«Как безразличие похоже на измену!
Оно с предательством одну имеет цену…»
I.
Во вторник 8 октября я побывал на антрепризной постановке «Близость» агентства «NikaTeatr». Моей основной мотивацией явилось желание в очередной раз насладиться игрой одной из любимых актрис Татьяны Арнтгольц. Но, мне также интересна и тема спектакля. А ещё больше интересна зарубежная драматургия середины XX века в целом.
Постановка шла на сцене театра имени Ермоловой. И сегодня мы с вами обсудим её. Начнём с названия, которое применительно к этому произведению выглядит весьма странно. Просто «Близость» и всё. То есть, режиссёр Владимир Моташнев хочет сказать, что только этим словом можно охарактеризовать житие трёх родственных душ – мужа, жены и её любовника – в одном социальном пространстве. Или же нет? Или же всё-таки указанный формат – ни черта не близость, а наоборот – предательство, измена, неверность? Вы можете меня, конечно, ругать, не соглашаться, обзывать занудой, но название «Близость» применительно к данному произведению – это тряпичная сова, с большим усилием и весьма кривовато натянутая на глобус. Нет тут никакой близости даже в ироничном и даже метафизическом контексте. А есть, как правильно это подметил автор пьесы – нобелевский лауреат в области литературы писатель и драматург Гарольд Пинтер, предательство. Или, на крайний случай, как перевели в российском прокате художественный фильм, снятый по этой пьесе, измена. И вот, давайте от этого и будем исходить – от измены и предательства. А название режиссёру и продюсерам простим, приняв его как сверкающую блесну, на которую ловят серебристую жирную форель в горном ручье. Хотя, я бы в таком случае пошёл дальше и придумал бы что-то ещё более экстравагантное: «Похоть», «Страсть», «Вожделение» и т.д. Это, пожалуй, единственное существенное замечание к постановке, если не считать многократный акцент на возрастном цензе в рекламной рассылке, полученной мною по электронной почте. Судя по этому возрастному цензу и тому количеству восклицательных знаков, которым он сопровождался, (цитирую) «Внимание! Возрастной ценз 18+!!!», я думал, что на сцене будут демонстрироваться сцены полового сношения актёров в духе запрещённых сайтов для очень взрослых. Собственно, где-то в глубине души я даже ждал хотя бы одной такой сцены. Но, увы, это вам не Константин Богомолов и даже не Николай Коляда. Всё было в английском духе благопристойно и даже немножечко чопорно. И, если убрать бокалы с алкогольной субстанцией, которые актёры никогда не выпускают из рук, постановке можно было бы присвоить рейтинг 12+ и смело возить её на гастроли в пансионы благородных девиц и даже к одиноким отшельникам в отдалённые монашеские скиты.
Читать далее...
