Верующий человек должен быть уверен, что Бог слышит его молитвы. Как иначе? Можно ли допустить в этом сомнение? Сомнение сделает молитву бессильной, и крылья души тихо опустятся. Но где мы ищем подтверждения тому, что наши мольбы услышаны? Чаще всего — в исполнении конкретных просьб: «Я помолилась — и мама выздоровела», «Отслужили молебен — и проблема с жильем разрешилась». А если не выздоравливает близкий человек, если не разрешаются проблемы, не отступают несчастья, если в страшной беде не видно просвета, не слышно отклика, и кажется, что молитва наша разбивается о небесный свод и падает наземь?

Неполучение просимого — это очень трудно принять, потому что это — вопрос нашего доверия Создателю и наших личных отношений с Ним. Как избежать уныния и отчаяния при неисполнении прошений? Отвечает священник Александр Домовитов — ключарь Свято-Троицкого собора в Саратове.

 

Весь вопрос в том, чего именно ищет обращающийся к Богу человек. Если он ищет только исцеления от болезней, только разрешения каких-то проблем, только того, что он сам воспринимает как благо, и ничего другого ему от Господа не нужно — тогда он действительно не найдет благодатной помощи и придет в отчаяние. Если же человек ищет жизни в Боге и спасения души — тогда он должен положиться на волю Божию, которая совсем не обязательно совпадает с нашей волей. И со смирением принять то, что дает ему Господь.

                                   

Когда мы молимся о каком-то благе для себя, мы выражаем свою человеческую волю. Но человеческая воля должна быть подчинена воле Божией — именно так, а не наоборот. Не мы указываем Богу, как Ему надлежит действовать в нашей жизни, а, напротив, Он учит нас тому, как мы в своей жизни должны действовать.

Молитва о другом человеке — это проявление любви к нему, это исполнение заповеди Божией о любви к ближнему. Но если Господь не исполняет нашей молитвы о ближнем — это не значит, что Он не слышит ее. Любящему достаточно сказать несколько слов, и Господь его молитву услышит, потому что она идет из сердца человеческого.

Однако Господь может иметь другой Промысл о судьбе того человека, за которого мы молимся. Господь знает о нашем ближнем гораздо больше, чем знаем мы. Он сердцеведец, Ему известно, сколько может понести человеческая душа, сколько она способна страдать — для того, чтобы терпением своим заслужить милость Божию. Воля Божия, милость Божия может излиться таким образом, что человек получит исцеление от болезни, а может излиться иначе — человек будет болеть еще тяжелее. Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие — эти слова апостола Павла приводятся в Деяниях святых апостолов (14, 22). Молясь о здоровье близкого человека, нужно помнить, что болезнь — это, может быть, та самая скорбь, которая послужит его спасению.

Это не значит, что в тяжелых ситуациях у нас не может быть надежды на помощь Божию. Надежда обязательно должна быть у человека. Если он не имеет надежды, он и молиться-то не будет. Когда человек молится с надеждой, он имеет правильное устроение души. Он доверяет Богу, он знает, что Господь — единственный, кто может помочь ему на самом деле. Врачи, лекарства, какие-то меры, предпринимаемые для выхода из сложной ситуации,— все это лишь средства Господней милости.

Но надежда на Бога невозможна без преклонения перед Божией волей — да будет воля Твоя яко на небеси, и на земли. Сам Спаситель нам в этом пример: вложи меч в ножны; неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец? — говорит Он апостолу Петру, готовому защитить Учителя от тех, кто пришел схватить Его и предать казни (Ин. 18, 11).

«Неисполняющаяся» молитва, на самом деле, полезна молящемуся. Она вырабатывает в нем доверие к Богу и терпение, которого нам так не хватает. Молясь «безрезультатно», человек учится настоящей надежде на Бога, помня, что у него — и волосы на голове все сочтены (Мф. 10, 30; Лк. 12, 7). Мы должны научиться каждое свое моление продолжать тем, чем продолжил Христос Свою гефсиманскую молитву: впрочем не как Я хочу, но как Ты (Мф. 26, 39) или — впрочем не Моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22, 42).

Но для того, чтобы начать этому учиться, надо иметь хоть чуть-чуть смирения. И понимать, что Господь — Начальник твоей жизни, Творец, Создатель твой. Если человек этого не осознает, он не сможет произнести этих слов — Христовых, гефсиманских — ему будет слишком тяжело их произносить. Он к этому не готов, у него нет того внутреннего устроения, которое помогает принять то, что происходит сейчас в его жизни. Только осознав, Кто есть Господь и кто есть человек, мы можем иначе посмотреть на свою жизнь; понять, что не только наша воля действует в этом мире, но и воля Божия, которой подвластно все и вся.

Человек — не хозяин своей жизни, слишком многое в ней зависит не от него, поэтому ему свойственно искать защиты. И очень часто люди приходят в храм именно с надеждой эту защиту получить: «Буду ходить, молиться, причащаться, глядишь, Господь и помилует меня со всеми моими близкими». Но на самом деле, мы должны приходить в храм, чтобы исполнить заповедь о дне субботнем (см.: Исх. 20, 10) — посвятить этот день Богу; а получим ли мы за это награду, защиту в бедах, помощь в трудностях — это нужно оставить на Его усмотрение. Прощать или не прощать, жалеть или не жалеть — это все во власти Божией. Многие люди, приходя на исповедь, называют свои грехи, но не чувствуют мира в душе после исповеди — почему? Потому что неправильно относятся к этому таинству: сами себе прощают на том основании, что исповедались. Не помнят, что это право принадлежит только Богу. Мы христиане, значит, ученики Христовы, и наше дело маленькое — слушать Бога и исполнять то, о чем Он нас просит, не ожидая наград.

 

Никаких иных наград не нужно человеку, который чувствует милость Божию, изливающуюся на него. Он явственно ощущает эту любовь, эту благодать. Тот, кто хоть малую частицу благодати Божией воспринял, понимает: вот оно, вот то сокровище, которое нужно искать, ради которого нужно жить. Хотя это, на самом деле, только очень маленькая частичка — то, что человеку можно сейчас открыть. А полнота ожидает нас в Царствии Небесном: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9).

 

Мы действительно не можем представить себе того, что ждет нас в вечности — в то время как земные беды и радости нам хорошо знакомы. Но при этом каждому из нас Господь дает эту частицу благодати, возможность ощутить Рай — в той или иной, пусть совсем небольшой мере. Это сродни добрым, светлым воспоминаниям детства. Радость детских лет с нами потом всю жизнь, она играет огромную роль в наших судьбах. Так же и с благодатью Божией. Вот ее-то мы и должны искать и знать, что эта суетная жизнь неизбежна, пока мы здесь живем. Шесть дней работай и делай всякие дела твои (Исх. 20, 9), но не забывай о главном, о цели своей жизни, не прилепляйся душой ни к чему земному, не отягощай сердца своего заботами житейскими, не привыкай жить в суете. Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться… кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? (Мф. 6, 25, 27)

В то же время, в конкретных житейских прошениях нет никакого греха, и нет нужды от них отказываться: величие Господа нашего проявляется еще и в том, что Он снисходит до наших бытовых проблем, до наших, казалось бы, мелких нужд. Возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает (Пс. 54, 23). Доверяйте свои печали Богу. Когда человек говорит: я не стану Всевышнего беспокоить, я лучше уж сам тут как-нибудь — он впадает в мелкую гордыню.

Довериться Богу на самом деле трудно, очень трудно. Особенно — тому человеку, который привык жить по собственной воле, который привык, что его слушают и его волю исполняют другие. Для такого человека просто не существует другого мнения, даже человеческого. Однако ему становится тоскливо, ему чего-то не хватает. Чего же? Мира в душе. А мир в душе бывает от сознания своей немощи. Своих ошибок, своих грехов. Когда человек смиряется, он понимает: да, я не тот, кем себя всегда представлял; есть Господь, во власти Которого все в моей жизни и сама моя жизнь. Доверие к Богу приходит через скорби, через страдания.

В скорбях и потерях многие люди задают вопросы: зачем эти скорби, отчего они, за что? Вроде бы ни в чем таком не виноват, не хуже других… Но ведь Господь через эти скорби спасает нас, ведет в Царство Небесное. Если человек это понимает, он согласен еще и на большее. Если нет — он согласен на все, лишь бы избавиться от этих скорбей. Это означает, что он отказывается от любви Божией. А от этой любви нельзя отказываться.

Записала Марина Бирюкова

http://www.pravoslavie.ru/smi/57557.htm