А с Майклом Дугласом ничего у нас не было.
И, видно, не будет. Теперь уже – нет.
Одни только грешные помыслы беглые.
А годы проходят. Десятки лет.
И столько сбывалось – а после не сбылось,
И столько случилось ненужных вещей,
Но Божия милость – есть Божия милость,
И Бог в мелочах.
Я боюсь мелочей –
О них разбиваются хрупкие мысли,
О них спотыкается жизнь на бегу,
Они превращаются в длинные числа,
Которые я сосчитать не могу...
А с Майклом Дугласом мы ещё встретимся –
В том хороводе, где пенье и свет –
Ах, как мы закружимся, как мы завертимся,
Его я узнаю, а он меня – нет.


Горбовская Екатерина

Частичка тебя
Что во мне обитает
Уже умирает
Чудес не бывает

Листва под ногами
Века облетают
Весь мир между нами
Чудес не бывает

Не с нас теперь пломбы
И крыши срывает
Хлопушки не бомбы
Чудес не бывает

«Чудес не бывает», -
Метель завывает
Твой ангел зевает:
«Чудес не бывает»

Как в мареве бреда
Любовь исчезает
Шепнув напоследок
«Чудес не бывает»

Но дальше ли, ближе
Судьба разметает
Нам порознь не выжить...
Чудес не бывает

Ангелы за плечами
то ль вконец передрались,
то ли, вдруг помирившись,
принимают по сто...

А на месте дежурства
Без надзора остались
То ли вакуум сердца,
То ль души сухостой.

Все привычно и пусто,
будто не было срока...
Будто снилось, что пламя
жгло над каждым плечом...

И смотрю отчужденно
На недавние строки...
Ну, писалось кому-то...
Ну а я-то при чем

Ты знаешь, есть ведь разная любовь.
Иные, словно два вола в упряжке
Бредут всю жизнь…
Терпенье приготовь
Идя. к венцу, готовясь
к доле тяжкой.
А есть - другая. Ослепленье,
взрыв!
Как две машины друг на друга
мчатся,
Не отвернув и не
притормозив…
А столкновенье называют
счастьем.
Какие тут семейные дела!
Тут не до жиру… Хоть живым
остаться!
А если вдруг судьбина развела,
То с той же быстротой
друг к другу мчаться!
И так - до смерти!
Это вот - любовь.
А мы… На перекрестке
чуть столкнулись,
Пересчитали шишки,
смыли кровь.
И - дай нам Бог здоровья!
- разминулись…

Ольга Григорьева

Облачно с прояснениями
В наших с тобой отношениях.
Долгие объяснения
Не привели к решениям.
Ветрено, но умеренно
В нашем быту обыденном.
Ты - ни в чем не уверена,
Как невеста на выданье.
Только ночами долгими
Ливни шальные с грозами.
Только туман над городом,
Только душа с занозами...
И атмосфер давление
Близит циклон одиночества.
Давит на настроение
Гордость, Ее Высочество...

Dialekt

Не духов прошу, не косынок,
Не дуэлей, не состязаний,
Дай мне только, Господи, сына,
Сына с голубыми глазами.

Не дрожат листки у осины,
Филины по чащам хохочут...
Дай мне только, Господи, сына,
А потом уж делай, что хочешь.

Глупости болтаю, не слушай,
Не глумись над глупой гусыней,
Пожалей, помилуй. А лучше
Подари мне, Господи, сына.

Не отпускает!
Хоть плачь, хоть бейся,
Иди- бросайся с высотки вниз!
Не отпускает?
Вином залейся, крепким узлом завяжись.
Будешь ли вновь от безлюбья плакать,
Что-то просить, проклинать и терять?
В снах возвращаться
и падать...падать...
Тихо тоской истекать.
Не отпускает?!
Куда же деваться?
Сбежать от сует и уйти в себя?
Но звук, возвратившись,
будет вонзаться в мозг
Топором палача.
Не отпускает...
Мечусь по кругу:
Вправо и влево
слепые броски...
Но
Не отпускает!!!!
Мне вредно думать..
Зачем в глазах
так много тоски?
Как же мне жить?
От себя уберечься?
Не думать, не видеть, не знать...
Как же самой себе научиться
Вокруг других отпускать...


Елена Чинахова

Нет! Не кризис среднего возраста.
Это юность вернулась опять.
Очень хочется, чтоб было - солнечно,
Очень хочется, все узнать.

Любопытные и одинокие,
Снова ищем свою мечту,
Покупаем билет на поезд
На немыслимую высоту.

Будто не было лет прошедших,
Все вновинку и все всерьез,
И смущаемся, как старшеклассники,
И без шапки, в любой мороз.

Что-то нужное было не найдено,
Что-то важное мимо прошло,
И кидаемся в юность отчаянно,
Чтоб сейчас, хоть чуть-чуть, повезло.

Ах, как хочется, чтоб - НАСТОЯЩЕЕ,
НЕВОЗМОЖНОЕ, и СО МНОЙ,
Нет! Не кризис среднего возраста!
Кризис, он - совершенно другой!

Между нами обид - тысяча,
Расстояние - расставания,
Между нами весь воздух выкачан,
Разрежение - не свидание.

Не случилось, опущен занавес,
И грустит душа за кулисами,
Но один звонок - промедленья без
Оживут актеры с актрисами.

Стены скорчатся от непрочности,
Вспыхнет музыка негасимая.
В поднебесности-синеочности
Много разных - одна Любимая.

Все пройдет, пройдет и это, девочка моя.
Отражается от света рыбья чешуя.
Золотая дремлет рыбка,
Спит чеширский кот.
И чеширская улыбка над котом плывет.
Все проходит очень быстро,
Как вчерашний сон.
Из хвоста жар-птицы искра
Освятит твой дом.
Для тебя все будет чудом,
Впрочем как всегда.
Будет в море-океане сладкою вода.
Станет яркий алый парус плыть за горизонт.
И, чеширски улыбаясь, спать чеширский кот.
Засыпай и ты скорее -
Быстро все пройдет.
Проcто станешь ты взрослее.
Так произойдет.

Надежда Киракосова

Как-то сумбурно… Спокойно опять не получится…
Скомкать конфетной оберткой, отбросить щелчком.
Можно заснуть и укутаться пледом, как тучами.
Чтобы увидеть мальчишку из детства, с мячом.
В бой батальоны солдатиков, яркая кепка.
Нам, мушкетерам, подушка заменит плюмаж.
Йодом щипучим замазать больную коленку -
Будет на коже отличный волшебный пейзаж.
Нам не совпасть. Очень разные юность и детство.
Жизнь так сумбурна. И выводы так непросты.
Скомкать, порвать… Пусть подействует данное средство.
Сказки кончаются, я это знаю, а ты?

Надежда Киракосова Djillan

На пределе боли, веры, шепота или крика,
Задыхаясь плачем, бредя, моля, тоскуя, -
Маргарита, Герда, Офелия, Эвридика, -
Вас, - Кай, Мастер, Гамлет, Орфей, - целу
Страстно - в губы, в волосы - ласково, нежно - в щеку,
В полузакрытые веки - горько, едва касаясь,
Так - любить: сумасшедше, преданно, гордо, робко,
Вас - Орфея, Гамлета, Мастера или Кая -
В полусне, разнежась, в мечтах, в бесконечном вихре
Маскарадов, теней, белоснежных цветов, метелей,
Так - любить: восхищенно, нежно, крылато, тихо,
Нет - сильнее! - герд, маргарит, эвридик, офелий...

Слишком уж зол ветер, катится мир с откоса,
Маленький и круглый.
Знаешь, я стала ведьмой, я отрастила косы,
Темные, как угли.

Ты не иди следом, даже луны лучик
Гибнет в глухой чаще.
Знаешь, я стала ведьмой, это куда лучше,
Чем полоскать чашки.

И не гляди в вечер, с нашими огоньками
Станет любой камнем.
Знаешь, я стала ведьмой с ласковыми руками,
С розовыми щеками.

Я за тебя в ответе? Хватит уже реветь, мы
Взрослые ведь люди...
Знаешь, я стала ведьмой... Знаешь, я стала ведьмой,
Что же теперь будет?..

Алька Кудряшова (Изюбрь)

Заиндевевшая судьба,
Как неуютная изба,
Вам предоставит
Свой неуют, свои углы,
Где мыши опытны и злы,
Где крыша давит.
Вам будет страшно засыпать
И плохо спаться...
Как вы могли так поступать -
И не бояться
Того, что я вас прокляну -
Однажды, отходя ко сну,
Забыв поплакать.
А я же ведьма, я могу,
Прокляв, судьбу согнуть в дугу
И бросить в слякоть.
Я отомщу за те дожди,
За злое слово "уходи" -
За все, что было.
За лестницу, что вниз ползла,
Таща перила...
А впрочем, я не помню зла.
Я пошутила.

Горбовская Екатерина

А можно сказать что чуток мазохизма - сладчайшая страсть,но с горчинкой цинизма? Мы ищем удачу свою в интернете, Мы сутками едем в плацкартном вагоне, вся сила и правда в счастливом билете, но кто мой попутчик, поверит-то кто мне?
И в недрах сети, слыша сердца удары, мы отзвуки ловим в глуши паутины и с трепетом ждем неизбежности кары хоть повода нет, впрочем нет и причины. Прощанье как правило схоже с прощеньем,
Есть кнопка "логаут" на каждой странице.
Глоток мазохизма в бутылке с мученьем - метаться в сети очумевшею птицей.

Лилия Долины

Привет! Как дела? Как семья? Ну, а я…
Что ж, первый блин комом.
Но мы не знакомы с тобою, мой Бог.
Так будем знакомы.

Семья? Два кота, тараканы и я.
Да-да, я тот самый.
Ах, если не сложно, прошу, черкани
Автограф для мамы.

Но ты-то что делаешь тут, на земле?
Я умер? Печально…
Я даже не знаю, что делать теперь…
Быть может по чаю?

И поздно сказать, чтобы кто-то ценил
Вкус жизненной драмы…
И, все же, пожалуйста, ты черкани
Автограф для мамы.


Саша Бес

Что-то флаги на башнях повыцвели,
Что-то ржавчина съела доспех,
И мужчина, пустившийся в рыцари,
Вызывает досаду и смех.

Ох, не рыцарский выдался век ему!
Все великое стало смешно.
И довериться вроде бы некому,
И не верится — ни во что.

Дульсинеи Тобосские канули
В незапамятные времена.
Дон Кихоту с его великанами
Обозначена твердо цена.

Зазвенела разменная денежка
И рассыпала золото в медь,
И надеяться вроде бы не на что
Ни теперь, ни тем более впредь.

Но и в черное время вражды и о6мана,
Когда сердце в печали и холод в крови, –
Знай, что есть и любовь, и Прекрасная Дама!
Не пройди...
оглянись...
угадай...
позови!..

Юлий Ким

Вечер, скамья, улица,
Свет на стене фреской.
Как тебе там танцуется,
В небе, за занавеской?

Месяц на черепицу
Льет серебро ночи.
Как тебе там не спится?
Там, где не я? Впрочем...

Тени в окне мечутся
Слившимся силуэтом...
Лечится, всё лечится -
Временем, сном, летом.

Не Чужая

Я не остыла - просто
устала драться.
Я не люблю ни шахматы,
ни корриду.
Раньше? Так раньше, рыцарь,
мне было двадцать.
Всё было как-то проще:
и вдох и выдох…

К музыке я, конечно,
неравнодушна,
Просто нечасто слушаю
«хэви металл».
Мне бы такое что-нибудь
повоздушней,
Что-нибудь повальсовей…
ага, вот это…

Милое «раз, два, три»
ностальгией бравой,
Острым клинком пронзит
временную бездну:
Штраус, Вы, как всегда,
оказались правы:
Жить – это очень больно,
но интересно.

Первое января
приведёт второе,
Третье, потом четвёртое,
как по нотам.
Каждой эпохе памяти –
по герою.
Каждой жене Артура –
По Ланцелоту…


Вероника Сенькина

Обезболивающее превращает в овощ,
Сам живой вроде бы, а мозг из тебя весь вытек.
Час катаешься по кровати от боли, воешь,
Доползаешь до кухни, ищешь свой спазмолитик –
Впополам гнет, как будто снизили потолок –
Вот нашел его, быстро в ложечке растолок
И водой запил. А оно все не утихает,
Все корежит тебя, пульсирует, муку длит,
Будто это душа, или карма твоя плохая
Или черт знает что еще внутри у тебя болит.

Вера Полозкова