Рисует боль узоры на душе
морозной плетью с горечью полыни,
на хрупком и прозрачном витраже -
потрава кислотой житейской стыни.
Не может боль себя перекричать,
нет для души лекарств анестезии,
есть в каждой боли вечная печаль
и шрамы остаются именные.
Уходит боль с надеждой, но когда
надежда первой громко хлопнет дверью,
то может боль остаться навсегда
ловушкой-миной в левом подреберье...
На хрупком и прозрачном витраже
следы-узоры от морозной плети...
Боль оставляет шрамы на душе,
а счастье исчезает без отметин.
Анатолий Евстафьев
|
|
