Собираюсь на следующих выходных поехать в фольклорную экспедицию в деревню. Мне это нужно.
Угадайте, кто против?

С ожиданием новой весны связываю самые смелые свои надежды, выскабливая захламленное всякой ерундой пространство под гормон радости. Макароны и шоколад пачками ни в какое сравнение с изменением заоконной палитры.
И сами знаете.
Жду, надеясь утолить новой свежестью свою жажду вырвать из сердца слово. Чтобы было четкое, меткое, определенное: ровно такое, каким я его почувствовала.
Утомленный снегом и холодом, кусочек счастья внутри меня начинает задавать мне вопросы, вроде:
"Милая, а откуда я в тебе взялся? А не мог я быть больше и ярче? Окрылять тебя и опутывать?"
А валяй: образумься, вырасти, подчинись всем законам логики, проследи свою эволюцию, просчитай свои крах и падение! Успевай до весны, а то там уж я сама о тебе позабочусь.

Он неказист и сначала очень напоминал овцу. По мере следования мной инструкции, предоставленной всеблагими интернетами, принимал очертания то мыши, то лошади. Сейчас, вроде как, походит на медведя. Безусловно, мне в нём многое не нравится. По крайней мере, бабушкиных восторгов по поводу его медвежьей привлекательности не разделяю. Зато он странный. Это мне близко. Разве мог у меня получиться нормальный медведь? Этот парень неоридинарен даже при своей в глаза бросающейся серости. Видали медведя с копытами? Мой такой.
В следующий раз все-таки разорюсь на красивый белый мех за полторы штуки. И на синтепон. Или синтепух. Я еще пока не очень разбираюсь в терминологии тедди-бэр фанаток. Попробовала просто - ничего так, развлекательно. Руками можно сделать все. Кроме ребенка, наверное. Да и этих сейчас по-всякому страпают.

В файнворде загаданные слова могут «прятаться» в более длинных словах и словосочетаниях (например люстра красная – зашифровано слово «рак»). Ваша задача - отыскать в данном тексте 10 имен богов и богинь Древней Греции и Рима.


«Отелло»
Вову рано разбудил ужасный, надоедливый звон. Тут же в сторону будильника полетела герань в горшке, записная книжка в кожаном переплёте, подушка. Сегодня Вова играет главную роль в спектакле «Отелло», заменяет актера, которого укусил комар, страдающий малярией. Вова всю ночь учил текст и был готов покорить зрительный зал.
На пороге фестиваль шекспировских трагедий, и участие в нем было для Вовы самой большой мечтой. Уже в театре, перед спектаклем Владимир потерял кудрявый парик и банку с гуталином.
- Э! Ослы, как похитить вы могли мой реквизит? - взревел он. – Доселе на спектаклях не воровали даже свечных огарков.
Но работники сцены быстро вернули потерянные вещи актера на место, и трагедия началась.
Отелло из Вовки вышел удивительный: мавр орал со сцены текст, бился в гневе и неистовстве, ревновал и обманывался, как и задумано у Шекспира. Финал пьесы предсказуем: бедная Дездемона еще ни разу не доживала до занавеса.
Как только прозвучала последняя реплика, с нарисованных на задней кулисе крон осыпалась листва, зал взорвался аплодисментами. Овации были громкими и продолжительными. Наконец, на сцену вышел режиссер-постановщик и вручил по великолепной розе всем актерам.

(Пока болею, сочиняю файндворды и другие задания для своих детишек в школе, надеюсь в субботу все-таки выйти на работу).

В тексте спрятаны 10 слов, имеющих непосредственное отношение к живописи. Загаданные слова в файндвордах могут скрываться на стыке слов и предложений, внутри слова. Например: люстра красная

Подсказка: 5, 7, 7, 8, 5, 7, 7, 8, 6, 6 (количество букв в спрятанных словах в порядке их появления в тексте)

Петя всегда считал себя гениальным поэтом. Однажды он сел на подоконник и давай сочинять. Написал, посмотрел на первые строки: стихи какие-то кривые получились. И так исправит и эдак, а лучше не становится. Решил Петя идти искать вдохновения на природу. Вышел из дому и побежал за вдохновением. На бегу споткнулся, упал и травой испачкал любимые брюки. Видит: по небу вороны летят, каркают: «кар-кар», тина на озере всю воду затянула, среди кувшинок притаилась лягушка: «ква-ква». Рельсы рядом затрещали – приближался поезд. Из окна машиниста высунулся хохол старый и пригрозил Пете, чтоб тот никогда не совался ни на рельсы, ни в пароходный порт. «Ретивую лошадь заведу себе, куда захочу, туда и буду ходить» - подумал Петя. Отдышался он, оглянулся и увидел свою давнюю подругу Леру. Он позвал: «Подруга!». Лере ясно стало, что это Петя окликнул её. В левой руке она держала баночку с насекомыми.
- Познакомься, это моя домашняя моль Берта.
Петя пригляделся: обычная моль, окрас, как у любой другой моли, обычная.
- А там что? - обеспокоено спросил Петя, глядя на банку в другой руке.
- Аа… Это березовый сок.
- Вкусный?
- Попей. Зажмурь глаза только.
Петя хлебнул, стало противно. Обиделся он на всех и решил сочинять свои стихи дома.

Сижу, жду врача.
Нечаянно сбила температуру.
Двумя таблетками парацетомола.
Уж очень болела голова.
Сейчас врач придет, приложит руку к моему лбу скажет: "Раз температуры нет, жду вас в поликлинике. И нечего было на дом вызывать".
И останусь я без справки. С, получается, прогуляной физкультурой и семинаром по морфемике.

Прочитала тут то, что писала пару дней назад... Ну и заунывная мазня, знаете ли.
У меня за окном солнце! Настоящее, весеннее! Снега, правда, столько же, сколько и вчера, но настроение моё улучшилось. Поразительно, как быстро и изобретательно сочиняю я себе темы для печальных дум. Это гораздо легче, чем находить атомы радости вокруг себя и плести из них радугу.
Ура, товарищи! Весна! Я её унюхала, и теперь знаю - всё у меня хорошо.
У нас с Ним все хорошо.
Вот только простыла - ну да какая же это фигня по сравнению с тем, что я не чувствую на себе никакого лишнего груза уныния!
Давно думала о том, что стоит направить свою необыкновенную способность к самовнушению в нужное, позитивное русло. И решила - об этом не надо думать, этим надо начинать заниматься, а то в какие-то двадцать лет негоже чувствовать себя "внезапно повзрослевшей". Ну да, прибавилась кучка лишних забот, ну да, кое от чего пришлось отказаться. Ну да, теперь, когда я трясу гривой на каком-нибудь концерте, сжимая банку пива в руках, я в первую очередь беспокоюсь о том, чтобы рядом не оказалось моих школьников. Я просто учусь проводить довольно-таки четкие границы между своей учебой, своей работой и своими развлечениями. Пусть эти области не пересекаются, вот и все. Вот и вся забота моей ответвтенности.

Вчера ходила на Его концерт. Никак не могу привыкнуть, что на своих концертах Он не со мной, а с группой. Но ничего - когда они не бухают, кажутся вполне приличными. Почувствовала себя страшно упёртой старой клюшкенцией, когда их клавишник позвал Его пить на вписку, а Он ответил так жалобно и грустно: "Ну, если ты меня отпросишь..."
У меня, естественно. Я ж злодей и тиран и ничего никогда не разрешаю.
Пить, конечно, не пошел. Зато осталось ощущение, что я сковываю Его в действиях. Зато я с бутылки пива пошла громить туалет и вывернула там дверной косяк. Но это другая история.
Я делаю многое незаметно для себя.
Из желания упорядочить. Из боязни потерять.
Ему надоест.
Сегодня.
Завтра.
Если кирпич просветления не упадет на мою голову.
Сидим ждем.

В моменты, когда я начинаю ненавидеть даже саму себя,
(что, в прицнипе, явление, как солнечное затмение, нечастое),
Не пытайся измерить глубины моего разочарования.
Как правило, оценка этой величины за пределами даже моего понимания.

В моменты, когда я смотрю старые фотоснимки,
Не нарушай моего ностальгического наслаждения:
Дай мне самой догадаться, чего я лишаюсь, взрослея в твоих объятиях.
Дай мне возможность выдумать новые эрогенные зоны моего внимания,
Соответствующие статусу, возрасту и воспитанию.

В колонках играет - Чайф - 17 лет
Настроение сейчас - -273

- А ведь препод прав, и романтическое настроение - болезнь юности, проходящая, как какая-нибудь ветрянка. С этим просто надо смириться и не ждать уже никаких чудес от судьбы.
- Да брось, ты просто не романтик. Никогда им не была. Циничнее и расчетливее тебя я в жизни никого не видала.
- Ты просто никогда не знала меня по-настоящему юной.
- А ты просто не можешь оставить последнее слово за кем-нибудь, кроме себя, да?
- Да.

Когда проблемы у меня, я всегда знаю, как их решить.
Когда проблемы у тебя, у меня складывается впечатление, что даже ты сам не в курсе, с какой стороны начинать их преодоление. Я ничего не могу сделать для тебя, и это ранит меня довольно сильно. А еще я всегда испытываю чувство, чем-то родное чувству вины, когда слышу о твоих очередных разногласиях с жизнью. Если никто не может помочь тебе, соберись и помоги уже себе сам! Я ничего не могу предложить, кроме сочувствия и четкого плана. Но ты противник четких планов, поисков выхода. Предпочтительнее для тебя с выражением вселенской печали в глазах глядеть в потолок и вздыхать о своей нелегкой участи. Я верю, что тебе плохо. Но мне почему-то не верится, что ты хочешь это изменить. Родной мой, прекрати лениться. Я не мужик, я не могу выгребать дела и за себя, и за тебя.
Не жалуйся мне больше ни на что, я слышать этого не хочу. Не нравится - не учись, не работай, ничего не делай. А я засеку время.

Одно дело - участвовать в школьных мероприятиях, будучи ребенком, совсем другое - проводить их в качестве педагога. Я пока еще не учитель, так себе - тренер интеллектуального клуба, но и на мою долю выпадает счастье раз в четверть собирать команды школьников и пытаться заставить их хоть немного шевелить мозгами. Мои игры уступают всем другим внеклассным мероприятиям: они не очень-то динамичные, для ребят не достаточно просто собраться вместе, они должны блеснуть знаниями, эрудицией. А чтобы блестеть такими вещицами, ими надо обладать. Многим детям такое провождение времени кажется скучным - и их можно понять: когда у ребенка нет интереса к знанию, когда он не чувствует вкуса внутреннего открытия, то все вопросы кажутся ему запредельными, а все более успешные соперники - "ботанами". Поэтому и вопросы приходится составлять на порядок доступнее, чем те, которые предлагаются, например, на Молодежном Кубке Мира по "Что? Где? Когда?". От этого теряется вся соль вопроса, ломаются многочленные логические цепочки, и вот уже перед нами стандартная викторина по материалам школьных учебников. Успокаиваю себя тем, что и школьники пока еще не знатоки и что измываться над ними, заковыривая в каждое задание какой-то тайный смысл, тоже не стоит. Сегодня я проводила второй тур чемпионата школы по интеллектуальным играм. Вся организация, начиная от закупки призов, заканчивая нарезкой бланков для ответов, лежала на мне. Спасибо школьному админу за установку техники и моей подруге за подсчет результатов - иначе всё провалилось бы. Надо сказать, набегалась. Но в школе обязательно всегда случается что-нибудь такое трогательное, что на усталость становится наплевать. Например, десятиклассник, очень умный мальчишка, решил помочь провести игру в младшей лиге - с ребятами 5-6 классов. И этот доброволец мне действительно очень помог. Приятно удивилась, когда увидела, как бодро один шестиклассник отвечает на вопросы, сложные даже для студента. Отвечает на вопросы по кельтской мифологии даже не задумываясь! К своему позору, про кельтов я узнала от ролевиков и вовсе не в шестом классе. Этот мальчишка - просто нечто. Были и небольшие казусы: я начинаю игровую программу и объявляю: "Здравствуйте, уважаемые участники, сегодня я попрошу вас на протяжении всей игры соблюдать максимальную тишину, потому как микрофон я не захватила". Тут же меня перебивает оглушительный вой болгарской пилы, разрезающей что-то в соседнем помещении. Откуда-то со стороны детей раздается крик: "А все-таки стоило взять, не правда ли?". Конечно, горланить задания на одном своем дыхании три часа подряд - это слишком даже для меня, неутомимой и громогласной. Поэтому сейчас сижу пью чай с вишневым вареньем, расслабляю связки. Почему-то всегда, когда заканчиваются школьные игры, я думаю, что никогда больше не вернусь в школу, что дети дикие и неуравновешенные, что угомонить хотя бы одного неспокойного- адский труд. Да, это так. Но почему бы не ходить туда для начала хотя бы ради тех гениев, знания которых возвышают их в глазах одноклассников только на соревнованиях, связанных с умственной деятельностью и на контрольных работах? Ведь умному ребенку в обычной школе бывает очень нелегко. И, мне кажется, сделать так, чтобы знание и ум воспринимались детьми как драгоценность - задача каждого уважающего себя учителя. Когда-нибудь и я стану учителем, и я хочу видеть детей, желающих, а не просто могущих учиться.

Эра неисчерпаемого вдохновения на закате своей очевидности,
То ли мыши стали серее, то ли пух облаков в тучи выкис из вредности.
Я смотрю на себя смеющуюся, поцелуями обозначенную,
И губу прикусила чуть более чем достаточно, чтобы ты выяснил,
Что опять беглым взглядом прощупываю тела линии с теплом не растраченным.
Мягче, и, как если бы видела я не цвет, а тепла излучение,
Присосалась бы к самому жаркому и губами бы пульс твой измерила.
Чаще-чаще… в ушах раздается возмущенное сердцебиение,
Дробью четкой сильнее сильного, тут и пальцы уже беспорядочно,
Частью вслепую, но более по наитию ищут точку опоры крепкую:
Плечи, бедра, лопатки, ключицы, позвонок седьмой, восьмой, третий, ребра,
Шея жилистая, вен паутиной обмотанная, как у скульпторов древней Греции.
Обхватила, прижала, вторглась варварски в это лучшее из произведений,
«Я люблю тебя» - едва разборчиво, хриплым стоном в ушную раковину,
В ответ - эхо твоих поцелуев штрих пунктиром с признанием поровну.
Нет, пусть мыши хоть почернеют, тучи могут грозой расслабиться,
Я люблю тебя, в моих силах
Видеть ясное в буро-малиновом, в непогоду на солнце пялиться.

У меня, вроде как, начались каникулы.
Выспаться я уже успела, так что, в принципе, можно их уже и заканчивать. Что от них толку, если все друзья или разъехались, или учатся?
Пропущенных вызовов нет. Дивно.
Вообще-то можно усесться и написать, наконец, учебную программу для школы. Потом совсем некогда будет.
Вот они зачем каникулы студенту - доделать то, о чем он совсем забыл во время сессии.
Можно курсовой заняться - тоже отлично.
По инерции каждый день читаю книжки. Вчера принялась за Мастера с Маргаритой. С каждым годом эта книга мне все сложнее кажется.
В кино не пойду... там ничего интересного не показывают все равно сейчас.
Сегодня мама с работы лыжные ботинки обещала притащить. Так что, наверное, на днях в лес съезжу. Одной не хочется, а у мамы только воскресенье свободно. А в это воскресенье я детей на Кубок Прикамья везу. Пусть поиграют, разомнут мозги.
Можно съездить в лицей, помириться кое с кем. Три года молчания должны были смягчить взаимную обиду. В конце концов, каждый учитель очень многое сделал для меня и обижаться на учителя из-за того, что сейчас кажется пустяком - глупо.
Можно съездить в прошлый универ, навестить бывших одногруппников. Сто лет не виделись.
А еще нужно съездить на стипендиальную комиссию, подвести итоги сессии за свою группу. Итоги не радостные, но мое дело - зафиксировать, а не сопереживать.
В библиотеку, наверное, раза три придется съездить - за раз все не утащу.
Ну и вот... И где каникулы?

Вот он, классицистический конфликт страстей и долга. К черту страсти, я с долгом-то не успеваю за эту неделю разобраться.

Пусть будет, что будет.
Осталось немного.
Отдохнем на пенсии.

Вот это состояние мне больше всего нравится и больше всего настораживает. За несколько часов перед экзаменом, когда за исключением пары дебильных билетов материал просмотрен, выучен и понят, и остается только усадить себя и прочитать конспекты от начала и до конца, становится подозрительно на всё пофиг. Этот древнерусский сдавали две группы. Пятерок нет. Значит, надо засунуть свою самомнение себе в задницу, смириться с возможной необъективностью, прикусить губу и получать любую другую оценку за свой реальный максимум. На данный момент я свято верю в то, что сделала все, что смогла.
Посморим, как завтра...
Боюсь, окажется, что я должна была предъявлять к себе более серьезные требования.

Тараканы в моей голове пьют кофе, весело позвякивая чашками, и ведут светские беседы на древнерусском языке.
С тех пор, как в ВУЗах ввели "честное" распределение нагрузки между преподавателями и студентами, предоставив последним великолепную возможность самостоятельно изучать более половины учебного материала, жить стало гораздо забавнее. Освободившиеся часы по максимуму забили физкультурой, медициной и прочей малоприятной хренью, ночь сделалась для студента временем ИКС, когда нужно не только выучить данное, но и разобраться в новом. Небо милостиво, и сейчас хотя бы есть возможность шпоры печатать, а не выписывать от руки полумиллиметровыми крендельками-буковками. И на том, как говорится, спасибоньки.
Послезавтра сдаю древнерусский язык. Аудиторная работа - минимальная. Учебник Иванова - 350+ страниц, из которых на нормальном русском языке только введение от автора и содержание. Остальное - протославянская и праславянская криптография. Неделю разбиралась, в списке билетов до пятидесятого стоит помета "выучено". Не помню ничего. Это уж точно. Можно понадеяться на замечательное свойство моей памяти срабатывать в экстремальных ситуациях, к которым экзамен, несомненно, можно отнести.
В любом случае - день простоять и ночь продержаться, а дальше - будь, что будет.

Ослепительный снег, как в тех чертовых Альпах по телевизору,
Не дает мне покоя, заставляя в самые холодные дни верить в весну.
И почему, чем морознее, тем ярче светит солнце?
Оно, наверное, издевается над нами, замотанными в шарфы и капюшоны.

Наверное, нужно пару слов о себе сказать. Раз нужно, скажу, не вижу в этом особой сложности. Пол, возраст и прочая анкетная ерунда, указанная в пофиле, вряд ли достойна того, чтобы её повторяли в первом же посте. Да и к тому же, я думаю, что если человеку есть, что сказать, то его чисто физиологические параметры на смысл сказанного повлияют мало.
Я не знаю, как объективно описать себя, не выдавая при этом желаемого за действительное.
Итак, разрешите представиться, меня зовут Надежда. Я учусь на втором курсе филологического факультета. Могла бы уже начинать писать диплом в другом ВУЗе и совершенно по другой специальности, но это история совсем другого дневника, след которого уже давно утерян на просторах интернета.
Дневник этот не первый, не второй даже... и даже, прости Небо, не третий. Я даже не уверена, что он продержится сколько-нибудь долго. Даю ему срок - неделю. Вот как пройдет критическую отметку и просуществует как минимум дней семь, тогда и можно будет говорить о его последующей судьбе. Пока же - все в рамках эксперимента. Скажем, я добываю доказательство того, что моё юношество утеряно от меня не безвозвратно. Когда-то ведение дневника было обязательной частью моей жизни, но тогда подобное явление легко объяснялось. Молодая душа, обуреваемая стастями, каждый день переживающая новые и новые эмоции, должна была найти способ снимать напряжение. Напряжение выливалось в дневник. Такой вот закон сохранения энергии. Сейчас особо переживать не о чем. Всё уже было - и первый поцелуй, и любовь, похожая на извержение вулкана, и обретение друзей, и их потеря, и предательство, и самостоятельные решения. Всё, что происходит сейчас - вариации уже когда-то пережитых событий, вот почему предыдущий дневник перестал быть мне интересен.
Зачем тогда новый? Пока не знаю, но раз возникло желание его завести, то почему бы не попробовать?

Обновленная версия