Прикусить язык и вспомнить…
Я сижу под мартовским солнышком и пристально наблюдаю, как мой малыш копошится в песочнице. Рядом со мной на скамье устроилась такая же, как я, мамочка. Вот она кивнула 7-летнему мальчугану, оседлавшему двухколесный велосипед. Вот, загребая ладонью воздух, она сделала размашистое, призывное движение: «Иди сюда»! Мальчик покорно подъехал к матери, нехотя слез с велосипеда. Во всем его облике чувствовалась… тревога?!

Не поднимаясь со скамейки, мать положила руку сыну на голову и…
Я замерла в каком–то оцепенении, растерянности, недоумении, непонимании того, что происходит… Мать буквально «пригнула» ребенка головой к земле. Потеряв равновесие, мальчик упал на колени, но мать продолжала наклонять его голову. Когда между асфальтом и носом мальчика оставались считанные сантиметры, моя соседка грозно заорала:
- Ты посмотри, придурок, как ты изуродовал велосипед!

Скажу откровенно, что именно и каким образом «изуродовал» мальчик, я не увидела. Мне было достаточно уродства разыгравшейся на моих глазах сценки, уродства визгливого, на время парализовавшего мой слух, крика, который еще долго доносился до прохожих. Сколько раз я слышала это: на детской площадке, у входа в детскую поликлинику, на уроках в школе, в соседней квартире... Этот крик…

«Крик.
1. Громкий, резкий звук голоса, громкое восклицание.
2. Упреки, нападки в повышенном тоне.
3. Выражение сильного чувства, переживания (отчаяния, злобы)»
«Толковый словарь русского языка».

15 лет назад, в 1995 году, во всех уголках Новой Зеландии можно было увидеть плакат, созданный по инициативе представителей Children and Young Persons Service. На плакате был изображен ряд раскрытых ртов – «примитивных и безмозглых». Автор идеи, арт–директор Джон Фишер, так охарактеризовал свое творение: «Ничто не передает неконтролируемый родительский гнев лучше, чем внезапный, пугающий вопль, извергающийся из открытого рта».

«Ваш оскорбительный крик на детей передается из поколения в поколение» - напоминал плакат.

Как отражается крик взрослого человека на детской психике?

Крик - прелюдия агрессии. Крик - одна из форм насилия. Ваш крик на ребенка – это страх и ненависть в его душе… Если верить исследователям, крик - психологическое оружие, сила которого в несколько раз превышает силу физическую. Громкий, гневный крик вызывает сильное торможение в коре головного мозга ребенка. В результате - мозг не способен выполнять точные дифференцировки.

- Почему вы кричите на своего ребенка? Чаще всего, ответы на этот вопрос лежат на поверхности, - объясняет сотрудник Children and Young Persons Service доктор психологических наук Боб Браун. – Вы кричите на своего ребенка, потому что когда–то, когда вы были маленьким, ваши родители так же кричали на вас. Вы привыкли так общаться. Вы не способны повлиять на ребенка так, как бы вам того хотелось, именно поэтому – от сознания собственного бессилия, вы срываетесь на крик.

Вы можете кричать на своего ребенка от перенапряжения, во время месячных (при условии, что вы – женщина), из–за накопившихся проблем (нехватка денег, отсутствие ремонта, недопонимание на работе или в семье и т.д.) Наконец, вы можете кричать, просто потому что вы сексуально неудовлетворенный человек.

«Я кричу на ребенка. Я знаю, что так нельзя. Я все понимаю. Но… Я устала» - читаю на одном из материнских форумов. – «Устала абсолютно от всего. От этой непрекращающейся занятости, бесконечных дел, обязанностей.
Каждый вечер я говорю себе: я не должна кричать на сына! Мне надо стать спокойнее. Но я не могу уловить тот момент, когда происходит щелчок, и я срываюсь. Я осознаю свою вину только тогда, когда, наоравшись, вижу глаза своего малыша. Я хочу перестать кричать. Как?»

Сердобольные подруги и однофорумчанки советуют:
«Выпей «Новопассит» и улыбнись».
«Перебери фотографии своего малыша»
«Набери в рот воды»
«Считай до десяти….».

- Любая мать хотя бы раз в жизни кричала на своего ребенка. Я говорю не о конфликте с подростком или уже совершеннолетним ребенком. Я говорю о маленьком, беззащитном создании, на котором взрослые вымещают неудовлетворенность ситуацией в частности или своей жизнью в целом. Важно вовремя остановиться, - говорит Боб Браун. – Прежде всего, вы должны все проанализировать и признаться себе в наличии у вас той или иной проблемы. Вам следует не кричать и доказывать что–либо своему малышу. Вы должны разобраться в своих чувствах, ощущениях, недовольствах. Вам следует подумать, как вы можете изменить сложившиеся обстоятельства. Ребенок не желает вас слушать? Научитесь договариваться со своим чадом: хитростью, лаской…Ребенок поцарапал велосипед, разбил вашу любимую вазу? Ну и что? Заведите дневник и, когда вам захочется закричать, бегите к письменному столу, описывайте свой гнев и причину его возникновения. Спросите себя: что именно вывело Вас из себя? Как можно было изменить ситуацию? Стоило ли расстраиваться из–за этого так сильно?

Много лет назад в журнале «Пиплз хоум джорнал» была напечатана статья некоего У. Левингстона Ларнеда. Называлась она «Раскаяние отца». Популярность этого материала была колоссальна. В течение 15 лет «Раскаяние отца» не только перепечатывалось из одного издания в другое, но и было переведено на многие языки мира.

«Послушай, мой сын. Я произношу эти слова сейчас, когда ты спишь. Я вижу, как твоя маленькая ручка подложена под щеку, как вьющиеся белокурые волосы слиплись – твой лоб влажен (…) Знаешь, о чем я думал? Сегодня я сорвал на тебе свое дурное настроение. Я отчитал тебя утром, когда ты собирался в школу – за то, что ты только прикоснулся к лицу мокрым полотенцем, не желая умываться. Я отругал тебя за нечищеные ботинки. Я прикрикнул на тебя, когда ты уронил одежду на пол.
За завтраком ты раздражал меня: ты пролил чай, ты жадно глотал пищу, не разжевывая ее, ты положил локти на стол, ты слишком толстым слоем мазал масло на хлеб. (…) Вечером все повторилось (…)

Помнишь: ты робко вошел в библиотеку, где я читал. В твоих глазах была мольба. Я резко посмотрел на тебя поверх газеты и вновь почувствовал раздражение – ведь мне помешали. Ты остановился у двери, прикованный моим взглядом. «Чего ты хочешь?» - спросил я. Ты не ответил, а только бросился ко мне, обнял и поцеловал. Ты прижимался ко мне со всей силой и любовью, которая была в твоем маленьком теле, и которую не могло иссушить мое беспрестанное раздражение. Потом ты выбежал из библиотеки, и я услышал твои шаги, устремленные вверх по лестнице.

Газета выскользнула из моих рук, мною овладел тихий ужас. Что же со мною произошло? Я стал жертвой своей привычки – привычки распекать, поучать, придираться. Для меня стало привычным быть раздраженным, и единственная твоя в том вина – это то, что ты маленький мальчик.
Любя тебя, я не понимал, что требую слишком многого, что я меряю тебя меркой своего опыта и возраста.(…)

…Я готов прикусить язык, если с него сорвутся слова раздражения и злости. Отныне я буду твердить про себя одну фразу - как молитву, как заклинание:
«Он ведь только маленький мальчик».