Концертный зал Мариинского театра

Вольфганг Амадей Моцарт "Реквием"

Пожалуй, ни одно музыкальное произведение не окружено таким количеством легенд и тайн, как "Реквием" Моцарта.

Человек, одетый в черном,
Учтиво поклонившись, заказал
Мне Реквием и скрылся.

И далее:

Мне день и ночь покоя не дает
Мой черный человек.

Загадочная история о черном человеке и Реквиеме легла в основу маленькой трагедии Пушкина «Моцарт и Сальери», написанной в 1830 году. Тот же сюжет занимает центральное место в нашумевшем фильме Формана «Амадеус», появившемся спустя полтора столетия. Мистический флер этой легенды немало способствовал популярности последнего, так и не законченного опуса великого композитора (его завершил по эскизам Моцарта его ученик Зюсмайер), хотя истинные обстоятельства заказа выяснились довольно скоро.

Таинственный незнакомец, предстающий у Пушкина как «виденье гробовое», был всего лишь слугой графа Вальзегга – большого любителя музыки, недурно игравшего на нескольких инструментах. Граф не довольствовался славой исполнителя, он желал непременно приобрести известность и как композитор, однако способностей к сочинению не имел. Блестящая изобретательность помогла ему тем не менее преодолеть это «незначительное» затруднение. За большую плату он анонимно заказывал лучшим композиторам произведения, которые затем выдавал за свои. «Творческий» замысел Реквиема, заупокойной службы, у него родился в связи с годовщиной смерти жены.

Вопреки легендарной версии, Моцарт не спешил приступать к выполнению заказа. Согласившись на сделку из-за крайней нужды в деньгах, он откладывал работу, надеясь заработать сочинением «от себя», а не от чужого лица, и серьезно занялся Реквиемом только когда смертельная болезнь приковала его самого к постели. Эта болезнь стала поводом для слухов о насильственной смерти Моцарта и сыграла злую шутку с выдающимся оперным композитором и педагогом Антонио Сальери, вошедшим в сознание потомков лишь в качестве отравителя своего гениального соперника. В действительности Сальери вряд ли был виновником кончины Моцарта, хотя… «кошки между ними все же пробегали».

Реквием, написанный для хора, солистов и оркестра, создан на традиционный латинский текст и развивает традиции ораториальных сочинений Баха и Генделя, партитуры которых Моцарт серьезно изучал. В сольных, ансамблевых и оркестровых эпизодах ощущается опыт композитора в оперном жанре. Яркие выразительные средства обеспечили Реквиему успех на концертной сцене, а моцартовская трактовка частей стала эталоном и продолжает оказывать влияние на композиторов вплоть до наших дней (Реквием Слонимского).

Requiem aeternam (Покой вечный даруй им, Господи…) – вступительный раздел, молитва о даровании покоя усопшим. Плачевые интонации у хора на фоне мерного «шагового» движения оркестра создают представление траурного шествия. Некоторое просветление наступает на словах Et lux perpetua luceat eis! (И свет вечный да воссияет им!). Второй раздел, стремительная фуга Kyrie eleison (Господи, помилуй), передает состояние обремененного грехами человечества в ожидании судного дня.

Следующие 6 номеров образуют драматический центр сочинения. Dies irae (День гнева) – живописная картина Страшного суда. Tuba mirum (Труба дивная) – призыв всем предстать перед троном Господним. Сверхширокие мелодические ходы в сочетании с медленным темпом создают образ спокойного величия. Rex tremendae – воплощение грозного Царя. Recordare (Помни, милостивый Иисусе) – часть, которая казалась Моцарту исключительно важной. Здесь укрепляется настроение сердечной доверчивости – композитор проникновенно показывает глубину любви и милости того, кто ранее был явлен как неумолимо строгий судия. В Confutatis (Сокрушив отверженных) изображению мучений грешников, где оркестр имитирует языки пламени, противопоставлены умоляющие фразы женского хора. В знаменитом переходе к следующему номеру средствами гармонии создается эффект все большего погружения, словно разверзаются круги ада. Lacrimosa (Слезная) – лирическая кульминация Реквиема.

Далее следует «Офферториум», молитвы, непосредственно предшествующие причастию – Domine Jesu (Господи Иисусе) и Hostias (Жертва). Установившаяся здесь атмосфера просветления закрепляется в разделах Sanctus (Святой), Benedictus (Благословен грядущий) и Agnus Dei (Агнец Божий), уравновешивающих общий трагический характер сочинения. Согласно пожеланию Моцарта, в конце повторена фуга из первого номера, что придает всему циклу большое единство.

 Из программы концерта.

Пусть будет так!

И ложечка из чистого алюминия. Вещь!

Думала, что я, как мудрая черепаха, знаю ВСЁ. А вот эту прелестную питерскую песенку услышала сегодня впервые.

Евгений Клячкин

На Театральной площади...

На Театральной площади немножко театрально
Стоял я, опершись плечом на Оперный театр.
А каменные кони оскалились нахально,
Их каменные ноздри выбрасывали пар.

Профессор Римский-Корсаков, вертясь на пьедестале,
Никак не мог подняться, чтоб руку мне пожать.
А я стоял и бредил то славой, то стихами,
Стихами или славой - ну как их не смешать!

Роились в небе звезды, садились мне на плечи, -
Ах, только б не прожгли они мой импортный пиджак!
Качаясь, плыли лица голубоватых женщин,
Стекали мне в ладони, а я сжимал кулак!

А я дышал в полнеба! А я держал полмира!
Гигант я или карлик? Герой - или пигмей?
Носы приплюснув к стеклам, уставились квартиры.
Я стекла гладил пальцем - я был их всех добрей.

Я прыгнул на подножку - пропел звонок трамвая.
Я три копейки бросил, как бросил золотой...
...Качаются вагоны... Кондукторша зевает...
Вожатый смотрит мимо... Домой... Домой... Домой...

25 сентября 1965

Булат Шалвович Окуджава

Джазисты
 
Джазисты уходили в ополченье,
цивильного не скинув облаченья.
Тромбонов и чечеток короли
в солдаты необученные шли.

Кларнетов принцы, словно принцы крови,
магистры саксофонов шли,
и, кроме,
шли барабанных палок колдуны
скрипучими подмостками войны.

На смену всем оставленным заботам
единственная зрела впереди,
и скрипачи ложились к пулеметам,
и пулеметы бились на груди.

Но что поделать, что поделать, если
атаки были в моде, а не песни?
Кто мог тогда их мужество учесть,
когда им гибнуть выпадала честь?

Едва затихли первые сраженья,
они рядком лежали. Без движенья.
В костюмах предвоенного шитья,
как будто притворяясь и шутя.

Редели их ряды и убывали.
Их убивали, их позабывали.
И все-таки под музыку Земли
их в поминанье светлое внесли,

когда на пятачке земного шара
под майский марш, торжественный такой,
отбила каблуки, танцуя, пара
за упокой их душ.
За упокой.
1959

DUTCH MASTER

ICE KING

В тот месяц май, в тот месяц мой
во мне была такая легкость,
и, расстилаясь над землей,
влекла меня погоды летность.

Я так щедра была, щедра
в счастливом предвкушенье пенья,
и с легкомыслием щегла
я окунала в воздух перья.

Но, слава богу, стал мой взор
и проницательней, и строже,
 и каждый вздох, и каждый взлет
обходится мне все дороже.

И я причастна к тайнам дня.
Открыты мне его явленья.
Вокруг оглядываюсь я
с усмешкой старого еврея.

Я вижу, как грачи галдят,
над черным снегом нависая,
как скучно женщины глядят,
склонившиеся над вязаньем.

И где-то, в дудочку дудя,
не соблюдая клумб и грядок,
чужое бегает дитя
и нарушает их порядок.


  Белла Ахмадулина

Настольное украшение "Рыбка".

Серебро, лазурит, горный хрусталь, бриллианты, гранаты.

 Художественное литье, чеканка, гравировка, золочение.

Моему другу Офене.

Из Интернета.

 Что такое чемодан? Это ближайший, интимнейший друг человека, по крайней мере, в дороге.

По-русски чемоданом долгое время называли кожаные чехлы для оружия, и только к XVI веку слово «чемодан» получило свое привычное значение. Кстати, в самом начале XVI века жил даже человек с именем Чемодан — Чемодан Григорьев Воропанов, потомок выехавшего из Литвы к великому князю Василию Темному «мужа честна, именем Воропана», чей старший сын Иван Большой Воропан и стал родоначальником всех Чемодановых. Скорее всего, Чемоданом человека называли не потому, что у него было много добра, а потому, что у него было дорогое оружие, тщательно оберегаемое и сохраняемое в специальных чехлах. Воинственными людьми были эти первые Чемодановы!

Чемодан в современном понимании этого слова появился значительно позднее, в середине-конце XVIII века. Именно тогда в Европе начала формироваться культура путешествий в их нынешнем, туристическом смысле слова. Вместо постоялых дворов возникли первые отели, постепенно отпала необходимость брать с собой много вещей, и тяжелые, окованные железом сундуки с огромными замками сменились на элегантные кожаные чемоданы.

Неудобства были преодолены после появления и ныне всемирно известной фирмы Луи Вюиттона. Родившийся в 1821 году в Швейцарии, Вюиттон в возрасте 14 лет приехал в Париж и поступил подмастерьем в мастерскую, где изготавливали дорожные сундуки и шляпные коробки. Юный швейцарец оказался хорошим учеником, а потом и самостоятельным мастером, что было подтверждено в 1853 году должностью «личного упаковщика Ее Величества Императрицы Евгении», супруги императора Наполеона III. Когда же Вюиттон открыл собственную мастерскую на улице Neuve des Capucines, то в скором времени он выпустил в свет первый в мире легкий жесткий чемодан со встроенной вешалкой. Так в чемоданном деле произошла настоящая революция: вещи в таком чемодане не мялись. Следующим шагом Вюиттона стало предложение делать чемоданы не с выпуклой крышкой, а с плоской, что позволило чемоданы ставить один на другой. Чемоданы теперь держались друг на друге благодаря собственному весу, и увязывать их между собой приходилось далеко не всегда. Строго говоря, Вюиттон начал выпускать не чемоданы в чистом виде, а нечто среднее между чемоданом прошлого, то есть мягким и деформируемым, и сундуком. Неизменными в его чемоданах были и остаются корпуса из специально обработанного тополя, покрытие из плотного полотна Monogram и надежный замок.

Потом к чемоданному бизнесу присоединились бельгийцы, создавшие мировой бренд Samsonite, получивший свое имя в честь библейского персонажа Самсона, отличавшегося силой и выносливостью. Недаром торговой маркой Samsonite стала фотография основателя компании Джесси Швейдера, человека корпулентного, который вместе с отцом и тремя более чем упитанными братьями стоял на крышке чемодана. Реклама гласила, что крышка вполне выдержит 500 килограммов. А потом, уже в шестидесятых годах прошлого века, французская компания Delsey открыла эру чемоданных инноваций. В дело пошли материал ABS, восстанавливающий форму после деформации, колесики - целых четыре, фурнитура из запатентованных сплавов, молнии, рассчитанные на 15-20 тыс. застегиваний-расстегиваний, и тому подобное.

В России чемоданное производство, к сожалению, всегда отставало. Наш чемодан годился разве что для походов в баню. Когда появилась продукция из стран народной демократии, положение несколько улучшилось, но и теперь среднестатистический россиянин отправляется в путь, конечно, не с чемоданом от Вюиттона. Он катит за собой по преимуществу китайский чемодан, не очень надежный и безликий, который можно ухватить на выдаче багажа в аэропорту и уже дома обнаружить, что чемодан - чужой.

 Великий ученый Дмитрий Иванович Менделеев имел редкое, как теперь принято говорить, хобби - он делал чемоданы. Однажды, когда Менделеев пришел в магазин купить необходимые материалы, один из покупателей, увидев бородатого Менделеева, спросил хозяина магазина: «Кто это такой?» - «Это человек очень известный. Его все знают, - ответил хозяин. - Прекрасный чемоданных дел мастер -  господин Менделеев».

"Пикник"

"Поющий дворецкий"

Юрий Пименов

"Празднование Первомая"

А где чердаки, там и чемоданы.

Михаил Картузов "На чердаке"

Елена Шумакова "В старом чемодане"

Иллюстратор Maria Monescillo

Хиондокса

Сцилла

Бадан

Художник Сергей Черкасов