясь рядом с ним.
- Гордон, лошади за тобой, - обратился он к слуге.
Тот кивнул. Один из шайки приблизился к нему:
- Пойдём.
И они скрылись за деревьями. Мыш и разбойники проводили их взглядами.
- Бартон… - окликнул Паоло один из бандитов.
- Да? - быстро обернулся к нему Мыш.
Проверка. Тот ли он, кем назвался.
- … откуда ты к нам?
- С запада… - соврал Паоло.
«Интересно, Гордон со страху не забыл свою легенду?»
- … Дело в Аргизе подвернулось. Вот и путешествую.
- Что за парень с тобой? - не унимался всё тот же разбойник.
- Гордон. Слуга. Так, для мелких поручений. Недавно взял. Только на это дело. Задание не из лёгких выпало – одному несподручно.
- Что за дело? - вмешался в разговор Длинный Лон.
- По военной части. Заметили у нас там, что войско в Аргизе засуетилось. К чему бы это? Вот и разбираюсь. Чего доброго к нам ещё пожалуют.
- «К нам» - это куда? - поднял бровь главарь, впиваясь взглядом в Паоло.
- Лес Одинокой Звезды. Слышал про такой? - мгновенно отреагировал Мыш: свою легенду он знал чётко.
- О да-а-а… славные ребята там… - протянул разбойник.
- Не смущайтесь, не про вашу честь сборы.
- А про чью? - лукаво подмигнув Лону, спросил Паоло.
- Да говорят, Альянс Полуночи пожаловать собирается…
«Всё же что-то пронюхали!» - отметил про себя Мыш.
- А-а-а… Это те. Из Замка на севере. Им что, спокойно не живётся? - притворно расхохотался он.
- Сделаем ставки, кто выиграет?
Веселье передалось и разбойникам.
- А и в правду, кто? - ухмыльнулся Лон.
- Давайте-ка обмозгуем вопросец… Билл, тащи карту…

Около часа разбойники крутили карту во все стороны, смеялись, пили. Паоло, казалось, был занят тем же самым. Вот только мысли шли в абсолютно другом направлении. Разбойничья карта была истинным сокровищем: и город, и окрестности, и записи об охране, и последние сведения о передвижениях аргизской армии. Мыш напряжённо думал, как бы ему такой клад да в собственные руки получить. Наконец, он решился на прямой разговор.
- Послушай, Лон, - обратился Паоло к главарю, - Как бы мне эту карту заполучить?
И, видя подозрительно-недоумённый взгляд Длинного, добавил:
- Грейвс на слово не верит никому.
Разбойники как-то разом затихли, уставившись на Мыша. В душе у того похолодело. «Сейчас…», - подумал парень, оставляя мысль недосказанной. Впрочем, и так понятно, что получалась она безрадостной. Но сила воли не позволила страху проявиться во вне.
- Чего замолчали? - рыкнул Паоло, - Мне деньги платят за доказательства, а не за слова.
Молчание разбойников приводило к мысли, что сейчас придётся бежать отсюда во всю прыть.
Лон медленно оглядел шайку, затем Мыша. Вновь своих. Как специально тянул время.
Тишина угнетала.
Впрочем, Мыш заранее знал, что подобное сокровище даром никто не отдаст, а потому уверенно спросил:
- Сколько?
Длинный опять посмотрел на разбойников и выразительно вскинул бровь. Паоло предпочёл остаться на месте, хотя знал, что сейчас случится. Двое подошли к нему и, грубо схватив за плечи, резко подняли. На пару мгновений у Мыша закружилась голова. Сильно, до темноты в глазах. Что ни говори, самочувствие его в последние дни нельзя было назвать хорошим. Не умел он себя беречь, хотя и старался.
Лон подошёл к Паоло вплотную.
- Кто подослал?
- Грейвс из Леса Одинокой Звезды, - без тени сомнения в глазах ответил Мыш.
- Зачем?
- Разведать про аргизское войско.
- Карта на что?
А вот к этому вопросу Паоло был не готов: несколько секунд молчал, читая в глазах Лона растущую кровожадную радость. Ответ пришёл неожиданно.
- Сам в гости собирается. Должок тут есть. К командиру гвардии Квентину Гереро, - на одном дыхании выпалил Мыш, а сам в это время думал: «Как хорошо, что разбойники полупьяные. Гордона не замечают. Жаль только, что дать ему знак сейчас нельзя. А ведь надо спровадить его отсюда… Впрочем, поглядим. Может, обойдётся».
- Обыскать! - коротко приказал Лон.
«Скверно!» - пронеслось в голове у Паоло, - «Могут и мою карту отобрать». Радовало лишь то, что больше находить было нечего.
- Это что? - раздражённо спросил Длинный, обнаружив эпистолярные труды Мыша.
- Карта, - с издёвкой произнёс Паоло.
- Откуда?
- Сам рисовал. Не знал, что у вас получше есть. Всю ночь ползал по крышам.
Сердце предательски громко колотилось, но голос его был твёрд. Хотя, с каким трудом это удавалось…
- Почему я должен тебе верить? - поинтересовался главарь, поигрывая кинжалом.
- Потому что я говорю правду, - Мыш вскинул на Лона взгляд пронзительно-голубых глаз.
Взгляд полный решимости и боли одновременно: вскрылась и начала кровоточить рана, полученная во вчерашней пьяной драке. Однако мысли сейчас были только о том, чтобы не сболтнуть чего лишнего.
- Пощадите. Он же ранен, - раздалось из-за дерева.
Гордон всё-таки выдал себя. Страх моментально улетучился, он подбежал к Паоло, на ходу доставая лекарства.
- Что? - бросил разбойник, пристальнее прежнего оглядывая парня.
- Бартон, это правда? Ты ранен?
- Да, - выдавил Паоло, мысленно вперемешку ругая и благодаря слугу.
- Дозволь рану перевязать, - попросил Гордон, хватая Длинного Лона за руку.
- Перевязывай, - буркнул главарь, отходя от них и присаживаясь на траву, - Оставьте их… Пока.
Приказал он разбойникам.
- Безумец… - тихо и быстро зашептал Мыш Гордону, пока тот возился с раной, - … ты едва нас не погубил. Я не знаю, каким чудом мы тут ещё живы. Я где-то оплошал, ещё и ты влез… Ладно, теперь чтобы ни слова. Может, обойдётся.
Лон опять подошёл к Паоло:
- Где тебя?
- Вчера в драке ножом пырнули.
- И ты говоришь, что потом ночью по крышам путешествовал?
- Да.
Лицо разбойника приняло крайне удивлённое выражение.
- Впрочем, Брэг написал, что ты отчаянный парень. Теперь я вижу это. Сколько же платит Грейвс, чтобы так над собой измываться?
После такого вопроса Мыш едва сдержался, чтобы не сказать: «Уф! Получилось!» Он улыбнулся.
- А вот это скажу только тебе лично. Без свидетелей.
Длинный присел рядом, махнув разбойникам, чтобы отошли. Паоло шепнул ему сумму. Главарь удивлённо присвистнул.
- И на кой тебе столько денег?
Мыш вновь что-то шепнул. Глаза Лона округлились.
- Вот что. Давай-ка ты отдыхать. Сегодня я тебя ни по каким делам не пущу. Не хватало ещё, чтобы у Грейвса и до меня должок нашёлся…

Поздравляю заранее, поскольку пропадаю до 8 января.

С Новым Годом вас всех!

Он проснулся сам, немного раньше назначенного срока. Нельзя сказать, чтобы совсем отдохнувшим, но всё же несравнимо лучше вчерашнего.
- Давай обед, - приказал Мыш Гордону, а сам достал карту и стал быстро записывать, зарисовать увиденное ночью.

Закончив работу, Паоло быстро поел и принялся за сборы. Дорога. Но не обратная. Не в Альянс Полуночи. Предстояло ещё кое-что сделать. Уложив вещи и переодевшись, Мыш глянул на себя в осколок зеркала. Всё ещё бледен, но глаза полны решимости. Он улыбнулся, пытаясь поднять себе настроение. Получилось. Собственно говоря, на душе было не так уж и плохо, просто сказывались тяготы вчерашнего дня.
Они спустились на первый этаж. Хозяин «Охотничьего рога» ни мало удивился, увидев Мыша и с трудом узнав в элегантном кавалере бродягу, что ввалился в заведение прошлым вечером. Паоло умел быть разным: важное качество при выразительной внешности и секретной работе. Поняв, что важный господин уезжает, старый скупердяй забеспокоился. Он выбежал из-за стойки и бросился к Мышу.
- А разве вы уже уезжаете? Куда же вы без достойной охраны? Кругом ворьё сплошное, а в лесу разбойники…
- Успокойтесь, милейший, - притворно-слащавым голосом ответил Паоло, - Вот возьми.
Он вручил хозяину горстку золотых монет. Гордон вопросительно поднял бровь: «откуда?»
- И где же мне найти достойную охрану? Подскажи, - спросил Мыш, вальяжно усаживаясь в кресло и принимая высокомерное выражение лица, - Я слушаю, милейший...

Стражники южных ворот склонились в почтительном поклоне перед богато одетым господином, выезжающим из города.
- Будьте осторожны. В окрестностях полно разбойников.
- Благодарю вас.
Откликнулся франт, кидая солдатам пару серебряных монет. Он пустил коня рысью, и со стороны казалось, что господин наслаждается природой. На самом же деле Мыш внимательно оглядывал окрестности города.
- Время не ждёт, - бросил Паоло догнавшему его Гордону, - В лес.
И лошади понеслись галопом.

Линии ложились, сплетаясь в единый рисунок. Они постепенно превращались в карту Аргизы. Улицы, переулки, чем-то примечательные дома. Городская беднота – лучший помощник в разведке. Они всегда знают потайные лазы, слабые места укреплений, дома, где при любых обстоятельствах можно найти убежище. Память Мыша старательно запечатлевала эти знания.
Рядом с картой появлялись пометки и о людях, живущих в городе. Привычки, отношения, мысли.
Да, за всё это сегодня пришлось заплатить сравнительно высокую цену. Но Паоло знал, на что идёт. Среди воров, бродяг и пьяниц сведения можно добыть только одним способом – сыграть по их же правилам, вести себя также, как они. Только своему подобные люди открывают городские тайны. Пришлось и напиться, и подраться, зато теперь есть, что рассказать Первому, вернувшись в Замок Альянса Полуночи.
Карта была готова. Однако Мыш не был бы самим собой, если бы не проверил её достоверность. А по сему под покровом ночи он намеревался лично осмотреть город.
Паоло тщательно спрятал ценную бумагу, переоделся в тёмное, проверил кинжалы и арбалет, взял прочную верёвку. Сборы были окончены.
- Гордон. Гордон, вставай! Только тихо. Пора на прогулку.
Слуга несколько секунд непонимающе смотрел на него, но потом спохватился и стал быстро готовиться к путешествию.

Спустя четверть часа они стояли на крыше гостиницы, обозревая ночную Аргизу.
Гостиница располагалась в квартале ремесленников, но не в лучшей его части. Однако обзор с крыши был прекрасным, а Паоло другого и не надо. Гордон со своей со своей работой справился – место подобрал удачное.
На западе располагался тот самый, зажиточный район с домами из белого камня. В тупике улицы Герцога, действительно, стояла ратуша. Рядом Собор. Их сейчас было видно лучше всех. Самые высокие здания. В обе стороны от дороги – дома высоких чиновников, членов городского Совета. Там же – Мыш знал, но отсюда не видел – находился дом командира аргизской гвардии. Сейчас его закрывал Собор, лишь самый угол крыши виднелся. На восток от богатых домов, расходясь от них полукругом, стояли жилища купцов и ремесленников. Пожалуй, самый неоднородный по своему внешнему виду район. Часть из домов не уступала в изяществе и роскоши хоромам богатеев, но часть смахивала на бараки. Гостиница «Охотничий рог» стояла на границе с беднейшими кварталами, где Паоло провёл весь день. Он вспомнил и поморщился. Признаться, у него жутко кружилась голова, и перед глазами временами плыли радужные круги. Но дело есть дело!
- Туда, - шепнул он Гордону, кивая на север. Там, по словам обывателей, городская стена давно дала трещину. Надо проверить.
Они подошли к краю крыши. Арбалет тихо свистнул, выпуская болт с привязанной к нему верёвкой: до соседней крыши было далековато. Глухой стук – цель достигнута. Привязав верёвку к трубе, Мыш первым отправился в «путешествие»…

Город спал. Внизу лишь изредка проходили сонные, усталые прохожие, да кое-откуда раздавались пьяные выкрики. Несколько раз попадались и стражники, впрочем, они не смотрели вверх, лишь себе под ноги. Паоло и Гордон перебрались по крышам практически к самой стене. Нельзя сказать, что путь был труден или, наоборот, лёгок. Скорее, привычен. Мыш по-своему любил такие «прогулки»: город ночью да ещё с высоты становился совершенно иным, чем его можно ощутить днём, путешествуя по улицам.
Бедный квартал на севере города слыл самым неблагополучным. Сюда мало, кто заходил по делам или с дозором. Здесь жили по особым законам. Законам улицы. Всё хозяйство давно пришло в запустение, и не было ничего удивительного в сведениях, добытых Паоло. Тут не только стена могла дать трещину – всё грозилось рассыпаться в прах.
Мыш глянул вниз. На улице никого не было. Надо было подойти ближе к стене.
- Спускаемся, - почти беззвучно произнёс парень, придирчиво осматривая землю в поисках, куда бы спрыгнуть.
Пыльная дорога встретила волной удушливого тумана. Паоло закашлялся. Прыжки с подобной высоты были для него обычным делом, но сегодня вышло плохо: сказались и усталость дороги, и бурно проведённый день. Он оступился, едва не упав. Гордон, мешком свалившийся с крыши, подскочил к нему.
- Что? - испуганно спросил слуга.
- Ничего! - огрызнулся Паоло, присаживаясь на камень, - Устал, - добавил он более спокойным голосом, - День выдался не из лёгких. Посидим немного.
- А если увидят?
- Оглянись вокруг, Гордон. Кто? Этот квартал почти заброшен. Одни развалины. Успокойся.
Мыш прикрыл глаза и стал вспоминать увиденное за время «путешествия» по крышам. Ещё несколько штрихов к карте. Паоло не впервой было выходить на разведку, но он волновался как ребёнок. Альянс Полуночи доверил новичку большое дело. Его первое дело не только для личной выгоды.
Глаза парня распахнулись: Гордон в очередной раз подивился их пронзительной синеве. Казалось, они будут видны даже самой тёмной ночью. Мыш прошёл вдоль стены, осмотрел развалины, уже не имеющие права называться домами.
- Пора.
Паоло глянул вверх, думая, как удобнее вернуться на крышу. Голова закружилась, рука сама потянулась к виску.
- Плохо?
Гордон подхватил хозяина под руку.
- Пустяк, - откликнулся Мыш.
- И всё же давай по улице. Пока.
Слуга согласно кивнул головой, не спуская с парня тревожного взгляда.
- Может, в гостиницу?
- Нет! - парировал Паоло.
- Но Вы едва держитесь на ногах.
- Нет. Мы идём к южной стене.
Мыш и сам прекрасно понимал, чем аукнется ему такая разведка, но бросать дело на полпути он не собирался.
- Надо осмотреть посты. Тем более что нам сегодня там уходить.
- Уходить? Сегодня? - изумился Гордон.
- Позже всё узнаешь, - уклончиво ответил парень.

Они пробирались самыми тёмными переулками. Несколько раз встречались люди, но, завидев их, испуганно шарахались. Двое на ночной улице – уже банда.
Самым трудным было пересечь улицу Герцога. Там постоянно сновали солдаты. И всё же удалось уличить минутку, когда, казалось, никто не смотрит в их сторону. Паоло и Гордон вновь пропали в темноте переулков. Однако идти по улице здесь было опасно. Светлее, больше людей, постоянные патрули.
Мыш устало присел на землю.
- Поищи лестницу, - обратился он к Гордону, - Я по верёвке не влезу.
Слуга испуганно глянул на него, но промолчал, и отправился выполнять приказ.

- Пойдёмте, хозяин, - произнёс Гордон, появляясь из темноты через несколько минут, - Тут недалеко. И безопасно.

Они вновь стояли на крыше. Паоло взглядом поискал «Охотничий рог». Почти рядом. Даже вывеска видна в неровном свете фонаря. «Интересно, верёвка цела?» - подумал он. Хотелось в гостиницу, спать, но Мыш решительно повернулся к югу и быстро пошёл по крыше.
Дома перемежались с деревьями: идти стало значительно легче, чем в северной части города. Паоло продолжал внимательно смотреть вниз, запоминая особенности местности, тщательно подсчитывая замеченных солдат и изучая их обмундирование. Несколько раз стражники поднимали головы, проверяя свои ощущения, но Мышу и Гордону удавалось вовремя затаиться.
Так, медленно, но верно, они подобрались к южной городской стене.
Ворота здесь казались менее прочными, нежели восточные, но Паоло не был уверен, что их будут хуже охранять. Скорее, наоборот. Солдат и впрямь было много. Зоркие глаза Мыша придирчиво осматривали воинов, укрепления, а холодный рассудок всё методично подсчитывал. И снова есть, в чём отчитаться перед Первым. Мыш усмехнулся. Задание удавалось. Пока нельзя сказать, что целиком и легко, но всё же дела были неплохи. А ведь и не закончена ещё разведка. Предстояла едва ли ни самая ответственная её часть.
- В гостиницу, - наконец, произнёс Паоло, уверив себя, что больше запоминать тут нечего.
Они возвращались той же дорогой, что и уходили из «Охотничьего рога». Запутанно, но надо тщательно вычистить следы своего ночного «путешествия».
Вот и верёвка, ведущая к крыше гостиницы.
- Давай первым, - скомандовал Мыш Гордону тоном, не терпящим возражений. Слуга подчинился, хотя и без особой охоты. Он волновался. Ведь даже в темноте было понятно, насколько Паоло плохо.
Дождавшись пока Гордон перелезет, Мыш выдернул болт. Наматывая верёвку на запястье, Паоло двигался к краю крыши. Предстоял отчаянный манёвр. Прыгнув с крыши, надо было постараться перехватить верёвку как можно ближе ко второму её концу. Трюк выполнялся неплохо, будучи в добром здравии. Сегодня же он мог стать катастрофой. Впрочем, всегда есть риск промахнуться. Угодить в окно дома или упасть на мостовую.
Прыжок! Хорошо, что верёвка не особо длинна. Паоло удалось схватить её почти у самой крыши гостиницы. Получилось и не задеть стену и окна: иначе на шум выбежало бы половина жильцов. Гордон быстро протянул Мышу руку, и тот взобрался на крышу. Он был бледен, тяжело, хрипло дышал, едва ли не падал.
- Подожди, - тихо попросил Паоло, ложась на холодную черепицу.
Слуга присел рядом. Он молчал. Бесполезно сейчас что-то говорить.
Немая сцена продолжалась минут пять, после чего Мыш осторожно встал и направился к чердачному окну.
- Разбуди в полдень, - пробормотал Паоло, войдя в комнату и направляясь к кровати. Едва коснувшись головой подушки, он провалился в состояние, одинаково похожее и на обморок, и на сон.

Полукровкам не положено имени. Только после Испытания, которое не прошёл пока никто, хотя многие пытались. Зовут кому как удобно. Для матери я был "мой малыш", в поселении - "не летающий симуран" и просто "эй ты", в Замке - даже для отца - "принц". И наконец - Узурпатор. Прозвище, ставшее почти именем.
Так было, пока я не решился сказать, насколько оно мне опостылело. И получил неожиданное предложение - дать мне имя.
Это всё девушка, которую привёл мой Брат. Благодаря ей мы снова вернулись в Норвик, да и Замок не исчез только потому, что Леда в нём осталась.
И вот теперь хочет дать мне имя...
- Дэрек... тебе нравится?
Кажется, это называется "задохнуться от счастья". Я смотрел на неё и не мог ничего ответить, только кивнул.

***

Я чувствовал, что в Замке произошло нечто особенное. Такое, чего ещё не было, против правил мира. Мне даже показалось, что догадался о сути, но поверить боязно.
Замираю на пороге комнаты Брата. Он и Леда. Оба такие счастливые!
- А что у нас случилось хорошего?
Леда смущается, а в мыслях Брата мелькает недавний диалог. Так здорово, что у него теперь есть имя! Знаю: так не положено, но сейчас кажется на удивление правильным. Немного обидно, что такое счастье досталось не мне, но может... Нет-нет, не хочу выпрашивать.
Брат предлагает устроить праздник и удаляется отдавать распоряжения.
Я смотрю на Леду и начинает казаться, что сейчас опять будет что-то против правил.
- Можно я тебе тоже дам имя?
- Да... - шёпотом.
Мне всё ещё не верится.
- Александр.
Имя... моё имя... настоящее... Это такое счастье!

Они стояли в начале длинной широкой улицы. Почти все дома были из белого камня. «Улица Герцога», - прочитал Мыш ближайшую вывеску и предположил, что находится на центральной улице. Такие, как правило, ведут к ратуше или какому-нибудь другому важному зданию. Сейчас не было смысла идти туда. В официальных кругах не найти нужных сведений. Пока.
Паоло огляделся. Рядом с городской стеной влево и вправо расходились узкие улочки. «Вот туда нам и дорога», - мысленно усмехнулся парень, решительно сворачивая направо. Правило лабиринта. Дабы не заблудиться в незнакомом месте, всегда идти так, чтобы по правую руку была стена.
Голубые глаза продолжали скользить по городской стене. По внутренней галерее, на которой настороженно взирали вдаль стражники. На караулки, где, как обычно, пили и спали.
По левую руку закончились каменные дома, потом добротные деревянные. Начинался бедный район. Покосившиеся лачуги, грязные трактиры. «Начнём отсюда».
- Эй, приятель! - окликнул Мыш подвыпившего мужика, вразвалку вышедшего из двери одного из домов.
- Чего тебе? - огрызнулся пьяница.
- Где тут выпить да отдохнуть с дороги?
Безотказный вопрос, чтобы получить повествование о всех питейных заведениях местности, да ещё и снабжённое обширными комментариями, в которых можно многое почерпнуть о самых разных городских делах.
Мужик расплылся в улыбке и как-то разом протрезвел.
- А деньги есть? - криво ухмыляясь, спросил он.
- Есть, - охотно отозвался Мыш, прекрасно понимая, что если он ответит «нет», то рискует получить нож под ребро, и швырнул пьянице серебряную монету.
- О-о-о! - обрадовался тот, сделав пару шагов вперёд и расставляя руки.
- Да свой я, свой! - Паоло хлопнул мужика по плечу, подхватил под руку и потащил к той двери, откуда пьяница только что вышел.
- Гордон, сними недорогую комнату и жди меня на закате у ворот, - шепнул Мыш слуге.
- Э-э-э, а он куда?! - заорал мужик, отстраняясь от Паоло, - Почему он не с нами?!
- Успокойся. Он лошадей пристроит и вернётся.
- Ла-а-адно, - протянул пьяница, вваливаясь в дверь…

Щурясь от заходящего солнца, бьющего последними лучами по глазам прохожих, Гордон появился у ворот. Хозяина не было. На улице Герцога один за другим зажигались огни. Пышно одетые господа важной походкой прогуливались, брезгливо сторонясь простолюдинов. Из бедных кварталов то и дело раздавались пьяные крики, визг, лай собак. Слуга волновался. Последние лучи пробежали по башенным шпилям и пропали. Стражники закрыли ворота. Хозяина не было. Становилось немного страшно…
Вдруг…
- Пойдём! - раздался голос из темноты.
- Хозяин! - встрепенулся Гордон.
- Да тихо ты! - ладонь в бежевой перчатке зажала слуге рот, а вторая схватила за пояс и утянула прочь с улицы, - Уф! Вот теперь говори, - сказал Паоло, усаживаясь прямо на землю, прижимаясь спиной к стене дома.
- А-а… - запнулся Гордон, - Вы…
- Ну что тебе?! - возмутился Мыш.
- Вы… в порядке? - промямлил слуга.
Спросить и впрямь стоило. Драный, грязный костюм, растрёпанные волосы, на щеке струйка крови, глаза лихорадочно блестят.
- В полном, - улыбнулся Паоло, однако, вздохнул тяжело, - И где мы живём? - поинтересовался он.
- Гостиница «Охотничий рог». Это на…
- Переулке Горного Тролля, - перебил его Мыш, поднимаясь.
- А-а… Откуда? - изумился Гордон, бережно подхватывая хозяина под руку.
- Я, приятель, многое узнал, - лукаво ответил Паоло, решительно ступая в темноту городских переулков.

… - Ужинать будете, хозяин?
- Издеваешься?! - улыбнулся Мыш.
- Я на три дня вперёд наелся. А вот лекарства давай.
- Ох ты! - засуетился Гордон, вынимая нужный узелок, - Где? За что?
- За то, что ты так и не вернулся, - усмехнулся Паоло, расстёгивая куртку.
Рубаха на левом боку промокла от крови и прилипла к телу. Мыш поморщился, отдирая её.
- Да царапина! Не бойся! - успокоил он побледневшего слугу, - Поспи пару часов. Нам ночью дело предстоит.
Гордон послушно поплёлся к кровати, беспокойно оглядываясь на хозяина. Тот, перебрав пузырьки, взял два из них и чистую тряпочку. Вылил на неё лекарство и протёр все царапины. Затем провёл перевязку старой раны на левом запястье, причесался, переоделся. Обнаружив в кувшине чистую воду, сделал несколько глотков. Придвинул к себе письменные принадлежности и принялся рисовать какие-то значки…

Утро едва вступило в свои права. Солнце быстрыми лучами коснулось шпилей Замка и осветило одинокую фигуру, вышедшею из дверей. Мыш, а это был именно он, ныне отправлялся на разведку в Аргизу. Самый западный Вольный Город на территории Альянса Полуночи. Почему туда? Паоло не мог сказать точно. Просто понравилось что-то в той местности. Посмотрел вот разок на карту и решил. Сборы были недолгими: вещей мало, после прихода в Альянс Полуночи особо ничем не разжился. Да ничего и не нужно. Мыш, хоть и случалась роскошь в его жизни, был не слишком притязателен.
Парень поглядел на солнце - день обещал быть не очень жарким, - на свой, ставший традиционным, бежевый кожаный костюм, переступил с ноги на ногу, проверяя, хорошо ли легли в голенищах ботфорт кинжалы. Вроде всё нормально.
Слуга подвёл лошадей, для хозяина и для себя.
- Ничего не забыл, Гордон? - спросил Мыш, пристально оглядывая лошадей и седёльные сумки.
Провиант, шпага, арбалет, лекарства... На месте.
- Пора в дорогу, - произнёс Паоло, запрыгивая в седло.
Он обернулся на Замок, пытаясь в многочисленных окнах отыскать три. Первый, сир, Мечислав... Где они сейчас? Впрочем, Каин и Пламень знали, куда и зачем отправляется Мыш, а брату он оставил коротенькое письмецо на столе в его комнате: "Брат! Срочное дело уводит меня далеко от Замка. Я не могу тебе пока ничего рассказать. Позже всё узнаешь. Пожелай мне удачи".

Мышу всегда нравилось куда-то далеко идти или ехать. Смотреть по сторонам, замечать что-то, узнавать. Всё увиденное надолго запечатливалось в памяти.
День и в самом деле выдался нежарким. Даже прохладным. Паоло пришлось накинуть плащ и одеть шляпу. Левое запястье со старой незажившей раной противно ныло, но Мыш не унывал по этому поводу. У такой боли он давно привык. Гораздо больше его интересовали сейчас последние изменения собственной сущности. Впрочем, к нынешнему делу это не относилось.

На горизонте показались шпили городских строений. Несомненно, это Аргиза. С пути они сбиться не могли.
Через четверть часа Паоло и Гордон подъехали к воротам, перед которыми выстроилась внушительная очередь разнообразного народа. "Подождём", - проскользнула почти безразличная мысль, а цепкий взгляд уже побежал по городским укреплениям. Город, по всей видимости, был довольно зажиточным. Жители могли себе позволить и толстые каменные стены, и тяжёлые железные ворота. То там, то здесь поблёскивали доспехи стражников: Паоло видел их сквозь бойницы, на башнях, у ворот. "Интересно, чего они так боятся? Неужели что-то прознали?.. Вряд ли. Просто местечко на отшибе. Наверняка в окресных лесах полно разбойников".

- Кто такие? Цель приезда? - неприветливо буркнул стражник, когда их очередь подошла.
Паоло пристально посмотрел на него и чётко, спокойно ответил:
- Джеральд Хоулен. Слуга мой, Гордон. Работу ищу. Не найдётся ли в вашем славном городе достойного занятия для странствующего воина?
- Наёмник... - пробормотал стражник, - Гляди, Рей.. Ещё один пожаловал, - хмыкнул он, обращаясь к своему товарищу.
- Не требуются подобные услуги? Тогда извините за беспокойство, - уверенно сказал Паоло.
- Да ладно тебе, проходите. Не задерживайте народ, - стражник недовольно покосился на дожидавшихся своей очереди.
Мыш не стал более разговаривать.
Несколько шагов и перед ним и Гордоном предстали улицы Вольного Города Аргизы.

Спустя несколько часов, сменившись с поста у ворот, стражники вспоминали прошедшую вахту. Как обычно пытались в каждом пропущенном в город узреть разбойника.
- А помнишь... - начал было один, но вдруг запнулся на пол-фразы, забыв, о ком он хотел говорить.
Память сохранила лишь мысль о ком-то подозрительном. Но кто? Уже не вспомнить. И не найти.

Ссылки: история, география - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1729682/
Ссылки: искусство - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1729694/
Ссылки: разное - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1798671/
Ссылки: рецепты - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1729679/
Ссылки: Таро - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1729701/

По дороге, то и дело вонзая в окружающие предметы взгляд небесно-голубых глаз, шёл молодой человек лет 23-24х. Шёл он, видимо, очень давно, поскольку светлая одежда и ботфорты, а также длинные соломенного цвета волосы были сплошь покрыты дорожной пылью. Лицо и походка говорили об усталости. Споткнувшись о камень, парень решил, что пора отдохнуть. Он присел на траву и задумался…
Как обычно, вспомнился тот роковой день, когда убили его родителей. День, оставивший чудовищные раны и на теле, и в душе. Левая рука предательски заныла. Старая рана… Мужчина снял перчатки и наручи, те и другие из светлой кожи. (Сложно полюбить мрачные тона, когда в жизни не было ничего светлого.) Левое запястье было небрежно перетянуто бинтом. Парень пошевелил пальцами, и лицо его скривилось от резкой боли. Кто знает, сколько эта рана будет ещё болеть?.. Он глянул и на правую руку. На тыльной стороне ладони – то ли клеймо, то ли татуировка. Дракон, расправляющий крылья. Взгляд вновь затуманился. Ещё одно неприятное воспоминание?..
Мужчина одел наручи и перчатки, отряхнул куртку и штаны, потряс головой. С волос щедро посыпалась пыль.
- Фу!
Недовольно бросил парень, стягивая с волос ленту. Соломенные пряди рассыпались по плечам. Оказалось, что волосы длиной едва ли не до пояса… Он долго вытряхивал из них пыль, а по завершении вновь завязал лентой, подворачивая «хвост» вдвойне.
Неподалёку, между высокими деревьями мужчина нашёл небольшую, чистую лужицу и умылся. Стало заметно легче. Он улыбнулся, поглядывая на солнце.
Надо было возвращаться на дорогу, снова утопать в пыли. Но молодой человек чувствовал, что его скитания скоро закончатся. Чутьё редко обманывало. И действительно, пройдя ещё пару часов, он заметил первые признаки близости человеческого жилья. А ещё через полчаса его взору предстали земли Альянса Полуночи.
«То, что надо!» – подумал парень и отправился искать тех, кто может разрешить ему остаться здесь. А место было и в самом деле для него. Куда ж ещё податься тому, чей род занятий всегда востребован, но всегда мерзок. Да, молодой человек благородного вида был наёмником. Шпионаж, кража… Всё, что вам угодно за ваши деньги. Но такая жизнь не прельщала его. Это был единственный шанс к выживанию. Когда-то. Уже не сейчас.
Он был одинок, и это чувство теперь тяготило. Наёмник хотел завести друзей, заняться чем-то полезным не только для себя, но и для других… А ещё с некоторых пор появилось в душе странное ощущение. Словно он слышит голос, дающий ему советы о жизни. Отчасти и повинуясь этой странной сущности, он пришёл сюда в надежде раскрыть тайну собственной души…
Он нашёл тех, кто здесь имел право решать и сказал им так:
- Моё имя Паоло. Но чаще зовут меня Нелетучим Мышем. Судьбе было угодно сделать меня наёмником, и в этом деле я преуспел. Но одиночество и отсутствие дома рано или поздно начинают тяготить. А потому я пустился в путь. Дабы найти Дом и Семью. Дабы сражаться не только во имя денег.
Мыш опустился на одно колено, протягивая вперёд шпагу.
- Я хочу, чтобы отныне моё сердце и моё оружие служили вам. Во имя общей цели.
Паоло склонил голову в знак согласия со всеми правилами этого места и признания справедливым того решения, что примут о нём…

Я открыл глаза. Ночное небо меж верхушек деревьев, до боли знакомый рисунок звёзд. Будь оно всё проклято! Лес Одинокой Звезды, и по тому, что о моих ранах позаботились, угодил я аккурат в логово Грейвса. Ну или меня сюда дотащили – не суть.
Я попробовал приподняться.
- Джек, он очнулся! – раздалось над ухом в подтверждение моих худших подозрений, и уже в мой адрес: - Уж не дёргался бы!
Луна выползла, но тут же оказалась закрытой человеческим силуэтом. Хотелось послать его к демонам, но только хватал воздух губами, как рыба, выброшенная на сушу.
- Тихо ты, - Грейвс присел рядом, прикладывая руку к моей груди, - Не ожидали, что ты выберешься.
Понимаю, что он про ранения. Да уж, приложило сильно, так ещё ни разу не было. Впрочем, вру, один раз случилось, но тогда мне едва четыре года исполнилось, да и рана-то ерундовая по сравнению с нынешними. А сейчас так и тянет вспомнить, что из-за Джека вся нынешняя передряга. Догадываюсь ведь, по чьему навету в тюрьму угодил. Вот вопрос только – почему меня снова сюда выкинуло, и каким вообще образом.
Попытался уйти из-под руки Джека, слишком больно двигаться. Грейвс не был способен к магии, но за уйму лет словно научился читать мои мысли.
- Ну я. Не хотел, чтобы такой талант пропадал.
- А пожар? – всё-таки выдавил я.
- Вот это не знаю.
А ведь не лжёт – не знаю, как, но я это чувствую.
Губы дёрнулись что-то ещё спросить-выяснить, но сил уже нет; отвернулся, закрыл глаза, проваливаясь в пустоту. Мне очень редко что-то снится, сегодня – не исключение.
Проснулся я уже в каком-то доме. Ребят никого не видать, рядом снова Грейвс.
- Лучше? – обернулся ко мне.
Я молча кивнул.
- Где тебя так?
- На войне.
- Тю! Знать далеко носило. У нас тут на много миль тишина как никогда. Надо думать, заплатить должны были после?
- Часть сразу, - буркнул я, - Дай попить чего-нибудь.
Джек протянул мне кружку с чем-то, по виду водой, только запах мерзкий.
- Не кривись. Пей. Тебе нужно.
Снадобье я не узнал, надо будет себе раздобыть рецепт, если штука полезной окажется.
Дрянь по вкусу редкостная, и снова клонило в сон, но когда в очередной раз проснулся, чувствовал себя довольно бодренько, хотя всё равно ещё был вынужден валяться в кровати. Ни Джек, ни остальные особо ни о чём меня не спрашивали, но даже если б и спросили – у меня не было желания рассказывать про свои последние дела.
Встать я смог через неделю. Первым желанием было сбежать отсюда подальше, но это неразумно при отсутствующих деньгах и вещах. Предстояло некоторое время проторчать в банде и, вероятно, выйти на несколько дел. Возвращаться к прежним занятиям ой как не хотелось, но сейчас не было выбора; а вот Грейвс постарается использовать момент, чтобы снова взять меня под своё крылышко.

Новая рубрика. Новая для вас, а для меня ностальгическая по одному персонажу, пожалуй, лучшему, что мне довелось сыграть на широкую публику.
Рубрика будет называться "Альянс Полуночи". В память о том Клане, за который я играл.
Моего персонажа зовут Паоло де Талейран, но чаще - Мыш. Точнее, Нелетучий Мыш (но это слишком длинно). Сознаюсь сразу про прозвище. Когда я регистрировался на форум, просто зачитывался "Волкодавом", вот и пошёл под этим ником. На этом сходство заканчивается...
Дальше всё рассказывать не буду, пусть Мыш говорит сам. А вы спрашивайте, что будет непонятно.

Так случается часто.
Точно знаешь, что в какой-то сказке есть твоё место; но долго не можешь его найти, примеряя то одного героя, то другого, находя то одни, то другие черты. А потом друг зарождается гаденькая мыслишка, что не там ищешь. Открываешь для себя новые грани истории...
И вот он ты.
Не там, не такой. Неожиданно, но всё равно желанно.
Просто быть собой.

04.10.08

Дождь. Его звуки приятны, когда сидишь в тёплой комнате. Лучше и при задёрнутых шторах, чтобы не видеть, как реальность за окном расплывается.
Капли отбивают по подоконнику сбивчивый ритм. А, может, кто-то просится в мой дом? Только у меня не хватает смелости посмотреть. Не знаю, почему. От одной мысли хочется забиться в дальний от окна угол. Чего я боюсь? И чего хочу сам? Наверное, не решил, не понял, не Почувствовал. Вот и проблемы.
Мечты, мечты... Но я был бы не столь пуглив и не уверен, если б обернувшись в комнату, увидел кого-то из близких.
Дождь. Уж лучше снег. С ним я знаю, что делать.

Тонкий свист. Музыка? Для кого-то да. Клинок в действии, в бою, в игре. Опасный танец.
В полутёмной комнате тонкий силуэт в движении, то плавном, то стремительном.
Холодок стали в руке. Почти забытые мыслями движения, но тело помнит.
Лунный свет пробирается в комнату, освещая фигуру человека. Он улыбнулся, остановился, приветственно помахал рукой ночному светилу и продолжил тренировку.
Движения становятся всё ритмичнее, всё точнее.
Не рождённый воином, но привыкший им быть. Не тем, кто нападает, но кто защищает.

19.12.2008

Когда вдруг среди большого города пахнет свежей травой кажется, что попал в другую реальность. Это только потом понимаешь, что просто косили газон. А поначалу хочется остановиться, прикрыть глаза, глубоко вдохнуть - вобрать в себя ощущение чуда.

17.06.2010

Семейка дворовых кошек. Мамочка и детки. Калуга, лето 2008

Калуга. Лето 2008

Ты знаешь, какого цвета дождь? Говоришь, он прозрачный? Мне так не кажется. У него цвет осенней грусти. Когда весь город кажется затянутым туманом, а ты сидишь на крыше, и холодные струи, падающие с неба, текут по твоим крыльям. И рад бы взлететь, но нет сил. Словно ты бабочка, а не птица. Впрочем, я не знаю, какие у тебя крылья. Говоришь, что их нет? Неправда. Они есть у всех, только поверить надо. Дождь закончится к утру, и пройдёт грусть. Из-за горизонта выползет хмурое, ленивое солнце, но это всё равно радость для нас. Высохнут крылья, зажжётся красками город, и мы полетим.

Осенний вечер. Туман выползает на дорогу из оврага. Идти в одиночку почему-то неуютно, и хочется быстрее выпутаться из серой дымки.
Местами мягкий свет заходящего солнца.
Шаг туда.
Мошки взметнулись стайкой. И откуда берутся? Только что не видно было.
Хочется поиграть с ними. Поднимаю руку - вьются вокруг, словно кружатся в каком-то неведомом людям танце.

Таким движением обычно поднимают бокал с дорогим искрящимся на свету вином, но сегодня лишь кружка чая. Аромат мяты разливается по комнате. Свет приглушённый, одна лампа у кровати. За окном чернота, лишь разрываемая огнями большого Города. А с другой стороны дома - полная Луна. Её не видно, но невозможно не чувствовать. Вот она затягивается облаками, вот снова сияет. Зов, и вспоминается, как однажды выбирался по запутанному коридору в комнату с большим окном. За ним тогда тоже была полная Луна. И хотелось взлететь, но не было крыльев. Сейчас есть.

http://www.liveinternet.ru/users/3907526/post136888497/
Обновление в этой записи: "1 декабря 2010"

Ощущение, что рубашка липнет к спине, потому что в крови. Но рациональных причин тому нет. Память выдёргивает обрывки, схожие друг с другом. Только разные жизни, разные миры.
Кто?
Мятеж. Тюрьма. Плеть.
Холодные мраморные плиты собственного замка, хоть и давно отданного чужому.
Утёс и сковывающее движения заклинание.
Стена запретного города. Арбалетная стрелка.
При попытке бежать - автоматная очередь в спину.
Калейдоскоп образов...

Цитатник: изобразительное искусство, фотография - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1704617/
Цитатник: история, география - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1699687/
Цитатник: литература, музыка, кино - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1699686/
Цитатник: природа - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1696339/
Цитатник: разное - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1699684/
Цитатник: рецепты - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1694323/
Цитатник: Санкт-Петербург и Ленинградская область - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/rubric/1699688/

Известие загоняет в угол, вынуждает выть на Луну. Или просто выть?
Но ты выходишь на охоту.
Случайная жертва. Первое, что попалось на Сумеречной Дороге.
Вцепиться в горло, рвать тело когтями. Пока не затихнет.
Уходить, не тронув останков.
Ты убил не для еды. Тебе вообще не нужна такая еда.
Ты вымещал злобу.

Снег падает уже не первый час. Кажется, что он вот-вот растает, лужи на дорогах. Но нет - ложится-прикрывает едва пробившуюся траву.
На чёрном небе и в свете фонарей - белые "стрелы".
Ветер пробирает до костей, но всё же хочется остановиться, подставить лицо и руки под снежинки. Кажется, что они уходят в тело, становясь внутри какой-то особенной силой.
Всего пару часов назад он не понимал, не чувствовал этого, презрительно морща нос, и перемещаясь по улице короткими перебежками между козырьками парадных.
Замереть, закрыть глаза. Слушать музыку ветра и снега. Кажется, что тело обвивает вихрь, но от этого становится... теплее? Защита. Стихия принимает того, кто научился её слушать.

19.04.2009

Зарегистрировался на Проза.ру.
Ещё не знаю, что меня туда потянуло.

Я обещал тебе рассказать, что мне привиделось несколько вечеров назад.
Анфилада комнат, оформленных в приглушённо-бордовых тонах.
Там скользкий пол и совершенно гладкие стены. Только изредка зеркала. Во всю немалую высоту стен. Мебели почти нет. Словно жилище покинуто, и только некоторые забытые в спешке или по ненадобности вещи сиротливо жмутся в углах.
Тишина и пустота.

И вот сегодня.
Пальцы касаются застёжек ошейника. Тот с грохотом падает на пол.
Зверь просыпается почти мгновенно.
Человеческий взгляд ловит перед собой призрачный силуэт волка. Он делает прыжок к окну, оборачивается, взглядом зовёт за собой.
Холодный асфальт под лапами. На шкуре оседают снежинки.
Закрыть глаза... и очутиться в той самой анфиладе комнат.
Зеркало отражает светловолосого человека в чёрных одеждах.

Снова в сознании звучит музыка, но не та, что доносится из плеера, не плавная.
И снова тянет в танец, не робкий, что раньше.
Только ноги, как и прежде, босые. Это словно какой-то особенный Знак.
Руки пока не хотят участвовать в танце - странно. Они сцеплены за спиной.
Только быстрые, но чёткие движения ног.
Глаза закрыты, но в какой-то момент распахиваются, и кажется, что в них плещется огонь.
И вот в танец вплетаются руки - тоже словно языки пламени.
Вспоминается старая игра. Был там танец драконов. Тогда он играл, не зная нужных движения. Не их ли он сейчас нашёл?

"У каждого есть свой миг, когда он превращается в дракона. Обычно это миг страха, нестерпимого, до дрожи в коленках, до холодеющих пальцев, когда желание жить вытесняет все. Когда смерть впервые оказывается рядом, и ты расстаешься с глупой детской верой в собственное бессмертие. Когда не умом и не сердцем, а жалким, трясущимся телом осознаешь - нужно или выжить, или остаться человеком..."
(с) С.Лукьяненко "Атомный сон"

Ты повзрослела за одну ночь. Ту самую, когда босые ноги в лёгком танце касались снега, а меж домов смотрела на тебя полная Луна - единственный зритель.
Ты ещё держишь улыбку, но движения всё чаще сбиваются. Когда-то белое платьишко в кровавых потёках и липнет к телу.
Ты всё ещё веришь, что можно вернуться назад - в тёплую комнату, где тебя ждали всегда. Ты ещё отрицаешь, что он смог в тебя выстрелить, хотя всё прекрасно видела и чувствовала.
Запинаешься, сбиваешься с ритма. В глазах уже темно, и только изредка мелькают радужные пятна. Неверный шаг, и ты падаешь, но тут же пытаешься подняться. Луна сейчас видит, как за твоей спиной разворачиваются крылья. Нет, ты не станешь ангелом, потому что выбрала жизнь, однажды и навсегда. Люди назовут тебя драконом.

27.09.08

Город. Ночь. Блики фонарей.
Ты касаешься плеч прохожих, и они не могут не пойти за тобой. Мистика, но правда.
И вот уже целая процессия идёт к грязному прудику, что на месте недавней стройки. Ты идёшь впереди, по тоненькой досточке. Не все так могут - падают в воду. На твоём лице ни единой эмоции - всё привычно.
Но скажи, разве они виноваты в твоей боли?
Я говорю тебе эти слова, а ты падаешь на колени, закрывая лицо ладонями. Самая странная из вилисс - слишком юная и не сумевшая заманить сюда виновника своей смерти. Ты всё ещё любишь его. Любишь до безумия, и не можешь играть его жизнью.
Но, может, это даст тебе возможность вернуться. Мистика? Но ведь из правил бывают исключения.

10.10.08.

Синяя ночь. Полная Луна освещает заброшенный парк и старый дом.
Он пользовался дурной славой уже лет сто. Историй про него рассказывали множество, но так и не утвердилось единой. Охотников разбираться особо дотошно не оказалось.
Шорохи в кустах. Два силуэта. Один из них нёс на руках что-то большое. Они шли довольно медленно, озираясь, переговариваясь редко и шёпотом. Их можно было принять за людей, если не присматриваться, а внимательный взгляд уловил бы желтоватый блеск глаз.
Нелюди выбрались на открытую площадку перед входом в дом. Под светом Луны стало заметно, что их ноша - человекоподобное существо, видимо, раненное, может и мёртвое. Они прошли на второй этаж. Залу заливал бледно-жёлтый свет, остальное тонуло в синей темноте. Раненого унесли в одну из комнат по левую руку от входа, с ним остался тот, кто и нёс. Второй прошёл к столу, сел, пристально глядя на Луну. Через несколько минут он придвинул к себе бокал и бутыль тёмного стекла. Жидкость текла почти неслышно, казалась вязкой. Нелюдь покрутил в руке бокал, пить не торопился. Спустя ещё какое-то время всё же пригубил напиток. Вино? Кровь?
Дверь скрипнула, на пороге появился второй нелюдь.
- Он не выживет, Учитель.
- Ты знаешь, что делать.
- Но...
- У нас нет права потерять его.
Ученик кивнул, вернулся в комнату. Он появился спустя полчаса, держа под руку раненого. Тот был ещё очень юн, почти ребёнок. Тонкая, гибкая фигурка, неуверенный шаг, на глазах чёрная повязка.
- Он помнит, что произошло? - бросил Учитель, словно не замечая паренька.
- Да.
- Подойди, мальчик.
Тот сделал несколько неуверенных шагов.
- Ты действительно всё помнишь?
- Да.
- Ты понимаешь, что произошло?
Мальчишка кивнул и вдруг бросился бежать, прочь от Учителя и Ученика, так вышло, что к распахнутому окну. А, может, туда и стремился.
- Что ты теперь будешь делать? - настиг его новый вопрос, когда руки уже легли на подоконник.
Вместо ответа он летучей мышью сорвался на улицу, но почти сразу натолкнулся на дерево и свалился в кусты. Однако вытаскивать его не пришлось - выбрался, цепляясь лапами за щербатую стену.
- Что ты теперь будешь делать?
- Жить! - простое человеческое слово с трудом далось Зверю.
Он повернул голову к собеседнику. Оскал, и так хочется сказать, что горящий взгляд - он всё равно чувствовался.

Музыка. Она давно звучит, но только сейчас начинает проникать в сознание, становиться чем-то неотъемлимым.
Несколько шагов, опереться на стену, прикрыть глаза. Мелькают картинки чего-то далёкого, но родного. Голова кружится. Проще сесть на пол - не хватало ещё упасть - и открыть глаза. Взгляд цепляет гитару. Чужая, но никто не увидит, не узнает. Пальцы осторожно касаются струн. Он умел играть только на фортепиано, гитара потом не поддалась пониманию. Сегодня неважно - музыка в сердце. Мелодия то еле движется, то срывается на безудержный танец. Вслед за настроением.
Нет желания просто сидеть. Вспоминается странный образ танцующей девочки, вот уже и маячит перед внутренним взором. Гитара отложена в сторону, но музыка продолжает звучать. Он поднялся с пола. Танец - тоже не родная стихия, но сейчас так манит.
"У меня ведь получится?"
Босые ноги делают несколько неуверенных шагов, стараясь попасть в такт.

Город казался серым не просто потому, что был затянут туманом. Он просто потерял краски. Только вода, местами проступающая из общего тона, была чёрной, враждебной, но на редкость притягательной. На парапете набережной сидел мальчишка лет двенадцати, хотя если поймать его взгляд, понимаешь, что он гораздо старше. Серый свитер слишком велик, смотрится почти бесформенным. Контрастом с ним - таким же как вода с Городом - чёрные изящные ботфорты. Паренёк казался единственным живым существом в этом море теней. Он сидел, подтянув колени к подбородку, но временами казалось, что в следующую секунду он бросится вперёд, в реку.
Клок тумана за его спиной приобретает чёткие очертания. Руки брата ложатся на плечи.
- Пойдём отсюда.
- Нет.
Старший брат, но для Норвэйто они - близнецы. Один Дар, наконец-то разделённый поровну.
- Ты делаешь хуже только себе.
- Город... почему он такой?
- Ты сам его сделал. Тебе ведь говорили, как это. Посмотри на любого из братьев.
Мальчишка обернулся, спрыгнул с парапета, вглядываясь в туман. Там, где заканчивалась территория Энно, Город был разноцветным и многолюдным.
- Мне больно, - младший брат уткнулся лицом в грудь старшего.
- Ты должен принять...
- Я принял! Но забыть не могу. Понимаешь?
- "Там" больше не существует. Не можешь забыть, просто запомни. И выкини из сердца.
- Не могу!
- Ты не хочешь, - Роненвальд разозлился, он отцепил Энно от себя, отталкивая, а сам снова растворился в тумане.
Мальчишка не удержал равновесия, упал, ударяясь головой о парапет набережной. Из носа потекла струйка крови. Боль отрезвляла.
- Спасибо... - пробормотал он вслед Роненвальду.
Энно остался сидеть на мостовой, он больше не смотрел на воду. Теперь надо Почувствовать Город. Они помогут друг другу.

В ночной тишине - какая-то особенная магия. Только в разные дни сила и направленность её отличается. Почему? Быть может, виноваты всего лишь наши эмоции. А, может, и нечто, независящее от нас.
Или дело не в ночи, а в том, что ты смотришь на неё один? Ты стоишь у окна, а за твоей спиной пустая комната. В неё есть вещи, но нет людей. Но даже вещи кажутся прозрачными, призрачными, словно находящимися в другой реальности. Иногда хочется этого, иногда - нет. Тишина отражается от наших желаний.