Дамы, Майкл Джексон говорит о вас!
Из бесед Шмули Ботича с Майклом Джексоном:
Существует ли идеальная женщина?
ВЗАИМООТНОШЕНИЯ С ВОЗМОЖНЫМИ ПОДРУГАМИ
ШБ: Все мы знаем, как часто дети дразнят кого-либо женихом и невестой. Рассказывают родителям, что потеряли голову от одноклассника. Дети романтичны от природы. А ты всегда был таким?
МД: Не намеренно, но я думаю, что никогда не был далёк от романтики. Надо просто быть самим собой.
ШБ: У детей всегда любовь с первого взгляда, они постоянно влюбляются друг в друга. В классах вечно передаются записки.
МД: Думаю, это замечательно, это так трогательно.
ШБ: Тебе нравится строить романтические взаимоотношения? Нужно ли тебе, чтобы кто-то разделял твоё одиночество?
МД: Нет, я не такой. Я очень застенчив, чтобы всем этим заниматься. Я в этом очень похож на мою маму. Мы любили спрашивать её: «Ты целуешься с Джозефом?» Она так: «Не задавайте мне подобных вопросов». А мы такие: «Ну как вы с ним познакомились? Кто кому сделал предложение?» И она: «Я не хочу об этом говорить».
ШБ: Значит, ты вырос стеснительным и скромным в том, что касается любви и романтических отношений?
МД: Да, у нас никто не говорит об этом.
ШБ: Майкл, ты дважды был женат. Веришь ли ты ещё в романтику или твой опыт был негативным, и потому тебе трудно в неё верить?
МД: Нет, я верю, но я очень стесняюсь всего этого. Никто из нас не приглашал на свадьбу родителей. Мы в это не верим. Нам очень неловко. Я бы и за миллион долларов не позволил себе пригласить маму на свадьбу. Я бы не мог себя заставить идти по проходу в церкви, и чтобы мама где-то там сидела. Поэтому мы все убегали и вступали в брак тайно, а мама только читала об этом в газетах. Но она не возражает. Потому что мы все похожи на неё. Она бы поступила так же.
ШБ: Значит, по-твоему, любовь – это нечто скрытое и тайное?
МД: Это просто личное, нечто сентиментальное.
ШБ: Разве сентиментальное обязательно должно быть личным?
МД: Да.
ШБ: Что ж, я тоже верю, что романтическая любовь расцветает в тайне. Но мы ничего не можем с этим поделать. У нас родители обязательно должны присутствовать на свадьбе. Значит, ты веришь в романтику взаимоотношений, но тебя научили относиться к этому стыдливо.
МД: Я очень застенчив. Не знаю, могу ли я выстраивать нормальные отношения, потому что стесняюсь. В этой области я совсем другой. Я слышал о том, что парни могут быть очень поэтичными с девушками - «Бэйби то, бэйби сё». Я не умею так. Я подхожу к делу прямо и говорю обо всём как есть.
ШБ: А что же ты делаешь в музыкальных фильмах, когда от тебя требуется изобразить влюблённость, сыграть любовную сцену или что-то в этом роде?
МД: Вот поэтому я и отбираю девушку на кастинге, потому что мне нужно знать, что она мне понравится. И я могу изобразить это, только если она мне действительно нравится. Так было с теми девушками, которых можно видеть в моих видео. Я их отобрал, потому что они мне по-настоящему понравились, и позже возникали проблемы, потому что я им тоже начинал нравиться, а я не хотел, чтобы отношения перерастали в серьёзные. Иногда это проблема.
ШБ: Наверное, тебе приходится часто с этим сталкиваться, потому что ты не только знаменит, но ты один из тех, с кем женщины хотят быть рядом – мягкий, учтивый, не боящийся показывать свои эмоции. (Мы говорили обо всём этом до того, как Майкла арестовали, и на него полился поток обвинений со всех сторон). Женщины сходят с ума от тех, кто не боится показать свою уязвимость и мягкость, поскольку в Голливуде многие мужчины обычно самовлюблённые, заняты только собой, не умеют держать слово. Значит, ты часто находил, что женщины становятся навязчивыми?
МД: Что ты имеешь в виду?
ШБ: Ну вот ты сказал, что привязанность предполагалось показать только на съёмках, ты просто снимался с ними в паре, а они по-настоящему увлекались тобой.
МД: Да, такое случается.
ШБ: Как же ты преподносил им то, что не отвечаешь взаимностью?
МД: Они сами видят, что я убегаю от них. Да. Некоторые преследуют меня по всему миру, и это тяжело.
ШБ: Наверное, из-за того, что их привлекает твоя мальчишечья стеснительность, они и преследуют тебя. Известно, что многим женщинам нравятся «плохие» мальчики. Но по той же причине многим другим нравятся скромные. Точно так же, как они верят в то, что могут спасти плохого парня и отшлифовать этот шершавый бриллиант, они верят и в то, что смогут пробудить скромного. Они думают: «Только я смогу вытащить его из его панциря». Но я знаю, что через какое-то время, после того, как ты бегаешь от них по всему миру, они получают от тебя какое-то письмо. И ты никогда не говоришь им ничего прямо?
МД: Нет. Это может причинить им слишком много боли.
ВЛЮБЛЕННОСТИ И ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА
ШБ: Что вчера хотела от тебя Синди Кроуфорд?
МД: Я наблюдал за Синди издалека, видел её несколько раз с мужчинами, и мы встречались и в другом качестве… но всё издалека. Думаю, она почувствовала, что вчера у нас был шанс по-настоящему познакомиться. Кажется, она мной восхищается. Многие выходят далеко за рамки того, что ты вчера видел. Вчера вообще ничего не было.
ШБ: Ты наблюдал такое – чтобы знаменитости бегали за кем-то более знаменитым, как собаки за костью? Это так некрасиво.
МД: Да! Это даже хуже.
ШБ: А о чём она говорила с тобой?
МД: (голосом Кроуфорд) «Как у тебя дела?» Я так: «У меня всё в порядке». «О, ты уверен? О, я просто люблю то, чем ты занимаешься, люблю то, что ты делаешь. Ты надолго здесь, в городе?» Я сказал: «Я здесь работаю. Записываюсь».
ШБ: Думаешь, у неё был романтический интерес?
МД: Даааа. Мне почему-то так показалось.
ШБ: Она приглашала тебя на свидание?
МД: Такие девушки флиртуют… только флиртуют. Она красивая.
ШБ: Это было явно видно. Банкир, сидевший с нами за столом, сказал мне: «Когда Синди Кроуфорд подбирается к мужчине, она становится совсем другой». Я сказал: «Но что она здесь делает?»
МД: Дональд Трамп подходил, ты видел?
ШБ: Сейчас он очень интересная фигура.
МД: Женщина, которая мне действительно нравилась, кого я уважал, была Принцесса Диана.
ШБ: Почему?
МД: Потому что она была элегантна, искренне заботилась о людях, детях, и знала, что действительно творится в мире. Она делала это не для показухи. Мне нравится, что она заставляла своих детей ждать в очереди, чтобы покататься на каруселях…
ШБ: Она была женственной?
МД: Очень женственной, стильной. Она была женщиной абсолютно моего типа, а большинство девушек мне не нравятся. Мало таких, которые бы соответствовали моему вкусу. Чтобы сделать меня счастливым, нужно подойти по многим критериям, и Диана была одной из таких женщин. Абсолютно.
ШБ: Потому что она любила детей?
МД: Чтобы найти своё отражение, нужно очень во многом совпасть. Говорят, что противоположности притягиваются, и я думаю, что это тоже правда. Но мне нужен человек, который был бы очень на меня похож, чтобы были такие же интересы, желание помогать другим. Со мной надо быть готовой ездить в больницы и заботиться о таких, как Гэвин (будущий обвинитель Майкла). Поэтому, как ты видел, Лиза Мария разделяла со мной всё это. Она тоже неравнодушна к таким вещам.
ШБ: Ты задумывался когда-нибудь о том, чтобы пригласить на свидание Принцессу Диану?
МД: Конечно.
ШБ: Но почему же у тебя не хватило смелости сделать это?
МД: Я в жизни не приглашал никуда женщину. Им приходится делать это за меня.
ШБ: Правда?
МД: Я не умею приглашать девушку на свидание.
ШБ: А если бы она пригласила тебя?
МД: Я бы с удовольствием пошёл. Каждый раз, когда нас можно было видеть вместе с Брук Шилдс, это она приглашала меня. Она подавала идею, куда пойти, и делала это каждый раз. Мне искренне нравилась Брук Шилдс. Она мне очень нравилась.
ШБ: Она любит детей?
МД: Да. Моя первая девушка, Тэйтум О'Нил, она получила Оскара за фильм «Бумажная луна»… мне было 16, ей 13. И я был таким наивным! Она хотела, чтобы мы занимались всем, а я вообще не хотел секса, потому что если ты Свидетель Иеговы, ты должен придерживаться определённых ценностей. Я говорил: «Ты с ума сошла?» Нам нужно было быть добрыми ко всем. Когда я держал руку Тэйтум, это было просто волшебство, лучше, чем что-либо другое, чем даже целовать её, чем всё, что угодно. Мы с ней и с Райаном О'Нилом пошли однажды в клуб, слушали музыкантов, а под столом она держала меня за руку, и я просто таял. Это было волшебно. Как взрыв фейерверка. Это всё, что мне было нужно. Но для сегодняшних подростков это ничего не значит. Она слишком быстро повзрослела. Она не была помешана на девственности, и мне это нравилось.
И что касается Брук Шилдс, она была ещё одной любовью моей жизни. Мы много встречались. Стены в моей комнате, зеркала - всё было в её плакатах. Я был на церемонии награждения с Дайаной Росс, а она просто подошла и сказала: «Привет, меня зовут Брук Шилдс. Ты будешь на афтепати?» Я сказал: «Да», я просто таял. Мне было около 23… Это было во времена Off the Wall. Я думал: «Знает ли она, что моя комната вся в её фотографиях?» И мы пошли на вечер, и она сказала: «Потанцуешь со мной?» И мы пошли танцевать. И – Господи! – мы обменялись номерами, и я всю ночь не спал, всё ходил по комнате, так был счастлив. У неё был очень хороший вкус. У нас был один раз, когда мы почти стали близки, но я испугался. Зря я тогда убежал.
Лиза… Мы до сих пор дружим, но она неуловима. Она просто поменяла номер, и до сих пор не дала мне его.
ШБ: Можешь ли ты сразу определить, насколько невинен человек?
МД: С первого взгляда, хотя с женщинами это труднее, потому что они научились притворяться. Но что касается мужчин, обычно угадываю, потому что они более открыты, они напоминают щенков, в то время как женщины – кошек. Знаешь, как бывает – возвращаешься домой, и щенок прямо увивается около тебя, а кошки так: «Эй, ты мне не нужен. Ну, разве что подойдёшь и возьмёшь меня на руки…» Они с гонором. Пройдут мимо тебя, даже если не видели месяца три. Женщины очень умны. Уолт Дисней говорил, что они умнее мужчин, он всегда нанимал их охотнее.
РАЗМЫШЛЕНИЯ ОБ ИДЕАЛЬНОЙ ЖЕНЩИНЕ
ШБ: Это тот же принцип – не показывай сразу всё, что в тебе есть. Дал бы ты совет женщинам, чтобы они следовали этому принципу во взаимоотношениях? Сказал бы ты нашим современникам, уставшим друг от друга: «Знаете, 50% браков распадаются, и большинство – по той причине, что муж и жена просто надоедают друг другу. Они устают, им скучно друг с другом». Сказал бы ты им, что если бы в их жизнях было больше тайны, если бы они учились сдерживаться, оставляя друг в друге нечто, что ещё предстоит раскрыть? Что тогда в их взаимоотношениях было бы больше интриги?
МД: Да, да. Думаю, иногда полезно расходиться. В том смысле, что «Разлука заставляет сердце любить сильнее». Я абсолютно верю в это. Расстаться иногда очень полезно. Я не понимаю, как люди могут быть целый день вместе, и хотеть, чтобы им всё время было хорошо. Думаю, это прекрасно, замечательно…
ШБ: Ты наблюдал такие браки?
МД: Видел некоторые пары, да. Не знаю, как им это удаётся. Потому что к очень многому надо подходить творчески.
ШБ: Значит, те женщины, с которыми ты встречался, те, которые были достаточно умны, чтобы не бросаться на тебя – были ли они такими, которые тебе нравятся больше всего, не всегда доступные, которых надо всегда слегка добиваться?
МД: Такими, которые были хорошо воспитаны, спокойны, не повёрнуты на сексе и всём этом сумасшествии, потому что я не такой.
ШБ: Вот такие тебе больше всех нравятся?
МД: Ага. Я не понимаю многого из того, что происходит во взаимоотношениях, и не знаю, пойму ли когда-нибудь. Думаю, это то что причинило мне боль в моих взаимоотношениях, потому что я не понимаю, почему люди делают кое-что из того, что они делают.
ШБ: Что ты имеешь в виду?
МД: Я имею в виду кое-что вульгарное, что люди делают со своим телом. Я не понимаю этого и это влияло на мои взаимоотношения.
ШБ: Значит, любовь для тебя – это нечто очень чистое?
МД: Очень чистое. Некоторые вещи меня просто шокировали.
ШБ: Что такого было в Диане, в женщине такого типа – её достоинство, её непосредственность? Часто ли ты замечаешь присущие ей качества в людях королевских кровей?
МД: Нет, такое встречается нечасто, и именно это мне и нравилось. Думаю, она по-настоящему заботилась о чувствах людей и по-настоящему старалась сделать мир лучше. Я верю, что её сердце было открыто к людям. Это можно увидеть на некоторых фото, на которых она дотрагивается до лиц маленьких детей, а они сидят на её коленях, и она их обнимает. Это не подделаешь. Это можно было увидеть. Когда королева выходит к подданным, на ней всегда перчатки, она всегда машет из отдаления, и видно, каково её сердце. Это видно. Нужно подкреплять слова делами, идти к беднякам, в трущобы, сидеть с ними и ночевать там. Это привлекает людей, и я это делаю. Помнишь, ты сказал, что видел моё фото в Китае в какой-то женской шляпе? Я иду в бедные районы, я касаюсь этих людей, я вижу их жизнь.
ШБ: Находясь на деловой встрече, можешь ли ты сказать, что вот этот – жёсткий бизнесмен, которого интересует только его чистая прибыль, что он способен манипулировать, лгать, что угодно, а вот тот – чист, непосредственен. И с кем бы ты охотнее занимался делами? Можешь ли ты вот так сразу определить? Или ты, напротив, видишь всё глазами ребёнка и видишь во всех только хорошее, и именно поэтому не раз тебе приходилось рвать деловые отношения с тем, кто оказался не очень хорошим человеком?
МД: И то и это правда. Это чувство работает двояко, но некоторых можно разглядеть сразу. В одном Лос-Анджелесском магазине пластинок работает человек, ему около пятидесяти, а по ощущениям он одиннадцатилетний. Я всегда на него смотрю, он смотрит на меня, и между нами как будто телепатическая связь. Он разговаривает как ребёнок, и взгляд у него ребячий. Я думаю: «Как это интересно!» Мне бы хотелось узнать его получше, понять, что в нём такого есть. Мне правда хотелось бы. Это удивительно. Я это чувствую. В детях это чувствуется, конечно, сразу. Я сразу на это реагирую, а дети чувствуют это во мне.
ШБ: Это как облегчение. Вот человек, который меня понимает. Да?
МД: Да. Их глаза зажигаются, когда ты подходишь к ним, и они хотят с тобой поиграть.
ШБ: Майкл, неужели тебе так и не встретилась женщина, которая любит то же, что и ты, которая любит играть в прятки, брызгаться водой?
МД: Пока нет. Те, которых я встречал, ревновали меня к детям. Все ревновали. Они ревновали даже к собственным детям, начинали с ними соревноваться. Это убивает мои чувства.
ШБ: Представь, что ты – Адам в Эдемском саду, и ты нашёл вот такую Еву, была бы она твоей идеальной женщиной?
МД: Несомненно. Я не нашёл женщину, которая любила бы играть… Думаю, парни больше склонны дурачиться. Даже когда им за 30. А женщина войдёт и спросит: «Что ты делаешь? Перестань! Ты что, сумасшедший?» Парень скажет: «Ну и что, мы же просто веселимся!»
ШБ: Женщинам всегда кажется, что если они ведут себя подобным образом, это как-то недостойно взрослого человека, правда?
МД: Да, но при этом в истории почти не встречаются женщины - серийные убийцы.
ШБ: Но они ведь не играют в те игры, в которые играют мужчины.
МД: Знаю, не играют.
ШБ: Даже в детстве, играя с Барби и Кеном, они женят их. Другими словами, вывод такой: когда мальчишки брызгают друг в друга водяными пистолетами, девочки говорят: «Перестаньте». Даже в детстве им хочется быть старше. Быть ребёнком чуть ли не противоречит их полу. Ты встречал когда-нибудь девочек, которым нравились бы шутки, нравящиеся тебе? Встречал когда-нибудь женщину, коллекционирующую комиксы?
МД: Это редкость. Если найду, то с ума сойду от счастья. Особенно если при этих качествах она будет красива изнутри. Это было бы для меня как вернуться домой. Почему мужчины любят тусовки? Потому что они могут там делать, что хотят.
ШБ: Если говорить об отцах и матерях, матери всегда хорошо делают уроки со своими детьми, лучше заботятся. Но игры и забавы – это то, чем занимаются папы. Они валяются с детьми на полу, вымазываются в грязи, борются, строят замки из песка. Неужели это неинтересно? Без этого не было бы равновесия в мире. Напротив, в школе именно девочки высмеивают мальчиков за незрелость. «Нет, вы только посмотрите, как ведут себя эти мальчишки». Возможно, женщинам надо поучиться искусству игры так же, как мужчинам.
МД: Не кажется ли тебе, что это заложено в них биологически? Биологически, как вид, не кажется ли тебе, что женщины – просто другие существа?
ШБ: Они определённо другие, но вопрос в том, почему они не хотят играть. Забавная вещь: они играют только когда флиртуют. Другими словами, если ты будешь бегать за ними по комнате и показывать свою романтическую заинтересованность, потом они пойдут тебе навстречу, будут смеяться и веселиться с тобой. Но это только тогда, когда есть взаимный интерес. Друг с другом они не играют так. Не бывает так, чтобы две девушки бегали по комнате, играли в прятки, боролись друг с другом так же, как они делают, если с ними играет парень. Множество твоих поклонниц – а эти женщины влюблены в тебя – проделали бы всё это, только бы сделать тебя счастливым. Но трудно сказать, получат ли они сами от этого удовольствие. Кажется, только влюблённость может сделать женщину игривой. Но знаешь, иногда это раздражает, потому что женщины начинают тебя дразнить, зная, что эти игры – их сила. Надо бы найти примеры четырёх-пяти женщин, подходящих под тему нашей беседы, которые успешны в жизни, но сохранили детскую непосредственность, и мы могли бы побеседовать с какой-либо из них. Когда ты думаешь о Билле Клинтоне, не приходит ли тебе в голову, что это парень, который играет по жизни? Он ходит в МакДональдс, бегает трусцой и…
МД: Ездит вокруг Белого Дома на велосипеде. Ты видел? Он ехал на велосипеде в Белый Дом, чтобы успеть на следующую встречу. Был большой снимок в Vanity Fair. Можешь ли ты представить, чтобы такое делала Хилари Клинтон? Не-а, никогда в жизни! Я могу, однако, представить девочек, которые могли бы играть в подобные игры. Такие девчонки-сорванцы.
ШБ: Да, но это когда они были сорванцами! А потом подросли, и больше не играют так, как в детстве.
МД: Как ты думаешь, может быть, им это просто на роду написано – не сметь быть собой, держать марку?
ШБ: Иногда кажется, что женщины больше всего хотят влюбиться. Они не ищут детской непосредственности. Но как только они влюбятся, освобождается беззаботная игривая сторона их натуры.
МД: Приходится играть.
ШБ: Твои поклонники-женщины и поклонники-мужчины по-разному к тебе относятся?
МД: Иногда. Но сегодня я нахожу, и это всё яснее, что в последнее время парни сильно меняются, я это наблюдал в течение всей моей карьеры. Парни точно так же кричат, как и женщины, и так во многих странах. Они не стесняются. Их так же трясёт, когда они говорят: «Я люблю тебя». Сегодня уже парни преследуют меня.
ШБ: Но женщины – по природе более фанатичны.
МД: Да, женщины – они преданные. Они всегда были такими. Они активисты. Они за меня горло перегрызут.
