К людям отец Александр относился с исключительным вниманием и доброжелательностью, очень редко повышал голос. Помнится, как он реагировал на тех, кто подходил к причастию без исповеди. Многоопытные священники таковых сразу узнают, даже если сами не исповедовали. Стоя рядом и держа в руках плат, я, конечно, ужасался. Но Батюшка, скашивая порою взгляд на меня (учись, мол), с особо выраженной лаской говорил: «Вы ведь не исповедовались? Перед Причастием нужно обязательно исповедоваться. Приходите, пожалуйста, завтра, натощах (так он произносил это слово), расскажите священнику о своих грехах». Ибо строгим отец Александр мог быть лишь к нам, ради нашей же пользы, но словом своим он никого не оттолкнул от храма.

Батюшка имел характер очень любознательный, интересовался практически всем. Мог помочь в любом деле. Я учился в аспирантуре АН СССР, разрабатывал оригинальную тему в генетике. Можно сказать, ставил вопросы, некоторые из которых не разрешены наукой и доныне. И с такими вопросами я приходил к отцу Александру, твёрдо веруя в его руководство! И спрашивал его: «Как интерпретировать те или иные экспериментальные данные, в каком направлении двигаться дальше». А он учился в школе и одновременно работал на заводе, казалось бы, какой уровень светского образования был у него? Но он… не терялся с ответом. Уверенно шёл в святой Алтарь, молился, и, выходя, благословлял меня – «Ну да вразумит тебя Господь!» И дело сдвигалось с мёртвой точки.

Духовный сын протоиерея Александра Егорова профессор Владимир Николаевич Щелкачёв. Кадр из фильма "Нечаянная Радость". Он окормлялся у Батюшки более 40 лет...