Железный Феликс

Эту историю мне рассказал мой знакомый Саша У, и она произвела на меня большое впечатление. Опять таки, за подлинность ручаться не могу. Поэтому, как говорится, за что купила, за то и продаю. Фамилии и имена изменила.

Саша учился с Феликсом в художественном училище, где-то в России. Вместе с ними на курсе училась красивая девушка Лиза. Феликс и Лиза полюбили друг друга. Но вот беда! Оказывается, Лиза нравилась однокурснику Феликса Сидорову. Печально было смотреть Сидорову на сладкую парочку.

Между тем, училище вся эта честная компания окончила, и поступила в Художественный институт. Шел 1968 год.

            Может, кто помнит, а кто просто знает, что в 67 году на Ближнем Востоке случилась Шестидневная война. Арабские государства решили уничтожить Израиль. На аэродромах стояли самолеты, готовые лететь и бомбить маленькую страну.  Израиль узнал о планах коварных соседей. Израильские летчики, не дожидаясь, пока арабы взлетят, прилетели на день раньше и раздолбали арабскую авиацию, еще не успевшую выполнить задуманное. Советские СМИ и патриотично настроенные граждане на митингах клеймили «проклятых сионистов». Газета «Правда» печатала карикатуры на носатых врагов, обозначенных шестиконечной звездой.

И вот Феликс в кругу друзей-студентов ляпнул, что, дескать, молодцы евреи, правильно сделали. Защитили свое государство, как могли. Чтоб не посягали.

Аккуратный Сидоров побежал бегом и донес на Феликса. Собрали комсомольское собрание, изгнали Феликса из рядов комсомола, а заодно и из института.

В то время областной город обслуживала целая система, именовавшаяся службой быта. Это были фабрики индпошива, включавшие в свою структуру множество ателье по пошиву одежды, фабрика по ремонту обуви, фабрика трикотажных изделий, банно-прачечный комбинат, облфото, фабрика по ремонту бытовой техники, комбинат парикмахерских услуг и тд.

В одну из таких фирм Феликс устроился работать художником. Это было время, когда частное предпринимательство находилось вне закона. Однако закон не мог удержать в узде предприимчивых граждан. Они правдами и неправдами добывали сырье и шили сумки и дефицитные джинсы, клепали бижутерию и создавали всякие вещи, которые граждане охотно покупали в отличие от невостребованных изделий отечественной легкой промышленности. Таких подпольных предпринимателей называли цеховиками.

Пообтеревшись в сфере бытобслуживания, Феликс создал свой цех. Не знаю, что он там шил, но цех стал работать и приносить прибыль. Я слышала об истории по пошиву джинсов из ткани, предназначенной на обертывание каких-то труб в каком-то трубопроводе. За то, чтобы купить партию сырья, нужно было давать взятки. За то, чтобы контролирующие органы тебя не слопали, тоже нужно было платить и одаривать все эти органы. Феликс платил и одаривал. Это было время дефицита. Тогда из-за границы привозили вожделенные видеомагнитофоны,  а имущие граждане стояли в очереди на автомобили «Жигули».

 Феликс одаривал видеомагнитофонами, а Самому Главному Борцу с Расхитителями Социалистической Собственности— Самому Главному Прокурору Феликс презентовал машину. Но все свои подарки Феликс метил: где-то в глубине железного механизма ставил свое клеймо.

Видимо, дела шли хорошо, и Феликс «оборзел»: В Москве, куда он зарулил с семьей на своем авто, отправился в валютный (О, ужас!) ресторан. Бдительные органы заприметили наглеца, и домой он поехал уже «под контролем». За ним проследили, подпольное производство вскрыли, и Феликса взяли под ручки и повели разбираться. Феликс быстро сдал всех своих покровителей. Факты дачи взяток подтвердились наличием личного клейма. Всю огромную теплую компанию во главе с Феликсом засунули в тюрьму. Феликс отсидел несколько лет. А потом вышел, когда предпринимательскую деятельность разрешили на государственном уровне. Через несколько лет Феликс стал крупным предпринимателем. Сейчас у него собственный концерн, много средств он жертвует на благотворительные нужды.

Сидоров занимается какими-то мелкими блестящими бирюльками, отрастил бухаринскую бородку и брюшко, и выглядит вполне благопристойным, солидным и упитанным.

Суровый стиль

Эту историю мне рассказала моя знакомая художница В, и она произвела на меня большое впечатление. Опять таки, за подлинность ручаться не могу. Поэтому, как говорится, за что купила, за то и продаю.

Жил-был художник один. Это был Большой Художник. В смысле, он был большим чином в структуре Союза Художников. И полотна он писал большие: не меньше, чем 2 метра в длину. И мастерская у него была огромная. Она находилась в Доме Художников, где мастерские были огромные, а квартиры небольшие.

Художник прошел войну, поэтому всю жизнь рисовал и писал воинов и ветеранов, сталинских соколов и батальные полотна. В искусстве господствовал соцреализм, полотна заказывали колхозные клубы и Дома культуры, институты, гостиницы и прочие учреждения.

Прошли годы, и колесо истории повернулось совсем в другую сторону. Развалился Союз, на рынке искусства появился интерес к советскому авангарду, в то время, как произведения в духе соцреализма уже казались старомодными. Молодые творцы ударились в авангард. Пятна, метафоры, изыски, невразумительный сюр, просто многозначительная мазня нагло бесчинствовали на выставках.

       Когда художник постарел и умер, руководство Союза Художников (СХ) потребовало от родственников освободить мастерскую. Родня принялась перетаскивать двухметровые полотна в жилую квартиру и ставить их по периметру. Невестка была в ужасе: жилого пространства становилось все меньше. Нужно было что-то делать. Деловая дама побежала в местный музей и стала предлагать руководству принять в дар всю коллекцию. Но помещение хранилища не позволяло принять этот подарок. Да, видно, и музейщики вдруг засомневались в художественной ценности полотен, которым было в свое время посвящено столько прекрасных искусствоведческих статей.

       Но жить в окружении сталинских соколов невестка решительно не хотела. Поэтому она связалась с музеем на родине творца, и нахраписто принялась озвучивать акт дарения картин земляка местному музею. На родине Большого Художника как-то вяло обрадовались бесценному дару и сказали, что транспорт для перевозки полотен дать не могут. Женщина поскакала в СХ и выбила из Председателя грузовик. Сгрузив картины в кузов, невестка вывезла все наследие подальше, туда, откуда творец приехал в свое время постигать мастерство. Ура! Дело сделано, и совесть у родственницы была чиста.

       Но, увы! В нашей стране нужно жить долго. Интерес к отечественному авангарду у тех, кто мог его купить, пошел на спад. И к нам в страну вдруг прибыли коллекционеры из Голландии. Они искали настоящий соцреализм. А между тем, акулы соцреализма к тому времени состарились, а многие и скончались. Богатые голландцы не скупились, платили за старые работы 30-60 годов щедро. Весь местный художественный базар заволновался: за голландцами бегали молодые шустрые мазилы, хватали их за полы и на ходу демонстрировали свои работы. Приезжие крутили носом и вырывали свои полы из цепких рук авангардистов. Старики забегали, вытаскивая из кладовок забытые работы. И тут кто-то вспомнил о Большом Художнике, и шепнул пару слов невестке. Бедная женщина рвала на себе волосы во всех местах, но было поздно…

Обойдемся без морали.

Серия сообщений "рассказики":
Часть 1 - мемуарчики часть1
Часть 2 - мемуарчики часть2
...
Часть 26 - Одесские впечатления
Часть 27 - РАЗРУХА
Часть 28 - Как-то раз...
Часть 29 - НАРОДНАЯ ПЕДАГОГИКА
Часть 30 - И пошла она искать счастья...
...
Часть 38 - Натурщики
Часть 39 - Запомнилось...
Часть 40 - Еду я, еду