Что сделает Россия, если Запад рискнёт отключить нас от SWIFT? Весьма консервативная оценка стоимости западных активов в России — 1 трлн долларов. У одной только IKEA в России есть 1,5 миллиона (!) квадратных метров коммерческой недвижимости — а ведь западные собственники владеют ещё долями в нефтяных компаниях, многочисленными фабриками и заводами, акциями российских компаний и прочая и прочая.

Некоторые эксперты предполагают, что общая стоимость западной собственности в России может доходить до 3-5 трлн долларов США.

В случае начала войны все западные активы будут, скорее всего, немедленно конфискованы в пользу государства. Таким образом, решение отключить Россию от SWIFT моментально выльется в болезнейшие потери для Запада. Эти потери с большой долей вероятности обрушат западные банки, и далеко не факт, что находящиеся в кризисе экономики ЕС и США после этого не рухнут в пропасть.

Может быть, в качестве компенсации Запад получит удовольствие видеть российскую экономику «порванной в клочья»?

Крайне маловероятно. Отключение от SWIFT доставит нам некоторые неудобства, однако критичных проблем не вызовет. Вот небольшой F.A.Q. по этому поводу.

В.: Как, вообще, устроен SWIFT?

О.: Если не вдаваться в ненужные подробности, очень просто — это система типа электронной почты, при помощи которой можно слать в банки распоряжения на перечисление денег тому или иному своему деловому партнёру.

В.: Что будет, если Россию отключат от SWIFT?

Наши бизнесмены будут слать в западные банки платёжные поручения не через SWIFT, а по факсу, телексу и через другие архаичные каналы. Немного менее удобно, немного медленнее, но в целом кроме небольшой задержки платежей разницы не будет.

В.: Что будет, если правительства некоторых европейских стран отдадут банкам негласное распоряжение не принимать у русских деньги иначе как через SWIFT (то есть, никак)?

О.: Во-первых, страны Европы не горят желанием лишаться российского рынка. Ну не зря же они просят нас отменить наши ответные санкции?

Во-вторых, если какие-то страны ЕС и закроют для нас возможность проводить платежи, значит, мы будем слать деньги через Китай, разные офшоры и так далее. Это уже будет менее удобно, но на сроках и стоимости, опять-таки, особо не отразится.

В.: Кто пострадает в случае отключения от SWIFT?

О.: Пострадают импортёры, которые ввозят в Россию товары из стран Запада, пострадают экспортёры, которые продают на Запад наши несырьевые товары.

Пострадают владельцы западных конвейерных линий и прочих станков, которым будет сложнее покупать запчасти. Пострадают фермеры, которым будет сложнее покупать семена. Будут проблемы у тех, кто собирался расширять производство и рассчитывал на западное оборудование.

Ничего критичного для нашей экономики в целом не будет, а вот у отдельных компаний проблемы могут появиться очень серьёзные, вплоть до банкротства.

В.: Если ничего критичного для нашей экономики не будет, почему же мы говорим о войне?

О.: Потому что отключение от инфраструктуры — классический Casus Belli (причина для войны). Аналогичным образом причиной для войны является, например, попытка перекрыть реку, которая течёт на территорию соседнего государства. В Азии и в Африке регулярно происходят разборки по этому поводу: в документах ООН прямо указано, что перекрытие воды запрещено международным правом.

Теперь вы понимание, почему мечты Прибалтики о перекрытии транзита в Калининград не идут дальше пустой болтовни, и почему мы не перекрываем Евросоюзу газ в одностороннем порядке.

В.: Почему же тогда мы не объявили Западу войну в ответ на введение санкций?

О.: Это другой случай. Представьте себе дачный посёлок. Если сосед обидится на вас и откажется давать вам деньги в долг, а вы в ответ откажетесь покупать у него клубнику — это обычная ссора, ничего важного.

Если же сосед отключит вас от интернета, который идёт через его участок — это уже повод для войны. Аналогичным образом, если вы перекроете соседу электричество, причина идти разбираться будет уже у него.

В.: Хорошо, причина есть. Но стоит ли начинать войну из-за таких пустяков?

О.: Представим себе, что польская авиация залетела на территорию России и разбомбила торговый центр в одном из приграничных городов. Допустим, дело было ночью, жертв не было, никто не погиб. Бомбы просто повредили здание торгового центра.

Надо ли начинать войну с Польшей? Или всё ок, разрешим полякам нас бомбить?

В.: Война — это чудовищно, надо избегать войны всеми возможными способами, а ты, негодяй, разжигаешь войну!

О.: У нас перед глазами есть опыт Украины, которая решила капитулировать перед Западом и выполнить все его требования. Принесла капитуляция мир и порядок на украинскую землю?

Нет, не принесла. На Украине началась гражданская война: потому что Вашингтону выгодно превратить Украину в горящий барьер между Россией и Европой.

Есть и другой пример — сама Россия. В 1991 году Горбачёв при полной поддержке советских элит и при молчаливом одобрении советского народа сдал страну американцам. К чему это привело?

Страна развалилась на части, экономика рухнула, уровень жизни резко упал. Началась гражданская война в Чечне — опять-таки, выгодная Западу и совершенно не нужная России.

В.: Есть ли способ как-то помириться с Западом?

О.: Да, есть. Как говорил Корнелий Непот, «хочешь мира — готовься к войне». Если Россия будет занимать достаточно твёрдую позицию и располагать возможностями для соразмерного ответа на агрессивные действия Запада, Запад будет всячески избегать прямой конфронтации.

Как я уже писал выше, конфискация западной собственности на территории России — а в случае объявления войны мы будем иметь на это полное право — достаточно сильный отрезвляющий фактор.

В.: Возможен ли переход экономической войны в горячую, с применением ядерного оружия?

О.: Напрямую — маловероятно. Конечно, у американцев есть искушение взорвать в какой-нибудь горячей точке ядерную бомбу под видом террористической атаки и спровоцировать тем самым конфликт, скажем, Индии с Пакистаном. Есть у США и другие варианты применения ядерного оружия.

Однако, к нашему счастью, власти США не деградировали пока достаточно далеко, чтобы всерьёз рассматривать такого рода планы.

Вместе с тем, сценарий горячей войны станет реальностью, если мы послушаем пораженцев и встанем на колени перед Вашингтоном. Почитайте наших прозападных либералов: они хором утверждают, будто наш главный враг — Китай. Если ставленники Вашингтона придут к власти в России, они приложат значительные усилия, чтобы спровоцировать войну России и Китая. Такая война решила бы очень много проблем США.

В.: Как быть с тем, что Газпром намерен прекратить транзит газа через территорию Украины? Не является ли это враждебным действием?

О.: Отнюдь. Мы не ввели эмбарго, мы не нарушаем никаких контрактов. Большая часть контрактов на поставки газа со странами Европы была заключена в 2004 году на необычно короткий для этих контрактов срок, на 15 лет (обычно такие контракты заключаются на 30 лет). В 2019 году мы имеем полное право остановить транзит.

Контракты с некоторыми странами — с Германией, Польшей, Прибалтикой — будут действовать дольше, но там есть специальная оговорка, согласно которой Газпром обязуется поставлять газ не в конкретную страну, а на границу ЕС.

Обратите внимание: никто даже не пытается судиться с нами по газу, так как Россия везде права. Собственно, ЕС сам выстрелил себе в ногу своим «третьим энергопакетом», именно отсылка на «третий энергопакет» позволила нам поставлять газ на границу ЕС.

Проще говоря, с точки зрения контрактов мы имеем право дотянуть трубу до любой точки Евросоюза, хоть до Лиссабона. А там уже проблема европейцев, как они этот газ будут распределять внутри. Поставка газа на границу Греции и Турции полностью снимает все вопросы к Газпрому.

В.: А если Греция выйдет из ЕС?

О.: Тогда дотянем газ через Грецию до границы с Италией. Вполне очевидно, что если Греция выйдет из ЕС, она будет тяготеть к дружбе с Россией.

В.: Почему мы останавливаем транзит газа через Украину? Не слишком ли это жестоко по отношению к стране с русским населением?

О.: Было несколько причин, которые побудили Вашингтон атаковать Украину. Главными из них было намерение разместить американскую военную базу в Крыму и желание перекрыть Евросоюзу доступ к российскому газу.

Вопросы Крыма уже закрыт, тут американцам ловить нечего. Перенаправление транзита через Турцию закрывает и вопрос с газом. Таким образом, Украина сейчас становится всё менее и менее интересна для Вашингтона.

Можно надеяться, что через какое-то время Вашингтон перестанет выделять ресурсы на раздувание конфликта на Украине и можно будет вернуться к плану мирного урегулирования на основе федерализации страны.

В.: А обязательно сразу национализировать всю западную собственность? Может, есть другие варианты асимметричного ответа?

О.: Лично мне кажется, что национализация западной собственности будет стратегически полезна нашей экономике. Однако у правительства есть и другие варианты, да.

Например, хорошей идеей будет начать продажу нефти и газа за рубли. В принципе, мы и сейчас потихоньку отвязываемся от доллара: новые контракты та же Газпромнефть заключает уже в рублях. Но в случае отключения от SWIFT процесс можно будет резко ускорить — и заставить тем самым ту же Европу платить нам в рублях.

Владимир Владимирович любит шутки такого рода, поэтому вариант с продажей газа за рубли я полагаю весьма вероятным.

В.: Не нападёт ли на нас Америка за отказ платить ей долларовую дань?

О.: Лет 15 назад напала бы однозначно. Однако сейчас дядюшка Сэм не в лучшей форме. От прямого нападения нас надёжно защищает ядерный зонтик, попытки майдана успешно блокируются государством, а в экономической войне стратегический перевес явно на стороне России.

Обратите внимание на Иран — со Штатами он враждует уже давно, однако отказаться платить долларовую дань решился только сейчас. Почему? Да потому что Либеральная Орда слишком ослабла, чтобы покарать его по примеру Ливии и Ирака.

PS. Большое спасибо тем, кто прислал мне ссылки по нашему автопрому. Я сложил их пока что в обсуждение статьи «Российский автопром», буду потихоньку изучать и добавлять информацию из источников в саму статью:

http://ruxpert.ru/Обсуждение:Российский_автопром