http://subscribe.ru/group/klub-dlya-lyudej-u-kotoryih-doma-zhivut-koshki/6007097/

Эпические коты... Александра Завалия
Работы серии «Эпические Коты» выполнены в жанре исторического анимализма с уникальным чувством юмора, большим вниманием к деталям и любовью к котам. Автор картин - профессиональный художник, член Союза художников России Александр Завалий. Нашлось в его творчестве, а создано уже более 500 картин, место и для котоживописи.

Главный герой эпической серии — настоящий кот по имени Тимофей. Тимофей имеет реальный военный билет, воинское звание, а также является членом профсоюза.
Александр Завалий. Фраза, которая заполняет пробел
Любой город интересен живущими в нем талантливыми людьми и их творчеством. Именно они определяют его место в культурном пространстве страны. Не является исключением и Геленджик. Мы побывали в мастерской известного геленджикского художника-сюрреалиста Александра Завалия и поговорили с ним о диорамах, моделировании, авангардном театре и искусстве декорации.
Родился я в 1955 году в Воркуте. Мой отец по окончании сверхсрочной службы перебрался с семьей на Украину, в Александрию. Там я изучал украинский язык, окончил школу, и встал вопрос о том, где продолжить образование. Кто-то посоветовал поехать на Кубань, мол, там есть хороший университет, в котором готовят художников. Так я оказался в Краснодаре, в Кубанском государственном университете. Успешно отучился, познакомился со своей будущей женой Татьяной Гатько. А она сама отсюда, из Геленджика. Более того, ее предки обосновались здесь еще во времена заселения города, в 70-х годах позапрошлого века. Так что в 1978 году, после свадьбы, мы перебрались сюда.
Первоначально планировали на пару-тройку лет, но, как видите, задержались. Город привлек даже не морем, хотя первое время, конечно, едва ли не ежедневно на пляже бывали. Я море так и не полюбил и не понял, хотя пишу его много в последнее время. Он привлек атмосферой, энергетикой и в первую очередь приезжающими в сезон людьми. Геленджик, как мне кажется, находится на пересечении «караванных путей». Тут летом возникает громадный бурлящий «котел» людей. Все резко, буйно расцветает и стихает к началу осени, словно речной поток. Этот своеобразный курортный ритм мне очень понравился. И совсем рядом Краснодар, настоящий культурный центр, где мы, молодые художники, начали выставляться уже в восьмидесятые.
Через некоторое время после того как я начал тут работать, меня призвали в армию. Офицером, поскольку в университете была военная кафедра. Послали служить в Германию. Представьте себе: человек гуманитарных профессий — и вдруг нужно командовать, отдавать приказы. А опыта соответствующего никакого нет. На военной кафедре занятия проходили раз в неделю, по пятницам. И мы, будущие художники, занимались тем, что писали на ватмане: «Поражающие факторы ядерного взрыва». Ну, и во время призыва я на распределение пришел с плакатными перьями, кистями. Выяснилось, что художников среди солдат вполне достаточно. Выдали мне пистолет, кобуру, портупею и отправили командовать. Пришлось учиться на ходу.
В итоге, я считаю, удалось стать нормальным офицером. По крайней мере, взвод был лучшим в роте. Отслужив, вернулся сюда, в Геленджик. В 1988 году здесь появился театр «Торикос». Мне предложили стать его главным художником. Создан он был буквально на кухне. Когда первую постановку делали, скидывались по 10 рублей. И площадка у нас была в подвале общежития. Цокольный этаж, зрительный зал на полсотни мест. Спектакли произвели настоящий фурор! По нашему приглашению приезжали московские и краснодарские искусствоведы. Мы получили очень хорошие отзывы. Это был небольшой театр-студия, но постановки — авангардные! Можно сказать международного уровня, судя по тому, что мы гастролировали в Египте, Германии, даже Коста-Рике.
Я помимо прочего делал плакаты к спектаклям. Тогда в моде был сюрреализм, в картины вкладывался двойной, а то и тройной смысл. И плакаты мои были самоценными, я выражал на них идею пьесы в форме образов. Доходило до того, что режиссер ругал меня и просил оставлять некоторую недосказанность. Обычно к спектаклю делались две афиши: одна на оберточной бумаге, копии с нее клеились на заборы, и другая - под лаком, сувенирная, для театральной лавки. Когда их достаточно много собралось, сложил в большой конверт и отправил в Москву в Союз художников. И забыл. А через полгода пришли поздравления из краснодарского отделения союза: «Вас приняли». Было приятно, конечно.
Человек напоминает змею. Он растет, старая шкура становится все тоньше и рвется. И появляется на ее месте новая. Я был офицером, был театральным художником, был моделистом. Моделирование было увлечением на уровне болезни. Шел первый год моей работы в театре. В среде художников решили провести выставку в Ангулеме — городе-побратиме Геленджика во Франции. Сделали подборку компактных картин, и мне выпало их везти. Одновременно туда же ехала группа молодых танцоров. И нас расселяли в семьях, чтобы дать возможность живого общения с иностранцами. Француз, у которого я жил, кроме того, что сам был художником, занимался моделированием, как и я, но на более высоком уровне. Да, я клеил простые модели танков из брусочков, фольги и бумаги. А у него в мастерской стеллажи вдоль стен, заставленные солдатиками, кораблями, самолетами, теми же танками, но красивее и качественнее. Потолок увешан шикарными вертолетами. Потом он пригласил меня в магазин и подарил две коробки с моделями. С этого мое увлечение и началось по-настоящему.
Со временем я начал делать диорамы. Целые композиции с домами, деревьями, множеством мелких предметов и деталей. Настоящие небольшие сюжеты, сценки. Набрался определенного опыта. И однажды решил написать об этом статью. Сопроводил ее фотографиями диорам и послал в московский журнал «М-хобби». Они статью напечатали и попросили прислать еще. В итоге я вел постоянную рубрику под названием «Курс молодого моделиста» на протяжении нескольких лет. Сейчас статьи выпущены отдельной книгой «Искусство моделизма». Последняя моя работа — модель танка Panzer T IVH, радиоуправляемая, с литыми металлическими гусеницами.
Во время поездок в Москву я познакомился с одним кинохудожником. Ему понравились мои работы, и он пригласил меня поработать в Мосфильме. Тогда начинался проект «Мы дети твои, Москва» по одноименной книге Юрия Лужкова. И в одной из сцен нужно было воссоздать в виде макета двор, в котором прошло его детство. Пожарная часть, прачечная, здание общежития — все в миниатюре, в масштабе один к десяти. Правда, фильм, к сожалению, в прокат так и не вышел, но я попал в мосфильмовскую картотеку.
Одна из наиболее значимых для меня работ — «Апостол» с Евгением Мироновым. Работать приходилось очень интенсивно. До трех объектов в день собирали. А каждый объект — это, к примеру, комната или часть дома, со всей обстановкой. Еще для этого сериала я сделал несколько моделей немецких автоматов. Получилось настолько натурально, что оружейники, предоставлявшие для съемок настоящие автоматы, однажды приняли мой макет за часть своего реквизита.
Многим приходилось заниматься. Что было, есть и остается, это размышление о жизни на холсте. О ее смысле, который мы ищем и никогда не находим. Но тем не менее вновь и вновь задаем себе вопросы. Хотя ответов, может быть, и не найдем никогда. Я пытаюсь заглянуть в прошлое, поднимаю библейские сюжеты, ищу зерно истины. Ищу фразу, которая заполнит пробел.
Автор статьи: Артем Калугин nebokubani.ru

А вот, собственно, Тимофей

и его перевоплощения:

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.


14.


15.


16.

И - ну как же без моря?!

19.


20.


21.