Для защиты южных морских рубежей и Севастополя с моря в разгар «холодной войны» в 1954 году высоко в горах у Балаклавы начал создаваться первый в мире подземный ракетный комплекс берегового базирования «Сопка» с радиусом действия в акватории Черного моря до 100 км.
Строительство «Объекта 100» (такой код получила секретная стройка) осуществлялось 95-м специализированным управлением подземных работ ЧФ. Объект состоял из двух одинаковых подземных комплексов и стартовых площадок, удаленных друг от друга на 6 км. Военными строителями руководил главный инженер строительного управления ЧФ полковник А. Геловани - будущий заместитель министра обороны, маршал инженерных войск. Начальником строительства площадки № 1 был капитан А. Кузнецов, площадки № 2 - инженер А. Клюев. Монтажными операциями от предприятия «Эра» руководил инженер Ф. Карака. И на каждом объекте строительства было занято до 1000 человек.
Береговой ракетный комплекс (БРК) м тактического назначения «Сопка» с крылатой ракетой С-2 размещался на высоте 500 метров над уровнем моря и предназначался для поражения морских целей - пс надводных кораблей.
На строительных площадках возводились из жаропрочного бетона стартовые позиции и защищенные от атомного оружия подземные сооружения, в которых размещались КП, хранилища ракет и цеха для подготовки и заправки топливом. Ракеты в сооружениях находились на специальных технологических телегах со Т1 сложенными крыльями и перемещались до стартовых позиций специальными механизмами. Подземный комплекс имел полное инженерное обеспечение, дизельные электростанции, фильтровентиляционные установки, запасы горючего,
воды и продовольствия, обеспечивающие жизнедеятельность обьекта при полной его герметизации после атомного удара. У оголовков рядом со стартовыми позициями размещались защищенные железобетонные бункера для укрытия снятых со старта ракет.
Система наведения и управления стрельбой комплекса «Сопка» включала в себя РЛС обнаружения «Мыс», центральный пост, совмещенный с РЛС наведения С-1М и РЛС слежения «Бурун». Радиолокационные станции «Мыс» и «Бурун» в 1955 году прошли государственные испытания. Радиолокационная станция «Мыс» предназначена для обнаружения морских целей и выдачи данных цели в центральный пост и размещалась на высоте более 550 метров мыса Айя.
В конце 1956 года практически было завершено строительство «Объекта 100», личный состав прошел спецподготовку. Был сформирован отдельный береговой ракетный полк, который 23 февраля 1957 года был включен в состав сил боевого ядра флота. Первым командиром полка был подполковник Г. Сидоренко (позже генерал-майор, начальник береговых войск и морской пехоты ЧФ).
По плану испытаний полком было выполнено несколько ракетных стрельб. Самая первая из них была проведена 5 июня 1957 года в присутствии командующего ЧФ адмирала В. А. Касатонова. Пуск производили со второй батареи (командир лейтенант В. Карсаков). Успешный результат возвестил о появлении в Военно-Морском Флоте СССР нового рода сил - береговых ракетных частей.
25 июля 1957 года государственная комиссия приняла «Объект 100». А в начале 1959 г. полку впервые был вручен переходящий приз ГК ВМФ за ракетную стрельбу. 30 июля 1960 года полк получил свое постоянное наименование - 362-й отдельный береговой ракетный полк (ОБРП). За время эксплуатации БРК «Скала» с 1957-го по 1965 год полком было произведено более 25 практических пусков ракет.
16 июля 1961 года вышло постановление Совета Министров о перевооружении береговых стационарных комплексов «Утес» с ракет «Сопка» на ракеты П-35Б.
16 сентября 1964 года в расположение полка прибыла первая партия военных строителей специального отряда ЧФ. Подземные фортосооружения, которыми располагал полк, подлежали реконструкции под габариты нового берегового ракетного комплекса. Строители под руководством капитана А. Климова вместе с личным составом второго дивизиона приступили к работам. До этого полностью был демонтирован прежний комплекс.
Опыт строительства в скальном массиве уникальных фортосооружений, способных выдержать прямое попадание фугасной авиационной бомбы весом полтонны, обеспечивающих живучесть в условиях применения ядерного оружия, еще нуждается
в исследовании точно так же, как доставка многотонного оборудования в горнолесистый район (на вершину горы) при отсутствии нормальных подъездных путей. Береговой ракетный комплекс «Утес» оперативно-технического назначения, которым был оснащен полк, вобрал в себя все достижения науки и техники своего времени и не имеет аналогов в мире до сих пор...
В 1974 году на базе комплекса П-35 началась разработка комплекса ЗМ44 «Прогресс». Основным изменением в ракете стала новая бортовая система наведения. Для нее были разработаны новые агрегаты бортового электрооборудования и стартовый агрегат, обеспечивающие лучшие эксплуатационные характеристики. Повышены скрытность и неуязвимость ракеты при подходе к цели за счет увеличения протяженности конечного участка траектории и снижения высоты полета на этом участке.
После государственных испытаний в 1976 — 1977 годах комплекс «Прогресс» был рекомендован к принятию на вооружение кораблей проектов 58 и 1134, а также береговых систем «Редут» и «Утес». В его состав вошли крылатые ракеты второго поколения П-35Б, стартовое оборудование, системы управления, агрегаты и аппаратура технической позиции. Система управления позволяла ракетному дивизиону формировать в залпе до четырех ракет, а в полку - до восьми. Ракеты П-35Б могли оснащаться ядерными боеголовками. Крылатая ракета П-35 морского и берегового базирования - лучшая в мире. Она по всем своим параметрам далеко превосходила зарубежные образцы подобного оружия, а универсальный ракетный комплекс «Утес» надежно защищал морские подступы к Севастополю. Восьмира-кетный залп до сего времени не может выполнить ни один береговой ракетный комплекс в мире.
По 16 крылатых ракет имел каждый дивизион, хранение их осуществлялось в спет циальных подземных помещениях. Десятиметровые ракеты в горизонтальном положении со сложенными крыльями хранились на технологических телегах со стартовыми агрегатами и после предстартовой подготовки и заправки жидким топливом были готовы к пуску. Выдвигающиеся из-под земли спаренные пусковые контейнеры позволяли быстро производить перезарядку новых ракет.
Полк неоднократно носил звание отличного, награждался переходящими Красными знаменами Военных советов ЧФ и ВМФ за ракетную стрельбу по морской цели. В 1982 г. имя полка было занесено на мраморную Доску почета в Центральном военно-морском музее.
В 1996 году в связи с разделом Черноморского флота «Объект 100» был передан Военно-Морским Силам Украины.
В настоящее время этот уникальный памятник военно-фортификационного искусства планируется разделать на металлолом!
В.Б.Иванов
Осень 2002-го года...
Объект расположен в горах над Балаклавой. Ранее там комплекс крылатых ракет. Нынче, что смогли уже разворовали сами украинские военные, дальнейший грабеж пока не начался - объект, так сказать, охраняется (на КП видны следы нахождения охраны), но охрану мы так и не встретили...
Практически все наземные постройки разрушены и разграблены (за исключением КП). Входы в сам объект закрыты на замки, крышки ракетных шахт заварены. На территории присутствуют тележки для ракет.
Когда удастся забраться вовнутрь - будет продолжение...
И так прошел год... "Ще не вмерла Украына..." в отличии от этого объекта...
Представляем Вам последующие события, произошедшие в ночь с 22.10.2003 года:
ХРОНИКА СОБЫТИЙ:
Музей холодной войны или «крокодильи слезы» по разграбленным военным объектам.
В Севастополе уже нет ни одного жителя, мало-мальски интересующегося событиями, происходящими в городе, который не знал бы скандальную и печальную историю базы подводных лодок в Балаклаве. Все прекрасно знают и не раз местные и не только, представители СМИ, клеймили позором лиц допустивших варварское разграбление уникального объекта, единственного в своем роде в мире. Однако, по старой привычке привитой с Ленинских времен, виновных найти не представляется возможным.
Мы предлагаем Вашему вниманию, предположительный сценарий событий связанных с разграблением базы подводных лодок в Балаклаве, а точнее описание аналогичных событий происходящих в настоящее время, на территории многострадального Балаклавского района и опять же с уникальным военным объектом.
Многие помнят фильм «Одиночное плавание», в одном из кадров указанной киноленты было продемонстрировано открытие крышки казематированного сооружения из которого, как в хорошем фантастическом фильме появились два контейнера с противокорабельными крылатыми ракетами. Это была далеко не фантастика, в объективе камеры открывалась реальная крышка взаправдашнего ракетного комплекса.. Расположен данный объект чуть восточнее г. Аскети (Бочка смерти) и имел кодовое название объект «сотка». Данный объект при разделе Черноморского флота был передан МО Украины и до недавнего времени был полностью укомплектован и находился на консервации. Однако, в начале лета 2003 г. с объекта начали вывозить металлолом как черный, так и цветной. По этому поводу у обывателя может возникнуть две версии – либо должностные лица МО Украины, злоупотребляя своим служебным положением, попросту разворовывает имущество воинской части, либо все это имущество передано дружественной коммерческой организации, для того же разграбления, Что же там происходит на самом деле?
Для выяснения данного вопроса членами общественной организации «Клуб любителей фортификационных сооружений «Форт» подготовили вылазку на данный объект. Пять членов клуба отправились штурмовать северный склон горы, на котором расположен объект. После довольно крутого подъема и прохождения зарослей в режиме лосей, мы подошли к раскрытым воротам, побродили по огороженной территории в течении одного часа!!! Но не встретили ни одной живой души, хотя если не кривить душой, то мы не старались привлекать к себе внимание, разговаривали не громко и старались без надобности не шуметь. После того как мы подошли к главному входу в подземную часть объекта, нам открылась картина варварского разграбления уникальнейшего объекта. Части оборудования еще вполне дееспособного самым варварским способом срезались со своих штатных мест в аккуратными кучками подготавливались для вывоза. Присутствовали все признаки разделки металлического лома: газовые баллоны, газо-резочные аппараты и другие сопутствующие приспособления. Ворота в главный вход были закрыты на приличный замок, но в них самих мы увидели калиточку в половину человеческого роста, которая была лишь прикрыта. Поскольку охрана, если таковая присутствовала не подавала ни каких признаков жизни, а также пользуясь тем, что калитка была не заперта, мы проникли внутрь помещения. После включения осветительных приборов нашему взору представилась картинка, которая явно просилась на громкое название типа: «Мечта металлиста», «Попишу порежу!», «Даешь цветняк Родине!», «Чтоб ни что не досталось врагу» и т.д. Прямо около входа в педантичном порядке возлежали: аккуратненько нарезанные кусочки силовых кабелей с медным сердечником, кусочки алюминиевых деталей и механизмов, заботливо погруженные на тележку (на которой в свое время возили ракеты) куски черного металла. Если бы я занимался подобным бизнесом, то просто бы тронулся рассудком от зависти к увиденному и тому усердию и аккуратизму, которые проявляли варвары ХХI века.
Как-то в голове сразу начали всплывать образы различных совсем политических и не совсем политических деятелей, которые с экранов телевизоров с напущенной строгостью в лицах вещали: « какие все таки мерзавцы разграбили базу подводных лодок…, ух! они нелюди ,… мы примем все меры, что бы не повторить такое безобразие!!!… создадим музей холодной войны… и т. д.»
Немного придя в себя, мы начали вести фото видеосъемку, хотелось запечатлеть не только великолепие инженерной мысли с мастерством претворенной трудом сотен работников оборонной промышленности, но те варварские действия по демонтажу и уничтожению всего того к чему были приложены тысячи рук наших соотечественников.
По своей уникальности, неординарности и полету инженерной мысли данный объект не намного уступает базе подводных лодок и как часть музейного комплекса холодной войны, пожалуй, была бы жемчужиной среди самых интересных в этом плане объектов.
Ведь для создания музея не надо было ничего делать, достаточно было просто сохранить и не трогать то, что уже было сделано, а не уподобляться лозунгу большевиков «… до основания, а затем…», как в случае с пресловутой базой ПЛ.
Примерно через 20 минут после начала съемок, проснулась охрана, которая открыла ворота и включила централизованной освещение (еще не успели разрезать и украсть кабель). Для того, что бы выяснить, кто пытается изобразить из себя хозяев объекта, мы затаились в одной из шхер, благо их предостаточно. Спустя 30 минут бесполезного поиска нас со стороны хозяев и бесполезного поиска другого выхода с нашей стороны (во избежании лишних объяснений). Мы решили сдаться и вдвоем (Медведкин и Атаманов) бодрым маршевым шагом вышли «сдаваться» на милость «победителей» к главным воротам. Наши спутники предпочли остаться и все таки найти еще один выход. Когда я посмотрел в одно из многочисленных отверстий в воротах, то первое что я заметил это стриженную по ноль голову сидящую на достаточно крепких плечах, на которых в свою очередь болталась наплечная кобура с пистолетом. Данное обстоятельство не способствовало приливу смелости и уверенности в правильности принятого нами решения, но затем я увидел молодого человека в камуфляжной «распятненке» российского образца с шевронами на предплечьях и тельником на груди, сразу как-то полегчало. И мы постучали в ворота, которые нам незамедлительно открыли. Далее действия напоминали телесериал «Криминальная Россия». Для начала нас обыскали, отобрали все предметы которые у нас находились при себе, спросили при этом есть ли кто еще в помещении и получив утвердительный ответ старательно «замуровали» вход металлоломом и повели нас на расстрел… (шутка). Привели в убогую, хотя достаточно освещенную каптерку. И начали допрос с пристрастием. Тут уж удалось разглядеть, кто нас задержал: командовал задержанием сержант береговых войск ВМСУ по имени Виталий (который как следует, нам не представился, несмотря на наши требования), младший сержант тех же береговых войск того же берега и гражданское лицо с грозным видом и кобурой с пистолетом.
Четко внятно ответив на все вопросы, нам стал понятен правовой статус всех лиц производивших задержание, а также их интеллектуальные способности. Входе долгой и продолжительной беседы проходившей в теплой и дружественной обстановке стало ясно, что объект уже достаточно продолжительное время не является воинской частью. Как нам пояснил единственный гражданский интеллектуал, мы нарушили границу частных владений ЧП «Союз-строй» принадлежащего господину Решетило. В свою очередь с нашей стороны назрел закономерный вопрос, а что тогда на объекте делают военнослужащие ВМСУ, поступил ответ, что они производят совместную охрану объекта. Где-то это уже было, где-то это уже я слышал или видел, не на дачке господина Евгения Поданева уже встречалась совместная деятельность по охране хозяйского добра, военных и гражданских. Нас начали терзать смутные сомненья…
Покончив с полемикой и разъяснением прав и обязанностей друг другу. У военных начали просыпаться умные мысли и они, в конце концов, осознав несостоятельность предъявляемых к нам претензий, отступили и попросили в письменном виде на имя командира в/ч А-1824 изложить цель своего визита, что с удовольствием было нами проделано. И мы уже думали, что все перипетии закончены и с назревающей радостью в груди начали собирать свои манатки, но не тут-то было, человек с ружьем то бишь с пистолетом заявил, что получил от своего руководства указание внимание!!! задержать нас до утра , что собственно говоря весьма проблематично сделать даже работнику милиции. Для непонятливых и людей, не сталкивающихся с правоохранительными органами, разъясню, что задержать любого гражданина, при наличии на то определенных причин может только очень ограниченный круг должностных лиц правоохранительных структур. Но данное обстоятельство не является помехой в преследовании своих целей со стороны господ из ЧП «Союз-строй», оказывается, охранник данного предприятия имеет, по их мнению, статус следователя, а начальник охраны, как минимум судьи.
Обстоятельства сложились таким образом, что мы потребовали вызвать на объект наряд милиции и в законном порядке передать нас работникам милиции, что охранник категорически делать отказался. Ситуация постепенно заходила в тупик, мы напомнили, что являемся бывшими офицерами милиции, в достаточной степени осознаем меру ответственности за свои деяния и во всяком случае можем понять, что против нас применяются незаконные действия, но это результата не дало. Тогда мы решили вызвать милицию самостоятельно, что очень насторожило горе-охранника. В конце концов, после многочисленных телефонных переговоров нас соизволили отпустить. Наши спутники выбрались с объекта без посторонней помощи и ожидали нас внизу.
Приведенные выше события и факты указывают, что именно по такой же схеме разграблялась база подводных лодок. Именно на том этапе когда, объект выходит из под юрисдикции военных и становится хозяйской собственностью и совершаются те действия результат которых мы имеем честь наблюдать.
Содержание данного опуса я надеюсь заставит задуматься местные исполнительные власти, УМВД, ВКР СБУ, прокуратуру, Центральный музей ВС Украины, командующего ВМСУ, о том не получим ли мы вторую базу ПЛ и не будут ли сильные мира сего сокрушаться, посыпать голову пеплом и плакать «крокодильими слезами» по поводу безвозвратно утерянных исторических ценностях и о том, что оставим мы потомкам и как мы будем им смотреть в глаза на склоне лет…
Р. S. Просим считать мое открытое письмо официальным заявлением для правоохранительных органов.
Музей холодной войны или «крокодильи слезы» по разграбленным военным объектам - II.
С великим прискорбием сообщаем Вам, что наша история начинает приобретать свойства дешевого Мексиканского сериала. Не успели мы изложить на бумагу свой эмоциональный всплеск по поводу произошедших событий. Как приключения неожиданно продолжились.
Около 16 часов 24.10.2004 г. к одному из нас домой прибыл мужчина средних лет, среднего телосложения и очевидно среднего же образования это стало видно по содержанию орфографических ошибок в записке, которую он передал его супруге.
В записке в достаточно вежливой форме предлагается Медведкину и господину Атаманову позвонить по телефону и переговорить по поводу проникновения на объект. Под этим шедевром эпистолярного жанра стоит подпись – директор ГП МО Украины «Укроборонресурсы» Доля Александр Владимирович. Вот и вскрылось главное юридическое лицо виновное в разграблении объекта. И название, какое интересное сплошь состоящее из обрезков слов - с «ОБОРОН» ясно, что-то с обороной связано, с ресурсами то же вроде понятно, а вот «УКР», то ли Украина, толи украли, часть какого корня слова использовано не совсем понятно.
Но самое интересное в записочке содержалось на ее обороте – в разделе Р. S.
Начало цитаты: … пока делу не дан законных ход по поводу пропажи металлолома… конец цитаты (синтаксис и орфография автора). Таким образом, господин Доля В. А. собирается обвинить членов организации «Клуб любителей фортификационных сооружений «Форт» в хищении металлолома, а также в случае нашего смирения собирается дать делу, как он выразился, незаконный ход.
Если учесть тот факт, что мы металлолом не брали, а факт его пропажи, по мнению господина Доли А. В. имеет место быть, то кто-то похитил металл до нас. Как тут не вспомнить легендарных героев из народной комедии Л. Гайдая «Операция «Ы»– Труса , Балбеса и Бывалого: «…красть ничего не надо, все уже украдено до нас…».
Продолжение следует...
Надеемся, что весьма плачевное для мародеров (давайте называть вещи своими именами!).
Обещанное продолжение:
ОТ "СОТКИ" ОСТАНУТСЯ ТОЛЬКО ФОТКИ
Мы (я и Долгорукий) наведывались на Ближнюю (к Балаклаве) «Сотку» еще несколько раз после описанных событий, но видимо «хозяевам» пришлось-таки скрыть следы своей деятельности и вывезти все, что уже успели порезать, вследствие чего штольня заметно опустела. На проходной появился охранник с двумя собаками, что, впрочем, никак не ограничивало свободу нашего передвижения по объекту. За период с ноября 2003 г. по осень 2005 г. ни в самой штольне, ни на территории объекта никаких значительных событий нами замечено не было.
Такое долгое затишье привело к тому, что мы практически потеряли интерес к дальнейшей судьбе Ближней «Сотки», но зато предприняли небезуспешную попытку проникнуть на территорию Дальней, опасаясь, как бы ее не постигла та же участь:
27.11.05 мы поднимаемся туда от села Резервное. С высоты сразу бросается в глаза оживленное движение на Ближней «Сотке». В бинокль нам открывается настоящая семейная идиллия - на поляне на самой вершине горы стоит джип, неподалеку от него на костре группа мужчин жарит шашлыки, а по стартовым площадкам прогуливаются нарядные женщины и резвятся дети. Понятно, что ни о какой охране объекта теперь не может быть и речи; мы решаем обязательно заглянуть туда на обратном пути, и продолжаем подъем. В отличие от Ближней, Дальняя «Сотка» сразу встречает нас признаками присутствия человека. Посреди дороги лежит свежая куча дерьма, вокруг валяются листки с рукописным текстом хохляцкого гимна, использованные по назначению. Предупрежденные таким образом, мы проникаем на территорию через двойной ряд колючки с большой осторожностью и фотографируем, стараясь щелкать затвором как можно тише.
Взгляд снаружи не дает повода для опасений - крышки пусковых шахт закрыты и даже покрыты защитной окраской, на всех четыре ВЧП сохранились антенны. Мы покидаем территорию, обходим ее вдоль внешней ограды со стороны моря и после долгих споров о целесообразности продолжения осмотра по отвесным скалам через заросли кустов и колючек с трудом пробираемся на огороженную перилами площадку под заметной отовсюду вышкой «Киевстара». В двух метрах от нас стоят аппаратные машины РЛС с антеннами, чуть дальше - пустая собачья будка и какие-то деревянные сараи. С площадки «Сотка» видна как на ладони - в целом ощущения заброшенности не возникает, но все же смущает абсолютное отсутствие людей. Похоже, что все это давно не функционирует, но пока еще поддерживается в относительном порядке.
Сделав несколько кадров, мы предпочитаем отправиться обратно прямо через территорию части, чем уходить тем же нелегким путем, каким пришли. Так и не встретив, к нашему удивлению, на всем пути через Дальнюю «Сотку» ни одного человека, ни даже собаки, мы с довольно противоречивыми чувствами оставляем «Объект 100» позади.
До Ближней «Сотки» мы добираемся уже в полной темноте, уставшие от блуждания наугад лесными тропинками по колено в грязи. Сначала нас останавливает массивный замок, висящий на воротах, но чуть позже в заборе обнаруживается дыра, через которую без труда может пройти грузовик. Помня о том, что творилось здесь днем, я без всякой осторожности направляюсь по дороге к главному входу в штольню, но Долгорукому, идущему за мной, вдруг кажется (или не кажется), что кто-то прячется в сторожке. Мы возвращаемся обратно к воротам, проходим поверху через стартовые площадки и спускаемся в штольню, как и раньше, через запасной люк. То, что мы видим внизу, сложно описать в цензурных выражениях. Мы фотографируем, но, похоже, совсем скоро от «Сотки» только фотографии и останутся.
Мародеры, без сомнения местные, режут все - кабеля, трубы, щитки и т.п.; почти везде сняты металлические покрытия с пола, не говоря о рельсах, возле ям от бывших пусковых установок свалены в кучи обрезки тяжелых герметических дверей, опознать которые можно только по черно-желтым габаритным полосам. Сами крышки пусковых шахт отодвинуты на асфальт и разрезаны на множество мелких кусков...
Можно сколько угодно лить слезы о безвозвратно утраченном, но теперь это стало не только бесполезно, но и цинично. Обидно, что этот объект погиб на наших глазах всего-то за пару лет, и может быть резонанс от нашей октябрьской вылазки 2003 года и продлил на эту пару лет его агонию, но все-таки спасти «Сотку» мы не смогли, как ни старались :((((((((
Последнее мое посещение Ближней «Сотки» оказалось довольно неожиданным и еще более печальным. На этот раз компанию мне составили не опытные диггеры, а балаклавские ребята (парень и девушка), давно уговаривавшие меня показать им так хорошо знакомый мне объект.
7.01.06 в сырой, холодный, ветреный, пасмурный день (это не беллетристика, а факт, имеющий непосредственное отношение к данной истории) мы поднимаемся через лес по тропинке от Второго Отделения. С непривычки ребята останавливаются отдохнуть через каждые 10-20 метров подъема, и обычный получасовой путь растягивается на несколько часов. Наконец мы выходим из леса на поляну между горами, мимо которой проходит дорога на «Сотку» с горы Аскети – «Бочки Смерти». Основная часть пути пройдена, но вдруг я замечаю, что из кустов на пригорке (ближе к г. Аскети) поднимается дымок костра. Мы отходим за дерево и наблюдаем: в кустах ОДИН человек топчется вокруг костра, подпрыгивает и ежится от холода. Мысль о том, что он в такую погоду влез на гору, чтобы в кустах устроить пикник в гордом одиночестве отпадает моментально. Мне сразу приходит в голову, что на «Сотке» режут металл, а он стоит на шухере. Не удивлюсь, если еще один такой же «бедняга» замерзал и у дороги со стороны Оборонного. Увы, чем ближе мы подходим к объекту, тем больше подтверждаются все мои опасения. На горке, где когда-то стоял джип, показывается группа мирно прогуливающихся людей в штатском. Со стороны «Сотки» по мере нашего приближения все сильнее раздаются характерные звуки распиливаемого металла. На развилке дорог перед въездом стоит «топик», а из ворот прямо на меня выезжает «москвич» с тяжело нагруженным прицепом. Я успеваю рассмотреть всех пятерых пассажиров машины, которые в свою очередь очень внимательно разглядывают меня. Пока мы провожаем друг друга злобными взглядами, мои спутники догоняют меня, а с пригорка к нам спускается молодой человек, одетый в военную форму (наверняка о нашем приближении его известил замерзающий в кустах наблюдатель). Не обращая внимания на него, мы проходим за ограду, но он становится у нас на пути и вежливо объясняет, что «часть действующая, и проход посторонних лиц на территорию запрещен»(!!!). Ребята не склонны идти на конфликт и собираются уходить, в это время вдалеке на пригорке возникают несколько человек, которые усердно тащат вниз огромный, раза в два больше каждого из них, кусок железа, может трубу или что-то в этом роде. Тут уже и я решаю не связываться. Мы выходим за территорию, еще некоторое время наблюдаем происходящее и, так и не решив, каким образом мы можем в данный момент помешать мародерам, отправляемся по домам.
По всей видимости история Ближней «Сотки», как военного объекта, не получит своего продолжения, если не считать печальной констатации фактов грабежа, запустения и разрушения. Впрочем, это не должно вызывать удивления в том «государстве», в котором нам приходится жить. Вряд ли может ожидать другой участи и «Сотка» в селе Резервном; скорее всего рано или поздно она так же будет продана за бесценок по сравнению с ее реальной стоимостью и так же раскромсана любителями халявной наживы. Все это уже было не один раз - достаточно вспомнить балаклавскую базу подводных лодок («Объект 825»), героическую 19-ю батарею капитана Драпушко, четырехорудийную батарею на мысе Фиолент («Объект «Буря»)... Чья очередь последует за ними?
люди АУуууууууууу)))))отзовитесь!!!)))))))
Frollo. Запросы в Яндексе благоприятны для того, чтобы поубавить пыл по отношению к 
Просто я ее оч люблю-понастоящему,а она неверит,и всего-то в невподходящий момент РАССТЕРЯЛСЯ(неожидал от нее продолжения):я дыл измотан в усмерть и начал цетировать ее психологию 
ВсеМ ДароФФФ!!!
все началось со
),
в гости
biopsihoz.
Теперь можно читать даже англоязычные сайты!